Братская любовь

В машине Брок почти сразу задремал, относительно удобно устроившись на заднем сиденье под пледом. Купленные братом лекарства сумели немного притупить боль, хоть их и нельзя было смешивать с алкоголем, но Броку было насрать на какое-то там негативное влияние на печень. Хотя Лео ругался долго и с чувством. Но Брок, пропустив всю тираду мимо ушей, забил в навигатор брата нужные координаты и с чувством выполненного долга устроился на заднем сидении. Лео вел машину, особо ничего не опасаясь. Он, конечно, понимал, что Брок круто вляпался, и что он, Лео, ничем не может ему помочь. Но хотя бы побыть с братом, пока тот очухивается, зализывает раны. Лео казалось, что его поддержка поставит Брока на ноги быстрее, чем глухое одиночество, да еще и на Аляске. Сам Лео туда никогда не стремился, но ради Брока, ради того, чтобы быть рядом с ним, можно поехать и на Аляску, какая разница, где быть несчастным, потому что не можешь открыть самое сокровенное единственному действительно родному человеку, даже если они и не виделись восемь лет. За окном проносился пасторальный пейзаж, и Лео прикидывал, останавливаться им на ночь или дальше ехать. Он поглядывал на спящего Брока и радовался, что тот смог уснуть, что тому, наверное, уже не так больно. Хотелось отвлечься от дороги, сесть рядом, погладить по волосам, тронуть за плечо и взять в руки непострадавшую ладонь. Коснуться губами губ, сорвав мимолетный поцелуй. И все это было бы возможным, если бы Брок был просто парнем, но нет, тот был братом, самым близким человеком на свете и самым далеким, потому что судьба их изрядно раскидала. Глаза Брок открыл, стоило им остановиться. Сел аккуратно, стараясь не тревожить раны, глянул через окно на какой-то занюханный мотель и широко зевнул. Выспался он знатно. Транквилизаторы и обезболивающее сделали свое дело, но к ночи боль должна была вернуться. — Хорошее место, — похвалил Брок, не спеша выбираться из машины. — Назовись чужим именем и сними одноместный номер на пару часов. Поспишь и дальше двинемся. Из Брока водитель сейчас был аховым. Зрение полностью не восстановилось, руки слушались плохо, про внимательность под транквилизаторами и говорить не стоило, а Лео требовался отдых. — Хорошо, командир, — усмехнулся Лео и вылез из машины. У стойки регистрации стояла симпатичная, но слегка дебиловатая девушка, которая легко зарегистрировала Лео под чужим именем, не спросив документов, и выдала ключи от номера с большой кроватью до утра. Пока Лео проворачивал всю эту операцию, он не переставал думать о Броке, о том, что с ними случилось и как они дошли до жизни такой. А ведь могли бы спокойно жить, но нет, обоих понесло что-то доказывать, себе ли, родителям или окружающему миру, Лео не знал. Он просто знал, что восемь лет назад они не смогли договориться, не смогли унять свой гонор, желая доказать, что они оба мужики. А Лео — что и дальше сможет жить без брата, которого у него не было несколько лет. Лео вспоминал, как тяжело привыкал спать один в комнате, как его мучили кошмары, как он звал Брока, но тот был с отцом, и их общение в итоге свелось к паре звонков в неделю. Вернувшись в машину, Лео сел за руль и подогнал ее к домику, от которого получил ключ. — Давай, выбирайся, камер тут нет, а девка-регистраторша туповатая, тебя не увидит, — сказал Лео и пошел открывать дверь. Выбрался из машины Брок с трудом. Тело плохо слушалось, лицо тянуло, левая половина тела, где пламя бушевавшего на развалинах Трискелиона пожара славно облизало его, плохо ощущалась, левая рука и вовсе немела через раз, грозя остаться в таком состоянии навсегда. Но Лео не должен был видеть, как ему плохо, как Брок сдерживает стоны боли и скрипит зубами, лишь бы не вопить от злости. Чёртов Роджерс уронил на него здание. Номер был так себе. Но им большего и не надо. Пара часов сна для Лео — и снова в дорогу. В следующем городке они поменяют машину, купят