L(over)s

      Через несколько дней Бэкхен проснулся, к собственному сожалению, не от поцелуев любимого альфы, а от настойчивых звонков в дверь их с Чанелем квартиры. И хотелось бы послать всех к черту, но омега на девяносто процентов был уверен в том, что знает, кто же так яростно мучает кнопочку с той стороны.       — Чанни, — Бэк лениво перевернулся и уткнулся в грудь Пака, — это, наверняка, кто-то из наших.       Чанель уткнулся лицом в подушку и недовольно простонал.       — Кого прибить?       — Либо твоего менеджера, либо моего, — пробормотал омега. — Но скорее всего это Сехун. Раз до сих пор за дверью, а не вломился.       — Мой бы не ломился, — Пак поднялся и пошаркал к двери.       И как только он ее открыл, в прихожую влетел именно Сехун.       — Поднимай Бэка и живо на кухню.       — И тебе доброе утро, — буркнул Чанель, закрывая дверь. — Киса, подъем.       — Ну что такое? — Бэкхен выполз из спальни, приглаживая взлохмаченные волосы. — О, Се, я угадал.       — У нас полный пиздец, — с радостной улыбкой провозгласил менеджер. — Начальство рвет и мечет.       Бэк глубоко вздохнул.       — Умыться дашь? Или сначала люлей?       — Меня не спрашивали, хочу я умыться или люлей, так что сядь, — Сехун ткнул пальцем в табуретку.       Бэкхен снова глубоко вздохнул и сел, сложив руки на груди.       — В общем. За вами установили слежку. И начальство все знает, — сказал Се.       Пак с усмешкой фыркнул.       — Вот это да.       Бэк со вздохом потер лицо, а потом посмотрел на возлюбленного.       — По телефону послать или туда съездить? ПОТОМУ ЧТО БЛЯТЬ ЭТО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО КАКОЙ-ТО ПИЗДЕЦ!!! — закричал омега, ударив ладонью по столу.       — Съездить. Причём, вместе, — отрезал Чанель. — А сейчас иди в ванную. Я пока приготовлю завтрак.       — Я им покажу, блять, слежку, — Бен поднялся и вышел из кухни, продолжая ворчать и ругаться.       — Мне уйти? — уточнил Сехун у Пака.       — Зачем? — не понял альфа, вставая к плите. — Садись. Поедим вместе.       — Ну мало ли, — пожал плечами Се. — Всё же вас тут уже двое.       — И ещё одного примем, — улыбнулся Чанель.       — Ну как вы тут? — с легкой усмешкой спросил Сехун, когда дверь в ванную громко захлопнулась.       — Я на седьмом небе, — со смущением признался Пак. — Влюблен по уши. Разве можно его не любить?       — Ну как тебе сказать?... — рассмеялся Се. — Ты просто не представляешь, как он выносил мне мозг, когда вы разошлись. Я вообще, честно говоря, удивлен, что он в одиночку решился признаться тебе. Он ведь так и не рассказал мне, как всё произошло.       — Ну, Бэк был пьяный и начал бычить, — пожал плечами Чанель. — Оказывается, он был уверен, что я ему изменяю. Потому и бросил меня.       — Что? — Сехун моргнул. Потому что был удивлен и первому и второму. — А ты? Не изменял, конечно же?       — Я что, идиот? — фыркнул Пак, коротко обернувшись. — Этому омеге невозможно изменить. У нас тогда декорации сломались, нам пришлось отыгрывать сцену напротив гримерных. Целовался с партнершей, а Бэк с такого ракурса зашел, где камер не видно.       Се закатил глаза и шлепнул себя по лицу.       — Вот как знал, что что-то не чисто было... Он хоть не сильно набрался, когда вы в Париже были? Подносы не переворачивал?       — Не, я его увел в сторонку и отвез бы домой, если бы мы не помирились, — отмахнулся Чанель. — Я так и понял, что ты эту цацу решил больше не терпеть. Имел полное право, кстати говоря. Но я рад, что ты вернулся.       Сехун со вздохом потер переносицу.       — Я всю чертову ночь не спал, пока прождал эту срань. Это же Бэк — после того, как он перевернул на тебя поднос с бокалами, я понял, что он способен на всё. А тут еще и один на приеме... Я даже думал вернуться туда и проследить, как он уедет, хотя бы. Господи, ты не представляешь, как я рад, что вы помирились, — менеджер глубоко вздохнул. — Он ведь... Он так плакал после того раза с подносом. Плакал и молчал.       — Серьёзно? — вскинул брови Пак, обернувшись на Сехуна.       — Да чтоб я провалился тут, если вру, — фыркнул Се. — Я весь вечер и сидел с ним, и лежал. Раз пятьдесят спросил, не из-за тебя ли это. А он — нет, и всё тут. Вот же срань упертая!       — Он такой, — покивал Чанель. — Ему сложно переступить через себя.       — Неужели в этот раз шампанское помогло? — с усмешкой фыркнул Сехун.       — Помогло, — раздалось за их спинами. В дверях кухни появился Бэкхен с влажными волосами и полотенцем на шее. — Слил да, как я тебе плакался? — омега ткнул пальцем возлюбленного.       — Да, — Пак чмокнул Бэка в лоб. — Тебя надо напоить и связать, чтобы доказать хоть что-то.       — Ну... В тот вечер я тебе облегчил задачу, — фыркнул Бэкхен с улыбкой. — Набрался в ноль самостоятельно. А всё из-за тебя!!! Разоделся, как чертова звезда! — омега шлепнул Чанеля по плечам. — Се, ты видел фотки?! Ален Делон хренов.       Сехун хрюкнул в кулак и улыбнулся.       — По мне, он всегда для тебя таким был.       Бэк с возмущением открыл рот, чтобы что-то сказать, но сдержался. С явным усилием, но всё же.       — Мелкого еще не заделали?       И вот тут Бэкхен от возмущения аж покраснел.       — Сехун!!!       Чанель рассмеялся и стал накрывать на стол. Правда, улыбка сползла с его лица так же быстро, как появилась.       — Заделаешь тут, когда кругом одни камеры.       Се тоже отвел взгляд, понимая, что задел больную тему.       — Что думаете говорить?       — Что мы встречаемся и слушать никого не будем! — рыкнул омега. — Еще мне будут указывать, как мне жить.       — Надо разъяснить людям, что мы не собачки в цирке, — фыркнул Пак.       — Ох, ребят, я, конечно, тоже за вас, но не знаю... — вздохнул Сехун. — Буду прикрывать, как могу.       Чанель тоже вздохнул, садясь за стол.       — Да я и сам понимаю, что грядёт буря. Но все же. Мы должны свое счастье отстаивать.       — Я пахал на это агентство, как лошадь, — хмыкнул Бэкхен. — Директор женат и ниче. Я тоже хочу.       — Так поженитесь сначала, — выдал Сехун. — И всем вопросам конец.       — Для этого тоже нужен один шаг от кое-кого, — Бэк сел за стол, едва сдерживая хитрую улыбку.       Пак в изумлении приподнял одну бровь.       — Серьёзно? То есть, без кольца и гор пафоса никак? Я уже четыре раза предлагал.       — Да, никак, — резко ответил Бэк, начиная есть.       Чанель глубоко вздохнул и встал из-за стола.       — Понятно. Во избежание нареканий куплю ювелирный салон. А то мало ли, кольцо не понравится.       Альфа со вздохом направился в комнату.       — Да не надо мне ничего! — закричал ему вслед Бэкхен, чувствуя, как к глазам подступают слезы. — Ни детей, ни кольца, ни свадьбы! Лучше вообще порознь, да, чем вместе? — омега всхлипнул и сбежал в ванную.       Сехун закатил глаза. Без Пака плохо, но с ним, похоже, ещё хуже. Поднявшись из-за стола, он направился успокаивать подопечного.       — Бэк, ну что ты устроил? — менеджер сел рядом с омегой на пол ванной. — Он же любит тебя. В конце концов, вы уже были женаты. Ты себя увесить этими кольцами хочешь, как в африканском племени?       — Да, хочу!!! Хочу, чтобы все видели, что я принадлежу определенному альфе! — в слезах закричал Бен. — Вам может и насрать, а мне важно! Да, я говно и истеричка, но я с детства хотел, чтобы передо мной стояла чертова спина! Моя крепость и защита! Да, я хочу, как девчонка, это сраное колечко на безымянном пальце, — Бэк показал этот самый палец менеджеру. — Я. Хочу. Принадлежать. Своему. Альфе. Вот такие заебы у вашего Бэкхена.       — Да ты уже ему принадлежишь! — не выдержал Сехун. — Ты весь в его метках! Ты пахнешь им, ты уже даже похож на него! Господи, Бэкхен, кольцо — это просто кусочек железа. И оно все выдержит, да. Но какой от него толк, если тот, кто это кольцо подарил, не выдержал?! Тебя четыре раза спрашивали. И четыре раза ничего не получали. Он, может, тоже хочет от омеги не только секса.       — А я, по-твоему, только трахаюсь?! — вскрикнул Бэк. Но следом расплакался, потому что да, Чанель уже делал предложения, а он молчал, уходя от ответа. Но молчал просто, чтобы возлюбленный за ним побегал? Добился его? Какая глупость...       Сехун вздохнул и погладил подопечного по плечу.       — Иди к нему. А то уйдет.       Бэкхен вскинул взволнованный взгляд на менеджера.       — Уйдет? Нет! — омега подскочил с пола, едва не поскользнувшись, и рванул в спальню. — Чанель!       Альфа сидел на постели и смотрел в стену равнодушным взглядом. Рядом стояла раскрытая сумка с парой футболок. И хотелось бы собраться и свалить подальше, но Бэкхен словно привязал его к себе.       А Бэк, увидев эту картину, осел на пороге спальни и расплакался.       — Чанель... — неужели возлюбленный действительно хотел уйти?       Пак глубоко вздохнул, едва сдерживая собственные слезы, и, поднявшись, помог встать омеге.       — Не плачь. Успокойся.       — Чанни, — Бэкхен схватился за плечи возлюбленного, — пожалуйста, прости! Я психованный эгоистичный идиот, да, но я очень люблю тебя! Я просто... Я хотел ощутить себя нужным и... Боже, что же я делаю?... — он снова расплакался. — Я не достоин твоей любви.       Чанель обнял омегу и погладил по волосам. Ну и как тут отстаивать отношения, если они живут как на вулкане? Никогда не знаешь, когда рванет.       — Ну, глупостей говорить не надо. Ты достоин даже большего, чем я.       — Я недостоин и капельки твоей любви, — всхлипнул Бен. — Делаю всё лишь так, как хочу я... Это не любовь, это издевательство над тобой... Прости, я... Боже, но я умру, если потеряю тебя еще раз...       Пак глубоко вздохнул и поцеловал возлюбленного в губы.       — Тогда давай поженимся. Сейчас у меня нет кольца, но я обещаю тебе купить любое. Какое захочешь.       — Не надо, — мотнул головой Бэкхен. — Если ты не хочешь, мы можем не играть свадьбу. Просто будь рядом? Даже когда я невыносим. Я так долго думал, что не нужен тебе, что сейчас мне хочется получить знаков внимания сполна... Боже, как же это глупо...       — Это не глупо, — Чанель улыбнулся и обнял лицо Бэка ладонями. — Раз хочется знаков внимания — они будут.       — Ты потакаешь мне, как капризному ребенку, — всхлипнул омега, отвечая на поцелуй. — Это не нормально.       Пак рассмеялся и закатил глаза.       — Бог ты мой. Если я сейчас скажу, что ты ничего не заслужил, ты обидишься, да?       — Нет, — Бэкхен с грустью опустил глаза и надул губы. Но прекрасно понимал, что Чанель прав.       Альфа тут же расцеловал надутые губы и щеки.       — Мы едем надирать задницы начальству и подавать заявление?       — Второе по желанию, — ответил Бен, не поднимая глаз.       — У меня очень большое желание, Бэк, — повторил Чанель. — Поэтому в пятый раз спрашиваю: ты будешь моим мужем?       Бэкхен поднял сияющие счастьем глаза и кивнул.       — Буду.       — Аллилуйя! — Пак подхватил Бэка на руки и стал кружить по комнате. — Этот омега мой будущий муж!       — Да неужели, — рассмеялся Сехун, появляясь в дверях спальни.       — Отстань, — Чанель показал менеджеру язык, продолжая стискивать возлюбленного в крепких объятиях. — После долгих уговоров крепость поддалась.       — Да я чего? Я рад, — Се посмотрел на часы, — просто, не хотелось бы вас огорчать, но нас ждут. И мне уже звонили.       — Тогда собираемся, — альфа хлопнул будущего мужа по ягодицам. — Ты поел?       — Нет, но не хочу, — отмахнулся Бэкхен. — Собираемся, мне уже надоело, я хочу быстрее решить эту проблему.       — Есть, мой капитан, — Пак чмокнул омегу в губы и добавил: — Обедать будешь за двоих.       — За десятерых, — фыркнул Бен. — Всё, я одеваться.       

