Братская любовь

До домика Брок не доехал метров сто. Он остановил машину и вышел из неё, вглядываясь в виляющую впереди грунтовку. Что-то было очень не так. Лео шестым чувством, братским чутьем или еще невесть как понял, что пора перестать трещать, и замолк, становясь серьезным. Брока что-то волновало, он это понимал очень отчетливо, но что, боялся спросить. Хорошо, что Брок не схватился за оружие, это давало надежду, что все еще может быть хорошо. — Оставайся в машине, — велел Брок брату, а сам скользнул в сторону, растворяясь среди деревьев. Он не просто так купил дом и натаскал туда припасов, но и оборудовал секретное жилище по последнему слову охранной техники, и потому был неприятно удивлён, когда не получил сообщение на захваченный из тайника наладонник в момент пересечения невидимого защитного контура. А это означало одно — кто-то его снял и этот кто-то был очень хорош. Рука сама собой потянулась в спрятанному за поясом джинсов зауэру, но была перехвачена чужой ладонью. — Командир, — на ухо выдохнул знакомый голос. Сидеть в машине Лео не собирался, хотя и понимал, что его навыки совершенно иные, чем у Брока, Лео привык больше работать с информацией, а как еще быть копу? Лео аккуратно вылез из машины и забрался в кузов, довольно быстро достав пистолет из одного из рюкзаков и залег там, как в засаде. Он был уверен, что Брок позвал бы его, буде ему понадобится помощь. Но помощь не потребовалась. Через минуту Брок вернулся к машине злой, косо глянул на брата. — Лезь обратно. Дома нас уже ждут. — Кто? — удивился Лео, забираясь обратно на пассажирское сиденье. — Брок, просвети меня хоть немного. — Барнс, — со вздохом ответил Брок. Больше он не произнес ни слова. Остановившись около дома под уже натянутым навесом для машин, Брок вышел и принялся деловито разбирать багажник. Вытащил оба рюкзака, четыре сумки с разнообразной снедью, купленной в магазине, не обращая никакого внимания на застывшего в нескольких шагах немного растерянно глядящего на него мужика. Лео выбрался из машины, не переставая глазеть на мужика с металлической рукой. Тот был просто одет, волосы были небрежно забранны в хвост и вообще, если не быть человеком, хоть немного относящимся к оружию и насилию, его можно было бы принять за простого обывателя, но Лео чувствовал силу и опасность этого мужика за версту. — Привет, я Лео, — представился Лео, протягивая руку для рукопожатия. — Брат-близнец Брока. Барнс бросил просительный взгляд на Брока и только после рычащего "Можно" пожал протянутую ладонь. — Барнс, — представился он Лео, продолжая смотреть мимо него, словно и не видел вовсе. — Принцесса, не залупайся и поздоровайся нормально, никуда я уже не денусь, — со вздохом велел Брок. Плечи Барнса тут же расслабились, он перестал походить на туго взведенную пружину и наконец взглянул на Лео. — Баки Барнс, — снова представился он. — Ты похож на командира. Очень. — Только внешне, — приподнятые уголки губ Лео обозначали улыбку, а сам он пребывал в странном состоянии. Он жопой чуял, что это не любовник Брока, уж слишком тот был странным, но между ними было что-то настолько близкое, что Лео захотелось взвыть от горя и одиночества. — Мы с ним давно не виделись. — И мы, — обронил Барнс, проводив Брока взглядом. Вот уж Принцессу Брок совершенно не ожидал здесь увидеть. Ведь Роджерс носом землю роет, чтобы найти свою любовь на все времена, а Барнс как ни в чем не бывало тусуется себе в лесу на Аляске, жрёт броковы консервы и, скорее всего, спит в его же спальне. Тут же вспомнилась детская сказка