по дешёвке какую-нибудь развалюху и поедут дальше на ней. — Завтра заглянем в одно место, — вытянувшись на своей стороне постели прямо поверх стандартного для дрянных мотелей серого покрывала, сказал Брок. — Деньгами и оружием разживемся. И не надо мне нотаций про отсутствие права ношения, лицензии и прочего. Умерь в себе копа. — Ты не знаешь, какой я коп, — спокойно ответил Лео, укладываясь рядом с братом на одну кровать, как когда-то в детстве, — так что закрой глаза и спи. А вот как заснуть самому, Лео не представлял вообще. Ему в голову лезли разные мысли о том, что теперь с ними будет: не сбежит ли Брок, когда хоть немного встанет на ноги, не поругаются ли они снова? Но потом Лео почувствовал, что здравые размышления путаются с вымыслом и провалился в сон. Стоило дыханию Лео выровняться, Брок открыл глаза, скосил взгляд на брата. Сложно им придётся, очень сложно. Он уже пожалел, что согласился на помощь, пожалел, что не сбежал. Ладно, если их просто поймают и Лео накажут за помощь преступнику, но ведь Роджерс и "потерять" их может в бескрайних лесах, выведать то, что ему нужно, и придушить по-тихому. Брок-то не обманывался его идеальностью и идеалистичностью. Из-за своего "Баки-Баки" он любого растопчет и не заметит. Поднявшись, Брок покопался в аптечке, вколол себе лишнюю дозу обезболивающего и выскользнул за дверь номера. Нужно было связаться с кем-нибудь из своих, в ком он на все сто уверен, и так связаться, чтобы не засветить свое место пребывания. Благо опыта было предостаточно, и все нужные номера Брок помнил наизусть. Украсть телефон у постояльцев одного из соседних домиков он сумел легко, но абонент упорно отказывался поднимать трубку, подтверждая самые плохие опасения Брока. — Инвестиционный фонд Милз и партнёры. Чем могу помочь? — преувеличено бодро ответил Милз и Брок выдохнул. — Здравствуйте, хочу узнать про… С Милзом они протрепались почти час. Брок узнал, кого схватили, а кому удалось уйти и увести семьи. Порадовался тому, что нет убитых и тяжело раненных, только Таузиг бегал на костылях, подволакивая правую ногу. Узнал про Роджерса и про то, что творится сейчас в Вашингтоне. Известия не особо радовали — его искали, а значит, надо быть аккуратным. Брок знал, что Генри сделает все, чтобы об этом звонке никто и никогда не узнал. В номер Брок вернулся через полтора часа, сполз по стене около двери, да так там до утра и просидел, вслушиваясь в ночную тишину на улице. Лео просыпался тяжело, ему снились очень яркие, но безумно странные сны, которых он не помнил, но точно знал, что именно они не дают ему спокойно спать. Когда Лео открыл глаза и увидел Брока сидящего на полу возле двери, то подскочил, как ошпаренный, оказавшись рядом с братом в доли секунды, потряс его за плечо, желая убедиться, что тот жив. Все что угодно, только бы Брок жил. — Эй? — позвал Лео. — Брок… Он провел пальцами по необгоревшей щеке Брока, наслаждаясь прикосновением, потому что понял почти сразу, что Брок просто спит. Тело отреагировало быстрее разума. Брок не успел даже толком проснуться, как руки сами собой скрутили того, кому не посчастливилось оказаться рядом, уронили на пол, колено само уперлось между лопаток. — Лео? — просипел Брок, когда проморгался и понял, кому заломил руку. — Какого хрена ты подкрадываешься? Хорошо ножа с собой не было. — Блядь, — выругался Лео, поднимаясь с пола. Вот она — братская любовь. Он сел на пол рядом с Броком. — Я так понимаю, завтракать мы будем в машине, а жратву купим в ближайшей бургерной? Брок, я тоже кое-что смыслю в слежке, преследовании и поиске людей. — Местная жратва говно. Тут в забегаловке тараканы с твою ладонь, — хмыкнул Брок, поднялся намного резвее, чем вчера, и, не оглядываясь на брата, бросил через плечо: — Не приближайся ко мне, когда сплю. Лео и понимал, наверное, что это ПТСР, взвинченность из-за слежки, но слова почему-то прозвучали обидно, словно Брок его