Я не волшебница я только учусь

Гарри Поттер одним глотком осушил маленькую бутылку. - Я иду! – провозгласил он, глядя на черное пламя, и шагнул вперед. Примерно секунду пламя скрывало от него то, что ждало его впереди, но огонь не обжигал его тела. Пройдя сквозь пламя, Гарри очутился в полутемном зале с высокими сводами. Там в центре комнаты, у подножья ступенек, ведущих от входа, возле Зеркала Желаний стоял Квиринус Квиррелл. - Вы?! – вскричал Гарри, нерешительно спускаясь по ступенькам. – Не может быть! - Внешность обманчива! - заговорил Квиррелл спокойным и размеренным голосом без своего обычного заикания, - Никто, никогда и ни в чем не заподозрит смешного, б-б-бедного и за-з-ззаикающегося п-п-профессора Квиррелла. Не так ли Поттер? Гарри не мог поверить, стеснительный и робкий профессор ЗОТИ в действительности оказался тем самым злодеем, кто с самого начала замышлял украсть философский камень. - Но в тот день. Матч по квиддичу. Заколдованный мяч… Ведь Снегг пытался убить меня! - возразил Поттер. - Нет! - покачал головой Квиррелл, Его лицо исказила кривая усмешка, - Это я хотел прикончить тебя Поттер, а Снегг мне только мешал, пытаясь успокоить мяч. У Гарри голова пошла кругом от таких откровений. Профессор Квиррелл, который всегда к нему хорошо относился, оказывается, все время желал его смерти. - Если бы мантия Снегга не загорелась, он не смог бы столкнуть меня. И ты был бы мертв еще в тот день. - зловеще хохотнул Квиррелл. - Так Снегг пытался спасти меня? - недоверчиво спросил потрясенный Гарри. - Я знал, что ты опасен, особенно в день Хэллоуина, когда ты сумел справиться с троллем. Но этот болван Долгопупс, затащил тебя в запретное крыло и тем самым спас от тролля. Ведь ты должен был быть в другом конце коридора. - произнес Квиррелл не отрывая от Гарри возмущенного взгляда. - Так это были вы? Вы выпустили тролля в замок! - вскричал Поттер. - Как ты догадлив мальчик, - довольно улыбнулся профессор. - Но ты все испортил в тот день. Если бы ты не бродил по замку с Долгопупсом, то встретил тролля, которого я специально заманил в школу. С отстраненным выражением на лице Квиррелл повернулся к Зеркалу. - Кто же знал, что ты справишься с таким чудищем. Шрам Гарри вдруг начало словно прижигать огнем. Скривившись от боли, мальчик схватился руками за лоб. Профессор стоял к нему спиной, и рассматривая Зеркало Желаний, бормотал себе под нос. - Я вижу то, что я хочу, В моих руках камень, но как достать его? Разбить зеркало? - донеслось до ушей Гарри. Со стороны входа вдруг послышался скрежет, словно по земле волочили что-то тяжелое и огромное. Профессор резко развернулся, глядя за спину Гарри, Мальчишка тоже повернул голову. Сквозь пламя проступили оскаленная лошадиная голова, задранные передние копыта, взъерошенная грива и в комнату вплыла белоснежная шахматная фигура огромной лошади. На шее всадника, свесив ноги, сидела… - Адамс! - одновременно воскликнули Квиррелл и Поттер. Девочка проворно соскочила вниз, встав рядом с Гарри. И судя по ее спокойствию, она совершенно не удивилась присутствию профессора ЗОТИ. - Я так и думала! - сказала Дебора. Квиррелл усмехнулся: - Вижу, что вы в отличие от Поттера, знали кого тут встретите. - Да! - кивнула Адамс. - Но я догадалась не сразу, вы хорошо притворялись мистер Квиррелл, никто на вас не подумал. Профессор чуть не просиял от важности. Видно ему очень польстило признание, что его маскировка под заику и слабохарактерного труса смогла обмануть всех в Хогвартсе. - Так, так мисс Адамс. Пришли помочь Поттеру? - произнес Квиррелл, внимательно рассматривая девочку. - Вы меня с первых дней заинтересовали. Маглорожденная волшебница на Слизерине, признаюсь, не ожидал такого. Школа всегда умела меня удивлять. Думаю, среди чистокровных магов вам пришлось очень трудно. С таким происхождением на Слизерине живется несладко. - Вам это лучше знать профессор! - спокойно ответила Дебора. - Кому и как живется и учится на факультете Салазара. - Сожалею, но я не учился на Слизерине, - с выражением насмешливой иронии сказал Квиррелл. На его лице, на миг промелькнула гримаса боли. - Но я говорю это не вам! - Адамс сощурилась, глядя за спину профессора. - Надеюсь, вы меня слышите? Квиррелл побледнел и растерянно заморгал. - Кому ты говоришь… начал он, но его прервал шелестящий голос. - Дай мне поговорить с ними! - Но господин, вы еще недостаточно окрепли, - испуганно сказал Квиррелл. - Я уже достаточно силен или ты смеешь указывать мне, недостойный! Гарри оглядывался, не понимая, откуда несется этот страшный проникновенный голос, от которого по спине и плечам пробегает дрожь. Побледневший и испуганный Квиррелл встал спиной к зеркалу. Дрожащими руками он принялся распутывать свой тюрбан. Слой за слоем, метр за метром и нелепый головной убор профессора ЗОТИ спал на каменный пол. В зеркале отразился затылок, точнее затылка у Квиррелла не было. С холодной поверхности Зеркала на Гарри и Дебору взирало страшное, лысое и безносое лицо, с красными пронзительными глазами. - Гарри Поттер, вот мы и снова встретились! - шевельнулись губы на лице, и глухой голос прокатился по подземелью, густо напитав воздух страхом. Гарри услышал, как тихо зашипела Дебора. Девочка была напугана не меньше Гарри. Но, несмотря на свой ужас, она не опустила глаз и не закричала. Гарри не отрывая глаз от зеркала, протянул руку, схватив Дебору за влажную ладонь. - Волан-де-Морт!!! - хором воскликнули они. - Видите, каким я стал! - хриплым голосом вещал Темный Лорд. - Видите, на что мне приходится идти. Жить за счет другого, как паразит. По подземелью прокатился вздох. Квиррелл стоял неподвижно с застывшим взглядом, не двигаясь, и казалось, даже боится дышать. - Кровь единорога поддерживает меня, но она не вернет мне тела. Но есть то, что может помочь и оно в Зеркале. И ты Гарри Поттер отдашь его мне! - говорил Волан-де-Морт, гипнотизируя детей своими глазами и проникновенным шипящим шепотом. - И я Волан-де-Морт вернусь в этот мир! Гарри чувствовал, как цепенеет тело, и страх мерзкими, холодными щупальцами проникает в каждую клетку. Багровый взгляд темного мага проникал в душу, требовал покорности и сулил смерть за отказ ему повиноваться. - И вы всем так говорите? – вдруг спросила Адамс. Наваждение ослабло, страх отступил, сменяясь недоумением. Гарри заморгал, чувствуя себя, словно пробужденным ото сна. Сам Волан-де-Морт сбился со своей речи, недовольно и удивленно взирая на Дебору, которая вместо того, чтобы дрожать от ужаса вдруг стала задавать вопросы. - Если вы всегда так долго и непонятно говорите, то, наверное, почти все ваши жертвы умерли от скуки, - заявила Адамс. - Да как ты смеешь? - прорычал Волан-де-Морт. - Да кто ты такая? У Квиррелла глаза вылезли из орбит, когда он услышал такие слова, прозвучавшие в адрес его властелина. - А Волан-де-Морт ваше настоящее имя? – опять поинтересовалась девочка, глядя на Лорда Судеб расширенными от страха глазами. Волан-де-Морт в ответ лишь яростно зашипел. Дебора сделала шаг назад, но встряхнула головой и начала говорить: - Я просмотрела множество источников информации, но ничего не нашла. Никого и ничего по Волан-де-Морту, - с каким-то непонятным восхищением начала говорить Дебора. – Потому я и решила, что ваше имя