Ошейник для Лисицы 4

После всех криков, оров и приказов, грохота пушек, услышать спокойный, тихий и очень уверенный голос было сродни глотку родниковой воды после недельного путешествия по пустыне. - Надо осмотреть его рану… Я приоткрыл глаза, но говорить не стал - во рту пересохло, в горле как будто сдох еж. Арен работал быстро, чётко и сосредоточенно. Взмахом своего кинжала он избавил меня от самодельных перевязок, а за ними срезал и рукав чёрной рубахи. Мне почудился странный запах. Знакомый, но такой противный - как будто моя собственная плоть начинала гнить. - Пинцет и света побольше, - велел мой друг, всё так же спокойно и уверенно. Флёр передала этот указ Кристине, Кристина - помогавшим пиратам. Я неуверенно улыбнулся. - Так не хватает твоей флейты, - тихо прохрипел я Арену, но тот, строго подняв на меня глаза, покачал головой. - Тебе бы лучше побыть без сознания, - строго сказал он мне, - Может быть больно. - Я попробую, но не обещаю, - пошутил я. - Давай я ему тресну, а? - предложила его милейшая жена, уже вся замотанная бинтами в разных местах, перехватив людской пистолет за ствол и легонько замахиваясь на меня рукояткой. - Не надо, - внезапно заступилась за меня Кристина, - Такого плута надо беречь. - Так я же и не говорю что насовсем, только что бы вырубился… Дальше я не слушал. Веки неожиданно оказались необычайно тяжёлыми и сами собой закрылись. У меня всё-таки получилось потерять сознание по указке. Очнулся я опять же быстро, и опять неприятно - в глаза бил свет нескольких фонарей, развешанных вокруг моей кровати. Арен ковырялся в ране пинцетом, но корабль, покачиваясь на волнах не делал это занятие хоть сколько-то простым, или приятным для меня. Я кое-как привык к свету и понял что Флёр сидела рядом. - Не надо, - тихо сказал я. Мне ещё в первый раз казалось что во рту пересохло, но сейчас было ещё хуже, даже слова давались мне с трудом. Но вместо угроз, пусть даже шуточных, лисица поднялась с места и аккуратно дала мне попить через свою ладонь. Я жадно приник к источнику живительной влаги и наконец-то смог нормально отдышаться. - Как же тебя так… - только и сказала лиса. - Оно того стоило, - усмехнулся я. - Это ещё не точно, - ответил Арен, протирая глаза и убирая пинцет, - Кажется всё. Надо зашивать. - Давай я, - тут же вызвалась Флёр, а её муж и не был против. Он уступил ей место, а лиса, усевшись рядом, оглядела его работу и удовлетворённо хмыкнула. Я сам не видел и не очень хотел смотреть на свою открытую рану, но эти двое были теми, кому я доверял безоговорочно. - Лапу-то оставите? - тихо спросил я. - Оставим, - заверила меня Флёр, берясь за иголку, - Может даже такой же ловкой и пронырливой как была. С этими словами она тряхнула своими чёрными волосами, взялась за кончик, намотав его на палец, и дёрнула, на секунду зажмурившись от боли. - Нитки кончились, - посетовала она, продевая скрученный жгутик своих волос в иглу. - Ничего, - заверил я её, - Как в старые-добрые времена, а? - припомнил я, когда мы только-только с ней познакомились и отбились от налёта гиен на палубе “Непобедимости”, - Заштопаешь меня… Флёр на мгновение остановилась, вспоминая эти славные деньки, и принялась зашивать мою рану. Поначалу было больно, но потом всё это как будто отошло на второй план. Я просто смотрел на изумительно красивую лису, которая старательно и очень сосредоточенно помогала мне. Я закрыл глаза, а когда открыл - работа была сделана, и никого вокруг не было. Видимо я опять вырубился от перегрузки организма. Я кое-как уселся на кровати в своей каюте и увидел на столике рядом какую-то кашу и кувшин воды. Я одним моментом ополовинил кувшин и съел довольно неплохую кашу, которая дала мне сил подняться на ноги и дойти, немного покачиваясь, до двери. Однако распахнуть её настежь одним движением оказалось непозволительной роскошью - снаружи уже вовсю светило яркое солнце на совершенно безоблачном небе. Я прикрыл глаза лапой, привык к свету и кое-как вышел на палубу “Гнева Капитана Эмерлины”. Снаружи всё ещё пахло порохом и дымом, но сейчас этот запах не казался плохим - скорее наоборот, это был запах победы, с таким трудом и болью вырванной из цепких лап противника. Сколько для этого пришлось сделать, сколько пришлось страдать, скольких убить, скольких потерять… Может быть Арен и был прав, говоря что всё это не стоило этого, но мне почему-то так не казалось. Палуба была пуста, а сам корабль уже стоял рядом с островом Чикуитты, и было настолько тихо, что я невольно потянулся ущипнуть себя, но боль в правой лапе дала о себе знать чётко и быстро - это был не сон. Ну или хотя бы - не кошмар. Я оглянулся несколько раз и на всякий случай крикнул: - Есть тут кто живой!? Ответа не последовало, но через несколько секунд открылась дверь капитанской каюты и и оттуда выглянула Кристина.Одета она была странно, если не сказать что вообще не одета - какая-то тряпочка, прикрывающая её, намотанная на бёдра, и ничего - на грудь. Конечно после вчерашнего стесняться ей было нечего, но сейчас, при свете солнца, на корабле имени моей жены это выглядело как минимум странно. Последним что я заметил это то что теперь Кристина необычно задирала нос, стараясь держать подбородок как можно дальше от груди, будто вилка еретика всё ещё была на ней. Мой взгляд скользнул по её ранам, но я резво отвёл от неё взгляд, смотря на остров Чикуитты и на всякий случай заложил лапы за спину, делая самый непринуждённый вид, на который был способен. - Кристина, - радостно крикнул я, стараясь не косить глазами в её сторону, - Рад видеть! - И тебе добро пожаловать в мир живых, плут, - сказала мне кошка, причём шёпотом и на ушко - я даже не заметил как она ко мне подобралась! - Твоюжмойву! - отпрыгнул я от неё, пока она, придерживая свою половую тряпку, наклонялась ко мне, - Оденься хотя бы! - Тебе что-то не нравится? - мило спросила она, - Я думала что вчера мы познакомились по полной программе! - Вчера всё как-то на бегу, впопыхах, в потёмках! - Да-да, такое сплошь и рядом, а чтобы так… Кристина наигранно тяжело вздохнула и отошла в сторонку, недовольно виляя своим длинным тонким хвостом, к краю палубы, где уже стояло небольшое ведёрко, а рядом, на отдельном толстом канате были развешаны некоторые её вещи - тщательно выстиранные и в нужных местах зашитые и залатанные. Не особо-то чего стесняясь, кошка спокойно умылась из ведра, прижав уши, разом перевернув все мои убеждения о кошках и воде. Немного очарованный умиротворенностью и прекрасным видом капитанши, я понял только то, что мне изрядно напекло солнцем спину, из-за того что я всё ещё был в изгвазданной кровью чёрной рубахе, которая впитывала солнечный свет и грела меня даже через шерсть. Решив последовать примеру Кристины, я тоже начал приводить себя в порядок - кое-как избавился от штанов чуть не запутавшись с непривычки в хвосте, размотал бинты на нижних лапах, снял уже разодранную рубаху и отдельно - размотал с шеи все полоски ткани, сослужившие мне прекрасную службу вчера ночью. Работать было ещё немного тяжело - правая лапа хоть и была зашита, но двигалась плохо, отдаваясь тянущей болью в суставах и коже. Однако, несмотря на всё это, мне спокойно помогла Кристина - предложила помощь с рубахой, и вообще всем. В какой-то момент, разоблачая меня от вчерашней формы, я хотел было отмахнуться от неё, отказаться от помощи - она действительно не была так нужна, но она как-то неожиданно близко прижалась ко мне и заглянула в глаза. Мы замерли друг напротив друга - даже мой хвост застыл в странном положении, будто пытавшийся отмахнуться, а её - успокоился. - Ты хоть представляешь как я тебе благодарна? - серьёзно спросила она, - А главное насколько я тебе должна? Она мило улыбнулась, прижимая уши и делая большие бездонные глаза. - Не очень, - признался я с лёгкой улыбкой, но прежде чем она продолжила, я сделал пару шагов к её ведру с мылом, и, присев рядом, пояснил, - Мы с тобой в одной команде Кристина, а в команде не принято бросать своих. Особенно в таких местах, откуда я тебя вытащил. - У меня другие понятия о команде, - капитанша обвела лапами корабль, - Куча головорезов, которые могут за минуту сговориться и выкинуть меня за борт, оставив вообще всё себе. Вместе их держит только непреодолимая жажда наживы… Я полоскал лапы в мыльной воде, и недовольно взглянул на неё через плечо. - И как успехи? - хмыкнул я, - Мы с вами не просто так, Флёр… - Забудь о ней, - внезапно перебила меня Кристина, но очень кстати - я всё равно не знал что ей сказать. Воцарилось неловкое молчание. Я тряхнул лапами, сгоняя лишнюю влагу, но с правой не получилось и пришлось взять какую-то тряпочку чтобы вытереть шерсть. - Твоя подруга, Флёр… Она другая. Она шла за деньгами, да? - неуверенно предположила Кристина, от чего я чуть ли не рассмеялся в голос. - Деньгами?! Ты про те бумажки в трюме?! Флёр хотела их сжечь - и я лично найду тебе всех присутствующих при том, как я открывал тот сейф, засвидетельствовать её слова! Судя по скривившейся мордочке Кристины, веры моим словам не было, но я не собирался сдаваться. - Спроси кого хочешь - Кубрика, Чикуитту и даже Афики… - Кого? - Не важно. Всех своих попугаев-разведчиков спроси, когда мы стояли у карты и думали как вытаскивать тебя, Крис… Внезапное сокращённое обращение зажгло на мордочке кошки странную, детскую улыбку. - …мысль о том что ты там погибнешь витала всё время. Но только Флёр отказалась сдаваться. Когда я сказал ей что по-тихому тебя не вытащить, она решительно решила делать всё по-громкому! А когда родился план с разворотом пушек - Флёр приказала своим командирам и солдатам из её клана, который и так изрядно прорядили, идти искать лодки, а потом рисковать своими хвостами ради твоего! А мы даже не знали жива ты или нет! От такого напора Кристина немного опешила, даже отступила на шаг, а я окончательно распоясался: - Деньги, другие пленники, документы из хранилища и хаос с кутерьмой в огромной людской крепости - всего лишь приятные побочные эффекты. Целью всегда была сначала ты, и всё! Могли бы так уйти, зайдя на этот корабль пораньше! - я притопнул по палубе “Мести Капитана Эмерлины”. - А теперь из-за меня влипли в ещё большие неприятности с имперской армией… Я махнул левой лапой, так как правая не работала. - А то мы до этого с ними проблем не имели! Теперь они знают что мы вот-вот станем силой, с которой надо считаться, а не просто косить нас как пшеницу! Кошка немного опешила от моего напора, но хвост её немного выдал - метнулся в сторону, выдавая её напряжение. Я заметил это и решил разрядить обстановку, спокойно отойдя от неё и сказав через плечо: - А вообще ты права. Мы - не команда. Мы - семья. Кристина задумалась на пару мгновений, и неуверенно кивнула: - Я слышала что все лисы в клане в какой-то мере родственники… - Да, только я в этом клане никогда даже толком не состоял… Наконец-то воцарилась небольшая пауза, позволившая мне отойти к борту палубы и спокойно опереться на него, смотря на море, уходящее до самого горизонта. Кристина продолжила молча приводить себя в порядок, наконец-то явив на свет самое важное что у неё было в этой жизни - её шляпу. Я обернулся посмотреть с какой тщательностью, нежностью и ответственностью кошка расправила шляпу с парой идеально подогнанных отверстий для её ушей, достала для неё какие-то масла, щётки и другие средства для ухода и конечно же - швейный набор, сразу же начиная штопать материал там, где он повреждён. И тут конечно у меня тоже взыграло любопытство. - Ты почти весь вечер пробегала голой, но уходить без шляпы отказалась, - хмыкнул я. Кошка мило улыбнулась, продолжая штопать её. - Флёр готова была меня убить, но это не самое глупое что я делала ради этой шляпы в своей жизни. - Семейная реликвия? - предположил я. - Разумеется. Подарок матери. Единственной кто верил в меня… ну, до Кубрика. Я удовлетвоёрнно хмыкнул, показывая что всё понимаю. - А Кубрик? Кристина усмехнулась чуть шире, перекусывая нитку. - Кубрик… Он хороший парень, хоть и немного запустил себя, да? - Отличный организатор, стратег и очень хозяйственный, - тут же согласился я, вспоминая как он организовывал её же спасение. - Да… Он должен мне, - задумчиво сказала Кристина, - Был должен, - поправилась она, - Даже чуть больше, чем я тебе сейчас. - Кому должен я всё простил, - махнул больной лапой я. - Такие долги не прощают, Ренар, - тут же наступилась на меня Кристина, - И если то что ты говоришь правда, что твоя подруга пошла за мной… А я узнаю эту правду так или иначе и рано или поздно… То я должна ей в не меньшей степени, чем тебе. А это пугает. - Флёр может быть страшной, это да, - подтвердил я. - Обычно такие долги смывают кровью, лис. Я должна тебе не просто жизнь, а что-то… даже большее… Кристина положила лапу на грудь, где я сейчас хорошо видел вчерашнюю рану от вилки еретика. Сейчас она была тщательно обработана и вроде как даже тоже зашита, но шрам явно останется. Хорошо, что под шерстью, что у меня, что у неё ничего видно не будет. Кошка продолжала уход за своей шляпой - подшивала растрёпанные края, зашивала дырки и в конце концов, не одеваясь в свою одежду обратно, она примерила её передо мной, расправив уши и даже довольно взмахнув хвостом - поза получилась убедительная, но учитывая то что сейчас на неё, помимо шляпы, были только какие-то рваные тряпки, вышло забавно. - Ну как? - спросила она, взглянув на меня из под не широких полей, явно делая над собой какое-то волевое усилие чтобы просто опустить подбородок. . - Тянет на пару пачек из трюма, - похвалил я её, и Кристину этот ответ полностью устроил. Мне же оставалось только отмыть кровь в паре мест и проверить швы на свежей ране. К счастью они были сделаны очень хорошо, Флёр постаралась на славу. Кристина успела быстро одеться, влезть в свои сапоги и даже вооружиться как подобает капитану, я же наконец-то сбросил с себя устрашающую оболочку из чёрной ткани и стал обычным рыжим лисом. Только моя любимая иссиня-зелёная жилетка и кольцо в ухе выдавали во мне того, перед кем могут испугаться целые звериные государства. Оставалось напугать ещё целую империю и сделать своё имя нарицательным. И когда мы вышли к краю палубы более-менее восстановившиеся и готовые к новым планам, я поприветствовал кошку давней кричалкой: - Хей-хей-хей! У меня есть план! - Да ладно? - удивлённо вскинула бровь капитанша. - Он всегда у меня есть. Просто я пока его не знаю, - признался я с улыбкой. Мы взглянули на остров Чикуитты вместе и я кивнул на него. - Я так полагаю, нас там ждут? - Вроде того, - согласилась кошка, - Только я туда не хочу. - Я тоже, - согласился я с ней, - Они там опять что-то планируют, кричат друг на друга, что-то решают, машут лапами… - Карты портят, - поддакнула капитанша в моём духе, а потом резко его сломала, - Ваших хоронят… Я понял о ком она говорила. - А ваших? - Пираты не возвращаются за своими, - напомнила мне капитанша. - Но возвращаются за шляпами капитанов? - подколол я её. Кошка посмотрела на меня из полей своей шляпы высокомерно, если не сказать надменно. - Если капитан прикажет. Я посмотрел ей в глаза так же и спокойно заявил, разряжая обстановку: - Я у тебя её украду. - Ха! Теперь я знаю к кому идти, если она вдруг куда-то денется! Мы дружно посмеялись над всем этим и снова повернулись к острову, и у меня возникла отличная идея. - А ты можешь подать им сигнал, чтобы не мы шли к ним, а они к нам? Сюда, на борт? Кристина от такой идеи пришла в восторг и щёлкнула пальцами. - Да не вопрос! Она отошла куда-то в сторонку и вернулась с двумя броскими алыми флажками, привязанными к коротким древкам. Взяла их на изготовку — уверенно, как саблю, но с лёгкостью фехтовальщика. Я даже понимал, что она собирается делать — Эмерлина как-то раз посылала меня в пешее эротическое путешествие таким же интересным способом. Кристина замерла на мгновение, став похожей на странную, изящную флюгерную фигурку. Потом плавно подняла один флажок над головой, вытянув лапу вверх, а другой опустила вдоль бедра. Ткань, повинуясь слабому бризу, трепетала, как живая. С берега, из зарослей, мелькнул ответный алый проблеск — нас увидели. И тогда начался настоящий танец без музыки. Её руки пришли в движение — не резкие взмахи, а чёткие, выверенные геометрические жесты. Она описывала в воздухе невидимые сектора, углы, дуги. Флажки то расходились в стороны, образуя широкую букву «V», то скрещивались у груди, то один уходил за спину, а другой указывал в небо. Каждое положение она выдерживала ровно столько, сколько требовалось, — пока последняя складка на алой ткани не успокаивалась, не расправлялась в чёткий, недвусмысленный силуэт. Это был монолог , вырезанный из ветра и цвета. В её движениях не было ничего лишнего. Это был сухой, лаконичный язык, рождённый на флотах, где крик тонул в реве шторма. Каждый жест был буквой, каждое замирание — пробелом. Она не просто махала тряпками — она лепила слова в пустоте, посылая через воду наше приглашение на борт. Солнце, просвечивая сквозь тонкую ткань, на мгновения окрашивало её шерсть и палубу в кроваво-розовые отсветы. Я наблюдал, загипнотизированный. Это была красота строгой функциональности, поэзия предельной эффективности. В этом молчаливом танце читалась вся суть