про медведей. — Кто спал на моей кровати? — пробурчал Брок и нервно усмехнулся. Лео еще не очень понял, кто Баки для Брока, но понадеялся, что тот так же любит Брока, как и сам Лео, ну, может, не так же, очень хотелось бы, чтобы не так же, но дело было не в этом. — Нужно запихать Брока вымыться и обработать его ожоги, — сказал Лео, понимая, что у него это вряд ли получится, это он всегда был ведомым, шел за Броком, как привязанный. Барнс снова глянул на Лео и, подхватив разом все остальные вещи, направился в дом, где гремел посудой на кухне Брок. — Где чайник, заварник и турка? — спросил он у появившегося на пороге Барнса. — Ты чем тут питался? Белковыми концентратами и водой из-под крана? И дождавшись кивка, воздел глаза к потолку и подумал, что, возможно, очень хорошо то, что Барнс пришёл именно к нему, а то Роджерс по большой любви мог что-то испортить в Принцессе. — Мыться, — односложно бросил Барнс и, когда Брок не отреагировал, подхватил его на плечо, задницей кверху и понёс в ванную. Лео не особо понимал, что не так с его однофамильцем, но увидев, как тот запросто несет Брока мыться по его просьбе, у Лео даже отлегло. Может быть, они подружатся. А может, это был любовник Брока, и ничего Лео не светило. Тогда он мог спокойно уехать через полтора месяца и оставить брата в заботливых руках. Главное, чтобы Броку было хорошо. Выпроводить Барнса из ванной не вышло, а потому Броку пришлось мыться под внимательным взором надсмотрщика, показывать все свои раны, ожоги, терпеливо сносить аккуратные, почти трепетные прикосновения и суперсолдатскую заботу, так как не помогать с обработкой ранений уговорить не получилось. — Так, я спать, а вы тут познакомьтесь что ли, пообщайтесь. — Брок широко зевнул. — Принцесса, узнаю, что обижал мелкого — выпорю. Барнс ему в ответ кивнул. — Я младше всего на две минуты, — вздохнул Лео, не особо желая оставаться с этим угрюмым мужиком наедине без всяких объяснений. — Но тебе, я думаю, все равно. — Ты важен командиру, — не глядя на Лео, ответил ему Барнс, внимательно разглядывая и перебирая все то, что Брок накупил в магазине, раскладывая по полкам холодильника. — Ванная прямо по коридору, слева спальня командира, справа твоя. Хотелось спросить, с какого хуя это Баки так решил, но Лео не стал. Вообще ничего не стал спрашивать, а прошел, куда указали, кинул вещи, даже не попытавшись их разобрать, разделся и рухнул на кровать, закрыв глаза, и бессильно застонал от отчаяния. В каких бы отношениях эти двое не состояли, Лео был уверен, что он лишний на этом празднике жизни. Брок восстал, почти в прямом смысле слова, часа через четыре. Он открыл глаза, чувствуя себя совершенно отдохнувшим, и не сразу понял, где находится, не узнал в вечернем сумраке незнакомый бревенчатый потолок. Только откуда-то очень заманчиво тянуло кофе. — Доброе утро, командир, — расплылся в осторожной улыбке Барнс. — Утро? — Брок глянул на наручные часы и вообще ничего не понял. — И где Лео? — Когда встал — тогда и утро, — пояснил свою позицию Барнс, заметно расслабившись.