ненастоящее. Возможно даже, что ваше имя — это шифр, ребус и я долго пыталась его отгадать. И так думала, и по-другому, но все без толку. Лорд Судеб, несмотря на свой гнев, с интересом вслушивался в речь слизеринки. Про себя он решил, что прикончить Поттера и его подружку он всегда успеет. А вот послушать их, ему было даже забавно. Тем более что общаться ему было практически не с кем. Квиррелл все время заикался, и беседовать с ним никто не желал. Сам же Волан-де-Морт, почти десять лет, кроме профессора ЗОТИ в последний год, больше ни с кем не разговаривал. Да и Квиррелл был неважным собеседником. - Волан-де-Морт, Волан-де-Морт! – бормотала девочка, подняв глаза к высоким сводам. – Может надо переставить местами? Лорд про себя отметил, что Адамс на верном пути. До нее никто таких предположений не строил. По крайней мере, вслух. И перед ним. - Может Том-мордоворот? – предположила Дебора, вопросительно взглянув на темного мага. - Нет! – зашипел Том Реддл, услышав свое ненавистное имя. - Может Рон-евро-ремонт? – не унывала Адамс. - Нет! – вскричал Волан-де-Морт. - Значит Дон-меняем-болт? – не успокаивалась Дебора. - Нет! – прорычал Лорд. - Неужели Вова-все-в-морг? – удивилась слизеринка. В ответ Квиррелл с размаху бросил нее заклинание. Черные веревки оплели худое тело девочки, и она свалилась наземь. - До чего нахальная девчонка! – прошипел Лорд Судеб. Квиррелл повернулся к зеркалу, рассматривая гладкую поверхность. - Придется использовать мальчишку, - внятно проговорило лицо Волан-де-Морта, бросая на Гарри злобный взгляд. – Ты Поттер достанешь мне философский камень, заключенный в этом Зеркале. - Так вам Гарри нужен! – воскликнула Галия с пола. – Так сказали бы сразу, он бы вам камень отдал. - Нет! – закричал Поттер, который отчаянно пытался развязать Дебору. - Правда, только вы господин Лорд сильно сглупили, - попыталась пожать плечами Дебора, лежа на полу. – Зачем вы себя раскрыли? - Надо было по-другому. Мы же сначала на Снегга думали. Вот на этом бы и сыграли. Притворились бы, что все это игра. Сделали бы вид, что вы восхищены смелостью Поттера. Похвалили бы его за прохождение полосы препятствий, наградили бы полусотней баллов. Потом сказали бы, что осталось лишь последнее для того, чтобы получить Кубок школы - добыть из зеркала камень и все. Гарри, развесив уши, с радостным визгом достает вам философский камень. Что вам и нужно. И вуаля! Все что вам надо, вы получаете без проблем. Квиррелл в зеркале, Волан-де-Морт перед зеркалом и Гарри, склонившийся над упавшей девочкой, все смотрели на Дебору такими глазами, словно хотели сказать: «А что и так можно было?». - Мне такая идея пришла за пару минут. А вы, целый год ничего умного придумать не смогли? - сказала слизеринка. - Молчать! – взревел Лорд и наложил на девочку Заклятье Немоты. Адамс шевелила губами, но ни единого звука от нее не слышалось. Волан-де-Морт сам не понимал, как такая простая мысль сразу не пришла ему в голову. Он на миг почувствовал себя идиотом. Ему так хотелось покуражиться над Поттером, что он даже не подумал о том, что камень можно было добыть обычной хитростью. - Эта Адамс, на моем месте обвела бы Поттера вокруг пальца. А как она надо мной издевалась. Настоящая слизеринка! - Лорд даже сам удивился тому, какие мысли начинают приходить ему в голову. - Подойти ко мне Поттер! - приказал Волан-де-Морт. – Немедленно, а то она умрет, - закричал он видя, что Гарри колеблется и не отходит от лежащего на полу тела связанной девочки. Мальчишка стоял долго, напряженно вглядываясь в Зеркало. Медленно текли минуты. Квиррелл явно нервничал, и все время дергался, видимо нетерпение его хозяина причиняло ему неудобства. - Гарри просто отдай мне камень! И никто не пострадает, - уверял голос Волан-де-Морта исходящий из затылка Квиррелла. - Я тебе не верю! – хоть голос Поттера дрожал, смотрел он на своего врага твердо и не отводил глаз. - Ты храбрец Гарри! – задумчиво сказал Лорд Судеб, глядя в Зеркало вместе с Поттером. – Твои родители тоже были смелыми людьми. Твой отец предпочел сражаться, хотя бы мог сдаться мне на милость. А твоя мать могла бы остаться в живых, но она решила умереть ради тебя. - И теперь, добудь мне камень Гарри Поттер! – прогремел на весь Зал голос Волан-де-Морта. - Что дальше? – устало подумала Галия, уткнувшись лбом в холодные плиты. – Если Гарри сумеет достать камень, то соврать Волан-де-Морту не получится. Тот сразу почувствует ложь. Мысли девочки были прерваны диким криком. Оказывается, Поттер получил философский камень из Зеркала Желаний и тут же швырнул драгоценность в стену. - Убей его! – завопил Волан-де-Морт. Квиррелл схватил мальчишку за руку и тут же вскрикнул от боли. Его ладонь задымилась. Адамс видела, Гарри догадался о том, что Квиррелл не может прикоснуться к нему без боли. И мальчишка тут же принялся хватать профессора за руки и за лицо. Квиррелл заверещал как свинья и оттолкнул Поттера в сторону. Адамс, напрягая все силы, начала ползти к профессору. Гарри от толчка отлетел к ступеням и ударился об них головой. Тело мальчика тут же обмякло и застыло, очки съехали набок, глаза закрылись. Похоже, что Поттер потерял сознание. Завывающий Квиррелл тряс руками, которые на глазах рассыпалась в прах. - Руки, мои руки! – отчаянно вопил профессор ЗОТИ. Адамс подползла к кричащему Квирреллу, постаравшись находиться так, чтобы профессор пятясь назад, споткнулся об нее. - Идиот! – орал Волан-де-Морт на все подземелье. – Хватай камень. Хоть у Квиррелла были две головы, мозгов на них обоих явно было недостаточно. Иначе бы темный маг сообразил, что преподаватель ЗОТИ не может схватить камень. Так как руки у него отвалились по локоть. Зал сотрясался от воплей Реддла и Квиррелла, Галия следила за отступающим к ней прокаженным профессором. Визг Квиррелла бил по ушам, сам Том Реддл отчаянно пытался перекричать своего слугу. Руки учителя продолжали таять и исчезли уже по самые плечи. Лицо одержимого профессора покрылось огромными багровыми волдырями. - Камень, мне нужен камень! – продолжал надрывать глотку Волан-де-Морт, пытаясь достучаться до визжащего Квиррелла. - Господин помогите мне! – в ответ ревел профессор. – Руки, мои руки! Ослепший и разлагающийся все больше, профессор споткнулся об тело Деборы и опрокинулся наземь. - Ноги, мои ноги! – взвизгнул, падая Квиррелл. Адамс скрючилась на холодном полу, судорожно хватая воздух. Потому что профессор пытаясь отползти от нее, ударил девочку ногой в грудь. Перед глазами Адамс все поплыло, гортань горела как от ожога. А Квиррелл, оглашая воздух воплями, уползал в сторону Зеркала Желаний, несмотря на громкие и бессмысленные приказы Волан-де-Морта добыть ему камень, который лежал возле ступенек. Когда в глазах Галии немного прояснилось, она увидела, что на стенах комнаты вспыхнули ярко – алым пламенем непонятные руны. Визг профессора достиг самой высокой ноты и внезапно оборвался. Деборе вдруг стало трудно дышать, ее грудь, словно стянуло стальными тисками, на все тело навалилась тяжесть. Под своды взлетела черная тень и заметалась в стороны, натыкаясь на горящие на стенах руны. Гаснущим взглядом Дебора успела заметить, как в зал влетел Дамблдор с палочкой наперевес. А за директором ступал бледный, как простыня Рон Уизли.

