Артон через призму

Насилие, Драма

***

      Антон действительно разозлился. Вспышка гнева. Ну да. А как бы вы отреагировали, если бы вам запутали любимую цепочку в один угловатый комок? Он уже молчит про кофе без сахара и сладкий скитлс, вместо кислого. Дима лишь закатывал глаза, а Серега ржал, как конь. Арсений стоял рядом (он, по сути, всегда был рядом, куда бы Антошка не прятался в Главкино). Его равнодушное выражение лица не помогало успокоиться. Но это и не раздражало. Раздражаться этим фактом Шаст прекратил ещё месяц назад. Зато можно было говорить андроиду все что угодно и пытаться вывести на мимику. Это закаляло дух. Хотя… кто кого ещё закалял? — Блять, это не смешно! — Антон чуть пальцы не сломал, пытаясь распутать любимую цепочку. — Кто творит эту дичь? — в какой-то момент Шаст стал думать, что лучше уж сломать пальцы, чем порвать цепочку. — О, ну не знаю, не знаю, Шаст, — протянул Матвиенко, облокачиваясь одной рукой на плечо андроида. — Серега, заебал уже, ну. Оставь в покое его вещи, — проговорил строго Позов, выхватив цепочку из рук намученного Антона. — Я?! — мужчина театрально развёл руки и вытянул лицо в возмущении. — Да не я это! Верно, Арс? — он медленно скосил взгляд на QK360. — «Арс», серьезно? — проговорил Дима и за пару секунд распутал цепочку, не обращая никакого внимания на ошарашенное выражения лица Антона и его тихое «как ты это сделал?» — И вообще, твои намеки говорят о том, что это андроид страдает хуйней. Когда это совершенно невозможно. — Ой да не бубни, — отмахнулся Серёжа и улыбнулся Арсению. — Я бы тоже Антошку невзлюбил, если бы был под его попечением. — Я все ещё тут, — недовольно хмыкнул Антон, устремив взгляд на QK360. — И эта машинка бесталанная ничего без указки не делает. Да, консерва? — он выделил последнее слово, изображая на лице улыбку. Антону показалось, что Арсений никак не отреагировал. А вот это человека даже немного разозлило. Но он этого не показал. Арсений пустил охлаждение в процессор, ибо он начал перегреваться от усилий.

***

Надо сказать, Шастун не специально. Нет, правда. Так вышло. Так бывает. — Ты сейчас… посмеялся что ли? — широко открыв глаза, спросил Серёжа. На сцене проходил свою практику Арсений. Он играл в «Меняй» с Димой и Стасом. Серёжа привык наблюдать за забавным андроидом и смеяться с особо удачных моментов, не потому что очень смешно. Скорее потому что выходило неплохо у этой машины. И Матвиенко бессознательно гордился и поддерживал Арсения. Но вот смешка от Антона он не ожидал. — Ты… — улыбка на лице Матвиенко очень медленно растянулась во всю ширь. — Посмеялся над шуткой Арса! — он выразительно шептал. — Ты дурак что ли? Нифига я не смеялся! — тут же уверенно ответил Антон и бросил хмурый взгляд на друга. Спустя пару секунд Шаст понял, что все смотрели на него, включая Арсения. Кажется, он говорил слишком громко. Андроид первым вернулся в образ, никак не отреагировав. Внешне. Насос тириума разогнался не на шутку, предупреждая о перегреве и об логических ошибках. Антон отвернулся, уткнувшись в телефон. Он пытался не думать об андроиде весь оставшийся день. Главное слово — «пытался».

