Правда всегда одна

— Адриана Дэвис, срочно пройдите в кабинет директора.       Девочка помедлила и на секунду застыла. Чем она провинилась? Что произошло? Почему ее и сейчас? Многие ученики рассказывали, что к директору вызывают только из-за плохого поведения, но она знала, что не сделала ничего такого, за что ее можно было ругать.       На негнущихся ногах Адриана добралась до кабинета и заглянула в комнату. — Проходи и садись.       Голос властный. Ну все, подумала она, мне точно конец. — Я… я не сделала ничего плохого… — А никто и не собирается тебя ругать.       Адриана растерялась. Как это? — Наоборот, я хотела поблагодарить тебя. — Но… за что? — За то, что дружишь с Леви. Он… непростой. Отец бросил его еще в детстве, своего дядю он едва видит. Они с мамой остались одни. Он способный и хороший мальчик на самом деле, но из-за того, что многие ребята его недолюбливали и притесняли, он отбился от рук и стал постоянно устраивать драки в коридорах школы. Но с тех пор, как ты перешла к нам, он и учиться стал лучше, и ведет себя теперь достойно.       Адриана огромными глазами смотрела на директрису. Она даже не подозревала об этом. — Видишь ли, я не могу вступаться за него одного, так как это не этично с моей стороны и может сильно спровоцировать других. Поэтому могу я тебя попросить продолжать дружить с ним и не бросать? — Конечно! — Адриана осмелела. — Я бы и без Ваших просьб, мэм, ни за что бы не оставила его. Ведь он хороший человек и друг. Не то что другие ребята.       Адриана открыла глаза и уставилась в потолок.       Очередное воспоминание. Просто в форме сна.       Но сегодня она собирается покончить с этим раз и навсегда. Прошлое должно оставаться в прошлом, и она не сможет двигаться дальше по жизни, если продолжит за него цепляться так, как будто в этом мире ничего хорошего не осталось.       Адриана поспешно встала с кровати и посмотрела на часы. Десять двадцать утра. Несмотря на то, что это приравнивалось к всего лишь шести часам беспрерывного сна, она все равно чувствовала себя хорошо. А после прохладного душа — еще лучше.       Усевшись напротив экрана с чашкой черного чая и неким подобием омлета на тарелке, Адриана включила телевизор и через пару секунд выключила. Она уже давно не смотрела новости — с тех пор, как погибли ее родители, а потом и вовсе возненавидела. Из-за рассказов репортеров создавалось ощущение, будто в мире все плохо, а полиция ничего по этому поводу не делает. Да многие сотрудники и офицеры не спят на протяжении иногда недель, чтобы поддерживать безопасность!       Нью-Йорк — непростой город, и должность работника полиции оказывается чаще всего недооцененной по этой причине. Первое время Адриана сильно переживала по этому поводу, но со временем перестала. Она делает свою работу и делает ее, как может.       Услышав неожиданный звонок со стороны входа, прервавший ее размышления, девушка открыла дверь. — Тетя Эмма? — Ты выглядишь удивленной. Я же еще вчера днем тебе написала, что зайду сегодня утром.       Адриана была в недоумении, и все же пропустила женщину внутрь. Тетя Эмма писала ей вчера? Это же как нужно было заработаться, чтобы все напрочь забыть? — Кофе будете? — Не откажусь, спасибо.       Адриана не любила кофе, предпочитая ему разнообразие чая. Однако для этой женщины у нее всегда хранились свежие зерна и обновлялись всякий раз, когда истекал срок годности. — Ну у тебя и бардак, — пробормотала она, оглядывая разбросанную на кровати одежду и другие вещи и заметив покрывшийся пылью подоконник. — Ты сегодня дома? — Да. Мистер Смит сказал мне отдохнуть сегодня. — А ты знала, что уборка успокаивает и снимает стресс?       