Твой внутренний кит.

"...Мир сплетен из миллиарда жизненных нитей, связанных друг с другом. То, что мы называем "предчувствием", — это лишь шевеление паутины. Если бы можно было влиять на дрожание каждой нити, будущее стало бы предсказуемым, неотвратимым, как математика..."

***

Серый день. В таком же сером городе. Где живут такие же серые и безэмоциальные люди. Мрачное кладбище Касуги. Светловолосый парень стоит в полном одиночестве, провожая мать на тот свет. За это время не было ни одной слезы. Он держался... Правило номер три - никогда не показывай своей боли. Никогда не плачь, не жалуйся. Люди звери, они не помогут. Они только сделают хуже. Ты должен это знать. Как знал это Бакуго. Ноябрь пощипывал кожу странными холодными иголками, напоминая ощущение от тающих на ладонях снежинок. Или так снова казалось. Кацуки стоял напротив напротив могилы матери. Две красные розы. Вся земля усыпана мелким снегом. А не сон ли это всё? Может этого ничего не было... Это всё выдумка. Мир - выдумка. Все люди лишь персонажи выдуманого фильма - под названием "жизнь". Бакуго впервые не хмурит брови. Держит выражение лица спокойным и равнодушным. Будто ничего не было. Будто у него отличная жизнь, и хорошая любящая семья. Изуку стоял у входа на кладбище, и ждал своего...наверное друга.В последние время в его жизни произошло много херни. И жить уже реально не очень то и хотелось. Он делал всё на автомате. Так надо было, а не он так хотел. Наверное знакомство с Бакуго его жизнь немного приукрасило, но паршивый осадок, не желания жить, всё же остался. Он перестал видеть своего кита... - Пойдём. Бакуго дёрнул его за рукав толстовки, и куда-то потянул. Он шёл быстрым шагом. Не давая Изуку, и передышки. - Бакуго...Как ты себя чувствуешь. - Ну убить себя пока не хочу, но выпить бы не помешало. Бакуго медленно обернулся с веснушчатому, и посмотрел на него красными глазами. В которых читалась лишь боль и тоска по ушедшей матери. Холод пробирался под кожу, вырисовывал узоры мурашек и заставлял Изуку кутаться в большую чёрную толстовку. Натягивать и без того растянутые рукава до кончиков пальцев, прятать шею, На которой виднелись жёлтые синяки, от давних побоев. По пути Бакуго больше ничего не говорил, как и Мидория. Они шли до кабака в полной тишине. Уже заходя внутрь помощения, Изуку нечайно дотронулся до руки Бакуго проводя пальцами по коже, но после быстро отрывая её, будто дотронулся до горячего чайника. Бакуго на это лишь недавольно цокнул. Отмечая у себя в голове, что у Мидории очень холодные и нежные руки.

***

Близилась глубокая ночь, а два парня шли по абсолютно пустой улице. Бакуго нехило так перебрал, из за чего его походка была не ровной. И Изуку приходилось его поддерживать за плечо. - Не скажу, что скучаю по тому времени. Конечно, иногда хочется вернуться, услышать этот звук трескающихся дров в камине, почувствовать запах яичницы с беконом, погладить кота ленивым субботним утром. Но это не мои воспоминания. Это реальность какого-то счастливого подростка, но не моя. У меня же всё было по-другому. - Бакуго, у всех жителей Касуги не очень хорошая жизнь. Но у тебя сейчас есть поддержка - это я. Ты не один. - Я знаю...Но дело совсем не в этом. - А в чём же? Разговор казался каким то не реальном, как и всё происходящие. Будто Бакуго - это всё выдумал. И этого милого парнишки не существует. На глазах невольно появились слёзы. - Даже не спросишь зачем я тебя с собой взял? Бакуго чуть приостановился, подходя впритык к Изуку, и заглядывая прямо в глаза. - Тебе нужно было чьё-то присутствие рядом, чтобы ты мог загадочно смотреть вперёд, а потом выпаливать оборванные фразы через раз, - Изуку даже ни чуть не смутился от такого действия Бакуго. - Это тоже, но на деле же я просто... - Устал? - Да, скорее устал. Ты моё спасение Изуку Мидория. Не бросай меня пожалуйста. Не исчезай... Они ударились лбами, и стояли так, кажется целую вечность, смотря друг другу в глаза, ища в них то самое спасение, что искали всю свою жизнь... Искали так упорно, тратя все силы, лишь на поиски. А теперь, когда это уже перед тобой, для счастья ничего не нужно. А потом они соприкоснулись губами, неважно кто первый подался вперёд. Главно, что обоим это нужно было. Обоим это нравилось.