***

Дамблдор соскочил с метлы на вершине Астрономической башни, с кряхтением хватаясь за поясницу. - Как идут дела? – поинтересовался он у подбежавшей к нему Макгонагал. Та воздела руки к небу. - Все как ты и планировал, Альбус! – затараторила декан Гриффиндора, - Квиррелл побежал воровать камень, дети полезли помешать ему. Сейчас там идет настоящее сражение. Дым, гром, треск, крики. Весь замок ходуном ходит. - Не пора ли нам вмешаться? – осторожно добавила профессор. Директор морщась и приседая, поспешил на третий этаж. - Наши все в сборе? – запыхаясь, спросил он у своего заместителя, пока мчался вприпрыжку по ступеням. Макгонагал торопливо закивала. - Да Альбус, все наготове и ждут только твоего приказа! – подтвердила она, еле поспевая за главой Хогвартса. В запретном коридоре директора и его помощника встретили профессор Снегг, профессор Флитвик, и лесник Хагрид. - Мы пришли, как и условились, господин директор! – отозвался Снегг. - Что будем делать? – поинтересовался Флитвик, поглядывая на дверь за которой скрывался цербер. - Только Пушка не заденьте, - умолял Хагрид, заламывая руки. Дамблдор остановился, восстанавливая дыхание. Полет на метле в его годы, дался ему очень нелегко. Деканы и лесник смотрели на него во все глаза, ожидая начальственных инструкций. - Все по местам! – приказал глава Хогвартса. – Ваше дело не упустить Квиррелла, а я иду за Поттером. Зельевар презрительно хмыкнул. Декан Когтеврана озадаченно крякнул. Макгонагал поджала губы, а лесник громко высморкался в платок. - Директор, а может мы с вами? – робко осведомился Хагрид, - а то вдруг вы Пушка зашибете, другого такого щенка мне не найти. - Думаю Поттеру помощь уже не понадобится! – вкрадчиво произнес Снегг. - Как вы можете так говорить Северус, - возмутилась Макгонагал. - Тихо! – приказал Дамблдор и скривился. Последствия многочасового полета на метле в Лондон давали о себе знать. Профессора обеспокоенно взглянули на своего начальника. - Альбус, с вами все в порядке? – полюбопытствовал Флитвик встревоженным тоном. Директор хмуро посмотрел на него. - Как я могу быть в порядке, Филиус? – раздражительно ответил глава школы. – Несколько часов на метле в Лондон, потом не успев толком отдохнуть, выпить чайку, сходить на массаж и мне опять надо лететь через всю Британию на метле обратно в Хогвартс. И это все с моим радикулитом, артритом, ревматизмом и бронхитом. У меня ноги закоченели и руки застыли. Хорошо хоть, не зима на улице. А то я бы совсем продрог! Профессора дружно почесали в затылке. - Альбус, а зачем ты взял метлу? Ты же мог трансгрессировать прямо в Министерство! – непонимающим голосом сказала Макгонагал. - И у вас есть феникс! – закивал головой Снегг, - с его помощью вы могли бы влететь в кабинет министру. - Еще есть фестралы. Эти зверюшки вас мигом домчат куда надо! – пробасил Хагрид, поглаживая бороду. - И почему вы не воспользовались камином? – недоумевал Флитвик. – У вас ведь прямой выход в Министерство Магии. И к тому же вы можете сделать портал из чего угодно и куда угодно. Хоть преподаватели заговорили все разом, Дамблдор все-таки понял, что они ему говорят. Но в ответ он только взвыл и схватился за свою бороду. - Да знаю я, знаю! – закричал он на своих приближенных. - Вы думаете, что мне самому приятно прыгать на метлу и лететь на ней в Лондон. В то время как у меня куча других способов передвижения. Да, я мог трансгрессировать, перенестись порталом, фениксом или переместиться по камину. Но что поделаешь, если все эти способы тетя Роулинг придумывала только по ходу своей пьесы. Сейчас в первой книге ничего этого нет. Вот поэтому, я как дурак вынужден оседлать метлу и мчаться на ней за тридевять земель. Как будто мне делать больше нечего. Директор злобно сплюнул. - Камины у нее только во второй книге, трансгрессия и порталы только в четвертой, путешествие фениксом лишь в пятой. Вот я сейчас и мучаюсь с метлой. Хотя мог бы смотаться в Лондон за пару минут туда и обратно. А ведь я старый и больной человек! – заохал он. Дамблдор зашелся в кашле. - Ну вот простуду подхватил, - мрачно высказался он. – Думаете легко несколько часов летать в высоких слоях атмосферы, где дует холодный ветер, а я в одной мантии на голое тело. Профессора молчаливо внимали словам школьного головы и пока тот разглагольствовал, мимо них протрусила фигура Квиррелла, сжимающая какой-то предмет под мышкой. - Это Квиринус! – спохватилась Макгонагал, указывая на убегающего преподавателя ЗОТИ. - И у него философский камень в руках! – подхватил Флитвик. - Или это голова Поттера! – ядовито заметил Снегг. Квиррелл при звуках голосов своих коллег сжался и ускорил шаги. - Хватайте его! – вскричал Дамблдор, недовольный тем, что пока он жаловался на проблемы дальних перелетов, злодей спокойно прошел рядом. Учитель в тюрбане не сумел уйти далеко от такой коллективной погони. И поэтому его настигли быстро и предварительно помяли во время поимки. - Вы чего? – плаксиво говорил он, лежа на полу, избитый и растоптанный. - Где камень? – требовал от него директор школы. - Я понятия не имею, о чем вы! – упирался Квиррелл. Заику-профессора раздели догола и тщательно обыскали всю его одежду. Но никакого камня при нем не нашли. А то что профессор нес под мышкой, оказалось обычной арфой. Больше ничего, кроме пары серебряных монет, при Квиррелле не нашлось. - За что вы со мной так? – плакал Квиррелл, прикрывая руками срамные места на теле. - Меня не обманешь! – зловещим тоном произнес Дамблдор, - я знаю, на тебе личина Волан-де-Морта. Пока все были в ступоре от имени злейшего темного мага, директор сорвал с головы преподавателя ЗОТИ его тюрбан. Все окаменели, потому что по плечам Квиррелла рассыпались роскошные дреды. - Что это? – не веря своим глазам, севшим голосом спросил директор школы. - Вот это да! – воскликнула Макгонагал, жадно всматриваясь в прическу заики-профессора. - Я тоже такие хочу! – подумал с завистью Снегг. Дамблдор тщательно осмотрел голову Квиррелла, но ничего, кроме волос там не обнаружил. - Это что получается? – растерянно подумал он. – Я весь год подозревал невинного человека?! - Квиринус, скажи мне, зачем ты полез в комнату с цербером? – ласково обратился великий чародей к профессору, который стыдливо прикрывался мантией от нескромных взглядов, окружающих его учителей. Тот всхлипнул и начал тонким срывающимся от злости и огорчения голосом рассказывать, из-за чего он тут оказался. - Я на арфе играть люблю! – признался Квиррелл, кутаясь в мантию поплотнее. - Но в своей комнате мне играть не дают. Стоит мне только начать бренчать по струнам, как в стену стучат соседи и кричат, чтобы я прекратил это безобразие. Я пытался прятаться в пустых классах и музицировать там, но даже в тех местах мне не давали покоя. Лишь только я поймаю вдохновение и стану наигрывать композицию, в класс лезут ученики, которые хотят попрактиковаться в заклинаниях или старшекурсники, ищущие места для обнимашек. - Большего бреда я со школы не слышал! – пробормотал зельевар, дослушав оправдания Квиррелла. - Северус, ты до сих пор в школе, - скривившись в лице, сказал ему Флитвик. Хагрид ожесточенно почесал в затылке. - Вообще-то профессор Квиррелл в Запретный Лес ходил на арфе играть. Пока меня кентавры не предупредили, что еще такой ужас, и они пойдут на убийство. Лесник недоуменно развел руками на вопросительные взгляды учителей. - Ладно он бы просто на арфе играл. Так он ведь еще и петь пытался. Вот кентавры и не выдержали. - Дурдом! – устало провозгласил директор. – Ну, а тюрбан тебе зачем? Чтобы эти дурацкие дреды прятать? - Да! – печально согласился Квиррелл. Тут на сборище преподавателей школы вышла Гермиона Грейнджер. Девочка застыла на месте, увидев раздетого Квиррелла с его дредами. Понадобилось несколько минут, чтобы привести гриффиндорку в чувство и вернуть ее к реальности. - Там Гарри и Дебора остались и там … Снегг! – сказала Гермиона упавшим голосом, рассматривая профессора зельеварения, стоящего перед ней с непроницаемым выражением на лице. - Он не при делах! – произнес Дамблдор и покосился на одевающегося Квиррелла, - мы все думали не на того человека. - Господин директор, так что нам делать? – спросила Макгонагал. Глава Хогвартса гордо выпятил вперед бороду. - Идем спасать наших героев! – и бросился вперед. За ним помчались остальные учителя и даже Квиррелл присоединился к группе подмоги, воинственно встряхнув дредами. Однако навстречу всем учителям из запретной двери выскочил завхоз Филч, сжимающий в руке философский камень. - Вы опоздали! – расхохотался он. - Вот моя награда за все годы унижений и страданий в этой школе. И теперь у меня начнется новая жизнь! С этими словами Филч выпрыгнул в окно. Персонал школы с криками ужаса выглянул наружу, страшась увидеть мертвое тело завхоза, лежащее на земле. Но вместо этого зрелища им предстал магловский парашют, уносящий вора из Хогвартса к границе Запретного Леса. - За ним, мы еще успеем его догнать! – закричал директор. Выбежавшие во двор учителя успели заметить, как пролетающий над ними самолет подцепил своим крылом парашют с Филчем и мигом унес его за собой. - Я всегда подозревал, что он мутный тип! – воскликнул Снегг, ошалелыми глазами сопровождая самолет и прицепившуюся к нему фигуру завхоза, висящую на тонких стропах. - Кто такой, откуда он и когда появился в школе – никто не знает! – поддержал его декан Когтеврана, задумчиво подкручивая усы палочкой. - Зато всюду ходит, вынюхивает и никто его ни в чем не заподозрит! Сквиб ползучий! – прогудел Хагрид и выругался себе в бороду. Обозленный неудачей и потерей философского камня, Дамблдор невербально испепелил всех троих болтунов. Уцелела лишь Макгонагал, которая запыхалась от бега и еще не успела открыть рот. И профессор Квиррелл, отставший из-за своих дредов, лезущих ему в глаза.