ненавидел и находился с ним рядом только по стечению обстоятельств и потому, что ему сейчас нужна хоть чья-то помощь. Поднявшись, Лео принялся собирать нехитрые пожитки, которые успел вытащить, но это заняло пять минут. Теперь нужно было провести мероприятия, указанные доктором. Время у них, как надеялся Лео, еще было. — Давай перевяжу тебя, — предложил он Броку. Препятствовать Брок не стал, только к лицу не позволил прикоснуться, справившись сам в грязноватой ванной. Ему с самого себя противно делалось из-за собственной беспомощности, уродства, не хватало ещё брата заставлять на все это лишний раз смотреть. — Поехали, — на ходу бросил Брок, закончив с обработкой лица. — Поехали, — согласился Лео и, заведя машину, пошел отдать ключ. Время было раннее и он просто положил ключ на стойку, потому что никого не было. Сейчас, по сути тоже пускаясь в бега, Лео начал думать, а можно ли было решить все иначе? Ответа не находилось. Но Лео не жалел о своем решении поехать вместе с Броком, он любил брата, и если выдалась возможность побыть с ним вместе, помочь ему, то пусть будет хоть так, а потом и трава не расти. — Ну что, поехали? — усмехнулся Лео, найдя в машине Брока. — Я в навигатор вбил новый адрес, — не открывая глаз, поведал Брок. — Сначала заедем туда, если по дороге увидишь, где можно пожрать, останавливайся и ешь, мне только кофе купи и не буди. Брок не хотел спать, но в относительно горизонтальном положении на заднем сидении было легче. Голова не так сильно кружилась. А есть он и правда нисколько не хотел. Надо было думать, как жить дальше, что делать. Да, у него был домик в дебрях Аляски, были деньги и оружие. Но что ему хорошо — не годилось для Лео. Зачем ему вообще тащиться в эту глушь? Но говорить всего этого Брок не стал. Хотелось хоть немного побыть с братом. Новый адрес оказался не совсем по пути, скорее даже, совсем не по пути, но раз Броку надо, Лео готов был заехать хоть куда, хоть избороздить все штаты вдоль и поперек, лишь бы его брат был рядом. По дороге действительно нашлась забегаловка, в которой Лео быстро перехватил поесть и взял кофе для Брока. Лео волновался за брата, очень волновался, потому что ему нужно было в больницу, и надеялся, что сможет уложить Брока на лечение, когда они доберутся до Аляски. Вот уж где Лео никогда не хотел побывать, так это в холодном заснеженном (ему казалось, даже летом) краю медведей, лосося и белых ночей. — Приехали, — негромко позвал Лео Брока, здраво опасаясь тянуть к нему руки, чтобы разбудить. Раньше Брок таким не был. Лео вспоминал заботливого человека с искорками в светло-карих глазах и улыбкой на губах, которые так хотелось смять поцелуем. От того Брока сейчас осталась только тень, но Лео пообещал себе сделать все, чтобы вернуть себе брата. Брок встрепенулся, аккуратно сел, выглядывая на улицу. Всё как он запомнил: глухой, почти непролазный лес, полуразвалившаяся сторожка, запах густой еловой хвои и чего-то особенного, присущего только этому месту. Губы сами собой растянулись в тёплой улыбке. Хорошее было время, хоть он тогда уже работал на Гидру, но именно в тот год он сумел немного отогреть Зимнего, сделать из него хоть что-то похожее на человека. Они здесь были вдвоём, правда, на десяток километров севернее, но, возвращаясь, нашли это место, заночевали, и Зимний помог организовать схрон, к которому Брок возвращался ещё несколько раз. — Ты мне расскажешь, где мы и зачем? — спросил Лео. Ему очень хотелось понять нового Брока, но еще больше хотелось узнать в нем старого Брока, своего брата. И вот эта улыбка, обращенная не ему… Сердце сжалось от боли, от понимания, что даже находясь в одной машине, они были все дальше друг от друга. Ответил Брок не сразу. Он ещё блуждал мимо этих деревьев с Зимним, рассказывая ему о себе, о своём брате. Здесь ему впервые за несколько лет было хорошо. — Схрон с оружием и деньгами, — сухо ответил Брок, сбросив с себя теплое