I'm not the best, but the best for you

Эта глава прошла испытание новогодней ночью и первым января. Она писалась не смотря ни на что. Что вышло? Вот это. Нам нравится, вам, надеемся, тоже) В любом случае, милые, С Новым годом! Пусть он принесет только радость и любовь! А мы будем радовать, по мере наших возможностей) С любовью, ваш Бролли =*) _______________________________________ Проснулся Курт с легкой головной болью от выпитого накануне вина. Но глаза он открыл быстро, потому что это ведь был Тот Самый День. День Рождения Блейна. Убедившись, что его солнышко крепко спит, Хаммел осторожно выбрался из кровати и, действуя быстро и бесшумно, взялся за подготовку. Первым делом Курт сходил в душ и почистил зубы, чтобы не поздравить Блейна перегаром. Затем надел все тот же халатик, решив, что Блейну он понравился. После этого парень приготовил две чашки ароматного кофе и сделал тосты с сыром и джемом и осторожно поставил их на тумбочку подальше, чтобы Андерсон ненароком их не опрокинул. Практически последним пунктом стали подарки, которые Курт принес в несколько ходок и свалил у кровати, а затем, вздохнув, перешел к последней части своего утреннего плана. Разбудить возлюбленного минетом. Было бы странно сходу хватать член в рот, так что для начала, Курт встал на четвереньки на кровать и снял с Блейна одеяло. В первую очередь Курт порадовался, что все же смог разбудить Андерсона еще вечером и влажными салфетками очиститься. Именно благодаря этому Блейн сейчас выглядел как идеальный греческий бог с этой его смуглой кожей и рельефными мышцами. Курт практически забыл, что вообще собирался делать и на автомате потянулся к груди парня, оставляя на ней несколько влажных поцелуев. Теплый. Гладкий. Само совершенство. Рука Курта легла на бедро Блейна, поглаживая кожу с короткими волосками, а поцелуи парня сместились на живот, где он кончиком языка обводил линии мышц и нежно покусывал мягкую кожу возле пупка. Тем временем ладонь сместилась на внутреннюю поверхность бедра и поползла вверх, добираясь до члена и неспешно поглаживая его кончиками пальцев. Сквозь крепкий яркий сон, Блейн почувствовал холод всем телом, поэтому поежился, и начал искать руками одеяло. Вместо этого нащупал что-то более… выпуклое. И двигающееся… И волосатое… Недовольно что-то пробурчав, Блейн захотел перевернуться на бок и прижать к груди ноги. Но что-то ему не позволило. Курт тихонько фыркнул от смеха и сместил губы еще ниже. Облизнувшись, парень прижался губами к головке наполовину возбужденного члена и, высунув язык, скользнул им вниз, вбивая член на всю длину. Тот твердел буквально во рту, и Хаммел отстранился для того, чтобы понаблюдать за процессом, но не удержался спустя пару секунд и вновь провел языком от основы до кончика, открывая рот шире и смыкая губы на головке, начиная несильно ее посасывать. Свободная рука парня переместилась на грудь Блейна, находя небольшой темный сосок и нежно сжимая его пальцами. И вот только теперь Андерсон начал осознавать, что именно его тревожит извне. Сон потихоньку рассеивался, а чувствительность тела увеличивалась с каждой секундой, пока Блейн выныривал из сонного марева. Самым первым, что он уже четко осознал, было «О! Сожми пальцы сильнее!», а вторым «Как же круто, что я проснулся раньше и закапал нос. Совсем неловко было бы с открытым сухим ртом и забитым носом сейчас получать свой подарок. О! Подарок! Точно!» С этими мыслями он, наконец, приоткрыл глаза и сместил взгляд вниз, тут же обнаруживая между своих ног блестящую чистыми волосами макушку. Тут же в его мозг ворвались острые ощущения от горячего влажного рта на его уже возбужденном члене. «Оу, он видел меня без стояка? Неловко-то как… Ох да пофиг, боже, как же хорошоооо…» Судя по изменившемуся дыханию, Блейн проснулся, так что Курт уже мог действовать более уверенно и сместил руку на яички парня, поглаживая их. Подняв глаза на Блейна, Курт как можно более хитро улыбнулся и продолжил минет, добавив в него немного театральности вроде всех этих влажных звуков, слюны и смазки размазанной по губам и языка, сместившегося на тонкую кожу мошонки. Смотрящий на все это огромными глазами Андерсон, неверяще помотал головой, снова глянул и обалдело громко сглотнул накопившуюся мгновенно слюну. Пальцы рук и ног одновременно поджились, комкая тонкую простынь, а рот раскрылся, выпуская наружу давно мечтавший вырваться стон удовольствия. - Курт, - хрипло ото сна и возбуждения обратился к любимому Блейн, чувствуя прокатывающиеся по телу волны удовольствия. Пружина