Тьма укажет путь к свету

— Господа, вы же понимаете, что такое поведение недопустимо в стенах нашего университета? — строго спросил мужчина смотря на двух парней, сидящих перед его столом. Один сидел с гордо поднятой головой, развалившись в кресле, и с вызовом смотрел в глаза мужчины. Второй же парень сидел с опущенной головой, избегал взгляда Камски и чувствовал вину за всё произошедшее. — Нам запрещено развлекаться? — спрашивает Лео. — Развлекайтесь сколько влезет, а вот приставать к другим студентам на кампусе запрещено. Для этого есть более уединённые места. — Будем иметь ввиду, мистер Камски. Это все, что Вы хотели сказать? Я бы с удовольствием продолжил начатое в, как Вы сказали, более уединённом месте, — продолжает выводить мужчину из себя, радуясь, что их план сработал, совершенно не обращая на то, как его слова действуют на друга. Зрачки мужчины сузились, выдавая усилившийся гнев. Коннор и так чувствовал себя ужасно. Ему было очень стыдно за всё, что происходило в течение этой злополучной недели. Ещё и страх того, что о нём подумает Элайджа, с каждым словом Лео только нарастал. Он ведь не хотел доводить до этого, он вообще не хотел всего этого. Единственное, чего сейчас хотел парень, — спрятаться подальше от этого разговора, убежать от переживаний. — Надеюсь, ты всё понял. Можешь идти, — сказал Камски и добавил, заметив, что Коннор тоже встал с кресла и собирался уйти, — а тебя, Коннор, я не отпускал. Парень остановился на середине комнаты, борясь с желанием уйти за другом, но воспитание не позволяло. Пока Коннор боролся с внутренним голосом, который не обещал ничего хорошего, Элайджа подошёл к двери и запер её. Щелчок замка вывел парня из оцепенения, а волнение набирало обороты, медленно переходя в панику. Зачем ему закрывать дверь? Неужели боится, что Коннор сбежит? Что он хочет делать? Это из-за того, что они всю неделю мозолили ему глаза? — Сядь, — сказал мужчина, кивнув на диван. Вздрогнув от неожиданности, парень сделал шаг назад. — Коннор, сядь, — повторил мужчина, глядя в глаза. Не очень хотелось сидеть в присутствии разозлённого человека. Не сказать, что он настолько сильно боялся Камски, но сейчас было страшно. Не дождавшись реакции, мужчина подошёл к парню, крепко взял и потянул за локоть. Коннор послушно последовал за ним. Как только они оказались около дивана, парня толкнули на мягкую поверхность. — Ты очень меня расстроил, Коннор. Все о тебе так хорошо отзываются. Да и я считал тебя воспитанным и умным парнем, а ты… — вздохнул Камски. — Зачем всё это? — спрашивает Элайджа. — Я не совсем понимаю о чём Вы, мистер Камски, — сказал Коннор, рассматривая пол. — О, нет, ты прекрасно понимаешь о чём я, — предупреждающе прошептал Элайджа, подходя ближе. — Думаешь, я идиот? Следишь за мной, а сам забавляешься с другом, — голос раздался прямо над головой, а хвойный запах одеколона ударил в нос, ведь мужчина угрожающе навис над парнем, опираясь рукой на спинку дивана. — Нет, н-ни в коем случае, — заикаясь, пролепетал Коннор, сжимаясь и стараясь казаться меньше. В глазах начала скапливаться влага. — Тогда зачем этот спектакль? Стоит мне появиться, как Лео начинает прыгать вокруг тебя, а ты молчишь, отвечая на все его ухаживания, — парень отрицательно кивнул головой, сильнее сжимая края толстовки и скрывая глаза за прядкой волос. Сдавать друзей, рассказывая правду не хотелось. В конце концов, это была только его вина, ведь он мог и не подыгрывать. — Коннор, я жду ответа. — Простите, пожалуйста, этого больше не повторится, — шепчет парень. — И что ты скажешь Манфреду? «Ой, друг, извини, я обещал мистеру Камски больше не общаться с тобой в таком контексте?» — спародировал мужчина. — Потом получится, что я помешал вашей