***

Когда Галия открыла глаза, она сразу поняла, что находится в больничной палате. На это указывали – капельница возле нее, ряд кроватей вдоль стен и устоявшийся аромат лекарств, присущих для подобных мест. Оглядевшись, девочка заметила справа от себя кровать, отгороженную зеленой ширмой. За ней явно кто-то находился. - Наверное, там Гарри! – решила Галия. Но заглядывать за ширму не стала. В палате стояла предутренняя темень, через высокие окна, забранные решеткой, в палату робко просачивался рассвет нового дня. - Приснится же такое! – проворчала она, вспоминая свой сон, где вором философского камня оказался завхоз Филч а-ля Джеймс Бонд и профессор Квиррелл в роли растаманского бонзы. В палате стояла полная тишина, никого поблизости не было и даже присутствия мадам Помфри не ощущалось. Казалось, что про детей лежащих в больничном покое, все забыли. Хотя нет. Вот на тумбочке рядом с койкой стоит стакан, доверху наполненный водой. Вновь оглядевшись по сторонам и прислушиваясь к тишине вокруг нее, Дебора решила просто оставаться в постели и ждать, пока кто-нибудь не появится в медпункте. Тем более она почувствовала небольшую жажду и потому с наслаждением выпила весь стакан. Вода оказалась прохладной и очень вкусной. Как раз то, что ей сейчас нужно. Поставив пустую посуду обратно на тумбочку, Дебора повернулась и чуть не подпрыгнула от неожиданности. Рядом с ее кроватью сидел Дамблдор. При том, что несколько секунд назад его тут не было. В голове всплыли шальные строки. Я за спиной ношу топор Вдруг подкрадется Дамблдор. - Господин директор, я не слышала, как вы вошли, - запинаясь от удивления сказала Адамс. - Я рад, что с вами все в порядке! – доброжелательным тоном поведал Дамблдор. – Вот я пришел навестить вас и убедиться, что вы мисс Адамс, и наш Гарри Поттер пребываете в добром здравии. Галия села в кровати, опустив взгляд на тонкое одеяло. Смотреть в глаза Дамблдору нельзя ни в коем случае. - Что с Гарри? – спросила она. Директор улыбнулся. - Не беспокойтесь мисс Адамс. Я уже поговорил с ним, он быстро идет на поправку. Мадам Помфри напоила его усыпляющим зельем без сновидений. Все что ему нужно - это покой и отдых. - Ага, значит, промывка мозгов для Избранного уже состоялась. Дамби уже толкнул речь про извечную борьбу бобра с ослом, - поняла Галия, по-прежнему не поднимая глаз. – И я, наверное, тоже спала навеянным сном, чтобы не мешать планам Дамблдора приготовить из Гарри жертвенную овцу для победы над Томом Реддлом. Но вслух произнесла: - Профессор Дамблдор я часто слышала про Волан-де-Морта, но вот столкнуться с ним лицом к лицу, этого я никогда не смогу забыть. Какой же он страшный! Неужели он всегда был таким? - Нет не всегда, - вздохнул директор, его руки стали грустно потирать подолы своей темно-синей мантии. – Но Волан-де- Морт погрузился в такие ужасные глубины темной магии, что окончательно превратился в чудовище, которого ты и Гарри увидели два дня назад. - Два дня? – в ужасе вскрикнула слизеринка. – Так мы тут лежим целых два дня. - Вы оба были сильно истощены и изранены в схватке с Волан-де- Мортом! – тихо сказал Дамблдор. – И вам Адамс и Гарри пришлось провести весь день во сне и принимать множество целительных зелий. - Но я вроде бы не сильно пострадала? – удивилась Дебора, внимательно осматривая себя. – Вот Гарри упал и ударился головой. Как он? - Мадам Помфри уверяет, что Гарри, и вы, вскоре покинете ее палаты! – тепло отозвался Дамблдор. – Наша медсестра настоящая волшебница. Она может поставить на ноги любого. Только постарайтесь как можно меньше попадать в ее заботливые руки. - Мадам Помфри, мадам Трюк, мадам Пинс! - пронеслись мысли в голове Галии. – Почему этих англичанок называют на французский лад? Девочка подняла голову, мимолетно окинув взором лицо и фигуру директора школы. Хотя Дамблдор добродушно улыбался, его голубые глаза смотрели на Дебору холодно и внимательно. - Кстати, не желаете конфет? – предложил директор, кивая на прикроватную тумбочку. – И вам и мистеру Поттеру ученики прислали целую гору сладостей. Теперь на тумбочке оказалась груда леденцов и пастилок. Хотя до этого, кроме стакана, на ней ничего не было. Дебора усмехнулась про себя - Дамблдор мало того, что подкрался незаметно, он также и конфеты притащил. Все для того, чтобы произвести хорошее впечатление на ребенка. - Ого! Тут драже Берти Боттс, - радостно воскликнула Адамс, пытаясь отвлечь внимание директора от себя. Ей показалось, что Дамблдор начинает заглядывать в ее память. - Да, очень интересные конфеты! – с заминкой согласился светлый волшебник. Видимо он уже распробовал одну из драже, и ему попалась конфета со вкусом ушной серы. - Господин директор не желаете одну из конфет? - предложила ему Галия, на что Дамблдор принялся поспешно отказываться. Пришлось показать ему мандариновый леденец, который директор взял с видимым удовольствием. - Гарри точно поправится, как вы думаете? - спросила директора Дебора, повернувшись к кровати, закрытой зеленой ширмой. Дамблдор закивал. - Не волнуйтесь, мадам Помфри творит чудеса в исцелении! - Знаете, что господин директор! - медленно произнесла Адамс. - Я думаю, если бы объединить магическое целительство и магловскую медицину, то можно творить настоящие чудеса. Человечество бы избавилось от рака, ВИЧ-инфекции и нашло бы лекарство от многих болезней, от которых страдают все люди. - Вероятно, вы правы мисс Адамс! - согласился Дамблдор. – Но пока еще рано волшебникам открывать себя всему миру. Хотя я уверен, что такое время наступит очень скоро. - Он говорит правду или успешно притворяется? - думала Дебора, слушая речь директора. Но возможности магической медицины были впечатляющими. Способность быстро заживлять переломы и ожоги, выращивать новые кости и кожу, лечить страшные порезы и ранения. Эх, если бы такие возможности стали доступными в обычном здравоохранении то, сколько людей можно спасти и вернуть к нормальной жизни. Но пока действует Статут о магах, все знания и возможности магии и магического целительства медленно умирают вместе с сокращающимся числом волшебников. Хотя и магическая медицина не излечивает все. Тот же Аластор Грюм ковылял на одной ноге и смотрел одним глазом, всем своим видом говоря, что магия исцеляет не все раны. - Жаль, что магическая медицина не всесильна, - сокрушалась слизеринка, печально опустив голову. – Например, разозлил тебя кто-нибудь, так оторвал ему голову. Потом успокоился и пришил ее обратно. Дамблдор поперхнулся конфетой. Выпученные глаза директора - это надо было видеть. - Великий Мерлин! Мисс Адамс, какие у вас кровожадные мысли. Неужели вас кто-то рассердил так, что вы готовы рвать его на части. Девочка вздохнула, в ее серых глазах отразилась скорбь всего мира. Хотя директор решил, что ему показалось, скорее всего, в них мелькнула мимолетная усмешка. За дверями больничной палаты раздался шум и топот, словно кто-то со всех ног мчался за медицинской помощью. В комнату, где лежала Адамс и спал Гарри, ворвался Снегг. Вид всклокоченного и взбудораженного зельевара выражал крайнюю степень злости и гнева. - Это уже слишком господин директор! – с порога закричал Снегг. – Я требую, чтобы этих проклятых Уизли отчислили из школы. Их проделки перешли все границы. Очки Дамблдора сверкнули холодной сталью. - Что случилось Северус? – тем не менее, спокойно, но грозно вопросил директор Хогвартса. – Тут владения мадам Помфри, и она не терпит шума. Декан Слизерина застыл, словно с размаху налетел на бетонную стену. С мгновение его лицо выражало злобу и ярость, но зельевар видимо могучим усилием воли подавил желание кричать во весь голос. - Мой кабинет! В него только что влетела ракета! – дрожащим от гнева голосом прошипел Снегг. – Все помещение завалено кучей навоза. Я пытался убрать его, но дерьма стало намного больше. Лаборатория до потолка в навозе, кругом летают жирные мухи, а домовики при виде этого удобрения лишь ржут вместо того чтобы помочь. - И знаете, какой там запах!!! – со стоном провозгласил профессор, стекая по стене медицинской палаты. - Северус вы уверены, что это именно Уизли? – спокойно осведомился директор. Едва