внизу живота туго сжалась, готовая в любую секунду выстрелить от чрезмерной напряженности. Тот с невинным видом снова опустил глаза и вернулся к головке, проглатывая член как можно глубже и втягивая щеки. Под действием руки Блейна Курт принялся двигаться головой, доходя губами практически до головки и возвращаясь в самый низ. Он чувствовал, что ноги Блейна сжимаются, и он готов кончить, потому Курт успел отстраниться на пару сантиметров от члена и, быстро двигая рукой, приоткрыл рот и высунул кончик языка, предлагая Блейну кончить не "в", а "на". Эта идея терзала Курта не первую неделю, его безумно заводили такие грязные штучки в порно и на фото, так почему бы не совместить приятное и для себя, и для своего парня? Не выдержавшая такого похабного вида Курта пружинка, наконец, расслабилась, выгибая тело Блейна в дугу, и выстреливая мощными струями спермы на язык и лицо Хаммела. Если бы не зажмуренные глаза и запрокинутая голова, Блейн бы очень смутился из-за подобного, но он не видел ничего, кроме ярких кругов на черном бархате сознания. Лишь спустя время, расслабившись, и, тяжело дыша, открыв глаза, он посмотрел на Курта. Тот сидел прямо перед ним со, все еще, открытым ртом и пытался слизать сперму с уголка губ, не помогая себе руками. - С Днем Рождения? - со смешком проговорил парень, довольно улыбаясь. - О господи… - выдохнул Блейн, поняв, что Курт не злится за его «промашку». Соскользнув на постели вниз, Андерсон взял в руки лицо Хаммела, и принялся пальцами вытирать белесые полосы своей спермы. – Я люблю тебя, сумасшедший. Курт засмеялся и отодвинулся от Блейна, чтобы взять с подноса кусочек тоста. Пережевав его и вытерев лицо тыльной стороной ладони, Хаммел смог, наконец, нормально поцеловать своего парня. - Я тоже тебя люблю. Надеюсь, это было не совсем ужасно. В любом случае, это только начало. Смотри, - Курт кивнул головой вниз, где лежала горка подарков, - это тебе! - Это было невероятно, - выдохнул Блейн, переводя взгляд на пол. – Курт! Зачем так много?! - Тут не только от меня. Еще подарок от папы. Вообще-то даже Сэм хотел впихнуть мне свой подарок, но мне пришлось разочаровать его и сообщить, что я не лошадь и таскать все это на себе не могу. - Ничего, Сэм и при встрече подарит, но… От твоего папы? Но мы ведь с ним и знакомы-то всего ничего! Ох, ладно, показывай, что из этого от тебя, неугомонный. - Это ты с ним знаком всего ничего, а он о тебе знает почти все, - смущенно крякнул Курт, потянулся и схватил первую коробку и пихнул ее в руки Блейна, чтобы отвлечь. - Это заставляет меня чувствовать себя еще более неловко, понимаешь, да? – улыбнулся Блейн, начиная разворачивать упаковочную бумагу. Расправившись с ней, он открыл коробку. В ней лежала чашка. По виду Блейн сразу понял, что это термостакан. Но что бросилось ему в глаза в первую очередь, это фраза, выгравированная на металлическом боку сосуда. «Потанцуешь со мной?» Подняв вопросительный взгляд на Курта, Блейн немного повернул чашку. «Улыбайся так чаще» Еще чуть повернул. «Даже не думай» Дальше. «Кудрявый» «Портрет Дориана Грея» «Эй, брокколи, просыпайся» Слова и фразы, имеющие значение только для них. Что-то, что они говорили друг другу. Что-то, что повлияло на дальнейшее развитие их отношений. Вся поверхность чашки была испещрена словами. Блейн накинулся на Курта с объятиями и поцелуями, смеясь и благодаря его, обещая, что будет теперь всегда пить из нее, что в машине зимой ему не будет никогда холодно, что Курт самый замечательный, что это очень необычный подарок и вообще, лучшего парня придумать нельзя. А потом они долго сидели и читали все цитаты с кружки вместе, вспоминая моменты, связанные с каждой из них, хохоча и целуясь от переполнявших эмоций. - А это от папы, - поднял Курт аккуратную коробочку в золотистой обертке. - Сразу говорю, что он попросил передать что-то вроде: "Поздравь от меня своего бойфренда, напомни, что я все еще рад буду увидеть его у нас ужине и скажи, что это ему для того, чтобы он не вздумал "ненароком" забывать о времени на ваших свиданиях." Блейн нервно рассмеялся, незаметно оглядываясь по сторонам в поисках скрытых камер, а потом раскрыл упаковку. Часы. Красивые, с кожаным ремешком, металлическим ободком и крупными цифрами на циферблате. С тремя еще какими-то маленькими… спидометрами, как мысленно их назвал Блейн. - Черт, Курт, они же, наверняка, очень дорогие! - Нет. Они вообще недорогие. Во всяком случае, по моим меркам, - заметил Курт, разглядывая часы. - Вообще-то это еще не все. Я не думаю, конечно, что