чистой и искренней любви. Или ты не сдерживаешь обещания, которые даёшь, Коннор? Он всё испортил. Элайджа теперь его ненавидит. Теперь в его глазах будут плескаться только презрение и обжигающий холод по отношению к нему, а теплоту и заботу он, Коннор, никогда больше не увидит. Он не должен был ввязываться в это. Он не должен был позволить вылиться их плану вот в это. — Мы не должны были так поступать. Я должен был сказать: «нет». Вы дали ясно всё понять, а я поступил как идиот. Я во всём виноват, — всхлипнул Коннор. Переживания, страхи последних дней и мысли сделали своё дело. Слезинка, не удержавшись, покатилась по щеке. Это не ускользнуло от цепкого взгляда мужчины, который следил за малейшими изменениями в парне. Это немного отрезвило. Элайджа провёл тыльной стороной ладони по щеке Коннора, с нежностью стирая влагу с кожи, отчего парень вздрогнул. Рука коснулась подбородка, заставляя поднять голову. — Посмотри на меня, — сменив гнев на милость, успокаивающе сказал Камски. Коннор неуверенно поднял глаза. В них плескались вина, горечь, отчаяние, мольба и надежда. — Не плачь, — поглаживая по щеке большим пальцем, произнёс Элайджа. Его губы тронула мягкая улыбка, когда его мальчик неосознанно потянулся за лаской. — Вы меня ненавидите? — подавляя приступ паники, спросил парень. — Откуда такие глупые мысли в такой умной голове? Как я могу тебя ненавидеть? — Но… Мы… Я, — мысли путались и не хотели ложиться в связное предложение. Смутившись, Коннор спрятал глаза и прикусил губу. — Я правда не хотел. — Не опускай взгляд. Ты думаешь этого достаточно для ненависти? — беззлобная усмешка. — Коннор, я зол из-за этой выходки, но она дала мне ясно понять, что я не намерен делить тебя с кем-либо ещё, — заметив, что парень хочет перебить, добавил, — запомни одну простую вещь, — Элайджа сократил расстояние, заставляя собеседника легонько вжаться в спинку дивана, — я своего не отдаю. А ты, Коннор, мой, — прошептал Камски, коснувшись уха, отчего у парня перехватило дыхание. — Мистер Камски, — на выдохе сказал Коннор, — Вы ведь говорили, что Вам не нужны отношения и мной вовсе не заинтересованы. — Считай это ошибкой, которую я хочу исправить. Эти слова эхом отдавались в голове. Исправить? Значит, что все те слова были неправдой? Он ему интересен? Он хочет с ним отношений? Тогда зачем нужно было заставлять его мучиться? Эмоции, которые парень старательно сдерживал, вырвались наружу. — Как Вы можете так говорить! — голос стал громче. Сжатые в кулак ладони опустились на плечи. — Как. Вы. Можете. Так. Говорить, — с каждым словом на плечи мужчины обрушивались новые удары. — Успокойся, — Камски крепко обнял Коннора поверх рук и сел на диван, устроив ношу на коленях. — Отпустите меня, — попытался вырваться парень, но руки не отпускали. — Коннор, успокойся, — мужчина встряхнул его, что немного привело в чувства, и парень перестал вырываться. — Зачем Вы со мной играетесь? — постепенно голос становился тише, оставляя за собой поток слёз. — Сначала выгнали, а сейчас… — Извини, что заставил переживать, я не хотел этого, — Элайджа зарылся рукой в волосы, нежно перебирая пряди, и обнял крепче, вынуждая Коннора уткнуться носом в шею. Запах древесины и ласковые пальцы успокаивали. Они просидели так около получаса, пока на телефон Коннора не начали приходить уведомления: — Друзья, — посмотрев на экран, произнёс парень. — Мы договорились встретиться перед ужином. Можно я пойду? — Конечно, но сначала умоешься и ответишь на вопрос. — Какой? — как только руки пропали Коннор встал с колен. — Дашь мне ещё один шанс? — спросил Элайджа, беря руку и переплетая пальцы, и посмотрел в глаза. Боясь, что голос подведёт, Коннор кивнул и ещё раз обнял мужчину. — Я тебя не подведу.