***

      Спустя час парочка вместе с Сехуном уже была в агентстве. Хотя и Чанель, и Бэкхен были полны решимости, нервы не уступали. Особенно у Бэка. Он был готов бить посуду и кричать, но чутье подсказывало, что вместе им быть не позволят.       — Доброе утро, — сухо поздоровался Бен, войдя в кабинет директора.       — Доброе, — так же сухо ответил мужчина, глядя на альфу, который вошёл следом за подопечным. Чанель поздоровался и молча встал за спиной возлюбленного.       — Какие-то проблемы? — поинтересовался Бэкхен пока еще спокойно, хотя его взгляд уже явно говорил, куда и кому идти.       — Большие проблемы, — спокойно ответил глава агентства. — Я так понимаю, Сехун с тобой не общался?       — Общался, — ответил Бэк. — Он сказал, что Вы против моих отношений, но я расходиться с Чанелем не собираюсь, — омега сложил руки на груди.       — Да ну? А ты хорошо подумал? — спросил глава.       — Хорошо, — хмыкнул Бен. — Хотите — увольняйте. Уйду к privé alliance.       — Ты думаешь, им это нравится? Они просили передать, что разорвут контракт после очередного привета от Dispatch.       — Что? — Бэкхен распахнул глаза. От кого, от кого, а от privé он такой подставы не ожидал. — Ну и... Ну и к черту! Найду другую работу! Я не бездарность, в конце концов!       — Бэкхен, успокойся, — негромко произнес Чанель, погладив возлюбленного по плечам. — Почему мы не можем вести тайную личную жизнь? Никто и не догадается.       — Да почему мы вообще должны скрываться?! — снова вспылил Бен. — Мы живые люди и тоже хотим жить!!!       — Потому что за вами теперь пристально следят, — фыркнул директор. — Настолько пристально, что у меня есть фотография твоего обнаженного зада, Бэкхен.       Бэк распахнул глаза. Голая задница это, конечно, аргумент.       — Мы будем закрывать шторы. И... приходить в разное время. Я буду маскироваться!       — Нет, Бэкхен. Я больше не хочу рисковать репутацией своей компании, — ответил директор.       Бен замолчал и пристально посмотрел на начальство.       — Что это значит?       — Либо вы расходитесь, либо вылетаете из агентства, как пробка из шампанского, — ответил главный.       Чанель сжал кулаки.       — А если общественность нас поддержит?       — Не поддержит, — с усмешкой хмыкнул директор. — Вы читали комментарии под статьями Dispatch о вас двоих?       — И читать не нужно, — глухо ответил Бэкхен, зная, что фанаты против их воссоединения. Спасибо самому Бэку — поливал Пака грязью от души.       — Тогда можем начать сольную карьеру, — Пак посмотрел на возлюбленного. — Давай?       — Придержите коней, ребятки, — директор откинулся на спинку кожаного кресла. — Я знаю, куда надавить, чтобы вы оба не вылезли из дерьма всю оставшуюся жизнь.       Чанель глубоко вздохнул. Ожидать чего-то другого было глупо.       — Хорошо. А за что вы так с нами? Мы не во времена Ромео и Джульетты живём.       — Ничего личного, ребятки, — пожал плечами директор. — Бизнес. Прошлое признание Бэка сильно ударило по акциям. Если вы сойдетесь еще раз, публика потеряет интерес. Им нравилось следить за фотографиями разъяренного Бэкхена и за вашей руганью. А поднос с бокалами — выше всяких похвал. Если они поймут, что это обман, скандал будет еще больше, — пожал плечами директор. — Так что мой вам совет — забудьте друг о друге.       Бэкхен одарил директора ледяным взглядом и, развернувшись, вышел из кабинета. Чанель вышел следом. А как только дверь кабинета закрылась, альфа крепко прижал любимого к себе.       — Мы все равно будем вместе. Мне плевать.       Бэк молча смотрел в стену, а потом вдруг закричал.       — Я ненавижу своё агентство!!! Нелюди!!! — он начал вырываться, размахивая в сторону кабинета директора кулаками. — Я сожгу нахер это здание!!! И всех вас!       — Бэкхен, пойдем, — Чанель потащил омегу к выходу. — Держи себя в руках.       — Держать?! Да я им всем тут устрою, блять, веселую жизнь!!! — Бэк продолжал кричать. — Жен и мужей на машинах перееду!       — Бэкхен, не говори того, что могут потом использовать против тебя, — вздохнул Сехун, идя за парочкой.       — Да, поехали домой, — кивнул Пак, уводя омегу на выход.       Сев в машину, Бэк с силой захлопнул дверцу и уставился в окно на здание своего агентства. Айдол — это не красивая жизнь, айдол — это тюрьма и миллион запретов.       