Давай потанцуем, детка!

Риз откинулся на спинку своего паршивого офисного стула и закинул руки за голову. Модель, возможно, будущего пистолета была прекрасна. Он почувствовал прилив гордости, восхищаясь своей работой — чертежами, развёрнутыми на экране. О боже, все прекрасно сочетается. Эта пушка могла бы стать одним из самых лучших орудий Гипериона, но только при условии, что Хендерсон одобрит чертежи. Риз хлопнул себя по лбу металлической ладонью и застонал. Все, на что Хендерсон когда-либо смотрел одобрительно, были чертежи Васкеса. И многие из них, как понял Риз, зачастую были работой этого мудака лишь наполовину. *Браво, Васкес. Какая необычайная находчивость* — съязвил внутренний голос Риза. К сожалению, Васкес был вторым человеком во всем отделе после Хендерсона, что довольно затрудняло Ризу доказать его плагиат и жульничество. Риз в последний раз окинул взглядом свои чертежи, прежде чем отодвинуть стул и встать. Он разгладил складки на своем черном жилете и нахмурился, заметив кофейное пятно на белой рубашке. Вздохнув, он осторожно вытащил жесткий диск из компьютера и аккуратно вставил его прямо себе в порт, вживленный в его левый висок. Холодное ощущение потока новой информации заставило его поёжиться, когда данные были окончательно импортированы в его базу данных Эхо-глаза. Теперь, когда у Риза в голове хранилась копия его чертежей, он принял защитные меры против любопытных глаз Васкеса и быстро стер информацию со своего компьютера. Затем он развернулся на каблуках и помчался через весь отдел к кабинету Хендерсона. Чувство возбуждения и волнения клокотало у него в животе. Это был шанс Риза проявить себя. Видите ли, Риз не хотел продолжать жить в тени великого Гипериона как еще один никому не нужный расходный материал. Риз и близко не был удовлетворен своей жизнью в качестве какого-то неказистого проектировщика оружия. Никто не знал его имени. У Риза не было желания умирать, будучи неизвестным всем, кроме двух его друзей — Иветты и Вона. Он был честолюбив. Он хотел признания. Он хотел стать кем-то великим. Он хотел стать точно таким же, как его кумир. Сам генеральный директор "Гипериона" — Красавчик Джек. Красавчик Джек никогда не умрет никому не известным. В конце концов, он был Красавчиком Джеком. Он пробил себе путь до самого верха корпоративной лестницы и сделал себе имя, которого боялась вся галактика. Черт возьми, этот человек управлял самой могущественной компанией во Вселенной. Риз искренне восхищался его хищностью, решимостью и напористостью. А его работа по исцелению Пандоры от хвори в виде кровожадных, беспощадных бандитов и психованной мрази? Невероятна! С лицом Красавчика Джека, развешанным по всему Гелиосу, Риз не мог не чувствовать себя польщенным под его пристальным взглядом. Ну, то есть под бумажным взглядом Красавчика Джека, который смотрит на него с плакатов на стенах Гелиоса. Он никогда не видел Джека близко и лично. Единственный раз, когда он удостоился чести издалека взглянуть на генерального директора "Гипериона", был поздний вечер, когда тот одиноко прогуливался по коридорам Гелиоса. Риз тоже, как и другие, ужасно боялся его. Он знал все эти истории. Слухи. Он видел тела, медленно проплывающие мимо окон станции. Красавчик Джек был безжалостен. Он был очень вспыльчив, и у него было довольно раздутое эго. Он убил своих последних пятерых или шестерых личных помощников. Любой (включая бедолаг, просто доставляющих ему статистические данные), кто имел несчастье что-то испортить или наткнуться на него в неподходящий день, мог уже заранее считать себя трупом. Риз привык верить, что эти диковинные истории — не более чем преувеличение. То есть, верил до тех пор, пока Хендерсон (который является доверенным руководителем) не подтвердил это, когда Риз решился у него поинтересоваться. По мнению Риза, тот день, когда он встретит Красавчика Джека, возможно, также станет днем его смерти. От рук его самого большого кумира. Риз постучал в дверь кабинета и вошел внутрь, услышав грубый голос Хендерсона: — Войдите! Кабинет был довольно мал. Хендерсон развалился в кресле, положив ноги на стол. Он лениво подкручивал усы одной рукой и читал, держа какую-то брошюру в другой. Он опустил ноги вниз с удивительным для человека, приближающегося возрастом к пятидесяти годам, проворством, прежде чем его тазобедренный сустав громко щелкнул. Риз не смог подавить гримасу отвращения. — Сэр, у меня есть чертежи оружия, которое вы мне поручили, — объявил Риз, подходя к столу и сцепляя руки за спиной. Хендерсон подался вперед с легким интересом. — Я назначил тебя на этот проект тридцать два часа назад. Ты хочешь сказать, что за это время уже выполнил точные измерения и продумал механику для полностью автоматизированного пистолета? — Да, сэр, — ответил Риз, и в его голосе зазвучала некая