услышав этот вопрос, зельевар затрясся от ярости. - Да, я уверен. Но эти мерзавцы все отрицают и говорят, что это не они и вы ничего не докажете! – прошипел Снегг. - Ни минуты покоя! – со вздохом произнес Дамблдор, поднимаясь со стула. – Идемте Северус, взглянем на ваше безобразие. Снегг пытался возразить, что безобразие вовсе не его, но директор взмахом руки заставил зельевара умолкнуть. Дебора затолкала в рот уголок подушки, чтобы не расхохотаться, пока Дамблдор и Снегг выходили из палаты. Близнецы все-таки довели до ума свою ракету и испытали ее на ненавистном зельеваре. Уизли появились в палате через несколько минут. - Привет победителям темных лордов! – шепотом прошептали они и картинно раскланялись. - Проклятье и несчастье Ужаса Подземелий, выслушай нас! – патетически сказал Фред. - Не вели казнить, дай слово вымолвить! – трагическим шепотом произнес Джордж. - Откуда вы знаете про Лорда? – удивилась Адамс. Близнецы заговорщицки приложили пальцы к губам. - По школе ходят слухи о ваших приключениях, - зашептал Джордж. - Но не все им верят! – вздохнул Фред. Адамс понимающе кивнула. Слухи по школе распространялись быстро, но вот беда, верили в них не все. Большинство, особенно старшие студенты, относилось к слухам скептически, справедливо считая, что в слухах больше неправды и преувеличений. Вот и сейчас, услышали школьники, что Поттер и Адамс лежат в больничном крыле, а почему и из-за чего, никто толком и не знает. Каждый на свой манер судачит, и разные версии придумывает, в результате истина просто тонет под огромным грузом слухов и выдумок. Даже если Дамблдор во всеуслышание объявит о встрече Гарри Поттера с Волан-де-Мортом, в это мало кто поверит. Многие примут эти слова за очередное чудачество старого волшебника. Вот если бы прохождение полосы препятствий, школьники Хогвартса увидели своими глазами. Стоп!!! Своими глазами! - Уизли, склянка у вас есть? – прошептала Галия. Близнецы озадаченно переглянулись, затем каждый вытащил из кармана небольшой стеклянный пузырек.

***

Несмотря на то, что Рон, Гермиона, Дафна и Пайк совершенно разные люди, их огромные и вытаращенные глаза были одинакового размера. Даже гриффиндорка, сама пережившая большую часть приключений, увлеченно слушала пересказ событий от своих друзей. А вот Рон со слизеринцами, внимали словам Поттера и Адамс, развесив уши и не сводя с них испуганно-восхищенных глаз. - Значит цербер охранял философский камень! – понял Пайк, когда рассказчики умолкли, - никогда бы не подумал, что у нас в школе может храниться такая драгоценность. - И главное почему в школе? – недоумевала Гринграсс. - Конечно банк «Гринготтс» ограбили и там хранить его было нельзя, но в школе, где полно детей. Неужели нет другого безопасного места! - А может Дамблдор все специально подстроил? – задумчиво протянул Рон. – Наверное он хотел, чтобы Гарри спас камень, встретился с Сами Знаете Кем и все такое. Все раскрыли рты от такого предположения. - Как ты можешь говорить так о нашем директоре, Рон! – возмутилась Гермиона. Но ее прервал Гарри. Он начал вспоминать о Зеркале Еиналеж, которое нашел случайно, о мантии отца, полученной на Рождество. Поттер был уверен, что Дамблдор с самого начала знал о том, что они ищут Фламеля и нашли сведения о философском камне. - Я думаю, директор хранил камень в школе не случайно. Он хотел узнать, смогу ли я встретиться лицом к лицу с убийцей моих родителей. И я доказал, что способен на этот шаг. - Странный он человек, наш директор! – тихо сказала Дебора, хотя в душе выразилась более крепкими выражениями. Чего добивался Дамблдор, организовывая такую очную ставку между Гарри и Волан-де-Мортом. И что за странные руны были на стенах той комнаты, где стояло Зеркало. - А по школе такие слухи ходят, - вздохнула Дафна, закатывая глаза, - все друг дружке разные ужасы рассказывают. Кому верить, не знаешь! - На то что вы нам рассказали, совсем не похоже, - кивнул головой Пайк. - Жаль, что меня с вами не было! – огорченно добавил Рон, - я такое приключение пропустил, а все из-за отработок этих. Поттер в ответ лишь покачал головой, как бы говоря, что от подобных приключений надо держаться подальше. - А матч Гриффиндор против Когтеврана уже прошел? – поинтересовалась Адамс. Рон погрустнел на глазах. - Триста двадцать-восемьдесят! – скорбно сообщил он. – Мы проиграли! Ученики вскоре ушли, прогнанные бдительной медсестрой. А гриффиндорец и слизеринка стали вспоминать свою встречу с темным магом. - Он убил моих родителей и смеялся! – мрачно говорил Гарри, - он бы и меня убил, если бы не моя мать. Я не понимаю, зачем ему понадобилась моя смерть? Дамблдор обещал мне рассказать, когда придет время. - Может ему нравилось убивать? Он же маньяк, одержимый жаждой власти! – предположила Дебора, вспомнив как Волан-де-Морт убил встречного ребенка на улице, когда шел в дому Поттеров. Убил просто так, просто так даже не задумываясь. - Дамблдор сказал, что смерть матери дала мне защиту. Вот почему Квиррелл не мог прикоснуться ко мне! – мальчишка продолжал пересказывать свой разговор с директором. Галия при этих словах содрогнулась. Хорошо, что Гарри лежал без сознания. Видеть, как живой человек на твоих глазах пылает и рассыпается в прах – это не для детской психики. - Знаешь, когда Волан-де-Морт требовал достать ему камень из Зеркала, я снова увидел своих родителей. Отец протянул мне камень, прямо там в Зеркале, а мама рукой махнула, как будто кидает его в сторону. Вот я так и сделал! – говорил Поттер, смотря перед собой и вновь переживая прошедшее. – Камень ударился об стену и разбился. - А философский камень может разбиться? – подумала слизеринка, внимательно слушая своего друга. – Или это была подделка? - Гарри твои родители замечательные люди, а твой отец настоящий герой! – с этими словами Дебора взлохматила Поттеру его и так непослушные волосы. – Даже Волдеморда признал, что твой отец был храбрым и непокорным. А мать смелая и отважная. Так что можешь ими по-настоящему гордиться. - Спасибо Дора! – тихо сказал Гарри, его глаза влажно блеснули. Все-таки одно дело, когда твоих родителей хвалят их друзья и совсем другое, когда ими восхищен твой смертельный враг. - Эх Гарри, как много же тебе надо рассказать про твоих родителей, особенно про твоего отца, - вздыхала про себя Галия, возвращаясь в свою кровать. – Такого смелого и отважного человека, как Джеймс Поттер не везде найдешь. Он сознательно противостоял злу, а не метался с места на место где выгоднее, он был верным другом, решительным и надежным мужиком, настоящим гриффиндорцем. Потому твоя мать Лили и полюбила его. Но пока рассказывать все, что Дебора знала про Поттеров, девочка считала преждевременным. Сначала Гарри должен вырасти. Да еще в школе два мозгоклюя, которые могут залезть Поттеру в голову, и потом задумаются, а откуда маглорожденной волшебнице так много известно про родителей Гарри. Деборе очень не хотелось, чтобы Снегг и Дамблдор обратили на нее слишком пристальное внимание. Уже наступило вечернее время, и мальчишка уснул, предварительно выпив Зелье Сна без сновидений. Медсестра хотела и девочку напоить этой микстурой, но та попросила немного отсрочки. - Ладно, я зайду через пять минут! – сдалась мадам Помфри. – Но потом, никаких отговорок. Галия уселась на широком подоконнике. Окно показывало часть внутреннего двора школы. Там была высокая галерея с колоннами, примыкающая к замку. По ней любили прогуливаться ученики в прохладную погоду, крыша галереи защищала от дождя, а вдоль стены стояли каменные скамейки, на которых так хорошо сидеть, завернувшись в теплую одежду и наблюдать, как на каменные плиты двора и на газон снаружи падают дождевые капли. А в теплые дни ученики бегали по лужайке или лежали на газоне, наслаждаясь солнечными лучами. Но сейчас там почти никого не было. Девочка перевела взор на берег Черного Озера, там по вечерам всегда крутилось много народу, нагуливая аппетит перед ужином и отдыхая после уроков. Но и там слизеринка увидела от силы дюжину человек. - Это что, все школьники сидят в замке? – гадала про себя Галия, - вместо того, чтобы гулять в такую хорошую погоду.