Адриана закатила глаза. Она ненавидела убираться. — Я уберусь сегодня чуть позже, — соврала она. — Обещаю. — И я настаиваю на том, чтобы ты это сделала. Тебе двадцать один год, Андре! В этом возрасте все девушки поддерживают свое личное пространство в чистоте и порядке…       Пока тетя Эмма разражалась тирадами в стиле «ты же девочка», Адриана доела свой наспех приготовленный завтрак и поставила тарелку в раковину. — …И все же, — немного успокоившись и излив душу, тетя Эмма смягчила тон, — я не перестаю этому удивляться. Ты вся в отца. Просто вылитый он! От мамы тебе достались только глаза и волосы. — Знаю.       Адриана считала это комплиментом, ведь ей всегда хотелось быть похожей на отца. Он был невероятно умным, конструктивным и практически ни разу не повысил ни на кого голос. Мама у нее была красивой, но типичной женщиной — если ей что-то не нравилось, она сразу же повышала голос, скандалила по любому поводу и постоянно напоминала Адриане о том, что она девушка. Адриана не любила это. — Как идет расследование? Тебе удалось найти это подпольное казино или нет? — Пока нет, но я работаю над этим, — четко ответила Адриана. — Я делаю, что могу, но такое ощущение, что этого недостаточно.       Тетя Эмма улыбнулась. — Узнаю эту фразу. Твой отец тоже считал, что делает недостаточно. — Он очень много сделал, — возразила девушка. — Для нас для всех. Зря он так думал. Это неправда.       Женщина положила свою руку поверх ее ладони. — Мне кажется, нам стоит повидаться с ним. Ты уже целую вечность не навещала своих родителей. — И Джила тоже.       Она кивнула. Рана после смерти младшего брата была еще слишком свежа. Если со смертью родителей она заставила себя смириться, то со смертью Джила пока еще нет. — Пойду переоденусь, — сообщила тетя Эмма, вставая с кресла. — Я зайду к тебе через десять минут. — Хорошо. — И не забудь помыть хотя бы часть посуды! — Ладно.       Дверь за ней закрылась. Адриана начала послушно мыть гору тарелок.       Тетя Эмма попала в ее семью как сиделка для бабушки и няня для маленького Джила. Она работала у них каждый день, кроме воскресения, на протяжении нескольких лет, став для Адрианы наставников в умении выполнять бытовые обязанности — стирать, шить, готовить, убирать, мыть. Она придерживалась консервативных взглядом о роли женщин и мужчин, и в семье у нее с этим соответственно все было строго.       Когда родители Адриана погибли, тетя Эмма не бросила их. Получив право на опекунство, она поселилась в их доме и продолжила выполнять свою работу, не требуя ни единого цента взамен.       Однако Адриана чувствовала, что обязана этой женщине своей жизнью. Она их вырастила, тратила свое время и ресурсы на не родных ей детей, хотя имела полное право их бросить. И теперь, поэтому, она старалась оказывать тете Эмме любую помощь — не важно какого рода — и выполнять ее просьбы.       Через десять минут, как и обещала, тетя Эмма постучалась в ее квартиру снова, и они вместе поехали на кладбище.       Три могилы стояли рядом друг с другом и все же выглядели одинокими. Адриана не навещала их около трех месяцев и ожидала, что могила, в связи с ранней осенней сыростью, зарастет мхом. Однако все три камня были чистыми, а трава — короткой и редкой.       