оцепенение. — И мне нужна твоя помощь, сам я не раскопаю. Барнс хорошо его зарыл, даже забавно, что у вас оказалась одинаковая фамилия. А люди совсем разные, только сейчас об этом задумался. Странно было Зимнего называть как-то иначе, но Принцесса заслужил собственное имя, с фамилией, правда, косяк вышел, и полноценную жизнь. Брок сам себе пообещал, что потом, когда выдастся возможность, выяснить, не родственник ли отчим Баки Барнсу. Неожиданно было бы. Но это всё потом, сейчас не до этого было. — И ты думаешь, у меня случайно завалялась лопата? — изумился Лео, хотя, как ни странно, лопата у него в багажнике была, армейская. Брок когда-то давно посоветовал возить с собой, мало ли что, а Лео не пренебрегал советами брата. — Есть, — спокойно ответил Брок и медленно побрел в сторону леса. Неприметная елка, пень, холмик, поросший темно-зелёным мягким мхом. Пять шагов на север, пятнадцать строго на северо-запад и ещё восемь на север. — Здесь копай. — Брок топнул ногой, указывая на место. А вот теперь Лео готов был обидеться, потому что не привык к тому, что Брок им просто так командовал, ни спасибо тебе, ни пожалуйста, а Лео было бы приятно. Но он проглотил обиду, прощая Броку все, потому что любил, очень любил брата. Не сказав ни слова, Лео принялся копать, где сказали, прекрасно понимая, что помощи не будет, ведь Брок еле на ногах стоял. Возникала мысль, а как бы он без него справился, но Брок всегда справлялся, справился бы и в этот раз. Копал Лео долго. От такой непривычной нагрузки, далекой от спортзала, устала спина и разболелись руки, хорошо, что у него были перчатки, а то и ладони бы себе все стесал. Когда лопатка ударилась о что-то твердое, Брок спрыгнул в яму, забрал лопатку у брата, здоровой рукой перехватил её удобнее и споро счистил землю с большого армейского кейса. Вот оно — наследство или приданое, назвать можно было как угодно. Доставать из земли ящик не имело никакого практического смысла, слишком тяжёлым он был. Брок не был уверен, что и Барнс тут бы справился. Щёлкнул биометрический замок. Брок откинул тяжёлую крышку. Здесь было все: от нескольких стопок документов и туго перетянутых пачек с деньгами до разнокалиберного оружия, патронов к нему и взрывчатки. С таким набором можно было спокойно вооружить небольшую армию. — Дом у меня куплен давно, — как бы между делом принялся рассказывать Брок, перекладывая оружие, выбирая то, что им в аляскинской глуши может пригодиться. — Он небольшой, на две спальни. Места хватит. Брок не стал рассказывать о том, кому предназначалась одна из спален, незачем брату было этого знать. — Ты предлагаешь все отсюда вытащить? — несколько удивился Лео, понимая, что один он все это будет перетаскивать до ночи и еще немного. — Может, что-то оставим? Столько оружия Лео видел в последний раз в арсенале СВАТа. — Нам все и не надо, — Брок глянул на брата словно в детство вернулся, в те моменты, когда в чем-то оказывался лучше его, умнее, быстрее, доказывая то, что он все же старший. — Пару следилок, деньги, парочку гранат возьмём, ружья охотничьи и патроны, документы. Брок любовно коснулся зауэра, оставленного здесь в прошлый раз, и тут же сунул его за пояс джинсов. — Отложи, — сказал Лео, — я все достану и отнесу. Он видел, что Броку плохо, видел, что тот еле держится на ногах, но все еще остается его старшим братом. Любимым братом, ради которого Лео готов пойти и пошел на все. Отобрав все нужное, Брок нашёл блокнот и карандаш среди вещей, немного подумал и написал: "Принцесса, у тебя появился шанс стать настоящим мальчиком. Не проеби ни его, ни своего Роджерса. И просто будь. А меня помнить не надо, не стою того. Командир". Положил записку поверх оставшихся вещей и захлопнул крышку ящика. Замок тихо щёлкнул. — Надо зарыть как было, — выдохнул Брок, с трудом выбрался из ямы и сел прямо на мох, рядом со сваленным на куртку оружием и деньгами. — Я помогу, дай дух