— А брат спит. Лео проснулся от разговора на кухне, полежал немного, привыкая непонятно к чему, и сел в кровати. Было хорошо, даже без почти. Ничто сейчас не омрачало сидение Лео на кровати, кроме желания принять душ, чем он и занялся, вытащив из рюкзака комплект чистой одежды, которой осталось катастрофически мало, а где взять другую, вообще не ясно. — Утро, — Лео зевнул, входя на кухню. — У вас кормят? — Даже кофе наливают, — Брок отсалютовал ему кружкой с дебильным Багсом Банни на боку. — У Принцессы талант выискался новый, не только зубочисткой белке в глаз попадать. — Принцесса? — удивлся Лео, странное у такого здорового угрюмого мужика было прозвище. А еще эта странная рука… Лео было рядом с Баки не по себе. — Спящая красавица, — расплылся в улыбке Брок, насмешливо разглядывая широкую спину Барнса. — Это долгая история, братишка, и не очень приятная. Возможно, Принцесса сам как-нибудь обо всём расскажет. Да, сладкий? Барнс особо никак не отреагировал, сел напротив и принялся уплетать купленные Броком с утра конфеты. Лео растерялся, он не знал, как себя вести, видя, что эти двое явно пара и, похоже, очень давно. Нда, а что, собственно Лео хотел? Теперь оставалось или мириться, или валить отсюда при первой же возможности, тем более что сиделка у Брока теперь есть. Функцию и братский долг Лео выплатил с лихвой, можно было оставить этих двоих наедине. Ужинали молча, только Брок настойчиво пытался заглянуть в глаза своему бывшему подопечному, но Барнс свои позиции сдавать отказывался наотрез и объясняться с командиром, по всей видимости, не желал. — Ладно, спрошу в лоб, — вздохнул Брок, потёр ладонью обезображенную щеку, размазывая мазь по половине лица. — Ты какого хрена здесь забыл? Барнс поник плечами и снова промолчал. — Пойду-ка я еще посплю, — пробормотал Лео, не собираясь вступать в разборки между этими двумя. И так придется быть невольным слушателем, но хоть не видеть всего этого безобразия. Почему-то в его голове разборки этих двоих заканчивались бурным трахом прямо на кухне. Но это, похоже, были просто влажные мечты самого Лео. Брок взглянул на брата. — Ты как себя чувствуешь? — поднялся, перегнулся через стол, коснулся лба Лео ладонью, проверяя возможную температуру. Такой простой жест, почти мимолетное прикосновение, а Лео уже поплыл, заалел щеками от стыда, что хочет Брока, что не может без него, теперь уже точно. Теперь они или будут вместе, хотя бы просто рядом, или расстанутся навсегда. — Нормально все со мной, — отмахнулся он, но руку не откинул. — Не волнуйся. Сам лучше приходи в себя. Баки, ты знаешь, как на него управу найти, чтобы не вредил себе еще больше? — Управу ему надо, — буркнул Брок, погладил брата по голове. — Иди уже, отдыхай, пока я тут Принцессу пороть буду. — А как же подоткнуть одеялко? — рассмеялся Лео, беря Брока за руку и прижимаясь к ладони небритой щекой. Так, мимолетно, просто, чтобы почувствовать живое тепло. — Ладно, иду-иду. — Я и в лобик поцеловать могу! — вслед ему крикнул Брок и вновь развернулся к Барнсу. Выйти что ли на улицу? Стены домика не предназначены были для громких скандалов и выяснений отношений, но там, во дворе, мелко сеял дождь, отбивая всякое желание уходить со светлой и теплой кухни. — Так может ты мне, дураку, объяснишь, наконец, зачем припёрся, — Брок заговорил с Зимним тихо, стараясь не срываться на рык. — Роджерс тебя с собаками по всем канавам ищет, перетряхнул, скорее всего, подполье от и до, от Гидры в живых только мы с тобой уже и остались. А ты тут жопу отсиживаешь. Будто я не знаю про вашу любовь на все времена. Ответа не последовало. Барнс развернул новую конфету и отправил её в рот. — Да ёб твою мать! — вызверился Брок. — Мне что, реально тебя пороть? Лео лежал и слушал разговор, который был не для его ушей, но услышал он не то, что обычно говорят друг другу любовники после долгой разлуки. И от этого разговора не для его ушей потеплело на душе, значит нет у Брока никого, и Баки Барнс — это не любовник. А на то, что его брат работал на Гидру вместе с этим