ты фанат всего такого, но... Я просто не смог удержаться, - Курт сделал щенячьи глазки и протянул Блейну самый большой пакет, внутри которого было несколько небольших картонных и все с известными марками. Ну что он мог поделать со своей страстью наряжать Блейна? - Боже, Хаммел, ты меня завалишь! Я в жизни столько подарков не получал! Рассматривая содержимое пакетов, Блейн получил приказ тут же мерить все это. Первыми Блейн надел штаны. Казалось бы, обычные домашние штаны, но они были белыми, обтягивающими и творили что-то необъяснимое с Куртом, который тут же облизнулся и накинулся на Блейна со страстными поцелуями, шепча что-то о супер горячем контрасте белоснежной ткани и смуглой кожи брюнета. Немного усмирив пыл возлюбленного, Блейн открыл следующий пакет. В нем было несколько поло, разных расцветок. Но все яркие, как любит Андерсон. Небольшой пакет с набором трусов от черных до голубых, заставивший Андерсона смеяться и подшучивать над бойфрендом. И последний, самый маленький сверток, парень разворачивал, мысленно уже представляя, что увидит. И не ошибся. Шелковая, темно-зеленая бабочка, мягко легла на ладонь и так и просилась на шею. - У меня идея! – воскликнул парень, хватая все свои обновки и забегая в ванную. Там он быстро почистил зубы (о чем мечтал с самого пробуждения) и облачился в свою «идею». Спустя четыре минуты он вышел из ванной, лихо вильнув бедром и напевая всеми известный хит Тома Джонса «Sex bomb». Курт захлопал в ладоши, улыбаясь и свистя. Блейн выглядел просто обворожительно в своем наряде, состоящем из зеленых трусов в цвет бабочки. - Теперь ты сам напоминаешь мне подарок, хоть у меня и нет никакого праздника кроме Дня рождения возлюбленного. - Я – приз, самому невероятному бойфренду в мире, - пропел Блейн, протанцовывая к Курту. - Иди сюда, я буду тебя кормить, а потом мы, наконец, пойдем на прогулку и за еще одним твоим маленьким подарком. - Ты меня разбалуешь, негодник, - воскликнул Андерсон, с разбега запрыгивая на кровать и открывая рот. – Корми. Курт протянул Блейну тост с сыром и взял второй для себя, откусывая. - Тебе все нравится? Я ничем тебя не обидел, солнышко? - А что, у меня обиженный вид? – спросил Блейн, вставая по собачьи на постели и виляя задом. - О Боже, Блейн! Перестань, пока я не начал чесать тебя за ушком! - А я вот, может, даже и не отказался бы, - усмехнулся Андерсон. За беззаботной болтовней и подтруниваниями, парни не спеша перекусили, потом Блейн принял душ, пока Курт наводил порядок и собирался. Зная скорость своего парня в этом нелегком деле, Блейн от души поплескался под горячей водой, снова намыливаясь ванильным гелем для душа, поняв, что Курту нравится этот запах. Выйдя распаренным и красным от температуры воды, он подошел к Курту сзади и обнял, горячими губами целуя в шею. - Ты уже готов? - Блейн! - Курт отпрыгнул в сторону, быстро отряхиваясь. - Ты же мокрый, ну! - Да ниче я не мокрый! Я просто распаренный! Так что, я могу одеваться? - А ты хочешь, чтобы я тебе помог? - Курт приподнял бровь. - Ну, нет, это затянется еще часа на два! – испугался Андерсон и пошел к сумке. Быстро нацепив черные джинсы, и серо-синий свитер, он повернулся к Курту. - Я готов. Потопали? - Пойдем, - кивнул Курт и они отправились к двери. На улице похолодало еще сильнее, и в воздухе парила влага, словно вот-вот готов начаться снег. Парень даже скрестил пальцы на всякий случай, чтобы это действительно случилось. Ну, это ведь прекрасно. Прогулочным шагом они дошли до Центрального парка и отправились по одной из главных аллей. Курт то и дело болтал, рассказывал самые разные истории об этом месте из разряда тех, что рассказывали им в школе. Наконец, они подошли к небольшому фонтану, возле которого была установлена сцена. В Нью-Йорке уже начинались предпраздничные дни, и тут выступали хоры разных школ и танцевальные коллективы. Парень, который занимался организацией всего этого, раньше работал с отцом Курта, так что договориться не составило проблем. Найдя взглядом того парня он кивнул ему, сообщая о своем прибытии и о том, что можно начать подготовку, а сам остановился и повернулся к Блейну. - Блейн... - протянул парень, глядя на Андерсона сверкающими глазами. Восхищенный окружающим его великолепием, Блейн всю дорогу слушал Курта, и рассматривал каждое дерево, каждую скамейку и каждого прохожего. Блейн мечтал оказаться здесь летом, представляя, как все эти голые сейчас деревья, покрыты яркой зеленью, птицы щебечут, дети носятся вокруг, чуть не сбивая с ног, взрослые ворчат и