гордость. Хендерсон вздохнул и махнул рукой: — Гипериону следовало бы нанимать больше таких мотивированных людей, как ты. Ну что ж, это должно быть интересно. Покажи мне. Письменный стол Хендерсона служил еще и в качестве голографической поверхности. Риз прижал свою ладонь к прохладной плоскости, и на экране появилось меню. Перед его Эхо-зрением вспыхнул код, который он быстро набрал. Как только он был соединен с системой, в мгновенье ока слепящие синие огни вспыхнули, разворачиваясь, как оригами. Гладкий ствол пистолета завис над столом в виде голограммы, и Хендерсон присвистнул, весьма впечатлившись появившейся картиной. Он провел рукой по поверхности голограммы, увеличил ее, чтобы проверить триггеры, и прищурился, рассматривая крошечные метки. Желудок Риза уже успел сделать несколько сальто. Он ничего не мог с собой поделать. Секунды, которые Хендерсон потратил на изучение его модели, казалось, тянулись бесконечно. Время ползло медленно, как смола, а сомнения Риза от этого только начали закипать сильнее. Что, если его чертежи недостаточно хороши? Васкес снова его обскакал? Дизайн Риза будет уничтожен. И он никогда не станет кем-то больше, чем просто никем. В конце концов он умрет, став еще одним безымянным служащим Гипериона. Риз нервно прикусил внутреннюю сторону щеки. Этот чертеж оружия был его лучшим шансом на какое-либо признание… Морщины на лбу Хендерсона углубились ещё больше, когда он нахмурился. Риз нервно забарабанил пальцами по своей ноге. — Что-то не так... сэр? — Осторожно спросил он. Хендерсон в последний раз провел пальцем по голограмме, и его лицо внезапно просветлело. — Нет, вовсе нет. Он оторвался от осмотра и встретился взглядом с Ризом. — Риз, это гениально! — начал было Хендерсон. Риз почувствовал, как в груди у него что-то шевельнулось, словно что-то тяжелое стянули с сердца. — ...почти так же хорошо, как и работа Васкеса. Тяжесть в его груди тут же вернулась обратно. — Я уже послал человека с его работой в офис Красавчика Джека. Тем не менее, твоя работа невероятна! И я думаю, Красавчику Джеку это тоже понравится. Я и тебя туда отправлю. Риз моргнул. — Вы хотите сказать, что одобряете ее? — Да. Распечатай это и отнеси в офис Красавчика Джека. Я позволю тебе иметь честь доставить чертежи самому. — Риз едва сдерживал глупую улыбку, которая всё-таки расползлась по его лицу. Его сердце воспарило. Это был его шанс! Он сделал это! Срань Господня, он сделал это! Его тяжелая работа наконец-то окупилась! Волнение, охватившее Риза, скатилось до самых пят, придавая его шагу новообретенную пружинистость, когда он поблагодарил Хендерсона и выскочил из кабинета. Из-за бурлившей в нем энергии Ризу казалось, что его чертежи печатались целую вечность. Он аккуратно сложил бумаги в конверт и глубоко вздохнул. Это наконец-то был его шанс. Если и Красавчик Джек одобрит его работу, то Риз наконец-то получит заслуженное признание. После всего этого времени. Это был его шанс, возможно, единственный. Он не мог все испортить. Нет, он ничего не испортит. Это был Риз Стронгфорк — лучший проектировщик огнестрельного оружия в отделе (за исключением, возможно, Васкеса и нескольких других сотрудников). Он быстро вышел из своего отдела и пошел по коридору, пока не оказался в центре Гелиоса. Риз работал на станции Гипериона "Гелиос", ядре компании. Это была огроменная космическая станция, в настоящее время расположенная где-то на орбите Элписа – спутника Пандоры. Риз вытянул шею и вгляделся в спираль перекрытий, образующих над ним круговой узор. Он работал на втором этаже, а кабинет Красавчика Джека располагался на двадцать втором. Центр, где сейчас находился Риз, был полон суетящихся и занятых людей. Служащие метались туда-сюда, судорожно подтягивая галстуки и стуча каблуками по белому кафельному полу. Одна запыхавшаяся женщина нечаянно толкнула его в плечо, а затем прокричала: — Извините! — Даже не оглянувшись, чтобы посмотреть, на кого она наткнулась. Риз крепко прижал конверт к груди и большими шагами поспешил к ближайшему лифту. Он был парнем довольно высокого роста и худощавой фигуры. У него были слегка вздернутые скулы, усредненно вытянутое лицо и округлый подбородок. Его каштановые волосы были зачесаны назад несколькими слоями геля. На самом деле он был довольно симпатичен. Наиболее характерными чертами его внешности, несомненно, были его механическая рука и гетерохромия. Его ярко-голубой левый глаз и Гиперионская желтая правая рука обычно были первыми признаками, привлекавшими внимание любопытных взглядов людей. Он вошел в лифт вместе с ещё несколькими сотрудниками, одетыми в деловые костюмы Гипериона. Сам Риз был одет в белую рубашку с воротничком, утянутую красным галстуком. Черные брюки и темный жилет собирали его наряд в единое целое. На ногах у него красовались недавно