чуваком, Лео было все равно. На кого бы Брок ни работал, он все равно оставался для Лео самым любимым и родным человеком не свете. Тем временем Брок продолжал наседать на Барнса. — Ты же понимаешь, что он всё равно на тебя выйдет? — Понимаю, — кивнул тот и отодвинул ополовиненный пакет с конфетами в сторону. — Не люблю такие, в зубах вязнут. — Я для Лео взял, — вздохнул Брок, вцепился руками себе в волосы, откровенно переставая понимать происходящее вокруг него. — Так почему, Принцесса? — Потому что, — ответил Барнс и стёк на пол, прижался щекой к колену Брока, дождался, пока тяжёлая ладонь накроет макушку и снова заговорил. — Я помню его, командир. Помню, как любил, помню, как мы целовались за палатками, но я уже не тот я из воспоминаний. Мне… мне сложно, понимаешь? И больно… рука болит, спина, сердце. От этой отповеди проще не стало. Брок молча гладил Барнса по голове, пропускал длинные пряди сквозь пальцы и думал-думал-думал. Будь он тут один, вопросов бы не было. Всего лишь следовало дождаться Роджерса и попытаться не сдохнуть до тех пор, пока звёзднополосатый во всём не разберётся, но вот Лео… его подставлять хотелось меньше всего. — Ладно, живи, Принцесса. Выгребемся и из этого дерьма, обязательно выгребемся. У Лео в голове начинала складываться картинка, которая до этого особо не складывалась. Но он был умным мужиком, недаром был на хорошем счету у начальства за раскрытие преступлений. И сейчас он понял то, что Капитан Америка так или иначе это место найдет и придет сюда. Лео всегда считал Капитана просто болванчиком, который вроде бы кого-то там спасает, только обычно ущерба было больше, чем спасенных. Но спасать людей для Лео было делом правильным, поэтому и к Капитану особых нареканий у него не было. А тут оказывается, что воюя с Гидрой, этот самый Капитан придет по душу его брата. Значит, нужно было искать оправдания Брока уже сейчас, не дожидаясь, пока Капитан нагрянет. Тем более, Брок Лео рассказал очень многое, когда только оказался у него дома. И если Капитан не болванчик, а думающий человек, с ним можно будет договориться. Брок переместился в крошечную гостиную на диван, открыл бутылку бренди, исподволь наблюдая за тем, как Барнс наводит свой собственный порядок на его кухне, как деловито моет кружки, словно прожил здесь не пару дней, а как минимум несколько лет, как ставит их на свои места, протирает какой-то тряпочкой стол. — А ты, я смотрю, хорошая хозяйка. Может ещё и готовить умеешь? — Нет, — немного помолчав, ответил Барнс. — Стив готовил. А можно я с тобой спать буду? — Можно, Принцесса. Лео не заметил, как уснул и проспал до рассвета. Он не очень помнил, о чем там еще говорили Брок и Баки, или все-таки Принцесса, но там было что-то про спать. Захотелось заглянуть в комнату Брока, но дверь была закрыта, и Лео не стал дрочить судьбу, а пошел на кухню сделать себе кофе, надеясь, что никого не разбудит. Ему нужно было немного побыть одному, постараться утрясти все узнанное в своей голове, уложить информацию по иллюзорным полочкам и решить, нужно ли ему все же тут оставаться, или Брок справится сам. Душу и сердце терзало от боли желания быть рядом, а мозг, хоть и воспаленный любовью к брату, говорил о том, что надо ехать домой. Забирать свою машину, прикручивать к ней родные номера, которые оставил на всякий случай, и возвращаться в Вашингтон, навсегда оставив брата в прошлой жизни, как бы он его ни любил. Ничего, восемь лет минуло, и еще три по восемь минет, они не вспомнят друг о друге. Первым из спальни Брока показался полностью