Кристины-капитана: расчёт, контроль, безупречное знание своего дела и спокойная уверенность в том, что её услышат и поймут. Она закончила так же внезапно, как и начала, опустив флажки и резко скрестив их перед собой — точка. И, словно по мановению её древков, берег острова Чикуитты зашевелился. Один из наблюдавших за нами передал послание Кристины кому-то из лис клана и тот резво сорвался с места, заныривая внутрь джунглей с этим посланием. Кристина обернулась ко мне, слегка запыхавшись, и бросила флажки на бочку. В уголке её рта играла та же самая ухмылка, что была у неё, когда она наводила на цель пистолет. - Готово, - сказала она на всякий случай, наблюдая как я завороженно смотрел на её движения. - Можно было и без оскорблений, - тихо сказал я ей, отчего она широко раскрыла глаза. - Ты знаешь семафорную азбуку?! - Я прожил сто пятьдесят пять жизней, не забыв ни одной, в этом теле с этими же мозгами. Да я забыл больше, чем ты за всю свою жизнь знала. Кристина посмотрела на меня с ухмылкой: - И не знаешь снастей? Я хитро улыбнулся и отвёл взгляд обратно к острову, где как раз выходили на берег и готовили лодки и собирались приплыть к нам несколько зверей, включая даже эльфийку. Проигнорировав вопрос капитана на всякий случай, я переключил тему: - Не много ли сюда собирается народу? - Видимо хотят отговорить Чикуитту сжигать всё награбленное или вообще откупиться этим от людей… - Какой интересный поворот событий, - согласился я, подпирая морду левой лапой, а раненую правую свешивая за борт, наблюдая за сборами. Больше нам не нашлось о чём поговорить с Кристиной, поэтому всё что сделали - сбросили с ней ещё пару верёвочных лестниц, чтобы все поднимались быстрее. Первой на борт поднялась сама львица, и недобро на меня взглянула: - Это ты придумал забрать их бумажки? Я даже немного опешил от такого тона и общего наезда, но неловко улыбнулся, и не стал отрицать очевидного, спокойно кивнув. - Не смог удержаться, грёбанный клептоман?! - рявкнула на меня львица, уходя от меня и так же взволнованно поднимая лапы к голове и взлохмачивая шерсть на загривке. Я искренне не понимал почему она так переживает, но успел сделать только один жест, который львица быстро засекла и перебила: - Нет это ты, Ренар, не знаешь с чем вы связались! Люди, имперцы - всегда возвращаются за своими бумагами! Всегда! За одной купюрой или сотней - они для них ценнее золота, бриллиантов и… и… - И сыра? - Предположил я с улыбкой, вспоминая здоровяка в команде Филиппа. Однако, никого больше это почему-то не развеселило, скорее настроило сугубо против меня. Кристина, питавшая огромное уважение к другой кошке не решилась за меня вступаться, а львица резко вернулась ко мне. - Это для тебя шутки, вор? - Это моя слава, сама же сказала, - в тон ей отвечал я. - Зачем ты полез в их хранилище?! - Хотел навредить, - спокойно ответил я. - А навредишь всем нам! - Хуже уже не будет Чикуитта! - раздался голос моей лучшей подруги, залезающей на борт, - А эти бумаги… - Эти бумаги, купюры, ассигнации… - начала перечислят синонимы львица, - Для рода человеческого дороже золота! - Бред, - усмехнулся я, - Золото хотя бы тяжело добывать и его мало. А этой бумаги я сколько угодно нарисую, - напомнил я, хоть и не был хоть сколько-то художником. - Да, и знаешь - до тех пор пока ты по локоть не залез в их экономику, это нас никак не трогало, а теперь ты пощупал их самое больное место! И теперь этот бык разозлится! Я скривился от красочности метафоры, но вместо продолжения словестной перебранки отвернулся от негодующей львицы, обращаясь к тем, кто ещё поднимался на палубу. - Ты даже не хочешь знать сколько мы украли у них? - спокойно поинтересовалась Флёр. - Ни капли! - яростно отвергла предложение львица. Я же между тем помог подняться на борт слепой сипухе - её я не ожидал здесь увидеть, но, несмотря на своё страшное ранение, она чувствовала себя прекрасно и даже улыбалась. Как только я взял её когтистую голую ладонь в свою мягкую и пушистую, она тут же навострила перьевые ушки, а потом шумно вдохнула. - Я слышу тебя, слышу знакомые шаги, цоканье тупых когтей. И запах… Сегодня от тебя не пахнет как вчера, но теперь это другое… - Я вчера вас освободил, - тихо напомнил я, и совушка тут же встрепенулась: - Плут! - догадалась она, - Я бы сказала что рада видеть тебя… - Я тоже очень рад, - сказал я, помогая ей забраться на борт окончательно. Для неё на острове Чикуитты нашлась какая-то зелёная с золотом длинная и скромная мантия, подчёркивающая её фигуру, но не слишком. Я не успел завести с ней разговор, как рядом со мной бухнул звук знакомый уже мне - копыта. Поворачиваться даже не пришлось - як заметил меня первым и чуть не попытался обнять - я выскользнул из его хвата в последний момент, оставляя его с пустотой в захвате. - Лис! - обратился он ко мне, - Мой долг перед тобой мне не смыть даже кровью! - проорал он, уже собираясь встать передо мной на одно колено, но я тут же помахал ему лапой, прося остановиться. - Нет-нет-нет, это не ко мне. Все мои долги отрабатывать вот у неё, - я ткнул пальцем через плечо в сторону Флёр и ссорящейся с ней Чикуитты. Як достопочтенно хмыкнул и кивнул. - Она сказала что так и будет. И тоже помогала в самом пекле, пока ты оставил нас! - У меня были дела поважнее, - спокойно объяснил я, - а когда я увидел как ты разбираешься с людьми, то особо-то и не волновался. Яка такая лесть развеселила. - Это была всего лишь разминка, лис! Я сокрушу каждый человеческий череп на моём и твоём пути голыми копытами! - он скрючил перед собой огромные пальцы. - В этом я не сомневаюсь, - усмехнулся я, глядя как на борт поднимается бобёр и лось со спиленными рогами, но пока я не хотел с ними говорить. Сипуха, взяв меня за ладонь, погладила мою шерсть и тихо сказала: - Теперь я чувствую ветер на вкус, как никогда. И от ветра, что исходит от ругающихся лисы и львицы пахнет… плохо, - сказала она, немного подрастеряв свой пафос под конец. - Есть какие-нибудь алхимики или маги, которые помогут вернуть зрение? Если что - я не теряю надежды вернуть один магический артефакт моего друга - он вылечит всё. Лично видел как лапы отрастали обратно. - Какая изумительная вещь… надежда. Я согласился с ней, наблюдая как палуба “Гнева” наполняется другими членами нашего сопротивления, некоторые из которых спускались в трюм, оставаясь в непередаваемом впечатлении от количества резанной бумаги, которые мы схватили с собой - почти весь трюм был полон пачками бумаги. Одну даже вытащили наружу, разглядывая бумажки на солнце, а бобёр, заполучив целую пачку, даже скрутил из них какую-то самокрутку, закуривая её к смеху окружающих. Веселье прервала Чикуитта, выстрелившая пару раз в небо. Отдав пистолет Флёр, она забралась к штурвалу и глубоко вдохнула, собирая в кулак всю свою гордость, самодостаточность и спокойствие. - Люди вернутся, - спокойно сказала она, - Теперь они бросят все силы на то чтобы найти свои деньги. Они не могут без них. - Так поступил бы любой здравомыслящий зверь, - сказала Флёр, стоя наравне со всеми чуть ниже, - Вопрос только в том как нам конвертировать эти средства во что-то полезное… - Самое полезное что мы можем сделать с ними - утопить! - А как же лагерные костры и камины в наших домах!? - усмехнулся бобёр-строитель. - Никак, - огрызнулась львица, - Эти деньги не дадут нам никакого стратегического преимущества! - Может хотя бы заманим хоть кого-то в ловушку?! - раздалось предложение Яка. - Ни одна ловушка не захлопнется, когда они придут за этим кушем всей гурьбой. Они даже не заметят что ловушка была! - Что такое знаешь, чего ещё не знаем мы? - наконец-то задала мудрый вопрос сипуха, даже не поднимая ослепших глазниц на львицу. - Я даже не понимаю чего так сложно понять, - отмахнулась Чикуита, - Эти деньги… Они могут быть только для людей и только для людей! Мы… мы никак ими не воспользуемся! Сколько бы их не было! Да, может у нас их возьмут на вес другие звери, как ты сказал, - она показала на бобра с самокруткой, - топить камины! А кому из людей мы их отдадим!? Никто не нашёлся сразу что ответить, но у Флёр стали глаза как блюдца, хотя вся её поза не выдавала никакого напряжения. Скорее наоборот. Пока шло обсуждение что может быть мы кого-то подкупим, кого-то приманим, она подошла ко мне и спросила: - Филипп… что-то рассказывал тебе об этом? Я посмотрел в её глаза, с саркастической улыбкой. Да, тогда в шуме и гаме выстрелов, стоя в зале сейфа, поговорить не было времени, а сейчас его было лишь немногим больше. - Он и его команда будет за это работать? Я улыбнулся шире. - Ренар, твою медь, да или нет!? - Да! - выпалил я, испугавшись такой напористости, - Он показал мне пачку этих… купюр и сказал что могут поработать и за это! - И за Афики… - тихо сказала лиса, прикладывая скрюченый указательный палец к подбородку. - Афики? - переспросил я, но ответа не получил. - Чи! - резко вскрикнула Флёр, обращаясь к ней, - У него есть план, - сказала лиса, показывая на меня. На меня с улыбкой посмотрела Кристина, а я лишь, насколько мог, развёл лапами и повторил: - Хей-хей-хей! - Ну так будь так добр, поведай его нам, - развела лапами Чикуита у штурвала. - Что, прям вот так сразу? - усмехнулся я, - Мне нужно два-три дня, лошадь и на сушу. - Опять будете искать то, не знаю что? - Нет, на этот раз кое-кого конкретного. С вас за это время - разделить документы и деньги из этого трюма, и все деньги переместить на борт “Мести Капитана Эмерлины”. И возможно мне понадобиться зайти в какой-нибудь город… - Какой? Я задумался лишь на секунду, вспоминая все те города где успел побывать и ответ пришёл сам собой. - Тот, где я вынес городской банк при помощи тухлой селёдки! Как он назывался вообще? Я посмотрел на Флёр, но та к моему огромному удивлению изумлённо пожала плечами. - Я поняла о чём ты, - сказала Кристина, - это был Дрифтен. - Заодно посмотрим как там справляется те, кого мы там оставили. - Город не должен был иметь никакого стратегического значения для имперцев, - согласилась Чикуита, - И там было много наших. - И не очень много людей, - согласился я, но продолжил своё план дальше, - Мне нужна связь, и на ум приходят только ваши крылатые разведчики… - Нет, - отрезала Чикуита, - Никого летать над территорией людей мы не посылаем. По сообщениям наших птиц - люди нашли способ с ними бороться. Какое-то огромное ружъё, которое при выстреле закрывает всё небо мелкой дробью, от которой невозможно увернуться. - Значит пешие курьеры, есть у вас быстрые кошки? - В команде был гепард, - тут же встряла Кристина, но очень к месту. - Сойдёт для начала, постараюсь далеко от берега не отходить… Пойду один и постараюсь не привлекать к себе много внимания. - Один ты не пойдёшь, - спокойно сказала мне Флёр. - А то тебе тут нечем заняться… - Возьми с собой Афики. Молли и Полли в вашем распоряжении. Идея не была лишена глубокого замысла, поэтому я согласился. - Вы же пока займитесь планами людей, - спокойно сказал я, - А я займусь проклятыми ассигнациями. Действовать надо быстро, так что откладывать не будем. Все звери, знакомые и не очень дружно согласились с тем, что Флёр по какой-то своей прихоти назвала “Планом”. Всё что я успел сделать здесь и сейчас - спуститься в трюм и взять несколько пачек бумажных денег, прежде чем Флёр окликнула меня и уже через минуту посадила в шлюпку вместе с Чикуитой и парой её личных гребцов-гиен, которые даже попытались на меня огрызнуться, но быстро получили по оплеухе от своей хозяйки и стихли, покорно гребя к берегу. Уже на острове я снова смог убедиться в гениальности организаторского таланта львицы - на острове прибавилось укреплений, построек и убавилось деревьев. Теперь у нас была практически целая площадь, на которой начали появляться разнообразные строения - от залов для совещаний, до, чего уж тут скрывать, таверны, которой уже заправляла Несси. Каждый раз, когда мы с ней встречались, я ощущал какое-то странное, знакомое и родное чувство, будто мы с ней были давно знакомы, или должны были быть… К тому же в этой же таверне нашлась и моя давняя знакомая - маленькая молчаливая лисичка, которая, как ни странно, помогала наводить порядок - подметала опилки, оставшиеся от плотников, делающих для таверны стулья и столы. - Всегда мечтала о собственном городе, - честно призналась Чи, проводя меня мимо - к складам, где мы встретились с Афики, которая выбирала себе какую-нибудь одежду из кучи по вкусу, только вкус оказывался весьма специфическим. Когда мы с Чикуитой подошли к ней, она сделала вид что ничего не делала до того момента, просто пинала своей больной ножкой груды ткани. - Вот бы найти что-нибудь не воняющее… Шерстью. - У тебя как раз может появиться такой шанс, - сказала львица, - Ренар берёт тебя с собой на большую землю. Собирайся. - Туда? - вскинулась эльфийка, - Зачем? - Нам нужно найти Филипа, а он к тебе неравнодушен, - прямолинейно, в такт Флёр сказал я. - А я тут при чём? - Боюсь что без тебя он меня не станет слушать, как и любой другой человек, - махнул лапой я, придумывая такое оправдание на ходу, хотя я сам в него не верил. Эльфийка тоже в это не поверила, но начала чуть активнее выискивать себе одежду и даже выпросила у Чи какое-то оружие. Пока я сам перевооружался новыми, в замен потраченных в крепости ножей, они с львицей о чём-то разговорились, и Афики прибежала ко мне с круглыми глазами: - Вы украли людские деньги? - Да, - ответил ей я, затягивая ремни на правом запястье, положив плохо работающую лапу на колено, - У тебя тоже к этому какие-то притензии? - Да, скажите мне где они и я буду держаться от них подальше! Я видела как деревни сжигали за одну купюру! - Ну это явно были проблемы деревень… - А ты что собираешься с ними делать? - Предложить их Филиппу и послушать его предложения. - Он грохнет тебя и заберёт их! - Ну так для этого ты мне и нужна, - пожал плечами я. Эльфийка резко развернулась в новых кожаных сапожках, которые впрочем были ей велики, и попыталась походить туда-сюда, но вернувшись заявила: - Это очень глупый план, лис! - А у тебя есть получше? - парировал я. - Избавиться от бумаг! Сжечь или утопить их где-нибудь подальше! - Я вынужден не согласиться, что этот план лучше. Он ничего нам не даст. Ни преимуществ, ни безопасности, - и встав перед ней в полный рост, я сказал твёрдо и чётко, - Нас уничтожат так или иначе, будь у нас эти деньги или нет, но пока они у нас - я хочу знать что ещё с ними можно сделать. Ты помогаешь нам, или предпочтёшь и дальше шляться по миру в поисках своей участи? Последний вопрос немного ошарашил эльфийку, а даже не думал остановиться: - Мы даём тебе шанс стать кем-то больше, чем просто рядовой наёмницей. Ты будешь посредником между зверьми и людьми, если так будет нужно. - Я? - изумлённо спросила Афики, прижав руку к груди, - Посредник-переговорищик? - Для начала - просто посол. Доброй воли или не очень - покажет время и твои действия. Не хочешь - забирай всё что надо и вали на все четыре стороны, я никого не держу, а договаривалась ты вроде как с Флёр, но вот беда - если ты пойдёшь подтверждать этот приказ у неё, то лиса скажет тебе, что именно она и придумала везти тебя со мной. Афики даже немного испугалась моего напора, но быстро взяла себя в руки и кивнула. Я быстро завершил сборы и, перелезая через ловушки, расставленные в прибрежном лесу, добрался до берега, где для нас уже была готова лодка, а рядом с ней выдры собрали для лошадей небольшой, но достаточный для их веса плот с парой стоек для поводьев. Из чащи леса Молли и Полли вывели довольно профессионально и строго - глаза лошадок были зашорены заранее, надеты уздечки и сёдла. Не меняя лап, их довели до плота и привязали к стойкам, сразу же стреножив обеих лошадок короткими верёвками, оставляя им пространсво для небольшого манёвра чтобы держать равновесие на волнах. Им это конечно не нравилось - лошадки то и дело фыркали, дёргали ушами и вяло пытались сопротивляться. Мне даже казалось поначалу что они больше возражали против таких ограничений, но терпели ради меня. Афики пришла последней с небольшим тюком каких-то вещей за спиной, но первая запрыгнула в лодку. Я залез следом за ней, а вместе с нами - пират-гепард и его друг из рода кенгуру. - Привет, - дружелюбно сказал кошак, протягиваю мне лапу, - Звать Ро… - Не надо, - попросил я его, грустно кивая головой, - Стоит мне узнать чьё-то новое имя, кто будет помогать мне на море - вы погибаете. - Хах, - отреагировал пятнистый, - Ладно. Суеверие так суеверие. - Познакомимся когда поплывём обратно. Ты будешь моим связным на земле? - Ага, - беспечно отвечал он, - главное - держите в курсе куда пойдёте, а там уж я как-нибудь вас найду. - Тогда распорядок обсудим позже. Я думаю связываться каждые два дня - возможно больше и не понадобится, но это не точно. Будешь держать меня в курсе дел на острове, а я буду держать остров в курсе дел на большой земле. - Ага, понял. Как только мы расселись, выдры вытолкнули лодку в открытое море. За ней потянулся плот с лошадьми. Афики, увидев это, только сейчас сообразила что Молли и Полли плывут с нами. - Лошадей тоже берём? - Да, нам нужна мобильность. - Но они заметны… - Вот для того чтобы огибать людей где-нибудь подальше - затем они нам и нужны. К