купленные сапоги в ковбойском стиле, которые, по мнению многих, смотрелись довольно нестандартно в сочетании с его обычной одеждой. А тем, что завершало его образ, был значок Гипериона на левой стороне груди. Риз молча ехал в лифте, его мозг лихорадочно работал, а нога нервно постукивала в неизвестном ритме. Лифт время от времени останавливался, чтобы выпустить других пассажиров на разных этажах. Постепенно число сотрудников в лифте уменьшалось. С четырех, до трех, до двух, до Риза. На последней остановке лифт звякнул, и Риз чуть не выпрыгнул из своей кожи. То ли от возбуждения, то ли от нависшей в глубине души тревоги, что он может все испортить, и его в буквальном смысле убьют, Риз не был уверен. Возможно, и от того, и от другого. Это была его остановка. Этаж 22. Риз робко вышел из лифта. Его рука из плоти и крови дрожала, а лицо побагровело, когда реальность происходящего ударила его, как кирпич. Вся эта ситуация была в прямом смысле вопросом жизни и смерти. Он вытер капельки пота с лица рукавом рубашки и заставил себя напряжённо сглотнуть. Он глубоко вздохнул, успокаивая свои нервы. Теперь пути назад уже не было. Он расправил плечи и заставил себя дышать ровно. Расправив жилет и выпятив грудь, он посмотрел через коридор перед собой. В его конце росло красивое зеленое растение в горшке. Над ним висел плакат с выразительным профилем Красавчика Джека и надписью "Гиперион". По правой стороне коридора у левой стены располагалась металлическая раздвижная дверь с золотой буквой "Н" в центре. Риз выпрямился в ровную линию, постепенно начиная дышать с нарастающим беспокойством. С ним все будет в порядке. Его чертежи были безупречны. Красавчик Джек одобрит их, и Ризу не придется опасаться за свою жизнь! Он надеялся. Риз остановился у серебристой двери, его разум словно окаменел. Это было новое препятствие на его пути. И что же ему теперь делать? Постучать? Он настороженно огляделся, но в коридоре больше никого не было. Напрягая нервы, Риз робко поднял роботизированную руку и приготовился постучать, когда из скрытых динамиков донесся бестелесный женский голос. — Пожалуйста, изложите свое дело. Риз встретился взглядом с мигающей красной камерой наблюдения, расположенной над ним. — Меня послал мистер Хендерсон... мисс. Я должен доставить чертежи Красавчику Джеку, — объявил он. Сердце его громко стучало в груди. Двери скользнули в сторону, открыв короткий миниатюрный коридор с другой раздвижной дверью, но та уже была выкрашена в золотой цвет. Риз переступил через порог и осторожно просунул голову в новое место, чтобы осмотреться. Неужели это кабинет Красавчика Джека? НЕТ. Простой письменный стол был отодвинут в правую сторону. За ним сидела молодая девушка с короткими вьющимися волосами, в очках с тонкой оправой. Она пристально посмотрела на него из-за компьютера. Она была очень, очень даже хорошенькая. — Привет, — покраснел Риз, внезапно почувствовав себя еще более жалко. — Меня зовут Риз, — выдавил он, протягивая руку из плоти. Эта девушка, должно быть, личный помощник Красавчика Джека. На ней был черный жилет и узкая желтая полосатая юбка-карандаш. Она взяла его за руку и крепко дружески пожала ее. — Я Мэг, секретарь Джека, — ответила она с улыбкой. — Очень... приятно познакомиться, — пробормотал Риз, убирая руку. Она вернулась на свое место за компьютером. — Я тоже рада с тобой познакомиться, — задорно сказала она, прежде чем снова погрузиться в работу. Риз с трудом сглотнул, внезапно вспомнив о том, что стоит на кону за следующей на этот раз золотистой дверью. Вот так оно и было. Последний отрезок пути. Большинство страхов Риза лежало прямо за этой дверью, как и лежали его надежды. Нервно потирая руки, Риз сделал последний глубокий вдох и выдох. *Я не должен сейчас нервничать. Со мной все будет хорошо*. — Ну так... Э... он готов меня принять? Мэг взглянула на часы. — Ах да. Да, он уже должен быть готов. Риз кивнул, судорожно моргая. Он бессознательно провел рукой по своим уложенным гелем волосам, приглаживая их, убеждая себя, что никакие непослушные пряди не торчат в неправильном направлении. Он был близок к тому, чтобы шагнуть на встречу всей своей жизни. — Ах да... Риз... Маленький совет, что бы ты ни делал, даже если он несправедлив или недоволен твоей работой, не спорь с ним, — Мэг наклонилась над монитором, чтобы встретить взгляд Риза с серьезным блеском в глазах. — Было бы очень жаль, если бы это была одновременно наша первая и последняя встреча, ты кажешься таким милым парнем, — продолжила она, смотря на него подбадривающим взглядом. Риз проследил за ее движением, когда она подняла палец и нажала маленькую красную кнопку на столе. Риз наблюдал, как последний барьер между ним и его надеждами и страхами — золотая дверь в кабинет Красавчика Джека, открылась с тихим щелчком. — Удачи.