переговариваются между собой, влюбленные ютятся по скамейкам и под деревьями… Он даже ярко представлял себя и Курта среди этих парочек. Задумавшись об их совместном лете в Нью-Йорке, Блейн отвлекся, и запоздало ответил на вопрос Курта. - А? – оглядевшись, он удивленно уставился на маленькую сцену. - Солнышко, - нежно проворковал Курт, легонько чмокнул парня в кончик носа и попросил: - Смотри... - Смотрю… А на что? – удивился растерянный Андерсон. Поднявшись на сцену, Курт скинул пальто и повесил его на стульчик в углу, а сам, под уже заигравшую музыку, вышел в центр к микрофону. Найдя взглядом Блейна, Курт нежно улыбнулся ему, вздохнул, и запел: - Oh yeah, I´ll tell you something I think you´ll understand... Парень немного наклонил голову и снял микрофон со стойки, проходя в сторону и вперед, приближаясь к Блейну и не отрывая от него глаза. Боковым зрением он улавливал, что люди останавливаются посмотреть на происходящее, но никто и ничто не могло отвлечь его от лица возлюбленного. - Oh, please, say to me You´ll let me be your man and please, say to me... Курт пел старательно, выводя высокие ноты и не сбиваясь с дыхания. Он немного волновался насчет того, что не успел распеться утром, боясь испортить сюрприз, но, кажется, людям нравилось, и парень легко вошел в роль, уже прохаживаясь на сцене. - I wanna hold your hand... - прозвучала последняя строчка, и Курт замолчал, улыбаясь и просто дыша. Музыка стала немного тише, и парень решился все же сказать пару слов, смущенно опуская и тут же поднимая глаза. - Я люблю тебя, Би. Не могу скрывать этого и хочу всегда держать твою руку... Совершенно обалдевший Блейн ничего и никого не видел вокруг. Только волшебного храброго молодого мужчину на невысокой импровизированной сцене, признающегося ему в любви средь бела дня в Центральном парке. И после такого кто-то еще будет убеждать Блейна, что чудес не бывает? Он пошлет этого человека подальше. Потому что прямо сейчас к нему с этой сцены спускалось его персональное чудо. Чудо, которое можно потрогать, обнять, поцеловать и которому можно сказать: - Я люблю тебя, сумасшедший! – тихо, на ушко, чтобы он услышал, чтобы между ними. Курт тихонько взвизгнул и сжал Блейна еще крепче, покачивая его в своих объятиях. - Знаю, я бываю "слишком", но просто мне так хотелось, всегда хочется заставлять тебя улыбаться, - прошептал тот, отстраняясь и радостно улыбаясь. Повернув голову, он заметил яркую красно-желтую тележку и кивнул Блейну. - Что насчет знаменитых Нью-Йоркских хот-догов? - Ты заставляешь меня улыбаться своим присутствием, Курт, - искренне ответил Блейн. – Подожди, что? Ты и хот-дог? Это сон? - Ну, это же не просто хот-доги! Это особенные хот-доги. К тому же, я знаю, что ты любишь такую ерунду, - улыбнулся тот и потащил их к тележке. Там была небольшая очередь, и Курт мог морально подготовиться. - Или я могу съесть корн-дог... - задумчиво протянул Хаммел, постукивая пальцем себе по губам. - Никаких корн-догов, что бы это не было. Будешь есть, как и я, нормальную еду, - строго приказал Андерсон. *** Еще несколько часов Курт и Блейн бродили по парку и городу, зашли в несколько магазинов с сувенирами, где купили милых глупостей для родителей Блейна, его брата и просто ребят из школы. Они ужасно устали и присели на лавочку в паре кварталов от дома, чтобы обсудить детали самого праздничного вечера. - В общем... Это будет бар, - сходу сказал Курт, закидывая одну ногу на бедро своего парня и покачивая ей. - Там уже заказана небольшая программа и заплачено за то, чтобы нас не смущали некоторые несостыковки типа возраста и алкоголя. Понимаю, что вдвоем со мной тебе может быть и не очень весело, но мы выпьем и потанцуем. Это не гей бар, но они относятся к нам корректно, так что никаких гомофобов мы там не встретим. А к чему я вообще веду... Я думаю, нам стоит вернуться домой, немного отдохнуть и привести себя в порядок. Согласен? Смотревший все это время в сторону одного из домов Блейн, снова перевел взгляд на Курта, улыбнулся и чмокнул его в щечку. - Конечно, согласен. Как только они зашли в квартиру, Курт прямиком направился в ванную, чтобы не терять время. А Блейн, дождавшись, когда за парнем захлопнется дверь и польется вода, быстро снова натянул куртку и сапоги, и помчался через два квартала в ту сторону, где они сидели на лавочке. Еще сидя там, он заприметил аптеку. И черт его знает, на что он надеялся и чего ожидал, но в голове возникла срочная необходимость приобрести… вспомогательные средства. Он абсолютно не представлял, кто