тому же - у тебя нога… - А у тебя рука, - парировала эльфийка. - Лапа, - спокойно поправил я её, глядя на правую ладонь и сжимая и разжимая кулак. Каждое действие отзывалось тянущей болью в ране, но с каждым разом становилось всё легче. - На мне всё быстро заживает, - напомнила Афики, - Как на собаке… Я усмехнулся и посмотрел в сторону. Выдры привязали плот к нашей лодке и придали нам первичного ускорения, а пираты налегли на вёсла. Бугры мышц на лапах кенгуру вздулись от напряжения, но он явно хотел показать всем нам как можно грести. Или просто хотел избавиться от нас побыстрее. Лошадки на плоту заржали в унисон, но больше голоса не подавали - я решил что они просто наслаждались, насколько могли, этой поездкой, перебирая тремя копытами по плоту, неуверенно держа равновесие. Поездка на лодке обещала затянуться на пару часов, за которые мы всей нашей компанией побывали в настоящем открытом море, но недолго - стоило острову Чикуиты пропасть из виду, как почти сразу же на горизонте появилась большая земля, к которой уверенно гребли пираты, иногда меняясь и гребя по одному. Разговарить при них с Афики, обсуждать какой-нибудь план мне не хотелось, потому что я уже давно понял, что флибустьеры - те ещё сплетники, а главное - очень суеверные. Поэтому плыли, покачиваясь на лёгких волнах неспешно и в тишине, периодически озираясь по сторонам, будто люди могли на своих кораблях найти даже нас, но в основном глядя на то как поживали на отдельном плоту Молли и Полли. Они продолжали стрекотать ушами, переминаясь с ноги на ногу, иногда опуская морды в поисках какой-нибудь закуски. В какой-то момент, Афики, видя мучения лошадок, взялась за канат, которым был привязан плот с ними к нашей лодке, подтянула его к нам поближе и довольно ловко для хромоногой эльфийки перепрыгнула на него, тут же хватаясь за стойку, а другой рукой нежно поглаживая мордашку одной из лошадок. Молли и Полли быстро сообразили что к ним кто-то пришёл и тут же повернули свои зашоренные глаза в её сторону, ища этого самого успокоения. Афики отлично справилась с этим - лоашади успокоились, да и самой эльфийке компания четвероногих животных явно была ближе, чем двуногих… Причалили мы к неизвестному берегу, выгрузились на берег и вытянули на него же плот с Молли и Полли. Выведя их на твёрдую землю, мы сняли с них шоры, отпустили ногу и дали вволю размять копыта, пока я обсуждал с гепардом место, где меня искать через пару дней. Сориентировавшись по солнцу, я примерно понял что Дрифтен был где-то к востоку отсюда, но где искать Филиппа было решительно непонятно. Обсудив кое-какие планы с гепардом, я велел ему и кенгуру плыть обратно на остров, и искать меня через один день. Начать с дрифтена, но постепенно углубляться внутрь материка, спрашивая о моём появлении у зверей - я, в свою очередь, обещал оставлять о себе как можно больше слухов о том куда я иду и зачем. Гепард охотно согласился на такой план, погрузился на лодку и уплыл обратно с кенгуру и плотом. Мы остались с Афики, которая, уже успевшая познакомиться с лошадками, нагружала одну из них своим скромным тюком, отойдя на несколько десятков шагов от моря, где лошадки нашли пресный ручей и теперь вволю напивались после солёного воздуха, мощно фыркая солью через ноздри. Я дошёл до неё и на всякий случай кашлянув в кулак, чтобы никого не напугать. Афики не испугалась, а только резко повернулась, смотря на меня, поправляя седло. - Я возьму эту лошадь, - безапелляционно сказала эльфийка, - В ней чувствуется какая-то прыть и задор. Другой просто всё как-то… не важно. - Значит это Молли. Флёр даже прозвала её Молнией. - Имя что надо, - усмехнулась Афики. - В седле держаться умеешь? - на всякий случай спросил я, но видя как эльфика рывком натянула ремни седла, сам же и ответил, - Я на всякий случай спросил, потому что я не очень умею. Афики обвела меня странным, оценивающим взглядом, продолжая возиться с седлом, пока её лошадь была занята водой. - А таким грозным казался в лагере, - саркастично потянула она, понизив голос, - Ты только в компании друзей такой храбрый? - В компании моих друзей я бесстрашный, а в кругу семьи я неуязвим, - спокойно сказал я ей, отходя в сторону и похлопывая Полли по шее. Лошадка с какой-то радостью приподняла для меня переднее копыто, подставляя его опорой для меня, и хоть мне это было не нужно - я воспользовался этим предложением и охотно запрыгнул в седло. Афики, заметив это, нежно погладила Молли и та, видя что эльфийка немного хромала на одну ногу, опустилась перед ней на передние коленца, давая эльфийке залезть на неё через голову, что оказалось даже круче, чем у меня. Одним лишь выражением морды я признал своё маленькое поражение, что Афики охотно приняла с честью, мы направили лошадей в сторону леса, до которого от прибрежной полосы было несколько сотен шагов. - Итак, какой план? - спросила наконец-то Афики, поравнявшись со мной, пока Молли и Полли мерно вышагивали по рыхлой земле. - Нет никакого плана, - честно ответил я, - Чистая импровизация. А так - находим Филиппа и его весёлую компанию, приглашаем посмотреть на украденное в Дрифтене, и слушаем его предложения… - Если он не приставит тебе пистолет к виску в момент когда увидит эти ассигнации, - скзаала Афики с откровенным презрением, граничащим с брезгливостью. - Если приставит - я предложу ему забрать их у меня. Готов даже доплатить. Живым от меня больше пользы, чем от мёртвого. Шкура да и всё… - Шкура? - на всякий случай переспросила моя попутчица. Я тяжело вздохнул. Если ей тяжело было думать о деньгах, то мне - о том что я увидел в родном городе… - Не хочу об этом говорить, если честно… - признался я, и получил неожиданное понимание со стороны остроухой. - Понимаю, - ответила она, тут же переключая тему обратно, - Значит сейчас мы ищем Филиппа и его компанию. Как ты это планируешь сделать? - Так же как и всегда, - усмехнулся я, - Баснословная удача. Ну или ты чего-нибудь придумаешь. - А своих идей у тебя нет? - уже немного раздражённо спросила эльфийка. - Почему сразу нету, всё есть, - тут же вскинулся я, - Надо всего лишь представить себя наглым интервентом, пришедшим на чужую землю, где очень хорошее ясное разделение на свой-чужой, со сплочённой командой головорезов, у каждого из которых своя специализация, и ты как бы во главе всего этого. А ещё кажется мне надо втрескаться по уши в эльфийку. Так и куда бы меня это привело? - Ты больно высокого мнения о Филиппе, - усмехнулась Афики. - Он нам жизни так-то спас, - напомнил я ей. - Велика забота, - хмыкнула эльфийка, - Может он всех подряд так спасает… - Ну вот как раз надо узнать всегда он такой, или всё-таки нашёл что-то особенное. С этими словами я наклонился в седле, смотря на Афики максимально пошлым взглядом, на который только был способен. Эльфийка от такого внимания и предложения как-то потеряла былую спесь и занервничала. - Ты чего? - Я? Я ничего. А ты чего? - Я уж и подавно ничего, - отмахнулась эльфийка и продолжать разговор не захотела. Спустя уже несколько минут мы вышли к небольшой накатанной дороге, из-за чего пришлось решать идти нам налево или направо. Мы даже немного посовещались - без слов помахав руками и лапами, предположив и рассмотрев оба варианта, но в конце концов довольно быстро решили… идти напролом, дальше в чащу леса, никуда не сворачивая. Не по дороге - просто дальше от берега. Держаться подальше от дорог сейчас казалось самым простым и самым разумным решением - рядом с ними, паралельно с дорогой, но только не там, где мы могли наткнуться на простой людской патруль. Ведь нам нужен был особенный. Впрочем в глубине чащи леса, в который мы зашли я наконец-то почувствовал себя как дома - проморзглый солёный морской бриз сменился тихим, едва уловимым лесным ветром, гуляющим между стволов сосен и елей, собирающим в себя прекраснейший запах леса. Я даже глубоко вдохнул носом к удивлению Афики, которая меня полностью поддержала. Мы с ней были одной - земной - крови, и я прекрасно знал что Флёр тоже это обожала и вынесла драку на море только потому что оттуда пришли люди, и надо было сбить их всех на подходе, если ещё один такой подход должен был случиться. А знакомые запахи мха, хвои, чего-то цветущего и просто земли очень успокаивали и настраивали на нужный лад - по крайней мере земля не попытается убить нас, если мы лишимся транспорта и здесь всё зависело только от нас. Мы потратили большую часть дня на то чтобы добраться сюда с острова и солнце, пробивающееся лучами через кроны деревьев уже клонилось к закату, отбрасывая длинные, косые тени. Время для меня было идеальное, и я решил его не терять. Афики тоже наслаждалась твёрдой почвой под ногами - теперь, когда мы были готовы и во всеоружии, она то и дело поворачивалась на пение птиц или просто шелесты рядом. В какой-то момент она даже остановила нас взмахом кулака и прислушалась. Я прислушался тоже, но ничего такого не услышал. - Что? - наконец-то спросил у неё я. - Ты не слышишь, лис? - усмехнулась эльфийка, - Там, - она кивнула сторону теней, - Вода. Ручей. Я немного отпрянул на лошади, сделав самый саркастичный вид, на который только был способен. Я отчётливо слышал журчание ручья и даже кваканье лягушек, просто не придал этому значения. - В лесу полно ручьёв, - напомнил ей я. - Да, но нам возможно скоро придётся разбивать лагерь и поить лошадей. - Останавливаться нельзя, - напомнил я ей. - Давай пойдём вниз по течению? - предложила она, разведя ладошками. - Хорошо, - согласился я, - А у тебя что, есть какая-то идея? - Нет, ничего особенного, - отмахнулась Эльфийка, но когда мы всё-таки пошли в сторону ручья, она заговорила, - У отряда Филиппа… у них тоже есть лошади. Их надо поить. Лошади у них все были здоровые, ухоженные, а значит - их правильно кормят и поят… - Ну да, - согласился я, не особо понимая к чему она клонит, - И что? - Люди в портах часто дерут баснословные деньги за воду для лошадей - пресную надо обычно куда-то привезти, доставить и вылить. - Так, - начал было я улавливать её мысль. - Так что там, где они нас оставили они надолго не задержаться, и куда-нибудь пойдут. - Я на это рассчитываю, - заверил я её, - Ещё раз провернуть трюк с разрешениями не выйдет. - Он и не нужен, я думаю. После того что вы устроили им в крепости-бутылке особенно, судя по рассказам некоторых пиратов… - Остаётся только надеятся что до отдалённых постов это дойдёт не так быстро. Афики промолчала, но всё-таки согласилась, аккуратно обходя на Молли крупные буреломы и коряги. Ручья мы достигли примерно через полчаса, и наши лошади, ни секунды не побрезговал сунули в воду свои морды, жадно втягивая её. Не преминула воспользоваться этим и Афики, спускаясь на землю и зачёрпывая себе воду ладошкой и наполняя походную флягу, предусмотрительно взятую из лагеря Чи. Я был полностью укомплектован и пополнять припасов мне не требовалось, и слезать не хотелось, но всё-таки пришлось. Пройдя по ручью туда-сюда, я увидел в иле след - давний, но всё ещё заметный. Не копыто и не человеческая нога, но кого точно я разобрать не мог - он уже сильно заплыл. Но след был оставлен совсем недавно, может быть даже не разумным зверем, но я всё-таки привлёк внимание эльфийки к этому следу и и указал ей направление. - Бежали явно куда-то туда. - Пока нам нечего терять, - пожала плечами она, - Так что пошли, проведаем. Мы пошли дальше от ручья, и действительно через несколько десятков минут мы наткнулись на намного более отчётливые следы, которые довольно быстро привели нас к небольшой полянке, посреди леса. Всё что меня удивило - ровно по центру одиноко стояло целое дерево вроде осины, а неподалёку от неё лежала сломанная берёза. Лагерь был здесь разбит недавно и явно впопыхах брошен - костры наскоро засыпаны, пожитки не собраны. Даже еда была ещё тёплая. - От кого они бежали? - тихо спросил я, обходя очередной костёр. Афики же была другого, немного странного мнения обо всей ситуации, и выйдя на центр полянки громко крикнула: - Мы не хотим причинять кому либо вреда! Мы за двуногих зверей! Со мной тут вообще лис! Практически в тот же момент из-за деревьев вокруг поляны начали показываться звери-беженцы. Мне стало быстро понятно, что мы наткнулись на семью барсуков - первым показался крупный и ответственный самец, за ним - парочка других, включая самого матёрого - видимо его отца и брата помладше, и в конце концов мама с крохой-дочкой. Они поначалу немного опасались подходить к Афики, но когда я вышел поближе к ней - сомнения развеялись и появилась даже некая борзость. Отец с сыновьями, подходя ко мне, сразу же заявил нам: - Это место занято! Найдите себе другое место! Говорил он медленно, но очень убедительно, только начал не с той фразы. - Мы не ищем прибежища, но отдых не помешал бы, - спокойно сказал я, - У нас всё своё, мы не будем вас объедать. - Лучше вам здесь и не оставаться, - коротко отрезал один из его сыновей, и судя по реакции отца, получил его немое одобрение. Мы конечно не рассчитывали на какой-то более радушный приём, но мне надо было оставить указания гепарду чтобы ему проще было меня найти, и может быть получить какие-нибудь наводки. - Почему вы нас испугались? - отвернувшись от грубого главы семейства, обратилась Афики к маме с дочкой, но маленькая лишь зарылась глубже в юбку, пытаясь спрятаться, и Афики тут же поняла в чём дело, - Хей, я не человек, - тут же сказала она, отодвигая в сторону свои волосы, - Это длинное ухо, видите? Люди ненавидят нас не меньше чем вас, зверей… - Они испугались магии, - тихо пояснила мама-барсук, пряча дочку в складках юбки и прикрывая её, - Какой-то её природы. Я слышала разговор когда они… - Не рассказывайте дальше, не надо, - попросил я, но мама-барсук уже разрыдалась. Более сдержанный в плане эмоций отец семейства, вступился: - Они пришли уничтожать нас - даже пленных не брали. - Мы знаем, - всё-таки перебила его Афики, - Мою рощу, что была священной для моего народа сожгли вместе со всеми обитателями. Барсук поднял на неё немного высокомерный взгляд, который сразу же потеплел. - Мой клан перебили, - решил добавить я, - Мы оказали самое жёсткое сопротивление, но в итоге - большая часть наших закончила в куче шкур. Вот от такого даже папа-барсук немного испугался и нехорошо сглотнул. - Клан? - тихо спросил он. - У нас те же боль, звери, - напомнил я им, игнорируя вопрос, - И сейчас мы продолжаем сопротивляться и собираем всех, кого можем. - Мы бы рады и помочь, - всё-таки сказал барсук, - Но мы не воины. - Сейчас всё что угодно может быть помощью, и один из самых ценных ресурсов - информация. - Мы не можем знать чего-то такого, что могло бы вас заинтересовать. - Вы даже не слышали вопроса, - напомнил я им, и огорошив их этой ремаркой, спокойно, глубоко вдохнув, спросил, - Мы ищем… людей. Барсуки чуть отпрянули от меня. - Да-да, знаю, это последнее что сейчас нужно искать, но мы ищем строго необычных. - Тех, которые были с нами здесь до… этого? - Нет, эти так же пришлые, - тут же сказал я, вспоминая то, что мне рассказывал Филипп, - Но они не с основной массой людей. У них чёрные, вороные доспехи, держатся небольшим отрядом дюжину человек, не больше. Все всадники. Есть повозка… Я не смог перечислять дальше что ещё можно было рассказать про команду Филипа, но семейсвто крепко задумалось. И внезапно для всех нас ответ выдал один из сыновей барсука: - Я видел что-то похожее. Я знал что бесполезно спрашивать где, но важнее было другое: - Когда? - Буквально вчера, - ответил за него отец, - похожая группа имперцев уходила на север… Я быстро соориентировался по солнцу и показал пальцем в сторону. - Туда? - Да-да. Они не торопились - пели, смеялись. - Это в их стиле, - ухмыльнулся я, но поймав на себе несколько недоумённых взглядов, поспешил пояснить, - Те, кого вы видели - не из идейных. Это наёмники. И могут поработать даже на нас. - А ты не думал что лучше будет убивать всех людей на своём пути, лис? - предложил мне отец семейства, - Как они нас? - Нет, - твёрдо ответил я, - Иначе чем мы лучше их самих? Этот вопрос заставил всё семейство задуматься. Пока мы с Афики, получив все необходимые ответы, собирались снова седлать лошадей и скорее всего двигаться в указанном направлении всю ночь, маленькая дочка всё-таки повернула к нам свою чёрно-белую мордочку. Афики заметила это и с улыбкой присела перед ней со всей добротой и нежностью, на которую была способна. - Привет, маленькая, как тебя зовут? Я немного вздрогнул от такого вопроса. Я не знал работает ли моё суеверие на суше, но мне помогла сама маленькая - она просто молчала, молча смотря на эльфийку. - Не хочешь рассказывать, ничего страшного… - Мы были в норе, - сказала маленькая, - Там хорошо. Они не видят нор. Будучи лисом, я повернул морду к ней. - Я вижу норы, - усмехнулся я. Отец семейства не хотел этого говорить, но видимо какая-то внутренняя гордость взяла над ним вверх: - Ваши лисиные норы это ничто по сравнению с тем что строим мы! - Неужели? - усмехнулся я. - Как думаешь мы смогли сбежать? Под землёй! Наши тоннели тянутся на многие мили, лис, мы строим их семьями и кланами многие годы! - А говорили помочь нечем, - усмехнулся я, запрыгивая на Полли с помощью её же копыта, - Отец, ты только что предложил нам лучшее оружие