Я не волшебница я только учусь

На следующей неделе в гостиной Слизерина вывесили объявление. Оно гласило о подготовке к полету на метлах. Предстоящий урок вызвал немалое оживление среди первокурсников. Особенно раскричался Малфой, он казалось, не мог больше ни о чем говорить, кроме как о летании на метле. С утра и до ночи блондинчик расписывал, как он умеет летать, какие опасные виражи он знает и как лихо Драко уворачивался от магловских вертолетов. Хвастовство Малфоя быстро всем надоело и от него стремительно отсаживались все, едва Драко начинал открывать рот. Единственными его слушателями остались Крэбб и Гойл, которые внимали своему лидеру с тупым выражением на лицах. - Врешь ты все Малфой! – вдруг сказала Трейси Дэвис - соседка Галии по спальне. Мальчишка, с важным видом, сидящий на диване, тут же поперхнулся на полуслове. - Я не вру! – заявил Драко и посмотрел на Трейси с гневом. - Врешь, врешь, - продолжала дразниться Дэвис. – У вертолетов знаешь, какая скорость. От них даже на Нимбусе не улететь, а ты говоришь, что обгонять их умеешь. И от вертолетов не увернешься, знаешь какая у них тяга возле винта. Тебя бы на куски порезало, вздумай ты подлететь к вертолету в воздухе. Малфой покрылся розовыми пятнами. Видимо ему в первый раз пришлось столкнуться с тем, что в его словах сомневаются. Тут еще многие ученики в гостиной подняли головы, оторвавшись от своих занятий, и с интересом начали прислушиваться к перепалке. - Да откуда ты знаешь? – выкрикнул Драко и его голос сорвался на фальцет. От этого он покраснел и еще больше разозлился. – Ты, наверное, маглолюбка Дэвис? Потому так много знаешь о маглах! Красивое личико Трейси побелело от злости. Галия за время учебы на Слизерине успела узнать, что назвать чистокровного волшебника маглолюбцем значит нанести ему страшное оскорбление. А сказать такое в присутствие многих магов могло привести лишь к тому, что оскорбление смывалось кровью на дуэли. Конечно, даже среди чистокровных встречались люди, которых такое прозвище совершенно не трогало. Например, те же Уизли или Сириус Блэк со своей сестрой Андромедой. Но тут на Слизерине гордились якобы голубой чистотой крови и подобными словами, в отличие от Драко старались не разбрасываться. В гостиной Слизерина наступила зловещая тишина, все ждали, что случится дальше. Даже Драко понял, что хватил через край, потому что стал бледнее обычного. Палочка в руке Трейси появилась быстрее, чем кто-то успел моргнуть глазом. - Это я ей рассказала! – вдруг раздался тихий голос. Все уставились в сторону Адамс, которая до этого всегда вела себя неприметно. - Ты! - удивился Пьюси - загонщик в сборной по квиддичу. - Я! – кивнула Дебора. – Помните, два дня назад над школой пролетал вертолет. Вот я Трейси и рассказала все, что про вертолеты знаю. Пьюси и сидящий рядом с ним Майлз Блетчли понимающе переглянулись. Вертолет, пролетевший в тот день над Хогвартсом, наделал немало шума и стал причиной многих пересудов. На маглорожденных учеников свалилась куча вопросов, что это за штуки такие, как им удается летать без магии, и для чего они нужны. Дэвис опустила палочку, и атмосфера в зеленой гостиной немного разрядилась. Но светловолосая слизеринка не успокоилась. - Малфой ты меня оскорбил, немедленно извинись! – потребовала она. - Вот еще? – снова начал хорохориться блондин. Казалось, что зрителей начинающейся схватки стало больше или просто наблюдатели решили подойти к двум ребятам поближе, чтобы видеть все из первых рядов. Трейси яростно сверкнула глазами. - Что тут происходит? – раздался от дверей чей-то голос. У входа в гостиную, скрестив на груди руки, стоял неизвестный Деборе семикурсник. Высокий, худощавый, слегка курносый и бледный брюнет. Он мрачно смотрел на толпу своих собратьев по факультету. При его виде Малфой вздохнул с облегчением, Дэвис спрятала палочку, по лицам остальных слизеринцев пробежало разочарование. Наверное, все уже предвкушали стычку между Трейси и Драко и делали ставки. - Мне повторить вопрос? – скучающим голосом протянул темноволосый незнакомец. - Малфой оскорбил меня! - дрожа от гнева, пояснила Трейси. Брюнет - семикурсник перевел глаза на побледневшего Драко. - Это правда? Малфой опустил голову. - Ваш отец говорил, что надо делать в таких случаях? – продолжил спрашивать старшекурсник. Драко по-прежнему не поднимая глаз, склонился перед Трейси Дэвис. - Я Драко Малфой, искренне прошу простить меня за мои неосторожные слова, мисс Дэвис! Слизеринка продолжала буравить Малфоя злым взглядом, но, тем не менее, ответила: - Я Трейси Дэвис, принимаю ваши извинения мистер Малфой! Поняв, что развлечений больше не будет, остальные слизеринцы вновь вернулись к своим делам. Малфой в молчании присел на диван, угрюмо глядя в камин. Трейси уткнулась в свой учебник по трансфигурации. Старшекурсник приблизился к Деборе. - Мисс Адамс, вас хочет видеть наш декан! – торжественным тоном, словно посвящая Галию в рыцари, заявил он. - А где он? – спросила Галия, посмотрев по сторонам. В душе стал нарастать испуг, почему Снегг не пришел в гостиную, а зовет ее к себе. И главное куда именно. После первого урока зельеварения профессор пролежал в медицинском крыле три дня. Галия подозревала, что Снегга вылечили в тот же день, но зельевар видимо решил немного отдохнуть от своего предмета и от опасных учеников. - Он снаружи! – ответил брюнет и отошел в сторону. Снегг стоял прямо перед входом в гостиную Слизерина и смотрел в стену с такой брезгливой миной, как будто ему предстоит долгая работа по очистке выгребной ямы. Услышав, как отъезжает часть стены, служащей входом в гостиную, декан слегка повернул голову к вышедшей к нему ученице. - Адамс! – буквально пролаял он. – Я назначаю вам отработку в один вечер, под присмотром школьного завхоза. - За что? – не поняла Дебора. - За срыв первого урока по зельям! – радостно пояснил Снегг, оскалив свои желтые зубы. – За неуважение к преподавателю. Отработка начинается сегодня в девять вечера. И не опаздывайте, мистер Филч не любит опоздавших учеников. - Мало на тебя кипятка вылили! – подумала Галия, глядя в спину уходящего по коридору профессора. Хотя девочке было даже интересно, ведь это была ее первая отработка в Хогвартсе. Когда слизеринцы шли на урок трансфигурации, Дебора шепотом поинтересовалась у Пайка: - Кто этот семикурсник, из-за которого Дэвис и Малфой не успели подраться? - Это же Георг Бланк! – ответил Пайк с таким видом, словно Бланка должны знать все люди, умеющие видеть и слышать. Галие, имя схожее с бумажным формуляром, ничего не говорило. Пайк, похоже, понял ее состояние. - Он происходит из семьи, которая составляла трактат о «Двадцати восьми»! Его предки происходят от самих Плантагенетов, ты должна знать о них? – говорил он тихим голосом, пока они поднимались на первый этаж. - О Плантагенетах я знаю! – кивнула Адамс. – Получается Бланк из очень древней и уважаемой семьи, как и род Блэков. В гостиной было видно, что известного семикурсника слизеринцы искренне уважают. Перед ним почтительно расступались, пока он шел к Деборе. - Слышала о Блэках? – Пайк взглянул на нее с уважением. - Так немного! – отмахнулась Дебора. - Послушай меня Адамс. Так как ты в Слизерине, тебе обязательно надо знать фамилии чистокровных волшебников. Хотя бы для того, чтобы потом не бегать с круглыми глазами и не спрашивать, а кто это такой. - Да ты прав Пайк! – согласилась Адамс. – После урока обязательно пойду в библиотеку. Можешь посоветовать какую книгу мне взять? - Попроси у мадам Пинс «Кто есть кто в магическом мире», - сказал слизеринец. – Там написано обо всех чистокровных магах и тебе нетрудно будет их запомнить. Нас не так много.