***

- Подходите, покупайте! – зазывали близнецы Уизли в гостиной Гриффиндора. – Воспоминания о встрече Гарри Поттера и Деборы Адамс с Тем Кого Нельзя Называть! Узрите своими глазами, ощутите своими чувствами, участвуйте вместе с ними в этом необыкновенном и опасном приключении. Поначалу дело шло со скрипом. Мини-Омуты Памяти были делом новым и непривычным, и волшебники отнеслись к ним настороженно. Тем более Мини-Омуты были одноразовыми и это не придавало им дополнительного доверия. Но несколько львов с пятого и шестого курса, купили их у близнецов вместе с воспоминаниями Деборы Адамс. Когда первые зрители вылетели из своих комнат взбудораженные и с ошалелыми глазами и кинулись к Уизли с криками «Вот это вещь» и «Дай еще», остальные гриффы заинтересовались таким поведением. Несколько уточняющих вопросов к первым зрителям и ответов от них, вызвали неподдельный интерес к продукции умников Уизли. Первая партия Мини-Омутов улетела меньше чем за три часа. А желающих их приобрести и приобщиться к просмотру приключений Избранного было еще немало. Потому близнецы начали клепать Мини-Омуты с удвоенной энергией. К вечеру гриффы рассказали о том, что они увидели своим друзьям и знакомым из остальных факультетов. И барсуки с воронами насели на близнецов с требованиями и им предоставить доступ к воспоминаниям Адамс. Уизли и примкнувший к ним Ли Джордан работали на износ и без сна и отдыха, штампуя все новые и новые Мини-Омуты. Вскоре слизеринцы поняли, что вокруг них все знают, что пережил Поттер с друзьями в своем приключении, а только они одни остаются в неведении. И уже от змей стали приходить в одиночку или малыми группами с просьбой и им продать Мини-Омуты. Близнецы усталые и не выспавшиеся, мечтающие лишь об одном – лечь и уснуть, но довольные большим заработком, хотели послать змей подальше и потому взвинтили цену за Мини-Омуты вдвое. К их удивлению слизеринцы согласились. Вздохнув и понимая, что отдых откладывается, Уизли вновь принялись за работу, в глубине души сожалея о том, почему они не догадались поднять цену втрое. В кабинете Дамблдора преподаватели тоже просмотрели, как Трио проходит полосу препятствий. Сам директор, уже все видевший из памяти Поттера, сидел за своим столом и отдыхал, с усмешкой посматривая на склоненные фигуры учителей, засунувших головы в Омут. Преподаватели внимательно следили за действиями своих учеников и изредка комментировали их поступки. - Это же дьявольские силки! – визжала Гермиона, отползая к стене, к которой же прижималась Дебора Адамс. Помона Стебль улыбнулась. - Умная девочка, с первого взгляда узнала! – сказала она. - Что же мне зажечь, тут нет ничего деревянного! – передразнил Гермиону взъерошенный и недовольный Гарри. Флитвик скептически хмыкнул. В минуту опасности нетрудно потерять голову. Хорошо, что дети все равно справились. - Поттеру надо будет пробоваться на место ловца в следующем году! – восхищенно произнесла Макгонагал, глядя как ловко Гарри гоняется за летающими ключами. – Тогда Кубок точно будет наш. Поттер весь в отца. Снегг заскрипел зубами, услышав эти слова. - Я буду Королевой! –сказала Адамс. - А девочка с амбициями! – засмеялся Флитвик. – Путь к двери нам преграждали белые фигуры, значит надо было сыграть за них. И тогда можно спокойно идти к двери. Поскольку белые уже наши союзники — значит мешать нам они не станут, а черным фигурам, чтобы нас остановить придется пробиваться через белых. Вот пока они там рубятся, мы можем идти дальше. - Еще никогда, и никто до этого не додумывался! – удивилась Макгонагал. - Если вы всегда так долго и непонятно говорите, то, наверное, почти все ваши жертвы умерли от скуки, - заявила Адамс. Преподаватели, слышавшие эти слова, схватились за сердце. Говорить такое Лорду Судеб. Может и были подобные смельчаки, но в живых их уже не осталось. - Мне такая идея пришла за пару минут. А вы, целый год ничего умного придумать не смогли, - сказала слизеринка. - Молчать! – взревел Лорд. Северус Снегг рассмеялся про себя. - Вы ее мой Лорд, пять минут слушаете и уже не выдержали. А я уже год с ней мучаюсь. И ничего, с ума пока не сошел. Или нет, скоро сойду. - До чего нахальная девчонка! – прошипел Лорд Судеб Зельевар понимающе кивнул. Уж это он по себе знает. - Руки, мои руки! Ноги, мои ноги! – вопил Квиррелл. Женщины закрыли глаза. Флитвик и Снегг печально опустили головы. На этом просмотр воспоминания был окончен.

***

Адамс выпустили из медпункта под вечер. Едва она спустилась на первый этаж, как ее нашел староста Гриффиндора Перси Уизли и велел идти с ним в кабинет директора. Недоумевая, что Дамблдору понадобилось от нее, слизеринка послушно направилась вслед за старостой. Перси сопроводил ее до громадной горгульи, произнес пароль и ушел, как только каменное чудище сдвинулось в сторону, открывая лестницу, ведущую наверх. Кабинет директора представлял собой большую, круглую комнату, наполненную кучей мебели. Вдоль стен кабинета Дамблдора стояли резные шкафы из темного дерева. На одном из них лежала Распределяющая Шляпа. У дальней стены возле высокого окна стоял массивный стол, заваленный пергаментами и свитками. Также на нем красовались причудливых форм серебряные сосуды и странные реторты, выдутые каким-то чудаком-стеклодувом во времена приступов безумия. Возле него возвышалась клетка, вероятно в ней сидел феникс. Только сейчас клетка была занавешена плотной тканью. Еще один стол, но поменьше стоял напротив камина, в котором уже давно не горел огонь. И за ним восседали преподаватели Хогвартса. Снегг, с кислым видом сидел по правую руку директора. Весь его вид говорил, что он готов очутиться в любом месте, только не быть здесь. Слева от Дамблдора находилась профессор Макгонагал, которая судя по ее глазам, выглядела уставшей и хотела спать. Сам великий волшебник с тихой улыбкой смотрел поверх очков и выглядел добрым дедушкой. - Добрый вечер мисс Адамс! – поприветствовал ее директор. – Надеюсь, вы на нас не сердитесь за такое позднее приглашение? - Нет сэр! – сделала книксен слизеринка, - я ведь еще никогда не была в вашем кабинете. - Эти ваши Мини–Омуты памяти, отличная идея, мисс Адамс. Сами придумали? – поинтересовался директор, ободряюще кивая головой, когда Дебора вошла в его кабинет. - Вовсе нет, сэр! – начала отрицать Дебора. – Просто прочла в одном учебнике. Эти Мини–Омуты создало несколько ребят, вроде бы они раньше учились в Хогвартсе, у них еще имена такие интересные – Мародеры! Дамблдор и Макгонагал переглянулись. - Но все равно, получилось просто замечательно. Они придумали, а вы внедрили. Теперь о ваших заслугах и приключениях знает весь Хогвартс, - торжественно сказал директор. Девочка склонилась в реверансе, как бы благодаря Дамблдора за похвалу. На самом деле она пыталась скрыть усмешку. - Да вы правы, сэр! Эти Омуты отличная вещь! – думала Адамс. – А то вдруг вы начнете Гриффиндору баллы раздавать, а за что именно школьникам не объясните. Отделаетесь общими и туманными фразами. Будут потом школьники на Поттера и Гермиону крыситься и дуться. А что Гарри и мне с Гермионой перенести пришлось, никто бы не узнал, если бы не эти Мини-Омуты. А там вся школа мои воспоминания просмотрела и поняла, что с нами приключилось. И тогда все поймут, что начисленные баллы не самая большая награда за схватку с Темным Лордом. Дамблдор кашлянул и вновь обратился к девочке. - Но я мисс Адамс, пригласил вас не просто поговорить о ваших омутах. Я хотел, чтобы вы немного просветили нас о современных технологиях в мире маглов. Дебора удивилась, с чего бы это маги вдруг стали интересоваться тем, как вокруг них изменился мир. И каких он достиг достижений. Волшебники живут собственной замкнутой системой и что происходит за пределами их маленького общества им не важно. А тут вдруг сам Дамблдор спрашивает о техномире. - Профессор Снегг рассказал нам, что вы требовали от него создать айфон, - улыбаясь, сказал Дамблдор. – Мисс Адамс, вы не можете пояснить нам, что это такое. Думаю, нам будет интересно вас послушать! - Обалдеть! – ошарашенно подумала Дебора. – Это что мой разговор со Снеггом декан директору слил, когда