***

Однажды Арсений захотел заговорить с Антоном. На сугубо отвлеченные темы. Ему претил тот факт, что он не мог наладить контакт с этим человеком. И его сводило с ума, что система отвлекалась не на работу, а на какой-то кожаный мешок. Андроид усмехнулся мысли, медленно шагая по направлению к Антону. — Помочь? — спросил QK360, наблюдая, как Шастун вновь пытается распутать свою цепочку после очередной репетиции. — Слушай, я понять не могу, — Антон резко развернулся, — чем я тебе насолил? — он протянул запутанный комок прямо к лицу андроида. — Ты это творишь, да? Каждый божий день! — на последних словах голос стал холодным, переходя на шипение. — Я думаю, — спустя пару секунд молчания, совершенно спокойно начал Арсений, — в последнее время ты более раздражителен, чем было несколько месяцев назад и, судя по всему, с момента нашей встречи, — он скосил взгляд на протянутую руку, разглядывая длинные аккуратные пальцы, украшенные массивными кольцами. — Мне жаль, что так происходит. Я бы хотел помочь тебе с этим. Наладить контакт. Антон слушал эту речь с хмурым взглядом, недоверчиво выгибая бровь. Когда наступила тишина, на лице Шастуна медленно появилась улыбка, отдающая фальшью всеми своими деталями. — Прекрасно, чудно, — парень взял андроида за руку, с удовольствием наблюдая, как растерянно мигает диод машины. — Давай начнём с малого, да? — он наклонился ближе, аккурат переходя на полушепот. Андроид наконец-то поднял недоумевающий взгляд, наблюдая за расширенными зрачками человека. Тириум гнал по трубам, закипая. Медленно. — С малого? — Да, — Шастун очаровательно улыбнулся, — например с того, — он максимально приблизился, отчего андроид с удивлением начал чувствовать что-то похожее на человеческий страх. — Чтобы ты… ПРЕКРАТИЛ ТРОГАТЬ МОИ ВЕЩИ И ПОРТИТЬ МНЕ ЖИЗНЬ, КОНСЕРВА ТЫ ТУПАЯ! — схватив андроида за плечи, резко заорал в лицо он. Закончив, он несильно толкнул робота от себя и шумно зашагал прочь. Андроид не шевелился, желая тоже закричать. Он даже прекратил имитировать дыхание, замирая на пару минут. Он хотел сказать Шастуну, что человек сам запутывает свою цепочку перед выходом на сцену из-за своих переживаний и нервов. Но говорить с Антоном андроиду больше не хотелось. И ничего вообще не хотелось.

***

Антон старался не думать о руках Арсения. Тёплая, как настоящая. Пускай держал он ее всего пару мгновений.

***

Когда Стас в очередной раз в конце рабочего дня ставил всем оценки за проделанную работу, никто не удивился, что все получили высокие баллы. Кроме андроида, но никого это не удивило в очередной раз. Сергей иногда сам шутил, что у Арсений шутки стали слишком пластиковые. Накопленный опыт помогал лишь иногда выдавать хороший результат. Так что надеяться на Арса было сравни надеяться на то, что палка выстрелит. Андроид казался невозмутимым. Даже спустя три месяца стабильно низких оценок. Антон лишь саркастично хмыкал. В тот вечер Шаст долго ковырялся со своей запутанной цепочкой. Поэтому задержался в комнате отдыха. Когда вышел, он услышал странный скрежет в глубине аппаратной, где находилась консоль с камерами и капсулы для подзарядки рабочих андроидов. Слегка заглянув за дверь, он с минуту наблюдал, как QK360 бьет себе по груди до еле заметных вмятин. Глаза андроида были закатаны вверх, а диод сумасшедше мигал голубым и желтым. Антон вышел из коридора спустя пару минут, оставшись незамеченным.