из них будет топом, и будет ли вообще между ними секс, но Блейн хотел быть готов, если вдруг события наберут обороты. Потому что они здесь всего сутки, а уже успели продвинуться в своих сексуальных играх намного дальше, чем за последние недели. Даже если секса не будет, вспоминая вчерашний вечер, Блейн понимал, что дрочить два члена (что, несомненно, очень приятно, и будет повторено неоднократно), будет намного удобнее со специальной смазкой, а не с быстро высыхающей слюной. Зайдя в помещение. Блейн быстро направился к стойке с интересующим его товаром. Но увидев этот огромный выбор, плюнул и подошел к окошку, благо, никого кроме него в аптеке не было. - Добрый день, мисс, не могли бы вы мне подсказать… эм.. мне нужен… эм… лубрикант. - Добрый, о, ну, у нас их много, у вас есть какие-нибудь предпочтения? Есть ароматизированные, есть водяные, есть на силиконовой основе… Есть антисептические, и пролонгаторы – они уменьшают чувствительность… - Оу… а есть у вас, эм… анальный? Я слышал, что есть такие, специальные, - «Боже, я сейчас на помидор похож, сто процентов!» - О! Да, конечно, и такие есть. Могу посоветовать вот этот. В его составе лидокаин, он снижает болевые ощущения, что, несомненно, довольно важно. - О! Да, думаю… Думаю, я его возьму, - поразмыслив, Блейн решил обойтись без презервативов. Ни у него, ни у Курта раньше никого не было. Так зачем лишние преграды? Для подстраховки Андерсон купил еще аспирин, чтобы иметь оправдание перед Куртом, если он уже вышел из ванной и не нашел Блейна. Однако, вернувшись, Блейн успел раздеться и спрятать в сумку покупки, прежде чем из душа вышел сияющий чистотой Хаммел. - Ты так долго, я думал, что усну, пока ждал тебя. - Ну... Ты же не присоединился ко мне, чтобы ускорить процесс, - улыбнулся шатен и рухнул на постель, складывая руки за голову и зевая. - Ускорить? Смешно, - захохотал Андерсон. – Так! Не спать, кое-кто обещал мне пьянку в баре! Я сейчас быстро в душ и пойдем. - Пьянка у нас на десять вечера, Би. А сейчас шесть. Даже при всей моей тщательности нам хватит пару часов, чтобы собраться и пройти несколько несчастных кварталов, - пробормотал парень, переворачиваясь на живот, зарываясь носом в подушку и оттопыривая задницу. - Но я не хочу валяться! – заныл Андерсон. – Мы вчера много валялись, а сегодня мой День рождения! Хочу веселиться! - Иди в душ и повеселись там, милый, - засмеялся Курт, оборачиваясь и указывая взглядом на пах Андерсона. - Или можешь вернуться скорее, и мы повеселимся вместе. - Ой, ну я прямо даже не знаю, что выбрать, - ухмыльнулся в ответ Блейн и закрыл за собой дверь. Повеселиться им все-таки не удалось, потому что Курт действительно уснул, и проснулся только в восемь вечера. Ему было конечно стыдно, но Блейн, кажется, задремал тоже и проснулся не многим раньше. Зато теперь они были бодрые и могли тусоваться хоть до утра. Курт надел самые узкие свои джинсы, к ним белую рубашку, у которой расстегнул верхние пуговицы и закатал рукава. Также он добавил жилетку со сверкающей строчкой и такой же поблескивающий пояс. Чувствовал он себя отлично и совершенно не парился тем, что будет привлекать внимание, потому что это Нью-Йорк, а не Лайма, где косятся на каждую брошку. Блейн тоже мог расслабиться в выборе одежды, поэтому надел все те же черные джинсы, а к ним белое поло, которое подарил Курт и, полюбившуюся уже, зеленую шелковую бабочку. Курт удовлетворенно кивнул наряду Андерсона и только после этого они смогли выйти на улицу. В заведении их уже ждали, так что как только ребята вошли внутрь и сели за столик, к ним подошла официантка с двумя стопками текилы и кусочками лайма сверху. Играла достаточно громкая музыка, и вокруг было полным-полно мужчин и женщин. Наклонившись, Курт куснул Блейна за мочку и проговорил так громко, чтобы парень услышал: - Я решил, что начать с текилы будет вполне уместно… - Ого! Главное, теперь не понижать. Ну что? Лизнул, глотнул, куснул? - Да, милый. Только не запоминай эту схему для постели, - рассмеялся Курт и поднял стопку. - С Днем Рождения! Облизав кончиком языка стопку, он влил ее содержимое в рот, проглотил и зажал зубами дольку лайма, выдавливая и проглатывая сок. Проделавший ту же процедуру Блейн, зажмурился из-за обжигающего ощущения в груди и кислого лайма на языке. - Бррр, - помотал он головой. – И как это кому-то может нравиться? Официант! Еще! После пятой стопки текилы Курт понял, что если не хочет выносить Блейна из бара, стоит успеть оттащить его от выпивки. - Блейни, я хочу танцевать, - прокричал