против тех, кто думает что господствует на земле. И если ты не против, когда нам нужно будет исчезнуть… Я закончил хитро и барсуки всё поняли, заулбавшись. Отец немного опешил от такого - он не ожидал что скажет нам что-то полезное, но выходило что он уже всё сказал. - Спасибо, - сказала эльфийка, помахав ладошкой маленькой барсучихе, - Ты очень помогла. Сказав это, эльфийка осторожно вынула из подсумка горстку ягод, которые она собирала по дороге в лесу и аккуратно положила их на большой лопух перед маленькой барсучихой. Девочка изумлённо раскрыла глаза, а потом посмотрела на своих старших братьев. Те с улыбками кивнули ей и самочка взяла ягодки с лопушком. Не знаю почему, но это неимоверно подняло мою мораль и я повернул Полли на север, на последок развернувшись к семейству беженцев: - К вам может забежать гепард, воняющий морем и одетый как пират. Он и есть пират, кстати. Будет спрашивать куда двинулся лис в жилетке с серьгой в ухе. Не надо ему врать - он мой связной, а если надо, то помогите и ему. Хорошо? Отец и старший сын семейства кивнули мне и я толкнулся на лошади вперёд, отдавая ей команду. Афики ещё раз помахала на прощание рукой маленькой барсучихе и она помахала в ответ. Вскоре мы поравнялись в лесу, пустив лошадей рысью - врятли Филипп и его команда двигались быстрее. Уворачиваясь от летащих в морду веток, еловых лап и прочего, мы быстро двигались в наступающей темноте, но в какой-то момент Афики крикнула мне: - Почему она посмотрела на своих братьев, прежде чем взять ягоды и орехи? - Старшим нужны силы на оборону и стройку, - спокойно сказал я ей, - Она ест последняя в семье - так обычно заведено. Афики не стала мне отвечать и я счёл вопрос закрытым. Молли и Полли, фырча, брыкая и иногда перепрыгивая буреломы и завалы, несли нас дальше на север. Надежда найти Филиппа и его команду одним днём пылала во мне костром, но всё что мы нашли до того как солнце окончательно скрылось - идущую по диагонали от нашего пути дорогу. Она уходила на северо-восток, но я решил что здесь Филипп однозначно мог быть. Мы пустили лошадей галопом, силясь нагнать их - и на этот раз нам не мешали ни ветки, ни листья, ни бурелом. Вся ситуация походила на то, что мы уже пережили не так давно - пережив крушения и мокрые, почти безоружные шли пешком по моросящей дороге до какой-нибудь таверны и наткнулись на галантерею Милли. Сейчас ситуация была обратная, но дважды так повезти конечно же не могло, поэтому где-то в полночь , увидев луну, мы с Афики решили останавливаться на ночлег, отойдя подальше от дороги. Устроившись в небольшой естественной низине непоалёку мы даже костёр разводить не стали - подкрепились тем, что было, отпустили лошадей искать и щипать траву, наскоро соорудили себе лежаки и уснули. Наконец-то на твёрдой земле - никаких кошмаров и боли. Утро, правда, привнесло свои сюрпризы - я проснулся от утреннего холода, что для меня было необычно даже при ночёвке в поле - обычно в такую прохладу я инстинктивно сворачиваюсь клубком и накрываюсь хвостом — старое, глубинное правило: нос в лапы, хвост сверху, сохраняй своё тепло. Вот только на этот раз под хвостом оказалось что-то тёплое, большое и явно не моё. Я приоткрыл один глаз, потом второй. Подняв морду, я увидел возможно милую со стороны, но немного пугающую картину для меня: Афики подтянувшись ко мне, не прижалась к моей спине, но накрыла плечи моим хвостом. Немного опешив от такой… наглости, наверное, но не то чтобы мне было жалко, но могла бы и спросить, я аккуратно потянул хвост лапами - было даже немного больно, но наконец-то моя пушистая гордость была там где и положено, а эльфийка практически сразу проснулась. Я тоже встал, начиная собирать свои пожитки. - Как спалось? - учтиво спросил я. - Знаешь, неплохо, - призналась Афики, потягиваясь. - Да-а-а-а? - саркастично потянул я, - И тепло наверное? Афики наконец-то уловила мой тон и подозрительно на меня посмотрела: - Ты чего взъелся с утра пораньше? - Ты укрылась моим хвостом, - возмущённо сказал я ей, но это не только не удивило, но и искренне возмутило: - Так ты сам его на меня положил! Я поначалу отталкивала, а потом подумала что ты так обо мне заботишься! Теперь пришла моя очередь замереть и удивиться. - Ну я не знаю, он у меня сам по себе, - попытался оправдаться я. - А ещё он всё ещё пахнет ружейным маслом и чем-то ещё, чем ты измазал его, выбираясь на спасение Кристины! Так что не подумай что ты сделал мне большое одолжение - мне же теперь от этого отмываться. Я задумался, а потом подтянул белый кончик хвоста к себе и понюхал. Да, пахло действительно маслом и углём. При этом я понимал что не смог бы смыть всё, очнувшись на палубе “Генва Капитана Эмерлины”, даже с помощью Кристины, и положился на естественную самоочистку. В процессе я понял что правая лапа заболела сильнее и потому, собравшись и найдя лошадей на небольшой полянке, я попросил у Афики простое одолжение: - Посмотришь мою лапу? - А ты мою ногу? - подняв тон, передразнила она, - Я не лекарь, лис. - Но у тебя же есть пара глаз? Эльфийка саркастично вздохнула. - Ага… Чем богаты тем и рады. Давай… Я подставил ей предплечье, и она, хоть и с лёгким отвращением, но вполне профессионально вгляделась в мою лапу, задумчиво поглаживая подбородок. Я спокойно и терпеливо ждал, пока она рассмотрит всё поближе, потом даже попытается убрать откуда-то шерсть, тихо и недовольно шипя от лёгкой боли. - Говорила же что не лекарь, - напомнила мне она. - Не проверяй швы на прочность, просто скажи зарастает или нет… - Да вроде бы, - неуверенно сказала эльфийка, а потом оглянулась. Она смотрела на полянку, где мы остановилась, а потом куда-то сорвалась. Я не стал выяснять что она задумала, собираясь уже лезть в седло, но через несколько минут она вернулась с охапкой каких-то жёлтоватых полевых цветов, и бесцеремонно сунула мне их в пасть: - На, пожуй! - всё так же нагло сказала она. - Ты не перепутала меня с лошадью? - отпрянув, уточнил я. - Нет, - сказала Афики, - Сок этих цветов снимет воспаление, немного поможет с болью. Я хмыкнул, принимая цветы из её руки, и осмотрел их. На вид опасными они не казались, но я всё-таки аккуратно прикусил стебелёк, из которого почти сразу же пошёл прозрачный, едва зеленоватый сок, оказавшийся горьким на вкус. - Да не травлю я тебя, - сказала она, отходя к Молли и на всякий случай стягивая с обеих ног сапоги и портянки. - Ты же говорила что не лекарь, - напомнил ей я, перекусывая передними зубами жгутик из стеблей и выдавливая из них сок. - Да, но… Видимо у меня это в роду, - усмехнулась она, разглядывая свои голые ступни, но переведя взгляд на меня, - И они будут намного эффективнее если их именно пожевать. С твоей слюной так вообще. - У меня не так пасть устроена, - усмехнулся я, - Не очень для жевания… - Я за тебя жевать не буду. - И на том спасибо, - сказал я, продолжая пытаться добыть как можно больше сока из этих цветов, пока она вернулась к разглядыванию своих маленьких пальцев на ногах. Я намазал всю рану как сумел цветочным соком и может это и было эффектом самовнушения, но рану приятно легонько защипало и тянущая боль действительно отступила на второй план, перестав быть навязчивой. - Могу посмотреть на твою ногу, - сказал я ей, закончив с цветками. - Можешь даже на две, чего уж там, - усмехнулась Афики вытягивая ступни в траве, - Скажешь какая из них болит? Я присел рядом с её ногами и тоже задумчиво взялся за подбородок левой лапой, делая вывод больше основываясь на воспоминаниях, нежели на каких-то сиюминутных выводах. - Эта? - я ткнул в её левую лодыжку пальцем. - Мимо, - хмыкнула она, - Давай ещё попытку. - Не, ну тут я даже не знаю, - признался я с улыбкой. Она охотно улыбнулась со мной и подала мне ладонь чтобы я помог ей встать. - Они хотя бы выглядят одинаково - это уже хорошо, - заключил я. - Точно. Хорошо что у нас есть Молли и Полли. - Двигаем? - сказал я, как бы предлагая пропустить завтрак. Афики охотно согласилась и мы, оседлав наших кобыл, двинулись дальше на север, заходя в чащу леса и двигаясь по ней. Вышли мы довольно рано и быстро, и я был уверен что если Филипп с его отрядом останавливался где-то так же дико, как и мы, то мы должны были их нагонять, если они конечно не сменили направления. Мы скорректировали курс на северо-восток, двигаясь параллельно большой дороге, продолжая по дороге побираться всем, что мог предложить нам лес вокруг - грибы, ягоды, орехи и многое другое. Постепенно дорога немного расширялась, и более того - начали появляться людские патрули, от которых приходилось уходить в глубь чащи леса и затаиться, пока те не проходили. Наверное впервые для нас это было не самым плохим знаком. К середине второго дня мы вышли к небольшому городу - уже разорённому и сожжённому, как многие другие до этого. Людские отряды, устроившие чистку, стояли тут же - вокруг отсутствующих стен огромным и очень организованным лагерем, собираясь выходить. Конечно никто из нас даже не думал не то что приблизиться - толком вылезти за опушку леса. Максимум что мы смогли себе позволить - вылезти ползком на края пахотных земель и хоть как-нибудь что-нибудь разведать. Узнать удалось немногое, но мы дружно решили что это должна была быть деревня Барсуков, которых мы встретили до этого. В подтверждение нашей теории когда мы уходили обратно в лес, мы нашли ту самую барсучью нору - совсем свежую, маленькую и едва ли замаскированную. Тоннель явно был одним из путей отступления, так что лезть туда и выяснять остался ли кто живой было бы бесполезно, о чём вслух подумала Афики. Я же, прикинув всё что я знаю о барсуках, а знал я немного, предположил: - Обычно, загнанные в норы звери сражаются до последнего - отступать всё равно некуда. А здесь - они бежали как могли. - Логично, - пожала плечами эльфийка, - Но к чему это ты? Предположив худшее, я спокойно сделал один непростой вывод: - Люди их травили. Дымом или летучими ядами. При упоминании дыма Афики вздрогнула как от укола. Её пальцы дрогнули, но она быстро вернулась в нормальное состояние и взяла себя в руки. - И мы собираемся искать кого-то из них, да ещё и показывать им на сворованные у них же деньги, да, - саркастично, насколько могла, ответила мне эльфийка, приглаживая волосы и на всякий случай пряча торчащие уши. - Мы ищем не имперцев, а других людей, - напомнил я ей, не разглядев этого самого сарказма, - Тут с нами жили и другие люди, между прочим! И как бы между прочим мы все тут немного обязаны своей разумной жизнью одному человеку! - Мы? - уже искренне возмутилась эльфийка. - Ну мы в смысле разумные звери, - поправился я. - Вот именно что Вы! Вы заполонили все возможные места для проживания, пока этот континент был под властью эльфов! - Ой да никогда он не был под властью эльфов, - сказал я, направляясь к лошади, но почувствовав спиной раздражённой взгляд эльфийки, хитро поправился, - Целиком! К кому из вас не подойди - Эльфам, Оркам, Гномам - все утверждают что весь континент был вашим, а на деле вы просто грызлись друг с другом за каждый клочок земли, ну или хотя бы за пригодный для вашей расы. А мы, - я развёл лапами в стороны, - Мы можем быть везде - от южных морей до полярного края - везде есть звери, ставшие разумными и организовавшие быт и спокойную жизнь! - И теперь уже вы грызётесь за свои клочки земли… - Ещё как, - подытожил я, - Я буквально вчера встретился с лосём, который искренне считал что я буду жрать его так же, как до того как встал на две лапы. - А ты… - на всякий случай уточнила Афики, но я уже понял что она хотела: - Нет, я такой рождённый. Арен кстати один из тех кто стал разумным - раньше был обычным четвероногим лисом. - Интересно, - заключила Афики, усаживаясь на Молли и оглядываясь по сторонам. Я вскарабкался на Полли и пока она высматривала какие-нибудь новые ориентиры, я спросил: - Что интересно? - Получается Флёр тоже была дикой лисой? Я крепко призадумался, но вспоминая её историю, ответил честно: - Нет, но я точно не уверен. Она выросла в клане, всю жизнь училась стрелять и убивать… А с чего ты так решила? - Волосы, - коротко ответила мне Афики, - У тебя их нет ярко выраженных, а у Флёр и Арена - есть. Это умозаключение эльфийки заставило меня крепко призадуматься - я начал перебирать в голове образы моих друзей и знакомых лис, включая клановых, но в чём-то Афики была права. Довольно часто я видел лисиц с причёской как у меня, то есть с полным её отсутствием, но у моей жены она например была, а я даже не удосужился узнать была она обращённой или рождённой двуногой лисой… Но в клане лис было много и самок и самцов и кое-как вспоминая их родственные связи я понял что к такому выводу приходить было рано и требовались дальнейшие исследования, о чём, подняв указательный палце, поспешил сообщить Афики: - Не думаю что это показатель обращённых зверей, - сказал я, - И у рождённых разумных зверей бывают волосы, как и у их потомства тоже бывают причёски… Афики посмотрела на меня немного удивлённо, спокойно идя по опушке на своей лошади. - Ты об этом думал все эти часы? Я оглянулся и понял что своими умозаключенями Афики вогнала меня в размышления на один, а то и два часа и мы уже ушли на огромное расстояние от того места, где она впервые об этом заговорила. - Ого, - признался я, - А куда мы идём? - Я предложила повернуть на северо-запад, к городу - напомнила мне эльфийка, - Ты был не против. Ты серьёзно думал о ваших волосах? - Вспоминал клан и свою семью. И их причёски. Афики мило рассмеялась. Я же, вернувшись в реальность, вспомнил что мы делаем. Да, побег в воспоминания о своих родственниках и друзьях работал прекрасно - я даже забыл о боли в раненой лапе, которая уже начинала возвращаться, но я уже осознанно отодвинул её на задний план и спокойно начал, наконец-то следить за дорогой, которой, к тому же уже совсем не было. Всё это время в основном Полли подо мной выбирала как лучше, а когда я потянул поводья чтобы обойти очередной бурелом, она недовольно застрекотала ухом, давая понять что она знает лучше. Я расслабил поводья, давая ей выбирать наилучший путь. Мы держались опушки леса, но когда мы переходили одну такую, я внимательно рассмотрел следы, которые вели из леса - и две тянущиеся по ней борозды, заставили меня задуматься. У Филиппа была небольшая повозка. Обычно, если люди и путешествуют то либо на больших телегах, либо вообще без них. Глубина этих следов подходила идеально для небольшой повозки - а вот тяжелые, глубокие отпечатки подкованных копыт подходили для небольшой группы наёмников. Озвучив эти аргументы Афики, мы дружно отошли немного от дороги и свернули параллельно ей. Второй день наших поисков подходил к концу: солнечный диск коснулся горизонта, мы прошли огромное поле, когда наступили сумерки, а мы с ней снова упёрлись в ещё одну чащу леса. Долго решать как быть не стали - что меня, что эльфийку тянуло в лес куда сильнее, чем луга, так что мы двинулись внутрь. Моё зрение быстро настроилось на лесной полумрак, а вот у наших лошадей такого не было, из-за чего мне пришлось спешиться и вести их под поводья прямо по дороге, ища какое-нибудь удобное место для ночёвки. Но вместо какого-нибудь пригорка или хорошей чащи, я увидел то, чего совсем не стоило, причём не на дороге, а сильно левее от неё - факелы, костры и лошадей. Даже Молли и Полли, чувствующие дорогу ничего не заподозрили и для них стал неожиданностью мой вскинутый над плечом кулак. От такой резкой остановки даже Афики немного проснулась, качнувшись в седле Молли. - А что, зачем? - неразборчиво пробормотала она, пока я шикнув, показал ей большой палец, веля замолчать. Когда эльфийка наконец-то перестроилась на серьёзный режим, я опустил этот же палец в сторону разбитого лагеря. Эльфийка всмотревшись в чащу, честно призналась: - Прости, я ничего не вижу… - Костры, факелы, лошади? - на всякий случай спросил я её, инстинктивно, втянув воздух, будто ища подтверждения, - Да, они там… - Может быть ты их не видишь, а чувствуешь? - предположила Афики, а я, моргнув, будто действительно потерял их из виду. - Может… Но они там есть. - Либо они увидели нас, - выдала Афики, и мы замерли от сковавшего душу леденящего ужаса. В голове я перебирал варианты - нет, нас не могли заметить, у нас тут две вороные лошади, и даже белоснежная кожа эльфийки была тщательно сокрыта под рубахами и штанами, а моя рыжая шерсть чуть ли не впитывала в себя свет и… - Да, - раздалось у нас за спинами с лёгким, непонятным акцентом, - Вас увидели. Вас было сложно не увидеть. Я медленно сглотнул и поднял лапы над головой. - Я вам нужнее живой, - сразу сказал я, пытаясь повернуться человеку, но тот щёлкнул чем-то оружейным. - Смотри прямо, лис, - издевательски сказал он, - А остроухая? Афики, хоть и держала руки так же как и я над головой, не зная что такого придумать, выпалила то, зачем мы сюда пришли: - Мой заинтересован лидер одного наёмного отряда… Человек выдержал недолгую паузу, а потом громоглассно рассмеялся, но опять же как-то странно: через нос, надменно так. Но я уже расслабился и даже опустил лапы. Во-первых он назвал меня лисом - не химерой, гомункулом или ещё чем поизобретательнее. Ну а во-вторых я уже узнал и его акцент, хоть в прошлое наше знакомство я его особо и не слышал. - А