обнажённый Барнс, он дошёл до кухни, напился прямо из-под крана и повернулся к Лео, внимательно его разглядывая. — Доброе утро, Лео. — Доброе утро, Баки, — Лео еще не определился, как относится к этому очень странному человеку с металлической рукой. — Какие планы на сегодня? — Обработка ран командира, марш-бросок по лесу, дрова, — буднично принялся перечислять Барнс задачи на этот день, половина из которых так или иначе касалась Брока. — Хули вы такие ранние и громкие? — буркнул Брок, вышедший на голоса. На его щеке отпечатался угол подушки, и он сам выглядел крайне помятым, зато выспался на славу. Вот что хорошие твёрдые матрасы с людьми делают. — Хотел бы спать — спал, — усмехнулся Лео. — Доброе утро, братишка. Как ты себя чувствуешь? — Словно меня прожевали и выплюнули, — пробухтел Брок, устраиваясь за столом, положил голову на руки и закрыл глаза. Ему нравилось просыпаться, выходить на кухню и видеть брата в компании Принцессы, ещё бы кто ему кофе сварил, тогда мир вообще заиграл бы другими красками. Перед носом тут же опустилась кружка. Заглянув в неё, Брок скривился. — Сначала стакан воды и таблетки. Кофе позже, — непререкаемо заявил Барнс. — О, хоть кого-то он слушается, — рассмеялся Лео. — Пей давай свои таблетки! Лео нравилось находиться рядом с братом, просто быть рядом и не мечтать о большем. Нет, он не сможет уехать, чтобы снова остаться одному, и пусть это будет эгоистичный поступок, Лео было плевать, он хотел быть с братом, и он будет. — Вы ещё, блядь, отсосите друг другу, — беззлобно выругался Брок и проглотил горсть колёс, запивая их на удивление вкусной водой. Спелись! Именно это слово пронеслось в голове Брока. Кто же знал, что Барнс вместе с Лео объединятся в общем стремлении облагодетельствовать его одного. Лучше чем-нибудь бы полезным занялись, чем третировать его с утра пораньше. Барнс только расплылся в кривоватой, но искренней улыбке, словно выпитые Броком таблетки были целым достижением. — Теперь кофе! — велел Брок. А в ответ получил: — Только через полчаса. — И не просто кофе, а пожрать нормально, — поддакнул Баки Лео. — А то желудок посадишь, а тебе есть еще обо что убиться. Повинуясь порыву, Лео поднялся подошел к сидящему Броку сзади и погладил по волосам, а потом аккуратно обнял, горячо выдохнув в темя. — Я за тебя, идиота, волнуюсь, так что будешь жить по режиму, а не как обычно ты делаешь, — и отошел чуть поспешно, словно Брок мог сзади заметить, как вспыхнули щеки легким румянцем, заметным даже под недельной щетиной. Барнс проводил его внимательным взглядом, но промолчал. — Может, мне ещё пить и трахаться бросить? — проворчал Брок, когда его спине снова стало прохладно, он даже пожалел, что Лео стал с возрастом не очень тактильным, хотя в детстве все время лез с объятиями. — Секс полезен для здоровья! — заключил Барнс и продефилировал, виляя задницей, обратно в спальню Брока. — Я правильно понимаю, что вы не любовники? — спросил Лео, чтобы не ходить вокруг да около и не мучиться догадками. Сев обратно за стол, Лео взял в руки ладонь Брока и принялся ее гладить осторожно и нежно. Плевать на все, он хотел касаться брата, и пусть тут лучше в морду ему даст, но Лео не мог себе отказать. Чем ближе они с Броком были, тем больше хотелось касаться, тем больше хотелось быть близко-близко. — Нет, малой, — Брок снова распластался по столешнице, не отнимая при этом руки из ладони брата. — То есть, ты знаешь, что я гей? Это обнадёживает. — Он закрыл глаза, чувствуя, как от пальцев и ладони медленно вверх по руке поднимается приятное