Приключения Микки

Жил-был себе маленький мышонок Микки в маленькой норке в маленькой человеческой квартире. И была у него мечта — выйти из их с мамой норки и посмотреть на окружающий мир. И однажды он таки решился. Когда мама собралась на работу — оделась, как всегда, красиво, поцеловала его в лобик и вышла за дверь, причём в этот раз не дождалась бабушки, так что он понял, что остаётся дома сам, как иногда бывало — он быстренько надел шортики и футболку с мордочкой известного тёзки и тоже покинул их скромную, но уютную норку. Вышел — и рассмотрелся по сторонам. И обрадовался — сколько нового! Большого. Сколько места! По сравнению с их домом. Сколько интересного. А мама запрещала ему выходить. Сделал несколько по-мышиному мелких шагов вдоль длинной деревянной планки, похожей на плинтус в их норке. И тут почуял самый-самый любимый в мире запах — сыра, такого свежего, аппетитного! И сразу же перешёл на бег — надо же было поскорее найти источник аромата. И нашёл — недалеко от него валялась какая-то деревянная незнакомая ему штука, и главное — на ней железным прутом был закреплён огромный кусок сыра. Микки подумал — а вдруг это подарок для таких, как он, исследователей? И уже было потянулся лапкой к вкусняшке — но тут услышал старческий дребезжащий голос, который предупреждал его: — Не трогай. Это опасно. Он тут же отпрыгнул от незнакомой вещи — он всё-таки был послушным мышонком, хоть его мама после сегодняшнего бы так не сказала — и посмотрел в сторону, откуда было слышно голос. И увидел старенькую большую мышь с седыми усами, которая всё тем же голосом рассказала: — Это огромные существа — они называют себя люди — устраивают такие ловушки на нас. У меня муж в такую попался. Микки вежливо ответил — как его мама учила, ему показалось, что в этой ситуации это уместно: — Сочувствую вам. И отошёл ещё дальше от явно опасной вещи. Мышь благосклонно кивнула и спросила: — Почему ты сейчас здесь? Куда-то идёшь? Так это человеческая сторона. Сюда нельзя. Он еле сдержал желание спросить, что же в таком случае здесь делала она, но вместо этого рассказал, от растерянности забыв о маминых наставлениях не говорить с незнакомцами: — Я так давно хотел выйти из нашей норки. Мышь показалась доброй, когда задала ещё один вопрос и предложила: — И ошибся дверью? Давай тогда проведу домой. Микки покачал головой и отказался: — Нет, спасибо. Я ещё хочу кое-что посмотреть. Ему всё же вспомнились слова мамы, и он понял, что не хочет идти с незнакомой мышью домой. И он вежливо попрощался: — До свидания, тётушка. И направился по длиннющему деревянному полотну от бабушки-мыши. Шёл-шёл, уже даже устал, и тут наткнулся на вертикально стоящую палку. Опёрся на неё — и до него начало доходить, почему же мама не позволяла ему выходить: это так далеко. Хотел уже развернуться и пойти домой, но упрямство запретило ему даже думать об этом и заставило идти дальше. Он и пошёл. И удивился: в начале его путешествия на деревянном пространстве не было ничего, кроме той опасной, но привлекательной вещи, а теперь оно было заставлено опять же деревянными палками. Он на чистом упрямстве шёл дальше, и наконец-то выбрался из этого места, которое про себя окрестил лесом. Вышел на пустое пространство — и тут увидел туфли, как у мамы, когда она ходила на вечеринки, но какого-то невообразимо большого размера. Перевёл взгляд выше — и увидел длинные светлые… Он не успел их с чем-нибудь сравнить, ведь неожиданно услышал очень громкий звук, похожий на голос, и чуть ли не оглох. И тут услышал новые звуки — которые напомнили ему шаги, только будто шёл кто-то очень большой. И увидел чёрные ботинки опять-таки огромного размера. Выше смотреть не стал — у него уже шея болела от взгляда вверх. Новое существо в ботинках что-то снова очень громко издало — Микки прислушался, и удивлённо понял, что это голос, и это существо спросило у первого: — Что-то случилось, малыш? «Ага, малыш», подумал он, и до него тут резко дошло, что же это за существа — это ведь были те самые легендарные люди, о которых он столько слышал от мамы. Так что он приветственно улыбнулся, а люди — ему показалось по голосам, что они были женского пола — продолжали говорить очень громко: — Мышь! Там мышь! Второй человек подошёл к первому и оказался ближе к Микки — он уже всё-таки понял, что эти чёрные палки — это то, что заменяет людям лапы. Он увидел что-то похожее на морду возле себя и шокировано услышал: — Что же ты её боишься? Это всего лишь мышь. — Приблизилась ещё и умилённо сказала: — Какая маленькая. Первый человек издал звуки, уже потише и понежнее, и продолжил: — Ты меня не понимаешь! Я боюсь мышей! Убери от меня её! Второй человек вздохнул, попросил у Микки прощения и снова оказался дальше. Подошёл к первому и сказал: — Давай уйдём отсюда. И они действительно удалились. А Микки зевнул и внезапно понял — он очень устал. И тихонько, чтобы уже никого не потревожить, развернулся и пошёл в направлении своей норки, время от времени останавливаясь. Ему казалось, что он шёл чуть ли не целый день, но наконец-то оказался возле двери домой. Повернул ручку — и чуть не упал: на него бросилась с объятиями мама. Он слышал её рыдания — и не нашёл ничего лучше, чем извиниться: — Прости, мам. Мама отошла от него — и ему стало стыдно за то, что у неё на мордочке появились какие-то странные пятна — он понимал, что это было из-за него. А мама прошла вглубь норки, открыла шкаф, вытащила оттуда ремень папы и сказала: — Ты повёл себя очень плохо. Микки уже было потянулся снимать шортики — мама же наверняка хотела его наказать — однако она продолжила: — Но очень хорошо, что ты вернулся. Я уже хотела в розыск подавать. — И она продолжала звучать очень обеспокоенно, когда добавила: — Но не знаю, стал бы кто-то искать тебя в человеческом мире. Микки осмелился спросить: — Мам, а что, люди такие плохие? Мама наклонилась к нему, взяла его лапки в свои и сказала: — Не все, родной. Моя работа ведь связана с ними. — И улыбнулась сквозь слёзы, предлагая: — Давай я когда-нибудь возьму тебя с собой. Микки восхищённо пискнул: — А когда? — Не сейчас. И если будешь хорошим мальчиком. Микки пообещал. И они пошли в его комнату.