он в ухо брюнета, вставая в полный рост и протягивая ему руку. - С удовольствием, красавчик, - проорал Андерсон, и схватив Курта за талию. Потащил на танцпол. Выбравшись в самый центр, Курт легко поймал ритм и принялся двигаться, прикрыв глаза. Он всегда любил музыку и танцевать, так что сейчас чувствовал себя как нельзя более комфортно. Алкоголь приятно глушил все, и Курту казалось, что он на вершине мира. Будучи уже навеселе, Андерсон абсолютно расслабился и двигался в такт музыке. Он был в своей стихии. Диджей крутил вполне приличные композиции, поэтому полностью отпустив себя, Блейн растворился в громких ритмичных песнях. Спустя какое-то время, абсолютно оторванный от мира Блейн, почувствовал на своих боках чьи-то руки. Совершенно уверенный, что никто, кроме его парня, танцующего в шаге от него, это быть не может, Блейн, со спокойно и весьма пьяной совестью, прижался спиной к обнимающему телу, и продолжил двигаться в такт музыке, виляя бедрами и заставляя партнера подхватить свой ритм. Разум был затуманен алкогольными парами, глаза закрыты, тело покрывала испарина, ладони были влажными, а губы приходилось постоянно облизывать. Общая атмосфера располагала к совершению чего-то безрассудного и откровенного. И в тот самый момент, когда Блейн уже хотел развернуться к «Курту», чтобы сказать ему, как сильно он его хочет, и как не хочет ждать, случилось что-то совершенно для него неожиданное… Курт, открывший глаза, и собирающийся повести Блейна к бару, чтобы выпить прохладного сока и освежиться, увидел своего молодого человека в объятиях какого-то ублюдка. Реакция оказалась быстрее мысли, и, рыкнув, шатен вцепился в шею незнакомца ногтями одной руки и дернул, заставляя оторваться от Блейна. Оторванный от «Курта» таким кощунственным способом, Блейн растерялся, голова закружилась, а взгляд еле сфокусировался. Увидев Курта, орущего на какого-то несчастного, Блейн, еле соображая из-за духоты, подскочил к любимому и потянул на себя, пытаясь избежать конфликта. - Ты какого черта распустил руки? - провизжал Курт, готовый в любую минуту вспомнить все приемы, которым учил его Блейна, а заодно и воспользоваться старыми-добрыми и расцарапать парню лицо, например. - Да он сам ко мне полез! Я там знаю, с кем-то или один. Держи своего парня в узде и не будет проблем, - фыркнул тот, и, оказавшись не любителем драк, развернулся и ушел, а Курт медленно повернулся к Блейну. Его взгляд буквально метал молнии, но, недолго. Обида оказалась сильнее, и, развернувшись на каблуках сапог, Курт тоже поспешил в сторону выхода, не желая слышать никаких оправданий. Начинающий осознавать ситуацию Андерсон, вприпрыжку – насколько позволял хмель в крови – поскакал за возлюбленным. На ходу захватывая верхнюю одежду, он, не успев ее надеть, выбежал на улицу. Там его чуть с ног не сбил холод, который полностью захватил город ночью. Несмотря на опьянение, Блейн чувствовал пробирающий почти до костей мороз. Особенно ярко этому способствовал тонкий материал поло и короткий рукав. Оглянувшись, он увидел быстро шагающего в сторону дома Курта, запахивающего свое пальто. Пробежав пять метров, Блейн догнал парня и попытался остановить. - Блейн, можешь вернуться и развлекаться с кем захочешь. Это твой праздник. Вперед, - сухо проговорил парень, даже не глядя на Блейна и продолжая идти в быстром темпе. - Курт, постой! – задыхаясь от режущего горло ледяного ветра, прокричал Андерсон. – Курт, прошу тебя! Но Хаммел не останавливался и не отвечал, поэтому Блейну пришлось гнаться за ним до самого дома, совершенно не обращая внимания на холод. Только зайдя в просторный холл парадной, он понял, как, на самом деле замерз. Дожидаясь уехавшего вместе с быстрым Куртом лифта, он растирал свои руки и мотал головой, пытаясь избавится от последних намеков на алкоголь в голове. Приехав на нужный этаж, он ворвался в квартиру, мысленно радуясь, что Хаммел не закрыл дверь. - Курт, пожалуйста, - прокашлявшись, попросил Блейн. - Чего ты хочешь, Андерсон? - выкрикнул Курт, выходя в прихожую и расстегивая на ходу жилетку и рубашку. - Я уже сказал, что ты можешь возвращаться обратно и танцевать с кем угодно и как угодно. Это твой праздник. Вперед! - Боже, Курт, милый прости меня! Я не знаю, что на меня нашло! Я, правда, совершенно не понимаю, что это было, - и самое дерьмовое, что Блейн действительно не понимал. Ему как будто что-то подмешали. Мозг работать не хотел. - Чего ты не понимаешь? Что твоя задница терлась о постороннего мужика, или что это могло не впечатлить меня в