***

Урок мисс Макгонагал прошел как обычно. Декан Гриффиндора раздала всем ученикам круглые чашки и велела превратить их в ежей. Такое задание у многих вызвало легкую панику, пока что слизеринцы первого курса не могли похвастаться хорошими результатами. Но мисс Макгонагал была непоколебима. - Вам нужно продвигаться дальше в обучении трансфигурации. По принципу «от простого к сложному». Монеты и спички пройденный этап, теперь вам предстоит развивать свои умения и навыки. Могу пообещать одно! – говорила Макгонагал, смотря на всех строгими глазами. – Легко никому не будет. И на летних экзаменах, я потребую от вас показать мне все, чему я вас учила, и чему вы научились. После такой ободряющей речи, слизеринцы скисли еще больше. В классе поднялся гул голосов, выговаривающих заклинания. Адамс упорно махала палочкой, старательно вызывая в мозгу картины, как у чашки отрастают четыре ножки, проклевываются маленькие глазки, появляется нос и чаша покрывается россыпью серых иголок. В результате чашка стояла на четырех лапках, нервно дергала крошечным носиком и укоризненно смотрела на девочку черными бусинками глаз. Наколдовать иголки не вышло, поэтому полусфера, в которую наливают воду, никуда не делась. У Гринграсс и Дэвис чашки превратились в клубки, выставившие иголки во все стороны. Малфой злобно тыкал в чашку своей палочкой и что-то шипел, а она, не изменившаяся ни на йоту, лишь каталась от него по столу. Крэбб и Гойл сидели, положив палочки перед собой. У Нотта и Забини чашки ощетинились иголками. Пайк, Паркинсон и Булстроуд с интересом разглядывали осколки своих чашек, лежащих на полу. Книга «Кто есть кто в магическом мире» перечисляла всех чистокровных магов, ныне живущих в Британии и тех, кто погиб или умер в двадцатом веке. По каждой фамилии давалось краткое описание и перечень членов семьи. Изредка описывались известные заслуги и деяния того или иного чистокровного волшебника. Также в книге присутствовали и Бланки. Как и говорил Пайк, семья Бланков действительно приняла участие в составлении трактата «Священные 28 семей», но сами они в каталог не вошли. Почему, об этом в книге умалчивалось, либо Бланки оказались скромными, либо считали, что их и так все знают. - Ну что же, двадцать восемь фамилий заучить не так уж сложно! – прошептала Галия, выписывая имена на свой пергамент. Даже в Хогвартсе девочка не изменяла своим привычкам и продолжала писать обычной ручкой. Таким образом, она выполняла домашние задания, и писала лекции на уроках. Как поняла Адамс, слизеринцы понятия не имели, что можно писать не перьями, а шариковыми ручками. Нотт, случайно увидев ее письменную принадлежность, потом долго расспрашивал, что это такое, откуда ручка берет чернила, от каких птиц маглы получают такие приспособления. - Какие же вы все-таки отсталые люди! – думала Галия, когда Нотт уходил от нее с округлившимися глазами и со свисающей к земле нижней челюстью. Домашние задания, написанные ручкой, преподаватели принимали без звука, они не обращали внимания, на то, каким образом эссе выполнены. Направляясь к столу библиотекарши, чтобы сдать справочник по чистокровным магам, Дебора услышали тихий голос: - Мисс Адамс! Девочка обернулась. В углу, возле окна, находился Георг Бланк. Семикурсник сидел за столом, со всех сторон обложившись учебниками. - Мисс Адамс! – повторил Бланк, указывая на стул перед собой. – Прошу вас! Поколебавшись с мгновение, девочка уселась на предложенное место. Черные глаза чистокровного мага слегка расширились, когда он увидел, какую книгу Адамс держит в руках. - Нечасто увидишь, чтобы маглорожденные интересовались древними семьями, - сказал он, внимательно вглядываясь в лицо первокурсницы. - Положение обязывает! – ответила слизеринка. – Учиться на факультете Салазара, и не знать, кто еще находится рядом с тобой, наверное, будет неправильно и невежливо с моей стороны. - Приятно слышать! – склонил голову Бланк. - Мой сокурсник посоветовал, без него я бы и не сразу догадалась, - произнесла Адамс. - Он правильно вам посоветовал. Поблагодарите его от меня! – кивнул слизеринец, еле заметно улыбаясь. - Непременно сэр! – согласилась Галия. Ученики Изумрудного факультета замолчали. В библиотеке, тишина нарушалась легкими шагами мадам Пинс, расставляющей книги по полкам. - Треверс рассказал о вашей стычке с Малфоем! – нарушил молчание слизеринец. – Что именно случилось между вами? - Просто мистер Малфой пытался указать мне мое место и внушить к себе уважение довольно странным образом! – безмятежно ответила Галия. Георг Бланк усмехнулся. - Я знаю, Малфой наутро жаловался всему факультету. Просто знайте на будущее. В подземелье вам ничего не угрожает, по крайней мере, от школьников. Я это знаю, все-таки семь лет учебы в Хогвартсе. Подземелья школы - территория Кровавого Барона нашего призрака. Стоит только начаться драке, как он прибывает довольно быстро и разнимает учеников. - Что-то тогда я его не видела? – засомневалась слизеринка. - Просто вы могли его не заметить. Он мог быть рядом и не стал вмешиваться, потому что вам ничто не угрожало. Дебора не стала упорствовать, возможно, Барон и не прилетел к началу возникающего инцидента, но потом вполне мог прятаться где-то рядом. - К тому же призраки летают везде и всегда готовы позвать помощь, портреты на стенах сообщат преподавателям, если с вами что-то случится, рыцари в коридорах готовы помочь и защитить в случае опасности, - продолжал говорить Бланк своим негромким, успокаивающим голосом. - Благодарю за советы мистер Бланк! – искренне сказала девочка. – Это очень ценная информация, только почему вы мне это говорите? - Не ожидали помощи от чистокровного? – усмехнулся старшекурсник. – Понимаю, но и вы поймите, не все слизеринцы, такие как Малфой и Булстроуд. А то, что я вам говорю, вы бы и так узнали, только гораздо позднее. В ответ Дебора лишь кивнула без слов. - Вы мне нравитесь, мисс Адамс! - заявил Бланк. – Потому обещаю