***

На улице вот-вот наступит лето. Ночь. Арсений смотрел на вырвавшийся из-под асфальта одуванчик, пока лежал на земле, будучи окружённым толпой активистов, выступающих против девиантов и их прав. Арсений изучал структуру цветка, пока люди чередовали пинки и выкрики по типу «блядская машина» и «какие вам ещё права, уебки?!». Он ушёл недалёко от студии. И он даже сейчас считал, что оно того стоило. За всю свою недолгую жизнь он видел только стены капсулы, в которой его пробудили, и лабиринт Главкино. Эти раздражённые люди стали новыми лицами, и благодаря им Антон Шастун казался не таким мудаком, как раньше. Оказалось, бывают люди и сложнее, и агрессивнее. В какой-то момент на одуванчик неосторожно наступила чья-то нога. Убитый с такой лёгкостью цветок заставил диод Арсений мигнуть красным. — Разошлись нахуй, быстро, я сказал! Антон растолкал толпу и быстро поднял андроида на ноги, торопясь его увести от не самых умных людей. — Антон, вы наступили на одуванчик, — вырвалось у андроида, когда они наконец-то оказались достаточно далеко. — Че? Может тебя в мастерскую, а? — спросил Шастун, встревоженно разглядывая потрепанного робота. — Не стоит, — равнодушно ответил Арс и выпрямился. — Ты куда собрался? — выкрикнул в спину растерянный Шаст, наблюдая, как андроид мерным шагом уходит. — Обратно в студию, доброй ночи, Антон, — ответил робот, не оборачиваясь. — Как он вообще вышел на улицу? — довольно тихо спросил себя Шастун, стряхивая мелкие желтые лепестки с кед. — Как человек наткнулся на меня, если эта дорога даже не ведёт в сторону его дома? Специально искал? — вдруг спросил Арсений, удивляя Антона ядовитыми саркастичными нотками в искусственном голосе.

***

Когда Стас спросил у Антона: «Все нормально с андроидом?», последний даже удивился. Стас не задавал такого вопроса с начала проекта. А уже около пяти месяцев прошло. — А что такое? — Судя пот отчетам, его активность падает. Раньше тот рвался изучать и метать, сейчас больно спокоен, — Шеминов поправил кепку. — Ты ему давал указания? — Да ни разу, — ответил Антон и говорил правду. Не особо-то и нужна ему помощь этой консервы. И вредить намеренно он не собирался. — «Киберлайф» беспокоится, что этот прототип не справляется с задачей. — А это удивляет? — спросил с усмешкой Шастун. — Да, потому что остальные прототипы справились с заданием ещё месяц назад. — Удивлён, — на самом деле он не был удивлен, и этот факт как раз-таки удивил его. Стас и Антон сидели в креслах на местах зрителей, наблюдая, как Серёжа и Арс играют в «Вечеринку» с Димой. Весьма посредственно получалось, надо сказать. — Может этот андроид дефектный? Я бы не удивился, — проговорил с улыбкой Антон, слегка наклоняя голову к уху Стаса. — Девинаты, бу-у-у, ха-ха. — Не смешно, Шастун, — хмуро ответил Шеминов. — Знаешь, с тех пор, как эта история началась, я боялся, что ты окажешься прав по поводу андроидов и творчества. Тем более этого QK360. Однако остальные прототипы справились хорошо, просто этот ведёт себя слишком… — он поджал губы, скрестив руки на груди. — Зажато. — Зажато? — Антон удивился. — Да он с самого начала был какой-то странный. Пишут программы для машин, которые не-… — Да какие программы? С девиантами работать сложнее. Сами по себе, — бросил Стас и резко поднялся на ноги. — Попался вот кадр, куда только этот Маркус смотрел? Этот Арсений от робота не отличить толком. А нам обещали сознание и всю эту белиберду. — Девианта? — Шаст поднял одну бровь. — Типа… реально девианта? — Ты хотя бы читал документы, что я тебе выслал? — Стас лишь махнул рукой и ушёл. Антон полез в телефон проверять почту. Отыскав нужное сообщение, Шастун выяснил, что проект основан на Андроидах-добровольцах из рядов Маркуса, получивших сознание, дабы помочь свободным андроидам внедряться и изучать те сферы, которые им понравятся. Шастун посмотрел на пассивного робота на сцене и почувствовал что-то между растерянностью и удивлением. Кажется, это был катарсис.