хорошем смысле этого слова? - рявкнул Курт, сбрасывая жилетку вместе с рубашкой прямо на пол и принимаясь за ремень. - Курт, я… Я был пьян! Я понимаю, что это меня не оправдывает, что я виноват, но я никогда в жизни так пьян не был! – ему было больно от того, что он, очевидно, причинил боль любимому, сам того не желая. – Видимо, мне просто нельзя пить… - Как ты мог меня с кем-то спутать вообще, я не понимаю? - раздраженно процедил парень, вырывая ремень и отбрасывая в угол. - И какого хрена ты стоишь в одежде, вроде подумываешь о том, что я могу тебя выгнать? - Сам не понимаю, - тихо ответил Блейн, боясь сделать только хуже и наблюдая за злыми и резкими махинациями своего парня. Чтобы тот так обращался со своей одеждой, его нужно было действительно очень серьезно вывести из равновесия. Посмотрев на так и не надетую куртку в руке, он повесил ее на вешалку и снял сапоги. - И как ты мне предлагаешь на это реагировать вообще, Блейн? Ты хоть представляешь, насколько я зол? - Курт стянул брюки и отбросил и их, оставаясь в одном нижнем белье. Блейн понимал. И в другой ситуации реагировал бы совершенно по-другому. Злился бы в ответ, отстаивал свою независимость и право на ошибку, кричал бы, не позволял разговаривать с собой в таком тоне… Но на этот раз он был не прав. Совершенно, абсолютно не прав. Он причинил боль своему Курту. За что? За то, что тот из кожи вон лез, чтобы Блейну было хорошо? Вот чем он отплатил? - Прости меня, - ответил Андерсон. – Прости, я не хотел, ты же знаешь. Курт задрал нос и вздохнул, все еще чувствуя злость и ревность. - Раздевайся и иди в спальню, - сухо проговорил Хаммел, подхватывая с пола брюки и направляясь в гостиную. Может быть, у него не самое лучшее настроение, но отличный повод для кое-чего. Было что-то в голосе Курта, что не позволило Блейну ослушаться. Поэтому он, почти не осознавая происходящего, направился прямиком в спальню. В комнате он быстро развязал бабочку, стянул поло и расстегнул джинсы, когда зашел Хаммел. Курт прошелся в комнату и молча поставил на тумбочку смазку, а затем повернулся к Андерсону. Алкоголь все еще играл в крови, хоть и в куда меньше дозе, чем час назад. Он добавлял смелости и уверенности в себе, и это было именно то, что нужно. - Ты ведь, правда, не хотел злить меня и обижать? - негромко проговорил Курт, делая пару шагов к парню и кладя одну ладонь ему на грудь, а вторую на плечо и проводя по нему кончиками пальцев. Немного шокировано переводящий взгляд с тюбика на Курта, Блейн, уверенно ответил: - Правда, не хотел. Уж точно не хотел обижать, - тигриная медлительность и грация Курта в этот момент завораживали, даже… подчиняли. - Ты ведь знаешь, что ты только мой? И только я могу касаться тебя в таком русле... - прошептал уже тише Курт, сползая руками вниз, обнимая Блейна за талию и перемещая ладони на задницу. Это только его. Весь только его. Осознание этого пьянило сильнее текилы, и Хаммел приблизил лицо к лицу Блейна, рассматривая его глаза. - Я и не хочу быть чьим-то еще, Курт, - завороженно прошептал Андерсон, задыхаясь в штормящих сейчас водах любимых глаз. Упирающийся уже в расстегнутую ширинку член, он старательно игнорировал. - Как и я, милый. Я тоже только твой, - почти промурлыкал Курт, укладывая ладонь на ширинку Блейна, расстегивая пуговку и давая брюкам спасть. - Ложись, - приказным тоном проговорил парень, указывая на кровать позади них. Почти бегом выполнив приказ («Приказ, о боже!»), Блейн запрыгнул на кровать, лег на спину и приподнялся на локтях, молча разглядывая своего парня. Курт наклонился и стянул с парня брюки вместе с носками и забрался на кровать следом, усаживаясь между ног Блейна и кладя руки ему на живот. - Я хочу дойти до конца сегодня, - уверенно проговорил Курт, наклоняясь и легко касаясь губами губ парня перед собой. Закусывая, от переизбытка чувств, губу Хаммела, Блейн прошептал: - Я… Думал об этом… И тоже хочу этого, - обвив руками шею любимого, он потянул его на себя, уложив на свой живот и потирая ступнями его икры. - И я думаю, ты догадываешься, кто из нас сегодня будет "наказан", правда? - тихо засмеялся Курт, прижимаясь к месту за ушком Блейна и сползая поцелуями по его шее. - Я… - сглотнул Блейн. Одно дело, догадываться, а другое – узнать наверняка. – Я… Д-да… Дога… Ох… Боже, я весь твой! - Не волнуйся, солнышко. Я буду нежным. Хоть мне и хочется тебя отшлепать, - Курт поднял голову и прищурился, а затем расслабился и прижался губами к губам, целуя как можно более нежно. Руки Курта подцепили резинку белья парня