вам, пока я тут, на нашем факультете вас никто и пальцем не тронет. Мое имя хоть что-то да значит. Но шепотки за вашей спиной и злые взгляды я отменить не смогу. Галия встала из-за стола и склонилась в реверансе. - Я не могу сказать, как я вам благодарна, сэр! У меня не хватит слов, чтобы выразить вам свою признательность. Бланк улыбнулся. - Маглорожденная волшебница на Слизерине. Такого не было еще никогда. Кто знает? – поднял он свои глаза к потолку. – Может это знамение, как говорят маглы! Во всяком случае, это неспроста. - Сэр, можно задать вам вопрос? – осмелилась слизеринка. Бланк кивнул. - Когда я увидела вас сегодня в нашей гостиной, у меня сложилось впечатление, что именно вы глава Слизерина, а не наш декан Северус Снегг. Или я не права, и потому заранее прошу прощения за свою дерзость! – тихо прошептала Дебора. - Вижу, что вас учили этикету! – в тон ей шепотом ответил слизеринец. - В том, что я вам скажу, нет тайны, вы и так бы все узнали. Рано или поздно. Но прежде чем я отвечу на ваш вопрос, я должен задать несколько своих. Скажите мисс Адамс, вы учились в магловской школе, так? Как бы вы отнеслись к тому, если бы руководителем вашего класса поставили гибрида человека и обезьяны? Видимо ответ был так красноречиво выражен на лице девочки, что Бланк понял все без слов. - А теперь примерьте эту же ситуацию на Слизерин! – хмуро сказал он. – Деканом факультета, где учатся чистокровные маги из древних семей, назначают сына магла и девушки из не самой лучшей семьи. Помесь человека и обезьяны, если можно так выразиться. - Но разве сын магла и волшебницы не полукровка? – удивилась слизеринка. - Полукровка – это ребенок от маглорожденного мага и чистокровного колдуна! А от волшебницы и магла… - Бланк чуть заметно скривился. - Тогда, на мой взгляд, такое назначение - это просто плевок в лицо! – медленно произнесла Дебора. - Причем оскорбительный! – кивнул головой Георг Бланк. – Я вижу, вы меня поняли. Я всегда считал и считаю, что деканом нашего факультета должен быть чистокровный волшебник, а не такое как… - Как Снегг! – говорили его глаза. Теперь многое становилось понятным. Снегг не просто так потакал своему факультету, не обращал внимания на издевательства и проделки слизеринцев, не мешал своим ученикам оскорблять других школьников, не призывал их к ответу и отмазывал от наказаний. Все просто – он не мог ничего сделать. Его авторитет на Слизерине и среди чистокровных магов колебался в диапазоне «дерьмо собачье» и «помесь какая-то». Слизеринцы понимали, что декан не может их приструнить, не в силах их остановить или помешать, вот и пользовались этим. Единственное что останавливало их от более сокрушительных и калечащих проделок, это лишь наличие в школе других деканов и самого Дамблдора. А со стороны казалось, что Снегг специально не снимает баллы со своего факультета, назло всем покрывает своих учеников. А на деле, змеи на него просто плюют и кладут болты всех размеров. Неудивительно, что зельевар срывается на учениках остальных факультетов, на собственном он ведь для всех обычное ничтожество. А змеиных учеников трогать боязно, родители за своих чад, мигом порвут Снеггу одну интимную часть тела на британский флаг. Галие даже на минутку стало жаль профессора зельеварения. Вот судьба никому не пожелаешь. Снегг чем-то схож с учителем средней школы, которого сунули в частный лицей и поставили руководителем класса, где учатся дети олигархов. С одной стороны он затюкан школьной администрацией, с другой его шпыняют привилегированные детки, с третьей угрожают богатые родители, видящие в своих потомках умных, успешных и старательных людей. И учитель не осмеливается плохие оценки ставить и детей к порядку призвать. Вот и катается Снегг колбаской между всеми и пытается каждому угодить. - Он сам виноват! – прошептал ее внутренний голос. – Он всю жизнь просто плыл по течению. И не пытался изменить свою судьбу, только повиновался и слушался. Так что свои страдания он сполна заслужил. - Заслужил?! – осведомился Бланк. - Я сказала это вслух? – удивилась Галия. Слизеринец улыбнулся. - Но я прошу вас не говорить о том, что я вам рассказал! – негромко и твердо попросил старшекурсник. – Для всех остальных учеников, мы уважаем нашего декана. Хотя иногда издеваться над ним полезно, чтобы он понимал кто он и где его место. Я знаю, что вы дружите с Поттером. Я не возражаю, если вы будете рассказывать ему последние слизеринские сплетни. Но то, что вы узнали от меня, никому ни слова. Это тайна Слизерина. - Я никому не сообщу того, что от вас услышала! – пообещала Дебора. – Мне поклясться? Для меня это не трудно. Принести клятву магией? - Поклясться магией? – приподнял брови слизеринец. – Как вы себе это представляете? - Если честно, то я и сама не знаю, - призналась девочка. – Но я слышала от одного из пуффендуйцев, как он клялся своей магией, что в Запретном лесу водятся мамонты. - Клятва забавная, но несерьезная! – с улыбкой вздохнул Бланк, - поклясться своей магией это все равно, что дать обещание от имени своих волос или цвета собственных глаз. Никто всерьез ее не воспримет, зато насмешить людей вы сможете. - Клятвы я от вас требовать не буду, вы не выглядите болтушкой или балаболкой, - продолжил слизеринец. – Просто запомните - тайны факультета Слизерин… - Это тайны факультета Слизерин! – закончила за него Дебора. - Именно! – кивнул Бланк. – До встречи мисс Адамс, было приятно с вами поговорить. Эти слова означали, что Деборе следует откланяться и идти сдавать книгу мадам Пинс. - И за что мне это? – мысленно вздыхала девочка, идя к столу библиотекарши. – Попала бы я на Гриффиндор, и все было бы просто и ясно как яйцо. Вот гады слизеринцы, вот наши гриффы. А теперь – такие тайны мадридского двора вылезают, не знаешь, что и думать. Интересно, а эти Бланки принимали участие в войне на стороне Волан-де-Морта? - Мисс Пинс, можете выдать мне подшивки газет за годы войны с Тем Кого Нельзя Называть?