тепло. — У нас с Принцессой чисто рабочие отношения. — Значит, мы с тобой похожи еще больше, чем я думал, — вздохнул Лео, продолжая наглаживать ладонь брата, радуясь, что тот не отнимал руки, позволяя. Он давно предполагал, что Брок по мужиками, потому что ни одной девицы с ним не видел, помнил, что девчонки брата совершенно не интересовали, вот и сделал правильные выводы. Вернее, теперь убедился, что выводы были правильными. — Близнецы часто выбирают похожих партнёров, — зевнув, протянул Брок и открыл один глаз. — Только не надо мне рассказывать о том, на кого ты дрочишь, не хочу этого знать. — И не собирался, — вздохнул Лео, продолжая наглаживать ладонь Брока, от этой простой близости было так приятно, так тепло, что выпустить руку брата Лео был просто не в состоянии. Фыркнув, Брок-таки отнял ладонь, поднялся и занялся кофе. Надо было, наверное, приготовить завтрак для себя и этих двоих оболтусов, было сходить в душ, обмазаться вонючими мазями и думать, как налаживать свою жизнь, обрастать вещами. Неизвестно же, сколько ещё они просидят на этих задворках мира. — Оладьи или омлет? — спросил Брок, заглянув в холодильник. — Омлет, — тут же выбрал Лео, он помнил оладьи Брока и был уверен, что с тех пор лучше они не стали. — Спасибо, Брок. — А мне омлет с оладьями! — крикнул из спальни Барнс, как бы намекая, что помощи от него можно не ждать. Завтракали всё же втроём. Барнс, тихо урча от удовольствия, поглощал оладьи, запивая их сладким-сладким чаем, а Брок почему-то взгляда от него отвести не мог. Вообще складывалось ощущение, что он за ребёнком своим наблюдает. — У нас есть какие-то планы? — спросил Лео, все же решившись попробовать оладьи, которые оказались вкуснее, чем он помнил, значит, за восемь лет Брок чему-то да научился в готовке. — Или мы тут тюленим и ни хрена не делаем? Брок с Барнсом переглянулись и синхронно пожали плечами. Как-то дальше Брок не думал. Ну сбегут и спрячутся, а что потом? — Не хочу сейчас ни о чем думать, малой. Хочу в душ и покурить! На вас посуда. — Как всегда, — хмыкнул Лео, хотя он знал, что не умей брат продумывать наперед на три-четыре, а то и больше ходов, давно бы загнулся где-нибудь. А он до сих пор был жив и условно здоров, значит, план у него был всегда. — Ладно, придумаем что-нибудь вместе, чтобы тут со скуки не сдохнуть. Иди уже, кури. Первым делом Брок оккупировал ванну, наполнил её тёплой водой, с его ранами казавшейся обжигающе горячей, и забравшись, окунулся с головой. Стоило за Броком закрыться двери, Барнс вновь сел напротив Лео, внимательно его разглядывая. — Как ты нашёл командира? Два месяца и тишина, а ты нашёл, — спросил он. — Я коп, — Лео взял последнюю оладушку и макнул ее в кленовый сироп, — в наш, да и не только, отдел поступала куча заявок. Искали друзей, коллег, родственников. Были все описания неопознанных в больнице тел и людей, вот ко мне и пришел коллега, говорит, сначала испугался, подумал, что это я. Да и я и сам Брока искал. Но помог случай. А вы с ним как-что? — Он мой командир, — Барнс глянул на закрытую дверь. — Спас… спасал много раз, не давал потерять человека в себе. — Он покрутил в железной ладони кружку, а потом, оставив её в сторону, протянул руку к Лео, пошевелил пальцами. — Долгая у меня история. Рассказ получился и правда некоротким, но Барнс говорил открыто, ничего не скрывая. Как сам помнил и понимал это все. Застывший за дверью в спальню Брок, успевший и отмыться, и намазаться своими мазями, слушал и почти ненавидел себя за то, что не вытащил парня раньше, позволяя делать такие