В квартиру Чанеля все вошли молча. Альфа, обычно самый здравомыслящий и оптимистичный, был подавлен, а Бэкхен, молча пройдя в спальню, начал собирать вещи.       — Что ты делаешь? — в недоумении спросил Пак, проследовав за возлюбленным.       — Возвращаюсь в свою квартиру, — отрешенно ответил Бен.       — Ты решил сдаться? — спросил Чанель таким же упавшим голосом.       — У тебя есть варианты? — Бэк смял в руках футболку и с размаху бросил её в сумку. — Они же нам жизни не дадут!!! Они сломают не только мою карьеру, но и твою, понимаешь?! Они же нас со свету сведут!       — А ты не думал, что мы можем уехать?! — повысил голос Пак. — Прочь из Кореи! Насовсем!       — А ты не думал, что лица у нас слишком узнаваемые?! И директор без проблем устроит нам жопу в любой точке мира! — так же повысил голос Бэкхен. — Будто ты не знаешь, насколько влиятельны такие шишки! Надо будет — они и самоубийство организуют, и аварию, и всё, что угодно!!!       — А ты не думал, что у меня есть свои обходные пути?! — рыкнул Чанель. — Легко ты от нас отступился.       — Ну да, давай еще скажи, что я во всем виноват! — омега не выдержал и ударил Пака по лицу, начиная собираться еще быстрее.       — Ребят, ребят, — в дверях спальни появился взволнованный Сехун, — я всё понимаю, но давайте попробуем успокоиться и всё обдумать?       — Да что тут думать?! — закричал Бен. — Всё, оставьте меня оба! — по его щекам снова потекли слезы, но омега быстро их вытер, стараясь никому не показывать, и продолжил сборы.       Наблюдая за возлюбленным, Чанель буквально прожигал его взглядом. Вот так, значит, ему дороги отношения? Очень мило.       — Ну и вали, — альфа развернулся и покинул квартиру, хлопнув дверью.       — Ненавижу!!! — Бэкхен запустил в сторону двери рамкой с их совместной с Чанелем фотографией и расплакался, осев на пол. — Я не вернусь к тебе больше, Пак Чанель!!! Слышишь, не вернусь!!!       — Думаю, это взаимно, — вздохнул Сехун. — Может, догнать его?       — Если бы он хотел остаться со мной, он бы не ушел! — Бен начал быстро запаковывать свои вещи, но из-за того, что он злился, ничего не получалось. И из-за этого омега нервничал еще сильнее. — Да что за день-то такой?! — он расплакался от бессилия и упал на постель.       Сехун глубоко вздохнул и лег рядом с ним.       — Бэкхен, тяжело не только тебе. Может, он тоже идёт по улице и плачет, потому что его омега решил сбежать, испугавшись какого-то непонятного мужика. Чанель готов был защищать вас до последнего, а ты от этой защиты отказался. В конце концов, он не железный.       — Да я не сбегал! Я ведь не говорил, что мы расстаемся! — Бен хлопнул ладонью по постели. — А он сам меня выгнал! Да и боже, Се, ну какое ты будущее видишь у нас? Бегать по углам и украдкой целоваться? Я не хочу ломать его карьеру и жизнь, я... запутался.       — Да черт дери, он сам был готов ее сломать ради тебя! Я видел, как он писал менеджеру и узнавал, как расторгнуть контракт. Знаешь, иногда жесты намного красивее слов. Ты не сказал, что вы расстаетесь — ты это показал.       Бэк усмехнулся, а потом вдруг расхохотался.       — Боже, я так умело ломаю свою жизнь! Осталось только встать на табуретку и сунуть голову в петлю. Ты поможешь мне?       — Сдурел? — фыркнул Сехун. — Утром позвонишь и извинишься. Или жди его тут — все же, квартира не твоя. Рано или поздно он сюда вернётся.       — Нет, — омега сел на постели. — Здесь я не буду ждать. Дома. Всё... дома. Ты поедешь со мной?       — А как же? — улыбнулся Се. — Купим вина?       — Вина? — Бэк дернул бровью. — Давай что-нибудь покрепче. Чтоб вырубило на всю ночь...       Менеджер с улыбкой покачал головой.       — Как пожелаешь.       Бэкхен коротко улыбнулся. Как пожелаешь? Он сейчас желал одного — понять, как жить дальше и не сдохнуть от душевной боли.       

***

      Вернувшись утром в пустую квартиру, Чанель глубоко вздохнул. Видимо, они не созданы друг для друга. Хотя альфа любил. Очень сильно. И Бэкхен любил. Неимоверно любил, и поэтому сейчас смотрел на номер телефона возлюбленного и плакал. Так хотелось позвонить, но что-то — гордость, страх или что-то еще — не давало нажать на вызов. И сколько бы Бэк не пытался, у него не получалось. Он злился, кричал, плакал, но в конечном итоге понял, что, видимо, судьба ошиблась в их паре. Не звонил и Чанель. Выслушивать истерику не хотелось, да и вряд ли омеге он был нужен. Слишком легко он собрался и все разорвал.