***

Вечером Джемма Фарли-староста Слизерина привела Дебору к каморке Филча. Старый завхоз щеголял в буром сюртуке и в резиновых сапогах, об которые терлась большая облезлая кошка. Сам Филч сильно отличался от образа из фильма. В кино завхоз напоминал постаревшего хиппи. А тут глазам Галии предстал невысокий пожилой человек с гривой поседевших волос а-ля Эйнштейн и густыми бакенбардами. Филч смотрел с подозрением, словно всех вокруг себя считал угрозой обществу. Тут же в комнатушке завхоза, служащей ему кабинетом и жильем, находились братья Уизли – Фред и Джордж. Близнецы выглядели как святые мученики, которых незаслуженно обвинили в семи смертных грехах сразу. - Давно у меня не было нарушителей со Слизерина! – проскрипел старый Филч, увидев перед своими глазами Дебору Адамс, в серебряно-изумрудном галстуке и со значком змеиного факультета на мантии. Удивление завхоза можно понять. Снегг всегда стремился отмазать своих учеников от общих отработок. Потому слизеринцы к Филчу не попадали, но видимо на Галию зельевар заимел особый зуб. - Бедная змейка! – жалостливым тоном протянул Фред Уизли. Или это был Джордж. - За что тебя к нам бедолага? – подхватил второй близнец. - Я ничего плохого не сделала! – состроив страдальческое лицо, отчеканила Дебора. – То есть вы ничего не докажете! – спохватилась она. Близнецы покатились от смеха. А Филч скривился от негодования. - Всем бы вам хи-хи да ха-ха! – пробурчал завхоз. – Вот в прошлые времена вас бы наказали, так наказали. Не то, что сейчас. При прошлом директоре Диппете, мир его праху, нарушителей пороли. Пороли прямо в Большом Зале на виду у всех школьников. Тех, кого розги не научили, заковывали в кандалы и оставляли на ночь, чтобы мозги прояснились, - Филч кивнул на ржавые цепи, висевшие на стене своего кабинета. – Вот тогда был порядок. А сейчас… Избаловал вас Дамблдор. Совсем избаловал! Речь завхоза произвела впечатление лишь на Дебору, а близнецы остались к ней совершенно равнодушными. Филч уже давно жаловался на современные порядки и причитал по старым добрым временам всем, кто был готов его слушать. - Ай- ой! – протянул один из близнецов. - Опять двадцать пять! – вторил ему другой, закатывая глаза. - Помолчали бы Уизли! – рявкнул Филч. – Вас вообще надо пороть с утра и до вечера, только за одни навозные бомбы. - Так вы и есть близнецы Уизли! – сказала Адамс, как будто только сейчас узнала рыжую банду. Близнецы переглянулись с притворным возмущением. - Ты что нас не знаешь? – нахмурился один. - Быть не может такого! – поддакнул ему второй. - Уизли знают все! - Или почти все! - Конечно. Кто же не слышал про знаменитых братьев Джорджа и Фреда, ведь это главные проказники школы и будущее магической организованной преступности, – с серьезным лицом проговорила Галия. Уизли просияли, словно услышали самый лестный комплимент. Филч решил вмешаться в разговор учеников. - Хватит болтать хулиганы! – зарычал он. – Марш за мной. Отработка показалась Деборе не такой страшной, как про нее рассказывали. Завхоз всего лишь привел ее на второй этаж и велел вымыть полы и лестницы. Наверное, это для волшебников, привыкших надеяться на магию, работа руками представлялась страшным злом. Но девочка, умевшая наводить порядок с малых лет, обыкновенное мытье полов восприняла как смехотворную обязанность. Если бы тут были дети из магических семей, то сейчас Филч бы наслаждался хныканьем и плачем малолетних волшебников, которых впервые в жизни заставили работать руками. Но Адамс спокойно и привычно протерла лестницу, что привело завхоза в смущение и растерянность. - Ладно. На тебе еще весь этаж и смотри у меня, халтуры я не потерплю! – пригрозил Филч и ушел пристраивать близнецов Уизли к общественной работе на благо Хогвартса. Вымыть полы на втором этаже заняло у Деборы примерно полчаса. После чего девочка решила отдохнуть, присев на постамент с каменной статуей, изображавшей средневекового лекаря. - Теперь осталось лишь дождаться Филча, чтобы он принял мою работу! – подумала Адамс, с наслаждением вытягивая ноги. – Интересно, он накинет мне еще занятий или отпустит? Поскольку эта была ее первая отработка и спросить, сколько она длится не у кого, то Адамс решила просто ждать, когда вернется завхоз. Ночной Хогвартс тихо спал. В коридоре чадили факелы, от сквозняка плясали тени на стенах, еле слышно переговаривались персонажи на портретах, даже рыцари, ведущие битву на одной из картин, утихли и мирно сидели на траве, передавая друг другу большой кувшин, к которому то и дело прикладывались. Где-то в углу попискивали мыши или крысы. - Сейчас ведь этот Питер Петигрю спит под боком Рона Уизли! – нахмурилась Дебора, когда услышав тихий писк. – Как бы поймать это ничтожество и вытащить Сириуса из тюрьмы. Но как именно разоблачить негодяя Дебора до сих пор не могла придумать. Единственное, что она понимала, Петигрю необходимо раскрыть при большом скоплении народа, где должны быть не только ученики и преподаватели Хогвартса, но и желательно министерские работники. И в идеале, чтобы среди присутствующих оказалось, как можно больше людей, знающих Петигрю в лицо. Иначе Фадж или Дамблдор могут замять дело, вбросив информацию об обычном незарегистрированном анимаге, которого случайно удалось вывести на чистую воду. - И конечно нужна эта самая Рита Скитер! – решила Адамс. – Другие репортеры, даже узнав Питера, могут промолчать под давлением и угрозами министерства. А вот с Ритой так не пройдет. Она за сенсацию душу продаст, и молчать о воскресшем волшебнике не станет. Эта Скитер перевернет все вверх дном и заставит всех вспомнить прошлые дни. А заодно и поднимет дело Сириуса Блэка. Галия в библиотеке читала старые газеты и поняла одно. С делом Блэка все очень странно. Например, в разгар войны с Волан-де-Мортом принимается закон, по которому все состояние погибших волшебных семей распродается в пользу Министерства Магии. Закон был принят после гибели Фабиана и Гидеона Прюэттов - родных дядюшек Уизли. Причем инициатором закона выступил некий Селвин из чистокровного рода, которого потом обвинили в работе на Волан-де-Морта. Сам Селвин сумел выпутаться из обвинения только потому, что