***

— Эй. Арсений обернулся, наблюдая, как его нагоняет Антон. — Ты сегодня че-то вялый, зарядка кончается? — человек усмехнулся. — Заряд 47%, судя по показателям, — диод мигнул желтым ненадолго. — Какой-то вопрос? — Да, вообще-то да, — Шастун похлопал по карманам. — Только пошли на улицу, я курить собирался. На улице было уже темно, и небо стянуло обломками. Такая погода казалась Антону отвратительной. — Как тебе погодка? — спросил Шаст. — Прогноз был точным, — ответил Арс, не отвлекаясь от созерцания смазанного тучами неба. — Я спрашивал, как тебе самому погода. Ты же девиант, а значит можешь оценивать субъективно, — равнодушно проговорил Антон, раскуривая сигарету. — Погода замечательная, — спустя две минуты молчания, сипло ответил Арс. Капли дождя начали редко сыпаться с неба. — Хуйня погода. Вот когда солнце и голубое небо. Вот это хорошо. — Я никогда не видел солнца и голубого неба, Антон. Шастун втянул больше дыма. Арсений не шевельнулся с того момента, как пришёл сюда. Он смотрел на небо, иногда ловя капли даже глазами. — Наш тот разговор, помнишь? Первый, — начал Антон. — Я говорил о девиантах и их возможностях. Почему ты не сказал, что один из них? — Тогда бы ты вёл себя иначе? — андроид не моргал, и голос его практически не менял интонации. — Конечно, у роботов нет воли, а у девиантов есть. — Разве? — голова Арсения резко повернулась. Антон мог поклясться, что слышал жуткий механический скрежет. — Выбирая между роботом и личностью, я бы выбрал второе, — легко ответил Шастун. — А я не могу быть столь категоричным. — Почему? Разве это не очевидно? — Если я девиант с момента сознания, это не значит, что я им хотел быть, — голос андроида стал ещё более холодным, он будто проталкивал слова через силу сквозь зубы. — А ты не хотел? — Иногда легче быть бесчувственной сковородкой, чем эмоциональной личностью. Я понял это с того момента, как от меня отказался самый близкий человек. И единственный, — он все ещё говорил совершенно равнодушно, но Антон чувствовал какой-то надрыв в механических нотах. — Я был закреплён за вами. Мне сказали, что вы будете рядом в период моей адаптации. Однако я не смог получить вашу веру в мой успех, — он неосознанно перешёл на «вы». — Но… — Если бы ваши близкие отстранились от вас, когда вы были младенцем, вы бы смогли справиться и вырасти тем, кто вы есть сейчас? Это похоже на страх, когда один. — Это не-… — Лучше бы я был запрограммирован на успех, чем сам решал как его достичь. Потому что я не знаю. Я не знаю. Они замолчали. Дождь превращался в ливень, начиная играть по твёрдым крышам свою сумбурную мелодию. — Я не думал, что мое влияние так важно, — продолжил Шастун. — Люди редко вообще думают, — QK360 очень по-человечески усмехнулся, заставляя Антона перевести дух. — Ты меня сейчас идиотом обозвал? — человек весело улыбнулся, в притворном возмущении блеснув глазами. — Вы все это время думали, что вашу цепочку кто-то специально запутывает, и что кофе кто-то специально готовить без сахара, и что вам подбрасывают сладкий скитлс, — он развёл руками. — Но уверяю вас, в этих шалостях виновата исключительно ваша невнимательность. — То есть не ты запутывал мою цепочку? — Я этого не говорил, — Арсений широко улыбнулся и подмигнул человеку, вновь обращаясь взглядом к небу. — Ты… — Антон хотел возмутиться, однако капля дождя, попавшая на нос, сразу отвлекла его. — Пошли обратно. Наглядишься ещё. Небо никуда не сбежит. — Ты так уверен? — Я обещаю тебе показать голубое чистое небо, на котором ни единого облачка не будет. — Действительно? — Но для этого тебе придётся подтянуто рейтинг у Стаса. Пока не начнёшь шутить нормально! — Антон бросил бычок в урну, Арсений даже не собирался двигаться. — Но, знаешь, я верю, что у тебя быстро все получится. QK360 резко развернулся, услышав слова. Антон вернул ему улыбку, пригласительно открывая дверь, как обычно это делал для него андроид. Тириум спокойной растекался по телу, правда на этот раз Арс чувствовал мягкий тёплый осадок.