сбежал из моего дома. - Кстати, не желаете конфет? – предложил великий маг столетия, пододвигая к краю стола вазочку с прозрачными леденцами золотистого цвета. - Ага! А вот и лимонные дольки! – ехидно подумала Дебора. Но вслух спросила. – А можно взять несколько? - Угощайтесь! – в знак согласия Дамблдор махнул бородой. Адамс вынула из кармана лист пергамента и свернув кулек, высыпала в него все леденцы. Снегг с Макгонагал холодными взглядами сопроводили ее действия, а вот у директора, похоже, даже очки подпрыгнули от удивления. Но посмотрев в лицо Дамблдора, девочка лишь видела его ободряющую улыбку. - Вы хотите знать про айфоны? Их есть у меня! - злорадно подумала Галия, но вслух изрекла. – Устройство под названием айфон, пока лишь планируется и находится в стадии разработки. Но поскольку мир развивается и не стоит на месте, современные коммуникации становятся все мобильнее и мощнее, ученые и технические творцы уверены в будущем и научно-технический прогресс открывает невиданные горизонты для технологий будущего, которые станут поистине космическими и совершенными. Адамс была уверена, что из того что она сейчас сказала, ее поняли в лучшем случае наполовину. В глазах Снегга мелькнула паника, лицо Макгонагал выражало истинное удивление непонятными терминами. А вот Дамблдор казалось, проявляет неподдельный интерес к тому, что он сейчас услышал. Хотя в его глазах появилась туманная дымка, которая бывает у людей, ушедших в себя. - Как говорят неравнодушные люди, а я им верю. Кнопочные устройства уходят в прошлое и на смену им спешат сенсорные гаджеты. Идеи, высмеиваемые и невозможные всего пару десятков лет назад, становятся реальностью уже при нашей жизни, и они могут поднять виртуальное взаимодействие на новый уровень, - продолжала разъяснять Адамс преподавателям Хогвартса, а те прилагали немало усилий, чтобы понять, о чем им сейчас говорят. - К сожалению, пока технологии готовые изменить мир до неузнаваемости и существенно облегчить жизнь человека находятся в зачаточном состоянии. Но не надо унывать! – Адамс строгим взглядом обвела слушателей. – Прогресс не зависает, как заглюченная Винда, он всегда ищет путь пробиться к людям. Даже если впереди будет светить перезагрузка без сохранения и скриншоты белых экранов, не стоит отчаиваться. Даже в темные времена блэкаута можно найти литиевые аккумуляторы, если обращаться к свету ЗG формата. Дамблдор сидел, сложив руки, как прилежный ученик, выслушивающий лекцию любимого учителя. Макгонагал начала клевать носом, Снегг смотрел с обреченностью человека, приговоренного к казни. - Наработки столетий и творческая мысль физиков позволили человечеству раздвинуть горизонты косности и догм. Блютуз может соединить аппараты различной функциональности и дизайна, софт свяжет устройства в единую сеть, микрочипы позволят упрятать широкоформатные кинотеатры в маленькие коробки, а телефоны станет возможно носить в карманах. Долой архаику и полифонию, да здравствует микроюсби и Вайфай! – картинно взмахнув руками, декларировала Дебора. Дамблдор кивал головой, словно соглашался, Макгонагал все медленнее моргала глазами, Снегг держался из последних сил. Зельевару, наверное, из всех трех слушателей приходилось хуже всех. Он два дня варил зелья без снов и лекарства для детей, которые полезли останавливать Темного Лорда. И что удивительно, сумели его остановить. Он плохо выспался, его убивала жара, в кабинете директора было сильно натоплено. А слова слизеринки Адамс все время убегали от восприятия, и он перестал понимать, что она говорит уже на третьей минуте ее речи. - Разъёмы кабелей, гарнитуры, айтюнсы и микросимки - вот что ждет нас впереди, если мы не станем бояться новшеств и перестанем цепляться за устарелые раритеты. Оптика и волокон пролягут под океанами, и мир станет ближе, сотни километров ужмутся до пары кликов пальцами, интернет и Айди ТиВи придут в каждый дом, - вдохновенно вещала Галия. - Да что ты несешь! Какую чепуху я должен слушать! – тоскливо подумал Снегг, чувствуя, как по его ушам стучит голос Деборы и думал лишь о том, как ему вернуться к себе в лабораторию и лечь спать. - ЖК- экраны сменят полупроводники и микропроцессоры захватят лидирующие позиции в мире. Там, где сотня фунтов железа выполняла свою роль, вскоре будет достаточно всего пары килограмм. Но несмотря на столь сияющие перспективы находятся скептики, отрицающие такие возможности. В то время пока космические корабли бороздят просторы Дарта Вейдера, индексы Доу Джонса не перестанут быть под угрозами гоп-стопа. Снегг отчаянно зевнул и тут же поймал на себе укоризненный взгляд директора, который сам выглядел неважно. Зельевар попытался придать себе вид человека, внимательно слушающего чистый и лютый бред. Слова слизеринки сливались в единый гул, а кабинет директора начал угрожающе раскачиваться. - Блокбастеры прочно войдут в нашу жизнь и сложные динамические сингулярности запустят цепи обновлений. Спектральный анализ и эхолокация помогут решить многие проблемы Голливуда, - не умолкал голос, который Снегг в этот момент возненавидел. - И в то время как величайшие умы современности, такие как Бруно, Гамма Излучатель, батька Махно и Ганнибал Лектор бьются над неразрешенными задачами столетий, истина как сказал Джокер где-то рядом. Квантовая навигация и индукционное управление могут найти применение в различных сферах народного хозяйства и решить немало поставленных перед ними задач. Однако найденные ответы часто тянут за собой и новые вопросы. И чтобы избежать подобных случайностей нередко прибегают к Собору Парижской Богоматери. - Какой матери? – тупо спросил Снегг. Он мечтал сейчас только об одном – упасть в обморок или еще лучше умереть. - Не матери, а материи. Сбор информации, по которой может стать основой антиматерии и превратиться универсальное средство в многозадачной аннигиляции. Правда в теории такое может угрожать иллюминатам. Потому ее глава Лара Крофт активно протестует против таких методов, - улыбнулась Галия, с удовольствием наблюдая, как преподаватели еле сдерживаются, чтобы не уйти в астрал под столом. Снеггу было плохо, его глаза слипались, его тянуло в сон. Фигура расхаживающей и рассказывающей Адамс вдруг выросла и уперлась головой в потолок. - Протоны, электроны, бозоны и феромоны - вот что ждет нас в дальнейшем. Цифровизация экономики и глобализация всех структур мировых информационных систем создадут новые стандарты для гигантского рывка к мировым свершениям. Светодиоды и галогены, ксеноны и мегабайты ярко осветят путь технической революции. Ура товарищи! – пафосно воскликнула слизеринка и вскинула сжатый кулачок. Бум, Бум, Бум! Звучало в голове Снегга. Все что говорила Дебора Адамс, было похоже на гул колокола, который монотонно и глухо звонил внутри черепа. Хотелось спать. Адамс продолжала расхаживать и говорить, и в ее руках вдруг появился барабан. И она начала сильно и непрерывно в него колотить, посматривая на своего декана со злорадной улыбкой брошенной жены, которой разрешили огласить смертный приговор бывшему мужу. - Также радует, что консерваторы, хотя и выражают недоверие к взлету и развитию инноваций, но, тем не менее, не ставят флеш-карты в крутящиеся моменты транснациональных корпораций. Потому что им хватает благоразумности не вставать на пути прогресса и всеобщего блага. И пока лазерные шоу лишь недостижимая мечта, долби-системы и триДэ продолжают удерживать свои позиции на рынке гироскутеров. Бум, Бум, Бум! Ненавистный голос продолжал бить по ушам. В глазах зельевара Дебора превратилась в огромную серую ворону и усевшись ему на голову, принялась долбить его клювом по лбу. Бум, Бум, Бум! - Микрочипы сменят полупроводники и лампы. Компакт-диски займут свою нишу на рынке товаров, но их век будет не слишком долгим. Потому что хакеры и прочие криминальные личности могут повлиять на безопасность Сникерса, – продолжала бубнить Адамс. Бум, Бум, Бум! Снегг затуманенным взглядом осмотрел стол. Дамблдор хранил неподвижность, и нельзя было понять, бодрствует он или нет. В его очках полыхали языки пламени, горящего в камине. Макгонагал наглым образом спала, свесив