его повелитель потерпел поражение, Крауча в то время отправили в отставку, и чистокровный маг сумел отделаться лишь штрафом. На основании этого закона все имущество погибших Прюэттов распродается на аукционе, и прибыль уходит в казну Министерства Магии. Молли Уизли - мать Рона и близнецов, единственная из рода Прюэтт признается как побочная ветвь, ушедшая в другой род и потому не имеющая прав на состояние Прюэттов. Также Министерство накладывает лапу на состояние неких Блишвиков, которые погибли от рук Пожирателей. В статье фигурировала еще несколько фамилий волшебников, про которых Адамс ничего не знала. Но которые были очень богатыми и погибли полным составом во время первой магической войны. И все их имущество забирается Министерством Магии. Когда Галия читала эти статьи, внутри нее крепла уверенность, что заключение и последующая смерть Блэка в Азкабане кому-то очень необходимы. Ведь Сириус являлся последним представителем семьи Блэк. Семьи очень богатой, очень известной и входящей в число священных двадцати восьми магов. И если бы Сириус скончался в Азкабане, то его огромное состояние, совершенно на законных основаниях ушло бы в бюджет Министерства Магии. Вот только и Сириус, и другие волшебники в Азкабане, такие как его сестра Беллатрисса Лестрейндж умирать не спешили. И когда Сириус сумел вырваться из тюрьмы, Министерство тут же объявило ему смертный приговор, в надежде что теперь несносного Блэка удастся умертвить. И прибрать к рукам его наследство. Вот только обвинить в принятие такого закона Дамблдора, было довольно сложно. Сам директор Хогвартса в те времена занимал место обычного присяжного в Визенгамоте, и влиять на законы не мог. Закон был принят в 1977 году верховным чародеем Чарльзом Уайтом, которого потом в 1982 году заменил Альбус Дамблдор. Узнать голосовал ли Дамблдор за принятие этого закона или нет, не представлялось возможным, потому что голосование было тайным. - Странно, что пророчество Трелони касалось именно чистокровных семей – Поттеров и Долгопупсов! – размышляла Галия, сидя на постаменте. – Может Волдеморда преследовал две цели – убить грозящего ему младенца и одновременно истребить чистокровные фамилии. Ведь Волдеморда ненавидел чистокровных и опасался маглорожденных. Политика Волдеморды казалось ясной - уничтожить непокорных чистокровных магов, а остальных низвести на положение рабов. В книге показывалось, как гордые маги, гордящиеся чистотой крови, ползают на коленях перед Лордом. Такие пресмыкающиеся маги Лорда вполне устраивали, а другие волшебники, не покорившиеся ему, были обречены на уничтожение. Маглорожденных волшебников Волдеморда и его клика справедливо опасались, видя в них конкуренцию закостеневшей и загнивающей элите, у которой уже не хватало ни ума, ни талантов, ни возможностей противостоять новому поколению волшебников. - Возможно, Волдеморда хотел открыть путь полукровкам! – думала Галия в тишине ночного Хогвартса. – Если большинство чистокровных сбежало из Британии, погибло на войне, ползает на коленях, то их место быстро могут занять именно полукровки. Такие маги, как сам Волдеморда или Дамблдор. А если опасные конкуренты такие, как маглорожденные волшебники уничтожаются или выдавливаются из страны, то намерения Волдеморды становятся ясными. Главенство не чистокровных магов, а именно полукровок. Размышления Адамс прервал тихий звук, донесшийся из дальнего коридора. Кто-то шел к ней, осторожно ступая по каменному полу. Девочка насторожилась, шаги приближающегося человека не были похожи на шаркающую походку Филча. К ней крадучись, приближался кто-то неизвестный. Решив, что лучше не попадаться непонятному гостю на глаза, Дебора спряталась за широким гобеленом, свисающим со стены. Неизвестный тем временем подходил все ближе и вскоре под свет факелов в коридор вступил Невилл Долгопупс. Пуффендуец испуганно озирался вокруг и вновь продолжил идти дальше. Но тут он споткнулся об ведро с водой и с грохотом растянулся на полу. Адамс выскочила из своего укрытия и помогла Долгопупсу встать на ноги. - Невилл, что ты тут делаешь? – удивилась слизеринка. – Полчаса назад пробил отбой, а если тебя поймают бродящим по школе ночью, то твой факультет оштрафуют, примерно баллов на пятьдесят. Долгопупс с несчастным видом осмотрел свою намокшую и грязную мантию. Вода из ведра, которое он умудрился опрокинуть, успела пропитать его форму. - Малфой со своими дружками заперли меня в пустом классе! – вздохнул Невилл. – Они сказали, что такому сквибу, как я полезно посидеть в темноте. Я только сейчас смог оттуда выбраться. - Тебя никто не слышал? – поразилась Дебора. – А как же призраки, которые летают туда-сюда. Неужели они не помогли тебе? Долгопупс испуганно поежился. - Вообще-то в класс залетел Кровавый Барон! – дрожащим голосом признался он. – Я так перепугался, что спрятался в углу. И он меня не заметил. Барон еще долго летал на том этаже, и я боялся позвать на помощь. Потом появился Пивз, он долго смеялся надо мной. Но все-таки он помог открыть дверь и выпустил меня из класса. Вот теперь я иду по коридорам и не знаю, как найти свою гостиную. - Можешь дождаться Филча, он уже идет сюда! – предложила Адамс, заслышав в отдалении шаркающие шаги завхоза. – Все равно тебе надо к себе, да и сбежать от миссис Норрис ты не сможешь. - Хорошо! – понурился Невилл. В принципе Долгопупса можно было скрыть за тем же гобеленом, где пряталась Адамс. Вот только Галия не думала, что кошку Филча можно обмануть таким образом. Да и сам Невилл быстро попадется завхозу, пока будет искать вход на свой факультет. Девочка хоть и напрягла память, так и не сумела вспомнить, где же находится гостиная Пуффендуя. Она знали лишь, что барсуки живут рядом с кухней, но и где расположена кухня, тоже не имела понятия. Так что пусть Невилл, хоть и нарвется на снятие баллов или на отработку, зато дойдет до своей спальни без особых проблем. - Ага, нарушитель! – обрадовался Филч, когда доковылял до ждущих его школьников. – Знаешь, что бывает за ночные прогулки по школе? - Его награждают именным оружием! – быстро ответила Адамс, покосившись на покрасневшего Невилла. - Размечтались, - сердито