про твоё имя это правда? - спросил я, не поворачиваясь. Их шпион уже по-доброму усмехнулся, одним лишь этим звуком позволяя нам повернуться к нему. - Да, лис, его не обязательно кому-то знать, - признался он, - Но вы довольно смешные! - Чем это? - возмутилась Афики, поняв что опасность отступила. - Важный и ещё важнее, - обозвал нас человек, обводя нас всех пальцем, - И чем же ты, лис, можешь быть полезнее живым, чем мёртвым? Пришло время уже мне улыбнуться. - Я знаю где и более того как достать несколько сотен фунтов вашей любимой бумажной наличности. - Несколько сотен… фунтов? Это как? - поинтересовался человек, кивая нам на дорогу чтобы мы шли дальше, перед ним. Сравнение видимо прошло мимо, но совершенно внезапно на помощь пришла Афики: - Когда всё погрузили на один из людских кораблей - он осел ниже ватерлинии. - Бумажных денег? - уточнил человек. - Да, не золота, - подтвердил я. Человек крепко задумался и кивнул нам в сторону лагеря чтобы мы ускорили шаг. - И вы искали нас? - А кого ещё? - усмехнулся я. - Какие интересные идеи заходят в ваши остроухие головы, - довольно признался шпион, выводя нас на небольшую открытую тропинку к полевому лагерю, где нас уже заприметили и встречали двое других его бойца - толстый и тонкий, если даже не сказать утончённый, но оба при оружии и настороже. Их сослуживец подал им какой-то необычный знак и они сразу же расслабились, опуская оружие, но я даже издалека слышал как толстый пробасил тощему: - Я не вижу кого он там тащит! - Кого-то знакомого. Рыжего прохвоста и какую-то белую… Человек протёр глаза и всмотрелся в полумрак по мере нашего приближения, и спокойно сказал: - А, эльфийку. - Эльфийку?! - тут же раздалось где-то внутри лагеря и к нам на дорогу вышел самодовольный и радостный командир всего этого отряда, глядя нам навстречу. Пока мы подходили ближе, человек поровнялся с нами и даже вышел чуть вперёд, шутя: - Смотри, командир, кого я нашёл для тебя в лесу! - Ну с лисой ничего необычного, но вот найти тут эльфийку, - поддакнул здоровяк. - Это редкая и ценная добыча, - признался Филипп, поглаживая подбородок, но как раз к этому моменту мы и сами подошли к нему почти вплотную, и я спокойно заглянул ему в глаза: - Мы сами тебя искали. - На ловца и зверь бежит, - пошутили где-то в его лагере под дружный гогот. Филипп лишь саркастично улыбнулся нам, махнув на своих подчинённых ладонью: - Не обращайте на них внимания. Мы с Афики переглянулись - учитывая то, что она была ещё в седле, сделать это незаметно никак не получалось, так что главарь махнул нам уже приглашающе: - Проходите, располагайтесь - мы как раз подбросили дров. Афики неохотно спешилась, прихрамывая на больной ноге, что опять же не осталось незамеченным. - Док! - тут же крикнул Филипп, и даже ничего не поясняя, уже знакомый высокий статный боец его отряда поднялся со своего места, сразу беря с собой какую-то небольшую сумку. - Это не так важно, - попыталась отмахнуться эльфийка, но командир оказался неимоверно галантен: - Я настаиваю, - сказал он, - За ножками вроде ваших нужен уход и забота… - Ну так почему не займёшься этим сам? - недовольно спросила эльфийка, пока у человека от такого предложения округлились глаза в восторге. - А можно? - только и выпалил он. Афики опешила, но сохранила хоть сколько-то хорошую мину при плохой игре. - Не… знаю? - Йа, - вклинился в наш разговор доктор, - Я знаю. Высокомерно оглядев Афики, а потом и меня, взгляд его остановился и на моей подбитой лапе. Он тяжело вздохнул. - Рыжего потом. И я ничего не знаю в их анатомии. - Как будто всё тоже самое, - усмехнулся Филипп, подтверждая доктору его предположение осмотреть мою рану потом. Доктор и эльфийка недалеко удалились от места встречи, оставив нас наедине, и я заметил странное. Широкая, если не сказать подобострастная улыбка командира сменилась на другую - деловую, спокойную и уверенную. Он спокойно поманил меня глубже в лагерь, и даже уселся на какой-то пенёк перед костром, предлагая мне сделать тоже самое, но я вежливо отказался. Хотелось сохранить хотя бы морально-психологическое давление на него и говорить с ним, ну если не свысока, то хотя бы физически - сверху вниз. - Я конечно рад что Афики меня искала, - спокойно начал он, прикладываясь к фляге с водой, - Но зачем ты здесь, лис? - он помахал ладонью в воздухе, вспоминая, - Арен, кажется? Нет… - Ренар, - спокойно сказал я, - Думал, что уж меня-то ты запомнишь, когда я организую наш побег в том прибрежном городе… - Ты хвастался своим воровством, - припомнил Филипп, расслабленно откидываясь на ствол сосны за его спиной, - И скажу честно - я был впечатлён. Но не только тем как ты развернул всю имперскую бюрократию против самой себя, но и твоей безрассудностью и беспечностью. Я был в том городе ещё день - и после произошедшего поднялся такой шум, что даже нам пришлось сняться с места и уходить куда подальше, пока не задело. Ты совсем не думаешь о последствиях, лис. Не думаешь даже на один ход вперёд. Укол критики был болезненный, и крыть мне было нечем. От такой дозы откровенности шерсть на загривке непроизвольно взъерошилась, но я подавил рефлекс. Вместо этого я медленно, демонстративно облизнул нос, давая ему время остыть. Пусть думает, что я нервничаю. - Ты прав, - неохотно согласился я, - Думать на шаг вперёд - это не моё. Моё - это импровизация, смекалка, хитрость и просто баснословная удача. На ходу. Здесь и сейчас. У меня есть друзья которые подумают на десять, двадцать шагов вперёд, нанесут удар ещё до того как будет сделан первый ход с другой стороны, но когда за дело берусь я - всё в мире играет в мой такт. И именно поэтому я пришёл к тебе. Человеку, - сказал я, запуская лапу в жилетку. Я явил на свет пачку имперских марок - свежую, немного помятую в жилетке, скрепленную бумажной лентой с печатями и подписями. Самого крупного достоинства что я нашёл - с цифрой “100”. Все присутствующие люди тут же стихли и посмотрели на меня очень пристально и очень настороженно. Кое-кто потянулся ко мне, но я не приближался - просто обошёл костёр кругом, демонстрируя всем желающим эту пачку. Женщина в их отряде, уже видимо немного захмелевшая, протянула мне руку: - Дашь посмотреть? Я сделал для неё саркастичный взгляд, и она, как ни странно, поняла: - Пожалуйста? Я спокойно вложил пачку в её руку с почтительной улыбкой. Всё внимание переключилось на неё - даже командир смотрел на неё со странной смесью удивления и… какого-то ужаса. - Форсайт, да? - вспомнил я, - Это похоже на ваши имперские деньги? Женщина согласно кивнула мне головой и на то и на другое, не решаясь даже разорвать ленточку на пачке, и даже прижав её к груди. - Филипп, кажется теперь я командир нашего отряда, - сказала она, тут же рассмешив всех в отряде, но кажется ей одной было не смешно. Пока она крутила головой, рассматривая хохочущих товарищей, я спокойно присел рядом с ней и несложным трюком украл свою пачку бумажек обратно. Когда она их похватилась, я спокойно показал пачку ей же. - Хей, - вскинулась она, подрываясь с места и даже хватаясь за пистолет, но я спокойно приложил палец к носу чтобы она не шумела - вокруг из-за её выкрика воцарилась тишина и напряжённость. - Я вижу, что сумел привлечь ваше внимание, - сказал я. - Сумел, Ренар, - неожиданно уважительно сказал Филипп, поглядев в сторонку - там из чьей-то палатки уже вылезала Афики с доктором, стремясь посмотреть что тут происходит. - Отлично, - заключил я, - Ты кажется говорил, что вы готовы поработать за… это? Я снова продемонстрировал пачку купюр над своими ушами. - Я держала в руках целое фамильное поместье и безбедную жизнь для всей моей семьи, - напомнила мне Форсайт. - Ох, как это здорово, - саркастично сказал я, - А знаешь что твой людской род сделал с моим? Не дожидаясь ответа, я разорвал бумажную ленту когтём и выкинул разлетающуюся в воздухе пачку их денег прямо в огонь. Я даже не оборачивался, но понимал что по отдельности каждая купюра, каждая бумажка была слишком уязвима для огня. - Вот что! Филипп немного расслабился, усмехнувшись. Видимо он, таким образом, остался при всей своей полноте власти, и поэтому ему стало проще. Здоровяк немного обиженно хмыкнул, но все остальные - кроме женщины - сохранили хоть какое-то подобие хладнокровия. Женщина же тихо всхлипнула, будто собираясь расплакаться, но к ней тут же пристроилась Афики с лёгкой улыбкой. - Не надо переживать за эти бумажки, - сказал я. - Мой дом сожгли за меньшее, лис, - напомнила мне Афики. - Вот именно. Так что нам надо от них избавиться, - сказал я наконец-то Филиппу, устроив такое представление, - Но вместо того чтобы делать так, как хотят все мои товарищи по оружию, - я обвёл лапой костёр, - Я решил избавиться от них по-умному. - И как же это? - на всякий случай командир, всё так же полулёжа у дерева. Я спокойно достал из жилетки ещё три таких же пачки денег и демонстративно, по одной, кинул их прямо на него, попав примерно в область живота. Он инстинктивно подхватил две пачки, но на третью у него не хватило рук и она отлетала вбок от него, как раз в сторону Форсайт. Последняя как раз встала окончательно и направила мне в затылок свой пистолет с необычайно большим дулом. - Я сделаю твою смерть необычайно болезненной, - сказала она. - Форсайт! - тут же поднял голос Филипп, - Отставить! Я спокойно поднял лапы. - А я говорила что всё этим кончится, - тут же встряла Афики, подаваясь вперёд и кладя руку на свой нож. - Расслабься, Форсайт, - спокойно сказал я, видя что она не спешит подчиниться приказу, - Живой я обеспечу тебя, твою семью и всё твоё поместье ещё на пару поколений вперёд… - Вываливай всё что у тебя есть! - приказала она, тряхнув пистолетом. - При всём желании - не могу, - признался я, - Я же держу лапы над головой… - Пошути ещё, рыжее отродье! На пистолет женщины опустилась чья-то тяжёлая и очень загорелая рука. Её успокоил и остановил очень загорелый, одноглазый человек из отряда Филиппа в самой тяжёлой броне из всех. - Успокойся, - сказал одноглазый, - Говорю тебе как владелец поместья - это то ещё проклятие. Женщина истерически рассмеялась, пока по её щекам текли слёзы. Я опустил лапы и посмотрел на почти лежащего на земле командира. - Тавиш, - обратился он к одноглазому, - Отведи её в сторонку. Потом поговорим. Филиппу пришлось подняться передо мной - и хоть он был немного выше, я всё равно чувствовал своё превосходство над ним. Он был обескуражен и растерян, но быстро восстанавливал контроль над собой и своими людьми. - Откуда ты всё это взял? Это печать центрального банка империума, их только-только привезли с материка… - он показал мне какие-то синие вензеля на ленточке, скрепляющие пачку. - Чем узнавать откуда я их взял, спросил бы сколько ещё у меня есть, - сказал я ему слегка насмешливо, - Знаешь как говорят среди воров: где взял - там больше нету! Филипп настороженно посмотрел на человека, который нас привёл, до этого момента безучастного. - Шеон, что они говорили? - Что от бумаг корабль просел ниже ватерлинии, - тут же вспомнил человек. - Это правда? - тут же посмотрел на меня командир. - Если бы я знал что такое ватерлиния, - лениво признался я, но увидев его рассерженный взгляд, спокойно пояснил, - Полный трюм этого барахла. Фрегата, Филипп. Настоящего военного Фрегата, который мы украли у вашей дорогой империи. Человек насторожился, но вдруг улыбнулся и спокойно констатировал: - И вы пришли с этим… предложением ко мне? - Больше не к кому, - честно признался я, - Эти деньги… - Для вас бесполезны. - Понимающе кивнул наемник. - Но зачем же вы их тогда забрали? Сожгли бы там?.. - Была такая мысль. - Кивнул я. - И не у меня одного. Только у меня одного было понимание, что это какая-никакая ценность... - Ещё какая! - Выразительно подняв брови, округлил глаза Филипп. -...Именно поэтому, - продолжил я, - мы и решили приволочь их с собой. В крайнем случае - растопим костер. - Не надо костер! - Встрепенулся наемник. - Я скажу тебе даже больше того, Филипп, - перебил его я, - Все мои друзья, среди которых и командиры сопротивления, видят в них намного большую опасность, нежели пользу. И их уничтожат, если что-то пойдёт не так - даже самую малость. Не побрезгуют - выбросят в море или сожгут или ещё чего покруче. Продолжая смеяться, Филипп вдруг попытался стать серьёзным: - Не-е-е-е, такую кипу бабла нельзя сжигать… Страшно представить что случится с экономикой нашей родной империи… Я не стал ему отвечать, но принял это к сведенью. Эта ремарка была… очень интересной, мягко говоря. - А сколько денег там конкретно? - наконец-то подал голос доктор, который уже помог Афики и уже рассматривал издалека мою лапу. - Не знаю, - честно признался я, - Не считал и не собираюсь. Но воровал и побольше. Филипп наконец-то пришёл в себя - отдышался, поправил причёску и наконец-то спросил: - Так что же ты предлагаешь, Ренар? Я развёл лапами в недоумении. - Вы вроде как наёмники? Вольные стрелки, клинки, вот это всё? В его отряде начали раздаваться неуверенные смешки и перешёптывания, но их Командир, приосанившись и даже вытянувшись предо мной по-военному строго, махнул у головы рукой. - Это точно! - И вы не против присягнуть на верность… - начал было я. - Мы верны только деньгам. Кто платит - тот и заказывает музыку, как говорится! - крикнул кто-то из его отряда в нарушении всякой субординации. - Обойдёмся без этого, - подтвердил слова своего бойца Филипп, - Моя присяга - это твои деньги, лис. Ты платишь - я подчиняюсь. Или у вас всё настолько плохо? - Да, - честно ответил я, - Нам нужны любые силы. А в тылу нашего врага - уж точно. - А нам нужны новые доспехи и оружие! - вставил здоровяк, складывая огромные руки на груди. - Если этот лис действительно настолько богат, насколько я могу себе это представить - мы будем обеспечены до конца жизни! Я оглянулся и с лёгкой улыбкой протянул лапу к Филиппу, смотря ему прямо в глаза. Уверенности в его действиях не было, но он, помешкавшись, протянул мне свою голую ладонь в ответ и крепко сжал мою. На этом фактически официальная часть закончилась и как только наше руколапопожатие закончилось, командир громко объявил на весь лагерь: - У нас новый наниматель, парни! - Так точно! - рявкнул уже знакомый мне Доу, карауливший меня в телеге, и ему вторили некоторые другие бойцы из этого странного людского отряда. Одноглазый, до этого момента державший за плечо Форсайт даже достал какую-то флягу и с довольный криком отпил из неё чего-то явно горячительного, не забыв угостить и приунывшую подругу. Видимо наёмники праздновали то, что их всё-таки.. наняли. - Что теперь? - уже довольно строго спросил меня Филипп, скрестив руки на груди. - Теперь мы ждём, - ответил я ему, - Со дня на день, может завтра, может позже - нас должен найти мой связной. Гепард. Я сообщаю ему хорошие новости - и ровно после этого мы все снимаемся с места и идём в Дрифтен. - Дрифтен? - удивился Филипп, - Почему именно туда? - У нас там запланирована встреча с вашей наличностью. Но только по моему сигналу. А до этого - делайте что хотите. Филипп, немного похмурев, кивнул, раздал приказы укрепить лагерь, который должен был быть перевалочным, а теперь должен был остаться на подольше. Также последовали приказы поставить нас с Афики на довольствие, сразу же с ремаркой лично от командира что эльфийка мясо не ест. Для нас даже оперативно наши какую-то маленькую палатку, но она была настолько маленькой, что воспользоваться ею решилась только Афики. Но Филипп сказал что место - для меня, а ей можно воспользоваться его личной палаткой, в которой место было сильно больше. Молли и Полли были так же накормлены и напоены из маленького фургончика, что не могло не радовать. Пока мы с эльфийкой обиживались в новой, довольно большой и неоднородной компании, я наконец-то выкроил время показать свою лапу доктору, который тут же достал инструменты и побольше свечей, тут же занимаясь швами на моей рваной ране, приговаривая что-то вроде “ну что за дикарство”, “Отсталость” и другие нелицеприятные эпитеты в адрес моего лучшего друга, да ещё периодически переходя на другой - грубый, резкий язык. Делал он всё действительно намного лучше, а любые оправдания насчёт работы Арена даже слушать не хотел - настолько был поглощён работой. В этот момент ко мне подошла уже немного не твёрдо стоящая на ногах Форсайт, глядя на меня сверху вниз. Она была предварительно разоружена, но всё равно ощущения были не из приятных. Я заглянул ей в глаза и абсоютно честно, откровенно и открыто сказал ей: - Форсайт, я украл столько денег, что по дороге потерять успел больше, чем ты держала в своих руках сегодня вечером. Оставайся с нами - и очень скоро ты поймёшь что про “Несколько поколений вперёд” я не шутил. Женщина поджала губы, но ничего не ответила - только отпила ещё чего-то такого вкусно пахнущего из фляги одноглазого, и ушла куда-то. Я же переключил внимание на кое-что уже совсем из ряда вон - Филипп, обхаживающий Афики, да ещё как! Она устроилась перед ним на пеньке, вытянув перед ним голую ножку, которую командир наёмников мазал какой-то мазью, явно выданной ей командным доктором. Афики, хоть и натянуто улыбалась ему в ответ на такую заботу, но увидев мой взгляд, сделала мне такую страшную гримасу, что я чуть