Адриана положила по несколько цветков рядом с каждым из камней и произнесла про себя три раза кроткую молитву. Затем пристроилась рядом с тетей Эммой. — Всем привет! Меня зовут Джил Дэвис… точнее, я доктор Ватсон, и сегодня мы с миссис Холмс расследуем жестокое нападение на внучку королевы Англии. Я вхожу в комнату… О Боже мой! Жестокий убийца душит моего верного друга подушкой! — Джил, Ватсон не ходит с камерой и не стоит столбом. Он помогает Шерлоку Холмсу! — Тебе уже никто не поможет. Я атакую! — Жестокий убийца Леви забил мою сестру подушками до смерти! Какой ужас! — Так, ну все, хватит. Леви, ты победил, только отпусти меня, я сейчас задохнусь. Игра окончена. Джил, и ради Бога, убери уже эту чертову камеру с глаз моих долой. — Знаете, тетя Эмма… — неожиданно пробормотала Адриана после затянувшегося молчания. — М? — Иногда мне кажется, что они наблюдают за мной. Все трое. Особенно пристально я чувствую на себе взгляд отца. — Он возлагал на тебя большие надежды. — Я боюсь, что не смогу оправдать их. Этот груз слишком большой и тяжелый.       Адриана вся сжалась, стараясь сдержать предательские слезы. Мысли об отце напомнили ей о детском обещании. — Я знаю, что ты чувствуешь, милая, — ласково и с сочувствием сказала тетя Эмма. — Мне тоже его не хватает. — Он ведь сказал, что ни за что не бросит меня, что всегда будет рядом. Он же обещал! Я знаю, что он где-то есть, он жив, я знаю…       В глубине души Адриана чувствовала себя уязвимой с тех самых пор, как пропал Леви. Пока он был рядом, ей казалось, что она может горы свернуть, что даже если мир будет против нее, то он всегда примет ее сторону. Но теперь, когда его не было рядом, Адриана перестала чувствовать себя защищенной.       Оказавшись в объятьях тети Эммы, она не выдержала и начала негромко всхлипывать. — Леви… — Мы обязательно его найдем, милая. Вместе, втроем, мы сможем, — она достала из кармана платок. — Вот, возьми.       Адриана высморкалась и постаралась снова взять себя в руки, глотая ртом воздух. — Вытри слезы. Вот так, хорошо. Думаю, на сегодня хватит. Пора ехать домой. — Хорошо. — Пойдем, — они медленно поплелись к стоянке, как вдруг тетя Эмма неожиданно добавила: — Андре, можем ли мы по пути заехать и купить коробку печенья? Меня Кушель попросила, а я взяла и забыла. — Конечно. — Спасибо. — Она сказала какие? — Нет. Но я знаю, какие она любит,       Адриана удовлетворенно кивнула.       Помимо заботы о тете Эмме, Адриана считала своим долгом заботиться о миссис Аккерман, маме Леви. Когда родители Адрианы были еще живы, они очень хорошо дружили с Леви и его матерью, и с тех пор были чуть ли не неразлучны: каждый праздник они справляли вместе и всячески помогали друг другу всем, чем могли, как будто были старыми школьными друзьями, хотя познакомились благодаря дружбе Леви и Адрианы.       Держа коробку печенья, девушка неуверенно постучалась в дверь. Открыли ей буквально через три секунды — хозяйка квартиры как будто ждала ее прихода. — Адриана, привет! Рада тебя видеть. — И я Вас, миссис Аккерман. — Заходи. Будешь чай? — С удовольствием. — Спасибо за печенье.       Адриана присела за стол. Она знала — у нее нет права жаловаться на тяжесть судьбы в присутствии миссис Аккерман, боль потери которой была гораздо сильнее, чем ее. — Простите, что так долго не навещала Вас. Дела никак не отпускали. — Ничего страшного, не беспокойся. Судя по твоим мешкам под глазами, мистер Смит совсем тебя не жалует. — Не-не, он хороший человек. — Я шучу.       Будучи опытным детективом, Адриана сразу поняла по вымученной улыбку, что Кушель лишь делала вид, что у нее все хорошо. На самом деле все было далеко не так. — Я… я по-прежнему ищу его. — Есть какие-то зацепки? — Пока нет. Но я не сдамся, пока не узнаю правду и не найду его.       Она улыбнулась снова. — Ты вся в своего отца. С таким настроем у тебя все получится. — Миссис Аккерман, я делаю это не ради себя или какой-то выгоды, Вы же знаете, верно? — Конечно. — Я делаю это прежде всего ради Вас. Я хочу помочь. — Все хорошо, милая. Я верю в тебя. Однако ты слишком много думаешь о других. Позаботься о себе хотя бы раз. Мы можем подождать.       Нет, не можете, подумала Адриана. Потому что вы — моя единственная семья.