голову набок. Декан змей почувствовал, что его тянет в бездну и провалился в спасительную тьму. Ба-а-аххх! С трудом подняв звенящую голову, в которой в хаотичном порядке летали огни, светлячки и звезды, Снегг ошарашенным взглядом уставился на окружающих его людей. - Профессор! – прошептала Дебора. - Северус! – произнес Дамблдор. - Снег! – воскликнула Макгонагал. – Вы ударились об стол. - Что вам шестерым от меня надо? – уныло спросил зельевар. Через пять минут. Директор стоял у окна, мечтательно постукивая пальцами по рамке оконного переплета, Макгонагал прятала свою зевоту за платком, Снегг отчаянно растирал лицо руками. Деканы надеялись, что кошмар уже закончился и сейчас им можно будет уйти. - Нам было очень приятно выслушать вас о будущих технологиях человеческого общества, - закивал Дамблдор, поворачиваясь к Деборе. - Правда некоторые слова и термины, показались нам не слишком понятными. Девочка задумчиво подергала хвост. - Я, наверное, слишком кратко все рассказала? – предположила девочка. – Будет лучше, если я объясню поподробнее. - Мы с радостью выслушаем вас мисс Адамс! - отозвался директор. Дамблдор проворно нырнул за стол и подперев подбородок рукой пытливо посмотрел на Дебору, как будто ничего так не желал, как послушать лекцию о технологических свершениях. В отличие от него Маккошка и Снегг оказались не такими крепкими и стойкими. Декан львов обреченно закатила глаза, а зельевар кинул на слизеринку злобный взгляд. - О Мерлин! - воскликнул директор, достав из широкого рукава мантии странного вида часы. - Уже поздно, а завтра нам предстоит провожать учеников по домам. Сожалею, мисс Адамс, но мы надеемся, что в другой раз вы снова порадуете нас своей речью. Судя по лицам деканов, другого раза пережить снова такую лекцию, им категорически не хотелось. Потому что и первого раза хватило. Снегг так торопился уйти, что не стал дожидаться, пока пламя в камине разгорится до нужной кондиции, а сразу шагнул в огонь. В результате он обжег ноги, опалил мантию, взвыл и только потом зеленый огонь перенес его в собственный кабинет. Макгонагал при первых словах прощания стала уходить из директорского кабинета с такой напряженной спиной, словно боялась, что Дамблдор передумает и прикажет ей остаться. - Замечательная речь мисс Адамс! – похвалил директор. - Благодарю! – склонилась в поклоне слизеринка. – Жаль, что слушали только вы, а мой декан вообще уснул. - Ну что вы мисс Адамс, - протянул Дамблдор, насмешливо сверкнув очками. – Просто профессор Снегг натура очень тонкая и на интересных лекциях всегда закрывает глаза, чтобы лучше слышать. - И он всегда при этом храпит? – поинтересовалась девочка, невинно распахнув свои серые глазки. За слизеринкой закрылась дверь и в кабинете воцарилась тишина. Дамблдор откинулся на спинку кресла и задумчиво поднял взгляд к потолку. - Космические корабли бороздят Дарта Вейдера! – пробормотал он. – Где же я это слышал? Дамблдор подумал, не стоит ли слить воспоминание в склянку, чтобы потом просмотреть его на досуге в Омуте Памяти. Однако при одной мысли о сегодняшней лекции у него разыгралась такая головная боль, что он отказался от этого действия. Непонятных терминов директор сегодня услышал столько, что у него буквально начала пухнуть голова. Тем более Дамблдор не считал Дебору Адамс, особенно выдающейся волшебницей или человеком опасным для его планов. Директор был уверен, что девочка слишком мала и неопытна, чтобы хоть в чем-то ему помешать. За время ее лекции, Дамблдор пытался слегка заглянуть в ее память. Но девочка избегала смотреть ему в глаза, а поверхностная легилименция показала такое мельтешение образов и картинок, что у мага зарябило в глазах. Несмотря на то что Адамс не раз сумела его удивить, Дамблдор считал ее обычной девочкой, пусть даже временами эксцентричной и странной. Директор остался один и неторопливо расхаживал по своему кабинету. Его мысли то и дело возвращались к Деборе Адамс. После того, как Снегг в плачевном состоянии заявился к нему в кабинет, и показал воспоминание о неудачном визите в дом Деборы, директору стало интересно, о чем именно говорила эта сероглазая девочка. Термины, которыми она вогнала в ступор зельевара, самому Дамблдору были совершенно непонятны. Хотя с каждым годом он слышал все больше незнакомых слов от маглорожденных учеников, когда прогуливался по замку или принимал пищу в Большом Зале. Эти школьники говорили такие слова, о которых он и понятия не имел – «триллер», «боевик», «плеер», «стереосистема», «аудио», «магнитола», «кибернетика» и множество других непонятных терминов. Он записывал каждое новое и непонятное им слово, чтобы потом иногда вворачивать их во время общения с другими магами. А потом с внутренней усмешкой наблюдать, как волшебники морщат лбы, пытаясь понять оскорбили их или сделали им комплимент. Великий волшебник понимал, что мир вокруг магического сообщества меняется и меняется стремительно и неумолимо. Иногда он расспрашивал маглорожденных учеников о значении того или иного услышанного слова, но довольно быстро приходил к выводу - для лучшего знания и понимания этих терминов надо родится и вырасти в магловском мире. Иногда Дамблдора брала досада от того, что он буквально всеми чувствами ощущал, как мимо него неумолимо и независимо протекает время. А ему остается все меньше времени. Услышав непонятные слова и термины из уст маглорожденной слизеринки, что тогда и что сейчас, Дамблдор почти не удивился. Мир маглов прогрессировал со страшной силой по сравнению с магической Британией. Что говорить, если одни только унитазы и раковины в Хогвартсе поставили лишь в первой половине 20-го столетия. А многие волшебники возрастом за пятьдесят, до сих пор с подозрением относятся к водопроводу. Потому что не понимают, как вода может течь из стены. А к радиосвязи маги привыкли всего десять лет назад. Так как они до сих пор не могут внятно объяснить самим себе принцип работы радиоволн. У маглов есть ручки, которые не надо макать в чернильницу, в то время как волшебники до сих пользуются гусиными перьями. Да что там ручки и водопровод, в домах многих чистокровных магов до сих пор используют ночные горшки. Потому что понятия не имеют о канализации. В самом Хогвартсе под канализацию отвели старые подземные ходы, из-за чего прошлому директору Армандо Диппету пришлось немало ругаться с представителями старинных фамилий, которые были возмущены, что тайные ходы из школы отведены под такие приземленные нужды. Так что терминам, озвученным маглорожденной слизеринкой, Дамблдор совершенно не удивился. Маглорожденные волшебники в силу своего происхождения знают намного больше коренных магов и могут жить на два мира одновременно. В то время как обычные маги, попав за пределы привычной обстановки могут растеряться и впасть в панику. Поэтому директор лег спать со спокойной совестью и легким сердцем. Он сегодня услышал много нового, но не узнал ничего подозрительного или опасного. Если бы великий волшебник точно знал или хотя бы догадался, кто именно скрывается в худом тельце одиннадцатилетней девочки, жизнь Деборы была бы яркой, но недолгой.

***

Все лимонные дольки, которые Дебора забрала у директора, девочка отдала однокурсникам. Сразу после того, как она вернулась в гостиную Слизерина, внутри она обнаружила Малфоя с Крэббом и Гойлом, пятикурсника по имени Денверс и пару семикурсников, их имен она не знала. Все слизеринцы, предложенные им леденцы слопали охотно и без особых уговоров. Едва только услышав про сладости, первыми к ним потянулись Крэбб и Гойл. Остальные решили не отставать, и лимонные дольки директора были съедены за пару минут. Хотя сокурсники и кривились от кислых лакомств, сладкое слово «даром» позволило им стерпеть необычный вкус директорских конфет. Вместо того, чтобы тут же благодарить Дебору за конфеты, ругать и привередничать или предлагать свои услуги за угощение, слизеринцы лишь спокойно разошлись по спальням. А семикурсники выскользнули за дверь гостиной. Так что леденцы Дамблдора оказались обычными конфетами без всяких хитрых добавок, вроде зелья дружбы, зелья вражды или зелья подчинения.