не испортил доку его же работу, о которой и думать забыл - настолько он был искусен. Однако нам ничего не оставалось, будучи уставшими с дороги, кроме как доверить свои жизни этим людям и устроится в обозначенных для нас местах. Мне даже понравилось в своей малюсенькой палаточке-тенте - было уютно, не продувало, относительно тепло, но никакого ощущения безопасности как в настоящей норе. Я высунул нос наружу и спал, как у нас говорят, в пол-глаза, легко просыпаясь на любой шорох или даже посторонний запах, но так же легко и быстро засыпая обратно. В какой-то момент мне даже пришлось просыпаться полностью - наёмники говорили о чём-то, обсуждали нас, но ничего важного или даже сильно обидного не сказали. Уже где-то в глубокой ночи, когда костёр потушили и не спали только дозорные, я снова проснулся от лёгкого, невесомого шуршания по лесной подстилке, и приоткрыв один глаз я увидел уже знакомые ступни эльфийки. прошедшие мимо. Моментально раскрыв оба глаза и инстинктивно облизнув пересохший нос, я медленно поднялся и на четырёх лапах бесшумно выполз вслед за ней. Эльфийку явно что-то беспокоило, и утешения она искала где-то в районе общей конюшни, где подбоченившись, спали лошади наёмников и затесавшиеся с ними Молли и Полли. К своей лошади, к которой эльфийка уже успела привязаться, она подошла и погладила её по морде, от чего та неохотно, но быстро проснулась, вместе со своей сестрой. Вот на этом моменте я понял что может случиться что-то нехорошее, и поэтому всё-таки раскрыл себя: - Куда-то собираешься? Афики даже не повернулась ко мне, не вздрогнула - её вообще не удивил мой голос за её спиной. - Нет, - ответила она, - Просто общаться с этими людьми сложнее, чем обычно, - призналась она, - А спать так долго я не привыкла. Вот и решила проведать лошадей. Она потрепала морду лошадки, улыбнувшись и прижавшись к ней лбом. Молли охотно ответила взаимностью, пока Полли просто фыркала на появляющуюся утреннюю росу. Я подошёл к ней и тоже погладил её, охотно признавая правоту моей спутницы: - Да… Они как будто оторваны от природы. - Точно, - тут же подтвердила эльфийка, - Всё это их оружие, дома, деньги… Я, продолжая гладить Полли, усмехнулся и припомнил: - Я даже живу в дереве. Огромном фамильном замке, который сделали в стволе гигантского дерева. Я даже не знаю толком что это за дерево такое, но знаешь - когда ко мне в замок въехала Флёр и переехал её клан - оно снова ожило. И кажется, совершенно не против нас. Эльфийка с интересом слушала меня, но грустно усмехнулась. - А люди бы срубили его и не посмотрели бы. Наделали бы досок, сложили свои домишки и жили бы в окружении… трупов. - Они их ещё и носят, - неохотно напомнил я, - Хотя клан торговал пухом и шерстью. Которыми мы обильно линяем почти круглый год. - И ты думаешь что мы поступаем правильно? - Был бы у меня другой выбор - я бы задумался. А пока у нас его нет. Разговор сам собой затихнул. Лошади, тоже успевшие выспаться, мирно потопали к кормушке и это навело меня на некоторые мысли. - Тебя хоть покормили нормально? - Не то что бы, - призналась Афики, - у них из съестного для меня - только квашенная капуста. - Ну тоже неплохо, - пожал плечами я, но эльфийка тихо усмехнулась. - За меня не переживай - не пропаду. - Я и не сомневаюсь, - признался я, пожимая плечами, но тут же челюсть свело таким приступом зевоты, что я чуть челюсть не вывихнул, - а я досыпать. Я залез в свою палаточку обратно, особо ничего не стесняясь, и быстро провалился в неглубокий, но быстрый сон. Утром меня разбудил уже топот и гомон лагеря, но ничего страшного, судя по нему, не происходило - просто люди проспались и принимались за свои дела, которых у них особо-то и не было, так как по моему указанию они оставались ровно на этом месте до моей же команды, поэтому они, раскладывая вещи чуть больше чем было, занимали время кто чем мог. Я некоторое время просто лежал, даже с открытыми глазами, не особо скрывая того факта что уже проснулся, но на меня никто не обращал внимания, поэтому я успел хорошенько рассмотреть некоторых из наёмников Филиппа и их специальности - к одному ходили чинить оружие, другой забивал гранаты смесью порошков, приготовленных им же, кто-то просто начищал свои доспехи. Первым с утра ко мне обратился доктор, просто присев рядом с моей палаткой и разглядывая мою правую лапу с нескрываемым любопытством. Я не стал возражать и даже протянул её ему чтобы он мог рассмотреть поближе всё что ему нужно. Он охотно усадил на своём носу круглые очки и осмотрел свою работу уже при свете дня, а не свечей. - Вундебар, - сказал он на непонятном мне диалекте, - Как давно вы получили эту рану? - Меньше недели назад, - сказал я, поднимая морду и зевая во всю пасть. - Отлично заживает, - констатировал он, посмотрев на меня и сказав, - Что не удивительно, ты же в сущности собака. На короткое мгновние я подумывал оскорбиться на него, но быстро передумал. Доктор у людей может и не обладал должным чувством такта, но говорил по делу, хоть и не очень разбираясь в некоторых вещах. - Ну не совсем, - усмехнулся я, отводя взгляд, - Многие нас называют псовыми с характерами котов, но это только те кто знает только кошек да собак. Мы так-то отдельный вид и у нас свои подвиды - от фенеков до песцов. Доктор посмотрел на меня и поначалу я даже не понял как - то ли с презрением, то ли… - Это очень интересно, - сказал он и я не смог с ходу разобрать сарказм это был или нет из-за его акцента, но он продолжил, - Пока у нас есть время - расскажешь о вашем устройстве? Мне интересно что же получилось у нашего алхимика… - Вы про нашего создателя? - усмехнулся я. - Йа! - тут кивнул доктор. - Вы не поверите, но вполне возможно я знаю его лично. - Как? Это было сотни лет назад… - Ну может его ученика, который не остановился на достигнутом. И сделал то, из-за чего получаются Эвы. - Эвы? Я кивнул ему с таинственной улыбкой. - Мы должны знать как можно больше, - заявил мне доктор. - Ну тогда может сначала позавтракаем? - О, йа, завтрак было бы замечательно, - охотно согласился со мной лекарь. Я окончательно выполз из своей палаточки и направился к раззожённому костру, где уже уже вовсю кипели несколько вкусно пахнущих котелков со всевозможным варевом, а совсем близко от огня уже сидела Афики, тыкая палочкой в какой-то камень. Присмотревшись, я увидел на камне несколько разбитых яиц, которые эльфийка жарила в яичницу с какими-то вялеными помидорами. Подсев к ней рядом, я кивнул на её завтрак: - А я думал что ты мясо не ешь из солидарности с природой… Это же чьи-то дети. - Их мать вон в том котелке, - немного разочарованно вздохнула Афики, показывая палочкой на котелок напротив, - Не оставлять же сирот. - Как прагматично для идейной вегетарианки, - посетовал я, но вдруг нарвался на её раздражённый взгляд: - Когда надо, лис, я ем такое от чего твой желудок вывернеться наизнанку. Но пока я могу - я буду есть то, чего сама хочу, а не то, чем меня пичкают против воли. Усёк? Я поднял лапы над плечами и кивнул. Мне действительно не хотелось её задевать. А через несколько минут получил жестяную миску с какой-то буро-коричневой кашей, с кусочками птицы, кролика и даже морковки, и очень вкусного, что я охотно уплёл за обе щёки и даже решился попросить добавки, которой оказалось в достатке. Впервые за несколько дней поев от пуза, я развалился в лесной тени у какой-то сосны и принялся выковыривать морковку из клыков, когда ко мне снова подошёл доктор и даже Филипп с парой других из своей команды. Удивившись такому внимаю к своей малозначительной персоне, я получил достойный ответ: - Герберт сказал что ты можешь рассказать о вас, - пояснил Филипп, - Пока у нас есть время - надо послушать. - Интерес… Герберта я ещё понимаю. А ваш? - обвёл я всех остальных пальцем, - Как проще будет нас убивать? Наёмники дружно засмеялись, а один - самый здоровый, пояснил: - Вы пробиваетесь пулями так же, как и все остальные. Убивать вас не проблема. Я принял этот выпад спокойно, если не сказать стоически, просто проверил свои тупые, но прочные когти. Филипп даже немного раздражённо посмотрел на здорового за такие слова, но у меня нашлись слова поинтереснее: - Пули пробивают, это да. Ваша же кожа такая же тонкая и хрупкая как бумага ваших денег, и продирается тем, что природа дала нам от рождения. Вы учитесь стрелять и убивать, а мы, - я приложил лапу к груди, - Рождаемся с инстинктами хищника в крови, и уже довольно быстро становимся самостоятельными. Мы все убиваем с рождения и при необходимости делаем это три раза в день. На завтрак, обед и ужин. Людей моя маленькая речь никак не впечатлила. - Однако с императорской армией вам это не помогло. - Может закончите уже? - предложил Филипп, смотря как их лагерный доктор что-то записывает в журнал. Я развёл лапами, показывая что готов к любой другой теме разговора, кроме этой. Командир передал слово Герберту и тот охотно начал засыпать меня самыми разными вопросами обо всех на свете, начиная чуть ли не с самых интимных основ: сохранились ли у нас периоды, как он выразился “гона”, сколько длиться беременность и как быстро взрослеют щенки. Я сразу обозначил ему самый очевидный факт: я хорошо знаю только про наш хитрый рыжий род, а про всех остальных ему придётся осведомляться у кого-нибудь ещё, и возможно такой шанс ему представится в самом ближайшем будущем. Доктор поправил очки и решительно кивнул. Я начал с основ для самых маленьких для всей людской команды, что заняло у нас довольно непродолжительное время, но потом мы перешли к философским и куда более интересным вопросам. Особенно больным оказался для людей вопрос “Обращённых” и “Рождённых” лис, вставших на две лапы. Они долго расспрашивали меня как мы относимся к тем или иным, не видим ли в них каких-то недостатков, а потом и вовсе перешли что есть же лисы-чернобурки, есть с серебристой шерстью и ещё другие подвиды вроде фенеков и песцов. Доктор, иногда терявший интерес к беседе со мной с научной точки зрения давал выступить людям с вопросами о том как мы организовываемся, как делим на своих и чужих, а мне только оставалось объяснять что по видам мы никого и никак не делим - можем сбиваться в стаи, кланы или иногда в целые государства, но вражда возникает по сугубо “людским” причинам - ресурсы, деньги, власть, пространство для жизни. Но никогда из-за цвета шкуры, размера или каких-то особенностей. Я даже припомнил лося, которого спас из казематов, который как раз делил - и в красках описал реакцию всех остальных, оценивших его состояние как сумасшедшее. Афики на фоне моего рассказаа совсем куда-то пропала, хотя я мог биться об залог что своими историями увлёк и притянул к себе практических всех участников отряда Филиппа, которые даже начали задавать вопросы по своим специальностям, которые я начал определять. Одноглазый смуглый человек к которому обращались Тавиш хотел узнать какие-нибудь рецепты взрывчатки, но я кое-как открутился от его вопросов. Другой деловой, у которого все чинили оружие, довольно долго разговаривал со мной о технологиях которые мы используем, но в его понимании даже самый передовой для меня паровой двигатель в яхте моей жены было какой-то доисторической древностью. Я вспомнил как зовут и его - Делл Конагер, он проявлял до этого неподдельный интерес к арбалету Флёр, ещё в той галантерее, в которой нас угораздило нарваться на этих вольных стрелков. Зато самый большой и самый маленькие члены отряда Филиппа, которых звали просто Михаил и сложно Джереми Уиллис начали расспрашивать какие звери из нас самые быстрые, а какие самые сильные. В итоге здоровяк Михаил изъявил желание подраться на кулаках с медведем, причём желательно полярным, а лёгкий и шустрый Джереми очень ждал прибытия в лагерь гепарда. Но далеко не все сослуживцы принимали участие в беседе. Во-первых долговязый человек с длинной винтовкой видимо стоял в дозоре, Шеон, встретивший нас, просто слушал, стоя неподалеку, солдат с большим шлемом по имени Доу просто не проявлял никакого интереса, а Форсайт попивала что-то горячительное, искоса глядя на меня и всю компанию, которую я вокруг себя собрал, явно недовольная тем же, чем и вчера. Тут же я приметил для себя основной костяк команды Филиппа: включая его было всего десять бойцов, каждый специализирующийся на своём, и ещё несколько новоборанцев на “испытательном сроке”, как сам командир и выразился, создающих больше массовку, чем какую-то реальную ударную силу. В какой-то момент мы поняли что дело было уже к обеду и разошлись - я пошёл поискать что-нибудь съестное, наткнулся в чаще леса на Афики, собирающую грибы, ягоды и орехи - всё, что мог дать нам с нею лес. Обсуждать с ней было нечего, но мы встретились за обедом, где она поделилась набранным богатством с сегодняшним поваром - вернувшимся из дозора долговязлым, с которым я познакомился и наконец-то узнал как зовут его, а точенее как бы мне стоило его называть: Мистер Манди, с ударением на последнем слоге. С ним мы сварили какой-никакой суп с какими-то бобами, который Михаил назвал “музыкальным”. Почему он так его назвал я понял где-то через час, и тогда лагерь наконец-то более-менее разбрёлся в разные стороны по своим делам. Время потянулось необычайно медленно и плавно - но можно было хотя бы отдохнуть. И вот под самый вечер, когда я уже принял для себя решение что мы остаёмся уже на вторую ночёвку и начал решать про себя задачу о том что наёмникам да и мне с Афики, а так же лошадям, может не хватит на такое время припасов, в чаще леса раздался какой-то странный, посторонний звук… то ли птицы, то ли какого-то другого зверя, но я никогда такого не слышал. Я тут же поднялся с земли, поднимая и крутя ушами, пытаясь навестись на источник этого звука, но что самое - я в своей внимательности был далеко не одинок. Все бойцы Филиппа поднялись с земли, берясь за оружие, услышав этот звук. Афики поднялась скорее за компанию, но совершенно спокойная, констатируя очевидное: - Это не птица. Кто-то из наёмников шикнул на неё на пределе слышимости для людей, но не для меня. Я поискал глазами их главного и быстро его нашёл - он как раздал какие-то указания двоим своим людям, который тут же, бесшумно и мягко покинули лагерь. Я оказался у него как раз вовремя: человек положив мне руку на плечо, усадил на корточки и прошептал: - Это сигнал что что-то не так, - сразу пояснил мне он, - Пока может быть всё что угодно, я послал своих посмотреть… - Я в лесу как дома, - пришлось напомнить мне, - Я тоже могу сходить на разведку. Филип оглядел меня и с улыбкой кивнул: - Лишним не будет, но ты наш потенциальный связной между нами и огромной кучей денег. - Афики если что, всё расскажет, - усмехнулся я. Филип одобрил мои намерения и утвердительно кивнул мне, сразу показывая рукой примерную сторону, в которой стоило бы посмотреть. Я решил ему подыграть - всё-таки у него всё было организовано и чётко, здесь наверное не было места для импровизации. Но полусогнутых лапах, максимально прижимаясь к земле, я покинул лагерь, нырнув в чащу леса как к себе домой. Прижимаясь к деревьям и используя даже самые малые складки местности я медленно и осторожно продвигался ближе к дороге, пока она не оказалась у меня в прямой видимости. Быстро выйдя на неё, я проверил новые следы и увидел довольно свежие кошачьи, но с когтями - это могло означать только одно - мой связной где-то здесь и ищет меня. Я бегло бросил взгляд в разные стороны, никого не обнаружил и быстро вернулся в лагерь. Вся моя разведка заняла у меня не больше десяти минут, но что самое интересное - тоже было и с людьми. Один из них, который представился мистером Манди, уже отчитывался Филипу, но я, прибежав к ним, тут же махнул лапой: - Это гепард, - тут же выпалил я, - Мой связной. - Ага, - тут же ответил мне долговязый наёмник, - и его пасут. - Пасут? - Двое имперских разведчиков идут по его следу, - быстро пояснил мне Филипп. - Именно это было сигналом, а не прибытие вашей дорогой кисы, - чуть более холодно пояснил стрелок. Филипп, сидя на корточки, крепко задумался, но потом посмотрел на своего. - Шеон ещё там? Манди коротко кивнул. - Думаешь он справится? - Он знал что вы зададите такой вопрос, сэр, - неожиданно почтительно отозвался стрелок, - Сказал что их устранение не вызовет у него каких-то особых эмоций. - Ну вот и посмотрим, - кивнул Филипп, поворачиваясь ко мне, - Ренар, мы собираемся устранить их, - сообщил он мне, а мне только оставалось развести лапами в стороны. - И что? - Я так понимаю вы не против. - Ещё чего, - тут же хмыкнул я. - Отлично. Тогда предлагаю выйти к вашему связному и провести его глубже к лагерю. Дальше мы сами. - Я покажу где ваш гепард, мистер лис, - вызвался снайпер. Я тут же согласно кивнул и мы вдвоём дружно вскочили на ноги. Манди перехватил в боевое положение свою длинную винтовку с каким-то тубусом на месте прицела и, коротко посмотрев по сторонам, махнул над плечом. Я последовал за ним в другую сторону от лагеря, пробираясь через бурелом леса - на этот раз мы не особо скрывались - по крайней мере так казалось мне, пока я следил за тем как это делает мой провожатый. В какой-то момент я даже подумал что мы специально привлекаем внимание, чтобы другой человек узнал о наших планах, но потом оказалось что