пьянящая ночь

В какой именно момент губы Юнги сомкнулись вокруг его члена Тэхен понятия не имел, но по телу рой жарких мурашек скатился, отдавая эхом в кончиках дрожащих пальцев. Тяжелый вздох застрял у самого горла, а в паху приятное чувство медом разлилось, заставляя его твердеть с каждым мигом. Горячий язык вдоль всего ствола прошёлся, разряды тока по нервным клеткам рассылая. Тяжёлый вздох. Веки тяжелеют, словно опьянённые самым крепким алкоголем. Жар обжигает кожу, приятно согревая. Бедра на автомате вперёд поддаются, но длинные пальцы их перехватывают, ощутимо сжимая и оставляя на песочной коже темнеющие следы. Втянутые щеки создавали трение, вызывая несметную бурю ощущений. Ким уже сейчас был готов кончить, и Юнги, чувствуя предоргазменную дрожь в теле, отстранился так же резко, как и начал, оставляя прозрачную ниточку слюны. Ким веки разлепил, пронзая затуманенным желанием взглядом и притянув к себе старшего, впился в приоткрытые губы требовательным поцелуем, смакуя на концике языка привкус своего предэкулята. Холодные пальцы Мина по телу разгуливали, сначала ребра перечитывая, и после касаясь твердых орел сосков. Тело реагировало бурно, мелкая дрожь снова укрыла собой и Юн это чувствует, довольно улыбаясь. От сосков он медленно опустился к бедрам, ведя выше и мягко огладив сжатый проход. - расслабься,-прозвучало в тишине словно приказ. Не повиноваться было нельзя и Тэхен постарался расслабится. Вот только появилась небольшая проблема: смазки не было ни у первого, ни у второго. Перехватив запястье Юнги, Тэхен поднес палец к своим губам, обхватывая фалангу и начиная обильно обсасывать дабы проникновение не было столь болезненным. Слюна палец обволакивала, смачивая каждый миллиметр кожи. Зрелищно. Несколько мгновений Юн в прострации находится, рассматривая, как пухлые от жарких поцелуев губы жадно пальцы вбирают. Однако после Юнги вынул пальцы, почувствовав что достаточно. Не долго думая, палец резко вгоняют в ещё не растянутый проход. Громкий вскрик и Тэхен давится разгоряченным воздухом, метаясь по кровати и стараясь привыкнуть к немного болезненным ощущениям. Грудь вздымались, парень жадно воздух глотал, иногда морщась. А боль медленно перетекала в наслаждение. Тихие стоны музыкой играли в помещении, отпечатываясь диктофонной записью на перепонках. Тэхен в ощущениях задыхался, тихо шепча 'еще'. Мин же растягивал медленно, словно пытая, пальцы внутри разводя в разные стороны на манере ножниц. У самого же внутри ствола и в натянутых яйцах всё ныло и сжималось, скручивалось и шпарило кипятком. Юнги хотелось шлёпнуть собственную эрекцию, чтобы испугалась и хотя бы немного дала подышать. Резко вынув пальцы с уже разработанного входа, Юн склонился над кукольным лицом, мягко касаясь губ и не спеша сцеловывая миллиметр за миллиметром. И пока расслабленный Тэ отвлекся на трепетный мягкий поцелуй, головка члена проехалась меж упругих половинок. Тело мелкой дрожью отозвалось, и Тэ глаза распахнул, чувствуя, как что-то горячее и крупное медленно проникает в него. В этот момент размылись условные границы и расплавились золотые замки́, впуская в его мир грехи и соблазны. Голос переплетался с оглушительным гулом крови в висках. Тэхен глухо постанывая в такт плавным толчкам, глаза от наслаждения закатывал. Однако плавный темп также резко сменяется на грубые, размашистые толчки, вытрахивая из Тэ последние остатки алкоголя. Скрип пружин служил своеобразным саундтреком происходящего, изголовье кровати грохотало о стену, но даже если начнет сыпаться штукатурка никто не обратит на это внимание. Кожа пламенем горит, от каждого касания распаляясь все больше. Голос с каждым вскриком все тише, нежные стоны сменяются тяжёлыми хрипами ибо пик достигнут. Тэхен думал, что он достигнут, но удар по простате воздух выбивает вновь. Парень в спине дугой выгибается, хрустом все сопровождая. Словно перетянутая струна, он лопнул прямо под руками Мина, вздрагивая, как от электрического разряда. Ким горячим семенем на живот излился себе. Юн ждать не заставил. Мелкая предоргазменная дрожь тело сковала и не выдержав больше, он покинул ослабевшее тело, на простынь кончаяя. Горячая сперма в простыни впитывалась, но было откровенно плевать. Мин на ватных ногах в ванну добрался, полотенце находя и к сонному Тэ возвращаясь. Тот едва в сознании держался, не смея засыпать без тепла рядом с собой. Оба не знали что сказать, да и не нужно. Приятная тишина стояла в комнате, и лишь шорох полотенца по нежной коже иногда нарушал ее. Старший стёр белесые капли сначала с Тэ, а уже после с себя и, откидывая грязное полотенце к разбросанной на полу одежде, аккуратно улёгся позади парня, что воздерживался ото сна из последних сил. Однако, когда спина тепло груди почувствовала, он глаза сомкнул, улыбаясь мягко и так искренне, погружаясь в глубокий и действительно крепкий, по сравнению с теми днями, сон. Мин не спит. Руками крепче к себе тело прижав, он носом в загривок зарылся. Приятных запах лаванды успокаивал, дарил чувство умиротворение. И пусть никто из них не знает что их обоих ждёт, Мин не жалеет о том, что украл этого парня. Ведь тот взамен украл его сердце.