буркнул завхоз, поначалу удивленный тем, что ученик не стал жалостливо оправдываться, умолять его отпустить и уверять, что он больше так не будет. Филч окинул детей суровым взглядом, на что школьники виновато опустили глаза. Старик решил, что нарушители уже прониклись чувством вины и немного успокоился. - Так ты! – указал Филч на Долгопупса, - идешь со мной, отведу тебя к твоему декану. А ты! – палец уткнулся, чуть ли не в нос Деборе. – Добраться до подземелья сумеешь или тебя отвести? - Да -да, смогу, господин Филч! – закивала головой слизеринка. Тем более за время, проведенное в школе, запомнить маршрут от своей гостиной до первого этажа оказалось нетрудно. Все равно завхоз послал вместе с Галией и свою кошку - миссис Норрис. Насчет вымытых полов Филч, словом не обмолвился. Не похвалил, но и не поругал. Видимо радость от пойманного Невилла заставила завхоза забыть, какую работу он поручил Деборе. Кошка сопроводила девочку до входа в подземелья, после чего гордо навострила свой пушистый хвост и неторопливо удалилась. Уже подходя к двери, за которой скрывалась гостиная Слизерина, Адамс наткнулась на близнецов Уизли. Рыжики, опустившись на колени, что-то собирали на полу. И они были так поглощены своим делом, что не заметили, как слизеринка подкралась к ним. - Эй Уизли, а вы что тут делаете? – поинтересовалась Адамс, окликая близнецов. Те тут же вскочили и уставились на нее. - Ничего мы не делаем! – возразил один, старательно закрывая своим телом что-то на полу. - Вечно нас в чем-то подозревают! – с деланным возмущением воскликнул другой, также пытаясь прикрыть собой часть коридора. - Ну, если тут Уизли, значит, они точно что-то задумали, - произнесла Галия, стараясь заглянуть за спину близнецам. – О нет! Уизли, вы точно ненормальные. Адамс качала головой, словно поставила близнецам диагноз в слабоумии. - Навозная бомба! И это все, что вы смогли придумать? - воскликнула слизеринка. – Вы хоть понимаете, как вы смешны? - Много болтаешь змейка! – с угрозой произнес первый рыжик. - Как будто ты разбираешься в навозных бомбах! – подхватил другой. - Тут ведь люди ходят, а вы навозные бомбы разбрасываете! – начала говорить укоряющим тоном Адамс. Близнецы дружно покрутили головами. - Не-е-е-т! Тут не люди ходят, а змеи ползают Дебора засмеялась, чем привела близнецов в состояние растерянности. Они думали, что слизеринка закричит, поднимет тревогу. Но смеха от нее Уизли совершенно не ожидали. - И чего вы добиваетесь близнецы? – издевательски вопрошала Адамс. – Навозная бомба на полу, ну это чистый детсад. Старшекурсники ее просто испепелят, они это умеют. Младшие попадутся, раз или два и потом научатся обходить ваши ловушки. И в чем смысл? Уизли нахмурились и одновременно пригорюнились. Видимо Галия догадалась, что на такие западни в Хогвартсе ловятся не все. - А она не глупая, брат Фред! – сказал один из Уизли. - Согласен, брат Джордж! – кивнул головой другой близнец. На вид казалось, что братья Уизли практически идентичны, хотя если присмотреться, то это не так. У того, кого назвали Фредом более широкие брови и пухлые щеки, а у Джорджа небольшое родимое пятно под мочкой левого уха и еле заметный шрам на подбородке. - Ладно, Уизли, давайте договоримся! – предложила слизеринка. – Вы убираете свою мину, больше не будете ставить в подземельях эти бомбы, а я подскажу вам, как применять бомбы гораздо лучшим способом. В глазах Уизли загорелся интерес. - Так навозные бомбы есть не только у нас! – возразил один рыжик. - Кто-то другой поставит тут мину! – кивнул другой. - И ты подумаешь на нас! - И что тогда? Адамс потерла лоб, тут Уизли оказались правы. Навозными бомбами в Хогвартсе швырялись все, кому не лень. Потому Очищающим Чарам учеников обучили еще в первую неделю учебы. По крайней мере, на Слизерине. Как обстояло дело с другими факультетами, Дебора не знала. - Ладно, шутники! – махнула рукой слизеринка. – Дам вам пару идей, только не бесплатно. - И что ты можешь нам предложить? – издевательски спросил Фред Уизли. - Ты разбираешься в шутках? – поднял брови Джордж. Адамс хмыкнула про себя. - Послушайте, навозная бомба на полу видна издалека, - начала слизеринка. – Потому ее можно избежать. А вот если она спрятана в стене. И к ней протянута проволока или леска. И если эту проволоку задеть, то бомба тут же сработает. Такие бомбы называются растяжки. Наткнешься на леску и бум! - Бум!!! – хором повторили близнецы, жадно ловя каждое слово. - Есть еще мины, которые взлетают вверх и взрываются. Тут вообще никто не уцелеет. Они называются мины-лягушки. Глаза близнецов загорелись опасным огнем. - И вообще мины и бомбы не обязательно ставить именно на землю, - продолжала Галия. – Есть возможность устанавливать их на стене, на деревьях, на потолке. Короче, бомбы можно ставить куда угодно. Если бы у близнецов были блокноты, они бы начали строчить со страшной скоростью, записывая все, что девочка сейчас им говорила. - Еще можно мины маскировать под невинные вещи, например, под игрушки! – говорила Адамс, расхаживая по коридору и махая руками. - Слушай Адамс! – осторожно спросил Фред. – Ты ведь не просто так, нам все это рассказываешь? В ответ слизеринка просияла. - Конечно! – согласилась она. – Первым делом вы испытаете эти новшества на… Галия быстро прошлась по коридору снегговской походкой, взметывая за собой мантию. Уизли понимающе кивнули. - Кстати Уизли вы знаете, что директор и Снегг легимиленты? – спросила их Адамс. Близнецы переглянулись и кивнули. - Мы это на первом курсе поняли. Да и тетушка нас предупредила насчет Дамблдора. А вот о немытом волосатике, мы потом догадались. - Вот и славно! – кивнула Галия. – Будете рядом с этими мозгоклюями, про меня не думайте и не вспоминайте. У меня еще задумки есть. Встряхнем этот старый замок! Обе стороны расходились довольные друг другом. Уизли бережно уносили с собой новые способы минирования, а Дебора узнала один рецепт зелья, придуманного близнецами и пару интересных заклинаний, которые близнецы успели испытать на себе и на других школьниках. Все-таки хорошо, когда есть Мировая Паутина и Голливуд, благодаря которым можно знать самые удивительные вещи.

