Всевышний

С момента, когда Кай пришел домой после встречи с всевышним, прошло девять месяцев. Дела племени пошли в гору: солнце освещало землю, даря свое тепло, дождь хорошо проливал посаженные растения — урожайность возросла вдвое, а то и втрое. Охотники стали приносить домой дичь, которой раньше не хватало. Вымирание от голода и засухи больше не грозило. А также за это время забеременело целых две омеги, не считая Кая. — Я же говорил Вам, что Всевышний смилостивится! — советник так же бегал за вожаком, что теперь ходил возле дома старейшины, нервно выламывая пальцы. — Да! Смилостивился! Но вот что за ребенок там будет? Если он урод? — Всевышний не подарил бы омеге уродливого дитя. Я уверен, у Вас будет прекрасный племянник! В толпу зевак вклинился приблудившийся несколько месяцев назад мужик. — Я не опоздал?! — Не опоздал, не опоздал, папаша, — вождь шутливо сморщил нос и пропустил мужика в дом, — Кай переживал, что ты не придешь. — Да как же я! — Тифон задернул за собой шторы и прошел в комнату к Каю. Сразу взял его за бледную лапку, садясь у кровати. — Кай… мальчик мой. У тебя все хорошо? Вот-вот?.. Омежка слабо кивнул и даже выдавил безжизненную улыбку, лишь бы Тифон не переживал. Кто бы мог подумать, что все подвернется именно так? Кай боялся, что навсегда останется один, да еще и с ребенком на руках, но неожиданно в племя поступил новенький. Тифон сразу взял беременного омегу под свое крыло, ухаживая и нянчась с ним. Каждый день таскал всесезонные ягоды и никому не говорил, где их взял. Тифон вел себя очень благородно. Конечно, никто не говорил новоприбывшему, от кого Кай беременен, да и знать ему было не обязательно. Другое дело, если у омеги родится звероподобное чудовище — сказать в любом случае придется. Но пока неизвестно, каков ребенок в утробе омеги. Тифон все это время сидел рядом с Каем. И не подпустил к нему старейшину, сам принял роды, сославшись на хорошие навыки в этом деле. Женщина вышла нехотя, но и далеко от комнаты не отходила: мало ли что у них пойдет не так? Но все прошло как надо. Ребенок заплакал, когда появился на свет. Старейшина еле-еле удержала себя, чтобы не заглянуть внутрь, но тактично вышла к остальным, чтобы посмотреть на ребенка вместе с ними. Вождь был в шоке поняв, что не старейшина принимала роды, а приблудившийся к племени мужик. — Мой ребенок?.. — измотанный омега с блеском в глазах посмотрел на Тифона с малышом. Мужчина улыбнулся, чуть покачав быстро успокоившегося малыша, и отвернулся, не показывая омеге. — Эй! Тифон, это мой ребенок! — Теперь мой, — Тифон засмеялся и показал Каю его дитя, так же быстро как и в прошлый раз отворачиваясь. — У него хвост?.. у него хвост… не-е-ет... — Нет у него хвоста, — Тифон оглянулся на любимого с усмешкой, покачивая на руках малыша, у которого на самом деле был небольшой хвостик. — Спрячь, маленький… спрячь… не надо этого показывать… не надо баловаться, маленький, не надо... не пугай... — ласково шептал своему ребенку, когда вышел от омеги в другую комнату, направляясь на выход. Ребенок снова заплакал. Зато когда Тифон вынес малыша, чтобы показать людям, хвоста уже не было. Теперь он держал на руках ничем не примечательного рыжего малыша-альфу с серыми заплаканными глазами.