ужасные вещи с живым человеком. На мгновение стало страшно, что Лео возненавидит его за это бездействие, отвернется полностью и отчасти будет прав. Задумавшись, Лео подпер щеку рукой, глядя куда-то мимо Баки, задумался, а как бы поступил он в такой ситуации, но не мог прийти к однозначному выводу. Брок поступил правильно, вытащив Баки, но то, что он сделал это так поздно, что так долго тянул, позволяя творить такое… И все равно Лео был уверен, что Брок сделал все правильно. Значит, нельзя было раньше все провернуть, значит, прав был Брок в том, что тянул. Лео ведь там не было. Слов, чтобы как-то прокомментировать рассказ Баки, тоже не было. Не представлял Лео, что можно вот так с живыми людьми. Даже с преступниками, коим Баки не был. Лео много повидал на своем веку, но такого изуверства не встречал. Как мало, оказывается, Лео знал о людях. Теперь понятно было, почему таким жестким стал его брат, почему так не хотел принимать его помощь, ведь если их найдут люди из Гидры, вряд ли им с Броком подарят быструю смерть. А что будет с Баки, вообще не известно. — Мне жаль, — только и сказал он, словно был сам был виноват в мучениях сидящего перед ним человека. — Не надо, не жалей. Я живой, и человек, которого я люблю, живой, — светло улыбнулся Барнс, вновь покосился на запертую дверь спальни. — Если бы не Гидра, я бы умер ещё в сороковых. Насмерть разбился. Так лучше, но командир, это из-за меня его так. Он мог уйти раньше, но остался, чтобы ушёл я. — Мы с Броком давно не виделись, — Лео встал, собрал посуду и сложил ее в раковину, собираясь мыть. — Да и в четырнадцать наши родители развелись, и Брок остался жить с отцом. Мне кажется, что я его совсем не знаю, а потом гляжу, и вот он, мой любимый братишка. Расскажи мне, какой он. Брок отошёл от двери, распахнул окно в спальне и закурил. Не хотелось слушать все то, что думал о нем Барнс, потому что тот ошибался. Брок не был ни сильным, ни ответственным, он просто тогда выполнял свою работу, собирая сведения для ЩИТа. — Командир скрытный, — с улыбкой ответил Барнс. — Но он много рассказывал о своём брате. Мне рассказывал. Брок рассказывал о нем. Он помнил о нем. Он помнил и рассказывал! Лео словно под дых ударили этим откровением. Это он, Лео, почти никому не говорил о Броке, просто помнил и лелеял мечту, что они снова будут вместе. Не мог он никому рассказывать про Брока, это было слишком личным, чтобы делиться с кем-то. — Небось гадости какие-нибудь? — усмехнулся Лео. — Командир гордился своим братом, — серьёзно ответил Барнс. — Очень переживал, что у тебя не сложилось с женой, из-за серьёзного ранения, о котором ты матери не говорил. О детстве рассказывал. — С женой у меня не сложилось, потому что я давно и плотно люблю одного мужика, — решил быть хоть отчасти откровенным Лео. — Но если он об этом узнает, я, скорее всего, лишусь головы. А женился, думал, может, что-то и получится. Но не получилось. Да и не важно теперь все это, раз я могу хоть чем-то помочь Броку. Я по нему очень скучал. — Пользуйся моментом, — шепнул ему Барнс и вышел из домика. Брок, устроившись на подоконнике, следил за тем, как Принцесса скрылся в лесу. Первая сигарета сменилась следующей, в пачке болталась ещё парочка. Можно было начать с нового листа, сменить имя, континент, жизнь. Перестроить все по-своему и продолжать любить самого невозможного человека на свете. Можно многое. Лео мыл посуду и думал о том, что у него действительно появился шанс побыть с Броком, узнать его нового, любить его втихомолку. Этим он и собирался заняться.