мы всё-таки прячемся, когда мы дошли до лесной дороги и залегли рядом. Разговора у нас не вышло. Человек замаскировался под куст, причём довольно неплохо, а главное - как раз вовремя - через несколько минут, из очередного поворота торопливо и нервно вышел гепард, почти переходя на бег. Одет он был подобающе - глухой плащ и тяжёлый капюшон. Я лишь посмотрел на куст, из которого торчал едва заметный ствол винтовки и тот кивнул мне в ответ. Я тут же выполз поближе к дороге и привлёк к себе внимание простым жестом. Пират меня заметил, но не спешил останавливаться. Когда он подошёл ко мне, он не остановился, бросив мне из под капюшона на пределе слышимости: - За мной хвост. Двое в чёрном. - Знаем. Сворачивай. Связной немедленно подчинился и свернул в сторону нашего лагеря. Человек с винтовкой парой жестов велел нам идти к лагерю и мы с ним, уже особо ничего не скрывая, пошли обратно в глубь чащи леса, через несколько минут выйдя обратно к палаткам и костру. Пока все хранили гробовое молчание и не высовывались, я с гепардом подошёл к Филиппу и представил их друг другу, что оказалось забавным, так как я не знал имени гепарда. Командир даже охотно послушал мою историю о том, что те, с кем я знакомлюсь по имени, слишком уж часто погибают. В этот момент в лагерь вернулся Шеон. На нём не было ни царапины, ни отметины, ничего - как будто он только что вернулся с променада в весеннем парке, но одного его появление ознаменовало дружный, не наигранный выдох облегчения. В костёр подбросили дров, все наёмники начали готовиться к ночи. Филипп лишь обменялся парой взглядов со своим шпионом, и вся коммуникация между ними уложилась в пару кивков и одно пожатие плечами. - Что произошло? - на всякий случай уточнил я. - Он разобрался, - пояснил мне Филипп, - Опасности больше нет. Гепард-связной даже немного наигранно выдохнул, а я наоборот - насторожился. Сложив некоторые действия наёмникв в уме, я задал главарю один простой, но казалось бы логичный вопрос: - А почему ты переживал что он не справится? Филип вздёрнул брови, видимо удивившись моей проницательности, но ответил спокойно: - Шеон был одним из них - разведчиков. Это всё что мы о нём достоверно знаем, и мне этого достаточно. Раньше мы не вступали с его бывшими подразделениями в прямую конфронтацию, и я… - На секунду подумал что надо мной возобладают какие-то товарищеские чувства? - перебил его шпион, появившийся прямо за его спиной, но уже с миской каши. Филипп даже немного наигранно вздрогнул от такой неожиданности. - Нет, - строго заключил Шеон, - Я всегда был лучше их всех. Не берусь сказать что возможно даже вместе взятых, но иногда казалось и так. Шпион положил ложку каши в свой рот и начал жевать. Но сейчас я был на правах нанимателя, практически главный и потому спокойно кивнул ему. - Мне нужно увидеть тела. - Это не является проблемой, но сначала я поем, - сказал мне человек. - Да, хорошо, - неуверенно кивнул я, наблюдая как человек спокойно присаживается к костру и наливает себе какого-то вина из походной фляги, разделяя напиток с Форсайт. - Я так понимаю, в ночь мы никуда не пойдём, - предположил рядом Филипп. - А вы хотите? - спросил я, оглядывая его и удивлённого гепарда, к которому и обратился, - Какие новости? - Хреновые, - только и ответил он к моему разочарованному вздоху, и пояснил, - Если я не принесу хорошие обратно на остров, там со дня на день может разгорится война между нашими. Чи хочет топить их деньгами костры. Филипп снова вздёрнул брови, а я и ухом не повёл. - Это не новость. А Флёр? - Верит в то что ты преуспеешь. - Ну как видишь, - сказал я ему. - Я вижу, - кивнул гепард, - Но можно мне передохнуть и поесть? Я вторые сутки на ногах, догоняя тебя… Я на всякий случай вопросительно посмотрел на Филиппа, но тот сразу же кивнул: - Да не проблема, - ответил он, тут же отдавая сегодняшнему дежурному приказ добавить ещё чуть больше в котелок, - Я конечно не хочу чтобы нашими деньгами топили костры… Гепард нервно усмехнулся, но, сбросив наконец-то плащ, устроился у костра и быстро получил свою еду, за что поблагодарил людей. Я очень хотел спросить у Филиппа почему разведчиков так понадобилось именно устранять, ведь мы могли снова прикинуться пленными или что-то в этом роде, но в этот момент ко мне подошёл Шеон с факелом и галантно предложил осмотреть тела, чего я так хотел. Я согласился и последовал за ним. Уже никого не боясь и ни от кого не скрываясь, человек повёл меня по уже знакомой тропинке в чащу леса и через несколько минут он осветил факелом два человеческих трупа - в одинаковых чёрных тряпках, закутанных по самые глаза, которые теперь остекленевшим взглядом наслаждались ночным небом. Я присел рядом с ними и попытался их обыскать, но мой провожатый положил мне ладонь на плечо: - Оставь их барахло при них, лис. - Почему? - спросил я, тут же решив его немного проверить, - Товарищеские чувства? - Нет, - спокойно отвечал шпион, - Когда их найдут, а их обязательно найдут, если они будут безоружны, имперцы решат что в лесу могут быть организованные партизанские силы. А с такими лесами разговор короткий - они просто всё сожгут. Это не надо ни тебе, ни мне. Я медленно поднял лапы над ними и сжал пальцы в кулаки. Всё звучало более чем логично. - Понятно, - ответил я, - Предельно понятно. - Приятно, что с вами можно договориться, - улыбнулся провожатый с факелом и пригласил меня идти обратно в лагерь. Когда мы вернулись, гепард уже крепко спал в моей маленькой палатке-тенте, сопя в обе дырочки, а Филипп был занят раненной ногой Афики где-то у себя в палатке. Я присоединился к костру и весь оставшийся вечер провёл с не спящими наёмниками практически наравне - Делл даже предлагал мне выпить, пока у многих из них развязывались языки на новые, интересные мне откровенности. Я галантно отказался, сославшись на семью и тяжёлое положение, пообещав расслабиться как следует как только всё закончится. Закрывая Флягу, Делл как-то грустно усмехнулся и сказал мне перед сном: - Знавал я тех, кто хотел выпить после того как всё закончится. ничем хорошим это не кончалось. Я принял это к сведенью, тоже грустно усмехнувшись, но оставшись на своём. Уснул я у костра, свернувшись калачиком прямо на земле, чем, как потом оказалось, неплохо позабавил команду Филиппа. Утром меня разбудили чуть ли не последним - команда доедала пайки перед выходом, костёр был потушен и следы пребывания лагеря были практически ликвидированы. Афики уже подводила наших отдохнувших лошадей, довольно фыркающих и готовых сорваться в путь. Оглянувшись, я понял что гепард-пират, вчера спавший на моём месте, уже покинул наш лагерь. Гепард исчез так же бесшумно, как и появился, — видимо, унёс на остров весть, что дело движется. Всё что я услышал этим утром от Филиппа был один-единственный вопрос: - Ну так и где наши деньги, мистер Ренар? Поняв, что в кои-то веки всё идёт по плану, а не через импровизационную пень-колоду, я смело сказал: - Дрифтен. Моментально была раскрыта карта, на побережье найден искомый город и проложен маршрут. Рассвет даже толком не вступил в свои права - уже в предрассветных сумерках мы покинули лагерь и выдвинулись в нужном нам направлении. Наш с Афики путь на этот раз пошёл заметно быстрее и куда безопаснее - в окружении такой толпы вооружённых людей мы чувствовали себя куда уверенней, но даже так нам надо было соблюдать осторожность и прятаться всякий раз, когда на пути попадалось что-то нехорошее. Несколько раз нас просто окружали на своих лошадях, прикрывая нас от людских глаз издалека, но гораздо чаще нам приходилось спускаться с лошадей и залезать в глухую повозочку, которой как раз правила Форсайт. В ней намного быстрее получалось проходить города и сёла занятые людьми - никто на вольных людских стрелков не обращал никакого внимания. До назначенного места, с лошадьми и не делая крюков мы дошли буквально за день - уже ночью мы увидели огни Дрифтена, которые я счёл изрядно поредевшими, но всё ещё живыми. Решив не лезть в ночи на рожон и тыкаться в темноте и неразберихе наугад в своё-чужое, мы разбили небольшой лагерь и Шеон традиционно ушёл в ночь на разведку. Через пару часов он вернулся с интересной новостью для меня - город вроде как занят зверьми, но выглядит пустым и заброшенным. Тут уже пришлось пояснять мне, что этот портовой город раньше всегда был больше людским, но звери жили с ними дружно, до определённого момента. Однако даже в такой ситуации я не рискнул соваться туда в ночи. Утром мы встали не так рано и я сразу же собрался на разведку вместо Шеона. Со мной пыталась напроситься Афики, но я убедил её остаться чтобы Филипп не решил что я его как-то бросил или предал, а строго наоборот - в таких делах осторожность никогда не бывает лишней. И в этот раз, приходя к этому городу, я чувствовал себя странно - вроде как и уверенно, но всё равно боязно. Сразу стало понятно одно - людей и весь их гарнизон силой вышвырнули из города сразу после того как мы покинули его на новом фрегате, ныне названном “Гневом Капитана Эмерлины”. Однако что ещё становилось понятно, так это тот факт что легко это зверям не далось. И уж точно нельзя было говорить о какой-либо “малой крови” в контексте этого освобождения. Запах смерти, разложения и войны ударил мне в нос несмотря на утреннюю свежесть лугов, окружающих портовой город. Был этот смрад и раньше, однако тогда к нему ещё примешивались нотки людской строгости, организованности - они налётчики своеобразно заботились о своих завоеваниях - организовавали массовые захоронения, не давали распространяться заразе. В этом плане они были довольно неплохи. Здесь же никто и ничего не организовывал. Скорее даже наоборот. Город выглядел не просто заброшенным. Он выглядел убитым, гниющим и мерзким существом, брошенным на оживлённую дорогу, которое не замечал ни один кучер и просто ездил по тушке, втаптывая её копытами и ободьями колёс глубже и глубже в дорожную грязь. Кругом царила странная, зловещая тишина, иногда разбавляемая странными, незнакомыми мне звуками каких-то визгов или воплей, как будто какие-то души всё ещё кричали в моей голове от боли и бессилия. Мой хвост инстинктивно прижался между ног, но не от страха. Скорее от стыда. Буквально день назад Филипп обвинял меня в безрассудстве моих идей и планов, в том что я не думаю даже на два-три шага вперёд, не представляю даже малейших последствий своих действий и вот сейчас мне предстояло встретиться с ними воочию. И это было очень плохо. А главное - мне ничего не оставалось как идти дальше. На подходе к городу я сделал небольшой крюк - не особо скрываясь, я нашёл ту самую дорогу, по которой вышел к поселению в первый раз и довольно быстро добрался до разгромленного людского блок-поста - точнее до того, что от него осталось. Преграды были разбиты и сожжены, а имперцы-стражники были крайне жестоко убиты - буквально растерзаны, истоптаны, избиты до отвратительной мясной каши из костей в кожаных мешках. Ещё, судя по всему, некоторых из них отлавливали и издевались над ними всласть - запах от них шёл такой, что тяжело было к ним приблизиться не пытаясь замять в себе рвотный порыв, а на глаза наворачивались слёзы от едкости. Я обошёл это место стороной и поспешил в таверну “Три пенька” в которой я и встретился с местными зверями. Только затем чтобы обнаружить серое холодное пепелище. Таверна стала последним прибежищем для десятков искалеченных, но всё-таки выживших зверей, а сейчас над слоем этого самого пепла иногда торчали чьи-то остовы, готовые рассыпаться от малейшего удара или даже от ветра. Я не стал вдаваться в подробности пожара - понял только то, что скорее всего сожгли это место специально. Понуро, не скрываясь и не переживая о своём обнаружении, я побрёл дальше в сам город, но уже перед самым городом меня снова отвлекли от забрызганной старой кровью дороги. Опять же ничего не скрываясь на дорогу мне вышел Шеон, нервно поигрывая ножом в правой руке. Я этому не удивился и молча помахал ему лапой. - Что с мордой, рыжий плут? - внезапно спросил он меня, - Кажется ты не это ожидал увидеть в этом городе? Не прекращая идти, я прошёл мимо него и его вопроса, ссутулив плечи. Человек знал, даже слишком хорошо знал. И может кто-то, скорее всего даже его собственный командир, рассказал ему о том как меня задеть. Но зачем? - Всё не так плохо как ты думаешь, лис, - сказал он мне в затылок, что в общем-то заставило меня остановиться. - Ты-то тут зачем? Филипп настолько мне не доверят? - Я не доверяю никому, даже моему командиру. Инициатива была моя, - спокойно сказал он, отправляясь вслед за мной. Мне не нашлось что ответить - я шёл навстречу тем самым последствиям собственных действий. - Город занят зверями, лис, - наконец-то сказал Шеон, - Они хорошо организованы и смогли меня рассмотреть. Меня пытаются убить - я только поэтому здесь с тобой чтобы не убивать никого из твоих, лис. Это заставило меня остановиться и оглянуться на него. - Кто пытается тебя убить? В этот самый момент моё ухо дёрнулось - где-то рядом сработал механизм спуска и тугая тетива, хоть и бесшумно но с весьма характерным свистом и гулом вытолкнула из ложа стрелу. Я лишь успел дёрнуть ушами и вскинуться, но реакция человека оказалась даже лучше - он просто отклонился в сторону, пропуская тяжёлый арбалетный болт мимо себя в землю неподалеку от него. Тут же выхватив свой пистолет, он направил его куда-то в чащу леса и вверх, взводя курок. - Скажи им что я с тобой, лис, или мне придётся сопротивляться! Я тут же подбежал к нему и закрыл его своим телом, опуская его оружие в землю: - Он со мной! - тут же подчинился я, - Мне не угрожают, не держат кого-либо в заложниках и не купили! Он со мной чтобы помочь! Он и его команда наёмников! - Исчерпывающе, - усмехнулся Шеон. Сначала я не понял, откуда на дороге взялась куча еловых веток и мха — пока она не шевельнулась и не сбросила плащ, обнаружив пару кроличьих ушей. Однако арбалет остался в боевом положении. - Нас тут ещё много, - крикнула крольчиха, тыкая оружием. - Сколько? - на всякий случай поинтересовался я. - Дюжина! - Четверо, - поправил её Шеон. - Не умничай, голокожий! - Так вы нас называете? - на всякий случай спросил человек. - Да не то чтобы, - пожал плечами я, - Люди, человеки - какая разница как вас называть? - Я не слышу ответа на вопрос! - напомнила нам крольчиха. - А ты сама не узнала?! - крикнул я ей, - Я - тот кто устроил вам заваруху в городе и проехался по центральной улице на главном банковском сейфе! Она всё-таки опустила арбалет, но улыбнулась. - Ты? Серьёзно так сделал? - Кто если не я!? - Я бы на такое посмотрел, - вставил Шеон. - Не ты один, - с неохотным смешком призналась лесная стражница, - И хоть по слухам свидетелями этого была половина нашего города - я не жалею что оказалась в другой половине. С этими словами крольчиха махнула нам лапкой над плечом и повела нас в Дрифтен уже хорошо известной мне дорогой. Мне не хотелось спрашивать её о том почему ей повезло не видеть того что я устроил, потому что я догадывался и сам. Скорее всего все оказавшиеся в этот момент звери на улицах, поняв что мы уничтожили абсолютно большую и самую боеспособную часть захватчиков, решили резко стать ополчением, но даже простые патрули не могли просто сдаться без боя. Что было дальше представить было сложно не потому что не хватало воображения, а потому что искренне не хотелось этого делать. К тому же Шеон, вышедший вперёд и разговорившися с кролей спустя несколько минут косвенно подтвердил все мои догадки, отдельно разузнав ещё один интересный факт. - И почему вы не восстановите свои дороги и не выставите охрану? - Другим людям, - сказала она человеку, уклончиво обходя тему его происхождения, - не нужны трупы - ни зверей, ни городов. Они не возвращаются туда, где уже всё мертво и нет нужных им вещей. В основном - рабской рабочей силы, чтобы они кормили захватчиков, чинили их корабли… ну и всякое такое. Шеона это ничуть не удивило, а я принял это к сведенью. Тактика была интересная и, судя по всему, рабочая. Дойдя до города крольчиха сложила лапки у рта и высоко, даже немного мерзко заверещала настолько громко, насколько могла. Я же понял что этот странный звук я слышал на подходе к таверне - видимо и меня и Шеона заметили ещё оттуда. И мёртвые пустые улицы прямо на глазах начали оживать: показались морды зверей, покатились по своим делам какие-то телеги с тряпками и иногда - шкурами. В домах растопили огонь и из труб пошёл едва заметный дым. Город, несмотря на первое впечатление убитого, мёртвого и даже мерзкого - жил. - Нам надо встретиться с кем-нибудь, принимающим решения, - сказал я крольчихе, - Мы бы хотели организовать здесь встречу одного корабля и отряда людей, - пояснил я, показывая на шпиона отряда Филиппа. - Я дам знак нашему совету, вор, - с улыбкой ответила мне крольчиха. - Совет значит, да? - тут же задумался я, - Как думаешь они не будут против мне помочь? - Не всем здесь нравится то, что ты натворил, лис, - смело ответила охраница, - Но то, к чему это привело может и не лучше, чем было, но всё-таки… мы теперь свободны. И нас не убивают на улицах ради забавы. - Я предлагаю не терять времени, - подал голос Шеон, - Если вы обеспечите нашей команде безопасный и спокойный