перевести. Желудок снова скрутило узлом. Желчь подпрыгнула к горлу, обжигая гортань и ухнула обратно в желудок, заставив Брока поморщиться. — Я сам закопаю, — Лео поднялся и принялся кидать землю в яму. Он кидал и кидал, ни о чем не думая, потому что все думы были очень горькими, но сейчас, после стольких лет разлуки, Лео понимал, что никто, кроме брата, ему был не нужен. Пусть даже и вместе они будут вот так... Брок наблюдал за Лео, любовался им, прекрасно понимая, что не имеет права так смотреть, так думать о брате, хотеть его. Мало того, что гей, досталось же ему от отца в своё время за неожиданный каминг-аут, так ещё и брата родного возжелал, извращенец, близнеца. Он слышал, что в психологии был даже какой-то термин именно к таким сдвигам, но что Броку до терминологии? Он с самого детства был влюблен в Лео и ненавидел сам себя за эту любовь, за въевшуюся в подкорку привычку отталкивать самого дорогого человека на свете, лишь бы тот ничего не увидел, не понял. А теперь им предстояло жить на одной территории. Значит, придётся искать любовника, и чем скорее, тем лучше. До машины Брок все же добрался сам. Наскоро оттер руки от грязи влажными салфетками и тут вспомнил про кофе. Он видел купленный братом стаканчик, но когда вынырнул из забытья, было не до чего, а сейчас было даже хорошо, что кофе остыл. — Готово, — Лео тяжело оперся о капот машины, держа лопатку в руке. — Теперь куда мы едем? Лео устал, но ради Брока он готов был очень на многое, только бы брату было легче. Это, конечно, не значило, что он собирался быть у Брока комнатной собачкой, но не помочь ему Лео просто не мог. Еще Лео хотел сблизиться с ним, но как — не представлял. Но и отпустить от себя не мог, не теперь. Скосив взгляд на брата, Брок хмыкнул. — Отдохни, герой. Не гробь себя ни за что. Брок выбрался из машины. Лео и правда надо было перевести дух. Брок прекрасно знал, что тот давно забросил спортзал, сначала из-за разлада с женой, а потом… из-за чего дальше Лео себя мучил, мама не рассказывала, а никакая слежка не помогала влезть в голову брата и понять, что же с ним такое произошло. Может, так сильно любил свою Люси? Сердце заныло. Брок потёр грудь и побрел обратно в лес, на ходу отхлебывая из стакана остывший кофе. Было у него тут ещё одно памятное место — огромная ель с вырезанной Зимним на её стволе звездой и именем командира под ней. Пока Брок куда-то убрел, похоже, за воспоминаниями, слишком хорошо Лео знал этот взгляд, сам он оттерся от грязи, вымыл руки водой из бутылки и из нее же напился. Сел на пассажирское сиденье и прикрыл глаза, дожидаясь, когда вернется Брок. Что у того было и с кем, Лео не знал, да и не важно это было, потому что, как ни крути, а ревновать брата ко всему живому было неправильно и деструктивно. Брок сидел под елью, тихо-тихо разговаривая с Барнсом, словно он снова рядом, доверчиво жмётся к плечу, смотрит своими невероятными глазами и молча слушает. Между ними никогда ничего не было, никогда и ничего, кроме вот этого безграничного, почти детского доверия, да и сам Брок на все сто доверял всего четверке людей: брату, Роллинзу, Милзу да и вот Зимнему. — Раскидало нас, принцесса, размотало. Ты не пойми где, я тут, но тоже непонятно, как теперь жить дальше. Ведь прорвёмся? Надо было с тебя стребовать обещание выжить, ты никогда мне не врал. Время шло, и Лео успел закемарить, разморенный после тяжелой работы. Ему даже успел присниться сон, как они с Броком шли по какому-то лесу и тащили тушу оленя, а вокруг на них наступала тьма, и только впереди маячил неверный свет. На этом Лео и проснулся, чувствуя, что слишком долго не появляется Брок, слишком долго сам Лео сидит один. Он поднялся и решил посмотреть, где носит братца. — Брок! — позвал Лео. — Здесь я, — отозвался Брок, показался из-за дерева и направился к машине. — Поехали. Надо до ночи найти мотель. — Надо, — согласился Лео. — Возвращаемся на прежний маршрут?