***

Когда в одном месте собираются сотни детей разных возрастов, то всегда следует ждать от них шалостей, хулиганства, драк и прочих неприятностей. Потому что дети очень беспокойные, подвижные, не любят ходить по струнке, но обожают проказничать. Так и в это утро, через три дня после чрезвычайного урока зельеварения, произошло интересное событие. Ученики как обычно шли на завтрак. Возле дверей в Большой Зал возникло небольшое столпотворение, поскольку все хотели пройти к столам, а вход в Зал не мог пропустить всю толпу школьников одновременно. Ученики болтали, смеялись и шутили, толпясь возле входных дверей. Драко Малфой рвался в Зал, расталкивая детей своего возраста, (старшекурсников он побаивался), в стремлении поскорее начать завтрак. Вот только сегодня, его любимый омлет и гренки блондина не дождались. За пару метров от входных дверей, Малфой взлетел в воздух, перевернулся вверх ногами и приклеился левой ногой к потолку. Его мантия тут же повисла вниз, закрывая слизеринцу голову и торс. - А-а-ай-ий! – взвизгнул Малфой, повиснув в положении летучей мыши. Его правая нога угрожающе начала склоняться в сторону, поскольку левая конечность крепко вцепилась подошвой ботинка к потолку в коридоре. - А-а! Крэбб, Гойл помогите! – завопил Драко, путаясь в подоле мантии. Вот только миньоны Малфоя не спешили на помощь своему главарю. Потому что они приклеились друг к другу, плечом к плечу, нога к ноге. И стоило Гойлу сделать шаг вперед, как Крэбб ступал назад. Если Крэбб хотел сдвинуться влево, так Гойл тащил его вправо. Пока белобрысый слизеринец висел под потолком, оглашая коридор криками, его компаньоны дергались в стороны, в попытках оторваться друг от друга. Школьники, толпившиеся перед входом в Зал, с хохотом попадали на пол наблюдая, как Малфой машет руками и вопит, стоя одной ногой на потолке. А его дружки исполняют неуклюжий и странный вальс, прямо под его висящей тушкой. Из Зала стали прибегать новые зрители, и вытаращив глаза, наблюдали открывшееся перед ними удивительное зрелище. Рон с Гарри схватились за живот от смеха глядя на то, как бестолково дрыгается под потолком их школьный враг. А Гермиона поджав губы на манер Макгонагал, осматривала всех недовольным взглядом, как бы говоря, что в висящем Малфое и в танцующих Крэббе с Гойлом нет ничего смешного. Драко болтался в воздухе не больше двух минут. Прибежавший Флитвик быстро спустил его вниз и расколдовал кружащих слизеринцев. Малфой лежал на полу, взъерошенный, красный, злой и несчастный и грозился все рассказать своему отцу. Чем вызвал новые взрывы смеха со стороны школьников. Флитвик поставил слизеринца на ноги и повел его и Крэбба с Гойлом в медицинское крыло. Остальные ученики, посмеиваясь и обсуждая увиденное происшествие, вернулись в Большой Зал, чтобы приняться за завтрак. Слизеринцы гадали, кто именно и как заколдовал Малфоя и выражали уверенность, что их декан такого издевательства над одним из своих учеников не простит. И когда виновник будет найден, то его накажут. Однако глава Слизерина на завтраке отсутствовал. Даже когда утренний прием пищи закончился, Снегг все равно не появился. Слизеринцы крутили головами по сторонам и недоумевали - куда же подевался их декан. Между тем у Снегга были очень веские причины для опоздания на завтрак. Утром, выходя из своих покоев в подземелье, зельевар обнаружил возле двери навозную бомбу. Устранить ее было просто и быстро, одно заклинание и бомба испаряется без следа. - У этих Уизли совсем плохо с фантазией, - усмехнулся Снегг, шагая по коридору. - Один раз я попался, больше им меня не одурачить. Лениво рассматривая каменный пол в поисках еще одной бомбы, декан Слизерина не заметил тонкой лески, висящей посреди полутемного коридора на уровне колен. Как только Снегг задел ее, леска потянула пробку из навозной бомбы, спрятанной в стене. Негромкий хлопок и дурно пахнущая жижа окатила левую сторону Снегговской мантии. - Проклятье! - выругался слизеринский декан, - эти Уизли все-таки сумели меня подловить. Хотя заклинанием удалось очистить мантию, запах навоза успел в нее так проникнуть, что пришлось снова возвращаться к себе в комнату и переодеваться в чистую одежду. Теперь зельевар шел еще медленнее, сканируя взглядом не только пол, но и стены. Шутники Уизли уже не казались ему такими ограниченными. Поглощенный осмотром пути и уже почти дойдя до выхода из подземелий, Снегг не увидел, что с потолка свисает целая гроздь навозных бомб. Стоило ему только поравняться с этой подвеской, как она мгновенно рванула. Тихий хлопок шуточной бомбы показался зельевару страшнее взрыва от заклинания Бомбарда. Снегг стоял посреди коридора, с ног до головы обляпанный экскрементами и представлял собой вонючую навозную скульптуру. - УИЗЛИ!!! От дикого крика потрясшего стены древнего Хогвартса, с потолков посыпалась пыль и паутина. Заклинание, которым Драко был подвешен к потолку, Галия испытала на следующее утро. Это интересное заклинание подсказали ей братья Уизли, взамен на лекцию по минированию. Слизеринка во время утренней прогулки потренировалась на кошках. В окрестностях Хогвартса бродило немало кошек самой разнообразной расцветки. Откуда взялись эти братья меньшие – из деревни Хогсмид или приехали вместе с другими учениками, девочку совсем не интересовало. Но как образцы для испытаний кошки подходили как нельзя лучше. Первый же серый кот, встреченный ей возле озера, попал под заклятье и с воплем взлетел в воздух. Только Дебора забыла, что заклинанием жертву припечатывают к потолку или к крыше, а на свежем воздухе потолка не имелось. Потому кот взмыл вверх, примерно на десять метров и свалился на траву, когда девочка, испугавшись, как бы кот не улетел в космос, опустила палочку. Серый кошак был совсем не рад своему первому полету и поэтому сбежал прочь быстрее ветра. Следующая жертва – большая лягушка лежала на берегу Озера и радостно жмурилась от утреннего солнца. Через секунду она взлетела к нижним ветвям и приклеилась к ветке одной задней лапой. В отличие от серого кота она не орала, а висела вниз головой, болтала передними ногами и протестующее квакала. Спустившись вниз, земноводное бросило на девочку недоуменный взгляд и прыгнула в воду. Видно в кошачьем обществе слухи расходятся быстро и впоследствии все кошки и коты вокруг Хогвартса и в самом замке, старательно избегали встречи с одной сероглазой брюнеткой.