проход - я готов привести их сюда. Я задумался ещё немного - в конце концов “Месть Капитана Эмерлины” должна была прибыть сюда в достаточно скором времени в любом случае, так что мне ничего не оставалось как уповать на хоть какую-нибудь доброжелательность местного нового совета, и просто поставить их перед фактом что я снова пользуюсь их городом как пешкой в огромной партии, возможно снова жертвуя им в своих целях. Я кивнул человеку и спокойно махнул крольчихе, чтобы та звала этот самый совет. - Скажи этому совету - встретимся на побережье, там где был сейф… - Почему был? - удивилась охраница, - Ты думаешь кто-нибудь смог утащить эту махину? Оставив меня в лёгком изумлении, она ускакала куда-то вглубь города. Я же усмехнувшись, быстро соориентировался на уже знакомой местности и пошёл к побережью, довольно быстро найдя и разрушенный банк и свою “дорогу славы”, всё так же усыпанной уже почти высохшей селёдкой. Спустя столько времени запах стоял всё такой же крепкий, но, что было необычно, не такой мерзкий, каким он был в ту ночь. Я прошёл всю дорогу от банка до побережья пешком - и выходило что проехалася я не так уж и много, хотя на крыше грохочущего железного ящика это казалось целой вечностью. А потом я вышел к самой махине сейфа. Ему я улыбнулся как старому другу - в конце концов он спас жизни мне и второй по важности лисице в моей жизни. Впрочем улыбка быстро исчезла, когда я подошёл ближе - всё вокруг монументальной стальной махины было разрушено буквально в щепки, украшено рваной бронёй имперских солдат и их трупами. Зрелище было ужасным, но подойдя ближе к кроме воды, я снова улыбнулся - сейф был вскрыт и вычищен подчистую - его огромная мятая дверца, принявшая на себя основной удар корабельной артилерии, искорёженная и распиленная, валялась здесь же, рядом. - Ты даже не попрощался, - раздался знакомый басовитый голос с другого конца сейфа, и ко мне, ковыляя на костыле вышел знакомый коричневый кот с кисточками на ушах. Городской архитектор, кажется. - Ха, ну да, - нехотя признался я, почёсывая себя за ухом, - Знаешь всё дела-дела… - А мне кажется ты оставил нас на произвол судьбы, - раздалось с другой стороны. Там на обломок какого-то здания присел бурый медведь без лапы - тоже один из тех зверей, кто помогал мне в ограблении. - Я сделал всё что мог, - тут же сказал я, - Я разоружил и обескуражил людей, разве нет? - И сейчас ведёшь к нам их, Ренар? - Эти другие, - тут же всплеснул лапами я, - Наёмники, вольные стрелки - и они готовы поработать на нашей стороне. - И где вы взяли на это деньги? - усмехнулся кот. - Ну, где взял там больше нету! - в своей обычной манере отвечал я. Постепенно на набережную к сейфу выбирались и другие звери - разные, с разной степенью увечий, но основные - кот и медведь - общались со мной как хороший и плохой стражник королевской стражи. Один был ко мне благосклонен, другой же - нет. Мы ещё несколько десятков минут обсуждали всё, что должно было произойти на территории их города, обсуждали все плюсы и минусы, возможные варианты - может им снова прикинуться вымершим городом просто на всякий случай, но нас прервал ещё чей-то пронзительный визг, на этот раз мне уже известный похожий. Охрана города поднимала тревогу. - Гости уже тут, - заверил я кота и в особенности бурого медведя, - Встреча состоится несмотря ни на что, но от вас может зависеть её исход и дальнейшая судьба нашего города. - Ты как стихийное бедствие, лис, - проворчал медведь, - Не оставляешь нам никакого выбора. Я неуверенно покивал, соглашаясь с его словами. - Я обещаю подумать о последствиях в следующий раз, хорошо? - А когда будет этот следующий раз? - на всякий случай уточнил архитектор города. - Не знаю, но пока что - я хочу сопроводить своих новых друзей, чтобы ничего не произошло, а то одного из них уже пытались пристрелить… - Их сопроводят, - пробасил медведь, - Жди здесь, лис. Говорил медведь спокойно, но очень выразительно. Настолько, что я очень живо представил свою шею в его оставшейся лапе и как это будет плохо. Поэтому как по команде я умастил свой хвост на каком-то бревне от разрушенного здания и подпёр морду лапой. Иногда побыть на стороне принимающего стихийное бедствие как неизбежное было даже не так плохо, как это могло показаться. Где-то к обеду мои уши инстинктивно повернулись в сторону главной мостовой, а за ней и вся голова. Филипп ехал на своей лошади впереди остальных, Афики - чуть позади него, на Молли, Полли тащилась позади с каким-то полезным грузом. Главный у людей выглядел даже как-то надменно, гордо, если не сказать пафосно - ему только не хватало какого-нибудь стяга на спине для полномасштабного вторжения, что резко контрастировало с его обычным, довольно легковерным отношением к делам. - Вот и прибыла наша кавалерия, - тихо сказал я, но Филиппу этого оказалось достаточно. - Ещё пока не ваша, - напомнил он, приподняв бровь. - А тех трёх пачек вам уже мало? - напомнил я ему на глазах у других зверей, общаясь практически на равных. - Достаточно чтобы залезть в такую дыру всем отрядом и поверить что это не какая-то ловушка, Ренар, - ответил Филипп, - Но настроение моих бойцов, скажем так сместилось не в вашу пользу при виде этого Дрифтена, в который вы нас завели. Он ловко спешился и подошёл ко мне ближе, глядя прямо в глаза: - Надеюсь вы понимаете, мистер Ренар, что если мы не увидим обещанных вами денег, мы оставляем за собой право оказать сопротивление? - Сопротивление чему? - Этому месту… Я вскинул бровь и сложил лапы на груди, уходя в защиту. - Этот разговор исчерпал себя. Вы увидите всё что вам нужно уже скоро, так что сели на жопы и ждём. - Есть, командир, - улыбнулся мне Филипп. Парой жестов и команд он велел отряду спешиваться и вставать временным лагерем, насколько это было возможно, к неудовольствию некоторых, но я быстро договорился с “советом” Дрифтена что некоторые здания, уже разрушенные, можно будет разобрать на дрова и укрытия, но вот расставить дальних дозорных людям не дали. Они обосновались вокруг сейфа, проявляя к нему неподдельный интерес и в какой-то момент даже начали уговаривать меня рассказать о том как я это всё провернул. При жителях города, пострадавшего от моих действий, повторять это не очень хотелось, но всё-таки пришлось. Своими историями о былых подвигах, некоторые из которых были больше выдумкой, чем правдой, а некоторые - строго наоборот, я умасливал обе стороны до самого вечера, пока наконец-то, уже на закате, кто-то из городских не крикнул: - Парус на горизонте! - Людской? - тут же вскинулся я. - Пока не понятно! - Нам в любом случае лучше соблюдать меры предосторожности, - пробасил однолапы медведь, тут же беря какую-то тряпку и кидая её на большой костёр наёмников, моментально туша его. Люди даже не особо обратили на это внимание - только одна Форсайт бросила на мишку косой взгляд, но не более. Все остальные встали на стороже и уставились в сторону моря. - Манди, что у тебя там? - крикнул куда-то в никуда Филипп, и ответ последовал незамедлительно: - Это имперский Авизо, капитан, - раздалось откуда-то сверху с частично сгоревшего здания. - Видишь название? Я лишь усмехнулся - с такого расстояния название на корабле не рассмотрит даже какой-нибудь орёл, но ответ меня обескуражил: - Месть капитана… дальше не разберу, не тем боком ко мне стоит… Вот тут я уже вскинулся и поискал на слух источник, и оказалось что стрелок всё это время смотрел на горизонт через навороченный прицел своей винтовки. - Вы, кажется, обещали фрегат, мистер Ренар, - напомнил мне Филипп. - Это было бы слишком заметно, - спокойно ответил ему я, - К тому же - разве не для таких целей были созданы эти ваши корабли? - Именно для таких, - согласно кивнул человек и даже улыбнулся, - И знаете - теперь про ватерлинию мне верится чуть больше. - Недопонимание, - развёл я лапами. - Этого лучше избегать, - заключил человек. Костёр всё равно решили не разжигать, просто на всякий случай. На побережье Дрифтена опустились сумерки, а когда корабль подошёл в непосредственную близость было уже совсем темно - на палубе зажгли факелы и фонари, ища свободный пирс, к которому можно было пристроится. У Кристины это не заняло много времени - профессиональная пиратка, привыкшая действовать и скрытно и незаметно, ловко развернула корабль нужным бортом отдала команду сворачивать паруса. Всё это у неё уже получалось настолько быстро и хорошо, что становилось даже как-то неловко вспоминать её и команду пиратов, оказавшуюся на этом судне впервые - и как они к нему привыкали. Теперь такое мастерство швартования произвело впечатление даже на людских наёмников, отметив исключительный профессионализм. Наконец-то на пирс был скинут трап и первым делом на берег, как обычно цокая каблуками, спустилась Флёр, за ней - Чикуитта, и замыкал главную тройку Арен. Львицу я честно не ожидал, думал что она останется почивать на своём острове, командовать стройкой и оставшимися без руководства пиратами и воинами выдр, лисов и других, однако она была здесь что немного даже сбивало с толку. Мои друзья взяли с собой факелы с борта Филипп, видя какая делегация к ним направляется, дал одну команду жестом - ему не хотелось выглядеть перед новыми нанимателями тускло. Форсайт тут же нашла пару необходимых факелов, облила их чем-то и подожгла. Побережье залилось неровным трепещущим светом редких огней и люди и звери наконец-то встретились друг перед другом в окружении местных жителей. Первой диалог завязала Флёр. - Филипп, - спокойно сказала она. - Флёр, - со всем возможным уважением отозвался человек. - Наш посыльный уже рассказал вам о том зачем вы здесь? - Вы о лисе Ренаре? - на всякий случай уточнил командир наёмников с лёгкой улыбкой, - Конечно рассказал. - Я думала он заведёт вас сюда какой-нибудь хитростью, - Хмыкнула Чикуитта, держа лапы на груди. - В таких делах лучше быть максимально честным и прямолинейным, - тут же вставил я, - И избегать недопонимания. - Будем откровенны - во мне взыграло любопытство, - признался Филипп, - А то судя по рассказам он украл у империи… очень много. Флёр загадочно усмехнулась и показала большим пальцем через плечо. - В этом корабле примерно треть от всего награбленного… - Мы не так договаривались, - тут же встрял я, но Флёр спокойно подняла ладошку. - Ренар, я знаю, но причина банальна до крайности. Нам пришлось выгрузить часть. Корабль имени твоей жены попросту не вывозил всё с нужной нам скоростью и манёвренностью. Ну и это какая-никакая страховка… Она спокойно посмотрела на Филиппа, тот посмотрел на своих людей, без слов считывая все их настроения и мнения. - Это всё очень интересно, но пока всего лишь слова, - напомнил он, - Дайте мне увидеть хотя бы треть, если этого так много. - А когда увидишь - ты перейдёшь под моё командование? - тут же вскинулась Флёр. - Сначала - оплата, - сухо сказал командир. Улыбка исчезла с морды лисы резко, обозначив предельную серьёзность происходящего. Флёр кивнула ему, но сразу предпредила: - Заходишь один, без оружия. - Ну разумеется. Филипп спокойно приподнял руки и позволил Форсайт снять с него пояс с оружием. Для Флёр этого было вполне достаточно и она предложила человеку пройти за ней. Я последовал за Филиппом без приглашения - мне надо было лично убедиться что больше никаких сюрпризов не будет. На палубе нас встрела Кристина собственной персоной - уже при полном параде, в шляпе и своём комзоле и сапогах, в окружении вооружённых до зубов пиратов. Процессия с единственным человеком проследовала мимо неё под пристальным взглядом, после чего Филиппу жестом предложили спуститься в трюм. Он без опаски первым погрузился в темноту и сделал несколько шагов внутрь, позволяя спуститься Флёр и мне. Лисица была последней и только она несла с собой факел, но моё зрение быстро подстроилось и я первым увидел то, что осветила Флёр своим факелом. Большие пачки купюр, завёрнутые в холщёвую бумагу тянулись через весь трюм корабля продолговатой пирамидой в три пачки в основании. Это действительно была не самая большая часть от того, что я награбил, но Филипп замер от такого вида как огорошенный. Флёр оценила его реакцию лёгкой самодовольной улыбкой и пошла вдоль груди имперских бумажных денег с факелом, спокойно вещая: - Тут есть косвенное доказательство того, сколько денег у нас на самом деле. Все пачки пронумерованным и описаны, и если самое маленькое число здесь, то самое большое… Скажем так разительно от него отличается. Лиса показала пальчиком в другую сторону трюма, и Филипп будто завороженный пошёл дволь денег с другой стороны, глядя на пачки. Наклонившись к самой верхней где-то посередине, он спокойно спросил: - Позволите? - спросил он, подразумевая разрешение на вскрытие. - Конечно, - махнула лапой Флёр, - Для нас это не более чем бумага. - И огромные проблемы, - напомнил ей человек. - Не для вас. - Нет, - махнул головой командир наёмников, - Для нас это тоже не самый лучший вариант. Купюры номерные, новые, прямо из монетного двора. Возможно их напечатали специально для этого… - Чего? - Интервенции, - тут же отозвался Филипп, - Использовать эти деньги напрямую… - Только не говори что для вас они тоже ничего не значат, - выдохнул я. - Нет-нет, это несусветные богатства, - тут же кивнул мне Филипп, - Даже только здесь денег больше, чем я мог представить себе заработать не то что за всю жизнь, а всей семьёй на несколько поколений вперёд. - Хорошо, - выдохнул я. - Тогда какие проблемы? - спросила Флёр. - Использовать их здесь… практически невозможно. А вот на моей родине, в империи… Это даст… возможности. Филиппу явно не находилось слов чтобы ими говорить, и в воздухе повис один-единственный, последний вопрос, который всё-таки выпалила Флёр: - Ты согласен работать на нашу сторону? Филипп опёрлся ладонями на пару пачек и ещё раз оглядел пирамиду из пачек. Поглядев в разные стороны, он наконец-то поднял глаза на лисицу и с улыбкой сказал: - Почту за честь. И не только из-за этого. Я прекрасно понимаю всех вас и то что вы отдаёте мне своё доверие. Это дорогого стоит. - Но не дороже всех этих денег? - Пока не знаю, - хмыкнул командир, - Но дружба и репутация… - Хорошо, ты согласен, - прервал я его псевдопафосный монолог, - что с твоей командой? - Они со мной. Мои бойцы доверяют мне полностью. - Даже Форсайт? Филип кивнул. - Безусловно. - Сможешь это доказать? - не унимался я. - Ренар, это лишнее… - попыталась вставить Флёр. - Ничуть, - успокоил её командир, - Я бы тоже опасался того, кто угрожал мне крайне мучительной смертью. Я могу это доказать, если вам не жалко… Ну например двух таких пачек? - ухмыльнулся он. Флёр махнула ладошкой, давая человеку полную свободу действий, и Филипп тут же подхватил пару пачек денег и направился к выходу из трюма. Мы с Флёр переглянулись и последовали за ним. Спустившись с корабля с парой пачек денег к своей команде, он встретился с дюжиной пар непонимающих глаз. - Это всё что у них есть? - пробасил здоровяк. - Что? - тут же вскинулся командир, - Нет. Это на растопку костра. Форсайт! Женщина вскинулась и вышла чуть вперёд, и Филипп без всяких зазрений передал обе тяжеленные пачки в её руки. - Растопи костёр, будь так добра, - мило сказал он ей, - Это должно помочь. - Я бы могла и так… - начала было она, но Филип тут же её прервал и спокойно сказал: - Это приказ. Форсайт, под пристальным взглядом остальных наёмников и местных жителей и зевак принесла пачки к затушенному костровищу и бросила бумагу на землю - холщовая бумага порвалась, разбрасывая содержимое пачками по набережной, но она даже не дрогнула, не остановилась, скорее даже наоборот. Она кинула целую пачку в ещё горячий остов костра, а сверху придавила рассыпающимися купюрами. Филипп смотрел на это с нескрываемой улыбкой, когда она полила всё богатство какой-то жидкостью и, щёлкнув кремнем зажигалки, подожгла всю кучу. Пламя занялось быстро и красиво. Ни я, ни Флёр никак на это не отреагировали - мы лишь смотрели на наших новых наёмников, каждый из которых, внимательно глядя на пламя, показал кто он такой. Например я сразу же приметил здоровяка, сложившего руки на груди и скромно отреагигировавшего на всё это действо. - Я мог бы лучше, - сказал он, - Если бы у меня был бы он. Филип всё понял, в отличие от всех остальных. - Значит, - вступил в разговор обычно спокойный и рассчётливый Делл, - У нас настолько много денег? - Настолько, - кивнул всем своим командир наёмников, - Даже если они, - он оградил нас с Флёр лёгким кивком головы, - Врут что это только треть… Лисица сверкнула взглядом от которого огонь, казалось, отразился куда сильнее, чем он на самом деле был. - … Даже то, что у них уже есть - это больше, чем мы все заработали бы за всю жизнь. - Большие деньги трудно заработать, - тут же напомнил им я, но почувствовав лёгкое недопонимание, в кругу людей, пояснил, - Их надо красть. С этими словами все как-то не сговариваясь, перевели взгляд на женщину, присевшую на корточки рядом с очень дорогим костром, завороженно наблюдающую за языками пламени, отрывающимися от плотных пачек имперской бумаги. И на её лице неожиданно для меня, расцвела широкая и очень довольная улыбка. И это испугало даже куда больше, чем когда она пригрозила мне медленной и очень мучительной смертью.