***

Урок полетов прошел, как и следовало ожидать. Единственное, что выбивалось из канвы событий, Невилл на этом уроке не присутствовал. Так как учился на Пуффендуе. Школьные метлы на вид казались довольно ненадежными. Старые, потертые, с растрепанными прутьями, с кривыми древками. Наверное, эти метлы использовались уже давно, и на них летало не одно поколение школьников Хогвартса. Видимо подобные мысли были у многих учеников, кто увидел школьный летучий инвентарь. - Какого они года выпуска? – вслух произнес Симус Финниган, осматривая лежащие средства для полетов. - Нечего умничать мистер Гроза котлов! – съехидничала Гринграсс, намекая на урок зельеварения, на котором пострадал Снегг. Гриффиндорец в ответ пожал плечами. - Надеюсь, хоть этот урок пройдет нормально. И ты ничего не испортишь? – засмеялась Паркинсон. Симус лишь махнул рукой, как бы говоря – ничего гарантировать не могу. Галия тем временем задумчиво разглядывала лежащие метлы. Потрепанные магические летающие средства не вызывали к себе доверия. - Что Адамс боишься? – за спиной появился Драко Малфой. Он глумливо усмехался. – Маглы ведь не умеют летать, знаешь, сколько таких, как ты упали с метлы и разбились в лепешку. - Какие ужасы ты рассказываешь! – притворно задрожала девочка. – Упасть с метлы это, по-твоему, ужасный ужас. Ты не представляешь, среди каких опасностей мне приходилось выживать до Хогвартса. Лихие таксисты, бешеные маршрутки, контактные рельсы метро, открытые шахты теплотрасс, неогороженные трансформаторы, оголенные провода и колодцы без люков. Вот где настоящая битва за жизнь. Куда до них старым метлам! Вот если ты попадешь в мир маглов, то не проживешь и пары часов. Драко вытаращился на нее с открытым ртом. О таких кошмарах в мире обычных людей, он никогда не слышал. Слова девочки услышали все, оглянувшись, Дебора поняла, что ее слушали очень внимательно. Лишь Гермиона и Гарри откровенно улыбались, понимая, что Адамс просто подшучивает над слизеринцем. - К тому же, - продолжала говорить Галия, указывая на метлы. – Летать нам сегодня не придется. - Что? - Почему? - Как так! – раздались голоса со всех сторон. - Я слышала, как профессор Стебль говорила, что надо навести порядок во дворе, - Дебора обвела рукой площадку для полетов. - Мадам Трюк сказала ей, что займется этим сегодня. Вы тоже ведь слышали? Блейз Забини, Пайк и Гринграсс закивали головами. Даже Драко призадумался. Он вспомнил, что оба преподавателя действительно так говорили. Вот только он не обратил внимания на их разговор, впрочем, как и остальные слизеринцы. Иначе бы понял – говорили они о приведение в порядок душевых на стадионе, а не о метлах. - Вот поэтому, сегодня мы будем не летать на метлах, а подметать ими двор! – сказала Адамс. Все вытаращили глаза. - Что? - задохнулся от возмущения Малфой. – Я не собираюсь ничего подметать. Я не домовик! - Но ты же весь день рассказывал, как ловко ты управляешься с метлой. Значит, и подметать сумеешь. Пока мы десять квадратных метров уберем, ты уже гектар почистишь, - без улыбки говорила Дебора. Все-таки дети в таком возрасте наивные, говоришь им ерунду с серьезным лицом, и тебе верят. - Ага, Малфой кричал, что он и метла одно целое! – подхватила Трейси Дэвис, мстительно поглядывая на Драко. Видно она до сих пор не простила ему оскорбления. – Вот и посмотрим, как он подметает двор метлой. Послышались смешки. Малфой затрясся от злости, он раскрыл рот чтобы, ругаться в ответ, но тут появилась преподаватель полетов. Мадам Трюк, напоминала собой физрука из городской школы, которую Галия заканчивала в прошлой жизни. Преподаватель полетов имела поджарую фигуру, обветренное лицо с короткой седовласой прической и так посмотрела на всех желтыми глазами, что всем захотелось молчать и слушать. - У нее желтуха или от природы глаза такие? – размышляла Дебора, когда увидела такой необычный цвет. Мадам Трюк познакомилась с учениками и велела всем призвать метлы к себе. Гринграсс и Трейси Дэвис негромко посмеялись над Малфоем, когда тот получил втык от преподавателя за то, что неправильно держит метлу. Драко обиделся и бросал исподлобья злые взгляды на профессора и на своих сокурсниц. - Мы будем летать на метлах? И все? – переспросил учительницу Малфой, когда та скомандовала сесть на деревяшки. Брови преподавателя полезли на лоб. - Вы надеялись на что-то другое, мистер Малфой? - Эта грязн…маглорожденная Адамс обманула меня. Она сказала, что мы будем подметать двор. Мадам Трюк опасно сощурилась. - Ну, маглорожденные привыкли метлами подметать, а маги на метлах летать. Так что неудивительно, что Адамс отнеслась к ним по привычке. Но вы мистер Малфой! Как вы могли такое подумать? Хотя, если вам так хочется подметать двор, то я не буду вам мешать. Вы можете пока наводить чистоту, а Адамс и остальные немного полетают. Заодно и узнаете, на что метлы могут пригодиться. Школьники начали откровенно хохотать уже на половине речи от мадам Трюк. Драко покраснел так, что был похож на спелый томат. - Я передумал. Я не хочу летать! – огрызнулся слизеринец, отбросив метлу в сторону. Дебора опустила голову, чтобы скрыть усмешку. Эта Трюк еще тот тролль. Так опустить Малфоя, что к ней сложно придраться. Драко сам выставил себя дураком. Багровый и злой Малфой отправился к лавочке. - Грязнокровка! – прошипел он, проходя мимо Галии. Та еле удержалась от того, чтобы закатить глаза. Неужели Драко думает, что таким словом можно нанести ей тяжелое оскорбление. Как оказалось, имя и слово Бланка в Хогвартсе значит многое. Малфой с дружками не осмеливался причинять Деборе физический вред. Но не упускал возможности посмеяться над ней или сказать оскорбление. Мадам Трюк провела урок полетов без эксцессов. Ученики полетали над травой, учились управлять метлами, совершили несколько кругов над площадкой и на этом урок закончился. Адамс возвращалась в замок и шипела от злости. - Как летать на такой палке? – ругалась она вслух. – Она натирает между ног, теперь там все болит. Сами ноги тянутся к земле, ведь гравитацию никто не отменял. И почему на метлах нет сидений. Ее причитания услышала Гермиона Грейнджер, которая шла позади нее. - Я тоже считаю, что метлам нужна доработка! – заметила она, поравнявшись с Деборой. – В таком виде они жутко неудобные. Панси Паркинсон ехидно хмыкнула на слова гриффиндорки. Она обернулась к ней и ухмыльнувшись уголком рта, поинтересовалась: - И что вам не понравилось принцессы? В голосе слизеринки отчетливо ощущалась издевка. Она была единственная из всех учеников, кто не смеялся над Малфоем. Однако Гермиона, похоже, обрадовалась тому, что может хоть кому-то высказать свои предложения. - На метлах не хватает всего лишь малости – небольшого удобного сиденья, чтобы можно было летать, не напрягаясь и не натирать себе мозоли! – вдохновенно высказалась Грейнджер. - Как интересно! – съязвила Паркинсон, сощурив глаза. Видимо слизеринка хотела сказать что-то насмешливое и обидное, но навстречу попался староста Когтеврана. И Панси умолкла, лишь на прощание, окинула Гермиону неприязненным взглядом. Однако на следующем уроке всех поразил момент, когда перед полетом Гермиона вытащила из сумки велосипедное седло и прикрепила его заклинанием к ручке метлы. Слизеринцы, точнее Малфой и Паркинсон принялись посмеиваться над Грейнджер, но вот мадам Трюк очень заинтересовалась таким «апгрейдом». Забрав у девочки метлу, профессор совершила несколько кругов над стадионом, после чего приземлившись, похвалила Гермиону за великолепную идею. - Жаль, что до такого приспособления раньше никто не додумался! – радостно воскликнула мадам Трюк, не замечая вытянувшиеся от этих слов лица Малфоя и Паркинсон. – Десять баллов Гриффиндору! Панси с Драко скисли еще больше. История получила продолжение. Команды по квиддичу всех факультетов обзавелись новым девайсом на метлах. После тренировок многие игроки признались, что летать стало гораздо удобнее и легче. Даже слизеринская команда не постеснялась похвалить Гермиону за сиденья. Правда, заочно. Лишь Малфой ходил надутый и тихо шипел, мол маглорожденные меняют старые добрые традиции, жили мы без этих сидений на метлах и дальше могли бы жить. Но его жалобы, кроме Крэбба, Гойла и иногда Паркинсон, никто не слушал.