и потащили вниз, желая как можно скорее избавить возлюбленного от одежды. Сладкий поцелуй заставлял успокоиться и перестать нервничать. Блейн сам думал об этом сегодня. И сам же был согласен на любую позицию. Так почему сейчас боится? Постаравшись взять себя в руки, Андерсон обнял ладонями лицо Курта и углубил поцелуй, желая получить от сегодняшней ночи максимум. Освобожденный из плена белья член тут же потребовал к себе внимания, и незамедлительно получил его, в виде нежной руки Курта. А Блейн, тем временем извернулся, и попытался снять и с любимого боксеры. Смеясь от неловкости, он, наконец, справился с задачей, и снова лег на спину. Курт безумно волновался, но он сам взял на себя эту ответственность, и он по-настоящему хотел этого. - Ты... У тебя есть какие-то предпочтения насчет позиции? - тихо уточнил Курт, вновь принимаясь целовать шею и грудь Блейна, стараясь расслабить его и расслабиться сам. - Ну, э... - растерялся Блейн, - я так понял, что я снизу... Курт рассмеялся и сел на коленях, укладывая руки на бедра Блейна и разводя их в стороны, внимательно разглядывая идеальное тело. - Я не об этом, милый. Я о том... хочешь ли ты быть лицом ко мне? Или спиной? На животе, или, может, на четвереньках? Если честно, я фантазировал о тебе так много, что меня устроит любая позиция, - промурлыкал шатен, наклоняясь и прижимаясь губами к колену Андерсона, осторожно поднимаясь вверх по бедру и касаясь кончиком языка чувствительного места, где нога переходит в пах. - Оу… Я… Честно говоря, мне тоже без разницы. Но… Я где-то читал, что первый раз лучше всего… мм.. на спине, что-то вроде, не так больно и… и вообще, я бы хотел смотреть на тебя… - «Боже, ну ты и мямля, Андерсон! С другой стороны… Эти его поцелуи… Ох, черт!». Блейн только и успевал, что жмуриться и цепляться пальцами за белоснежную простынь. - Не волнуйся, Блейн, - серьезно проговорил Курт, поднимаясь за смазкой и кидая ее на кровать рядом с собой. - Для меня это так же ново, как и для тебя, но я обещаю, что буду осторожным. И нежным. И я не сделаю тебе больно, - уверенно закончил Курт и открыл тюбик, нанося немного на пальцы. - Если тебе будет некомфортно, говори мне, хорошо? - заботливо уточнил Хаммел, прежде чем наклониться и прижаться губами к губам Блейна, пока его пальцы скользнули по сжатому входу, осторожно размазывая там смазку. Подняв руки, Андерсон вцепился в волосы Курта, сжимая пальцы на затылке, оттягивая уже влажные пряди и изо всех сил кусая его губы. Волнение огромными цунами накатывало в груди, растекаясь по конечностям и заставляя напрягаться, вместо того, чтобы расслабиться. Но настойчивый пальчик продолжал надавливать, поэтому Андерсон изо всех сил постарался взять себя в руки и расслабить хотя бы нижнюю часть тела. - Я люблю тебя, Блейн, - прошептал Курт, надавливая немного сильнее и проникая первым, указательным пальцем внутрь, пока губы покрывали поцелуями лицо брюнета. - Расслабься, пожалуйста, - промурлыкал он на ушко парню, прикусывая мочку и горячо выдыхая в ухо. Первый палец проскользнул почти легко, и совершенно безболезненно. Блейн и раньше пробовал подобное, из любопытства засовывая в себя пальцы один за другим. Поняв, что и на этот раз никакого дискомфорта не чувствует, Блейн расслабился и открыл глаза, смотря на лицо прекрасного парня над собой. Улыбка тронула его губы и он прошептал: - Не бойся, продолжай. Получив разрешение, Курт добавил второй палец и немного согнул их, поглаживая нежную ткань изнутри. Курт уже не мог оторваться от потрясающего Блейна и практически без остановки покрывал поцелуями лицо и шею парня. Немного разведя пальцы, он вынужден был отстраниться, чтобы нанести еще смазки и добавить кончик третьего пальца, поворачивая кисть и осторожно проникая внутрь. - Как ты? - Ох, я же не хрустальный, Курт! – засмеялся уже почти ничего не боящийся Блейн. Нежные прикосновения Курта, его успокаивающе-возбуждающие поцелуи, аккуратные пальцы и забота, сочащаяся из всех пор, творили магию, благодаря которой Андерсону хотелось уже поскорее перейти к «горячему блюду». Достаточно растянув Блейна, Курт достал пальцы, добавил смазки на член, который буквально ныл от недостатка внимания. Прикусив губу, Курт проговорил: - Это же ничего, что мы без презерватива? Потому что я никогда... И ты тоже нет... и это же нормально? - Я сегодня уже думал об этом и пришел к тому же выводу, - улыбнулся Блейн. Он был очарован тем, как с ним обращался Курт, как трепетно он относился к каждому участку тела Андерсона, как аккуратно он двигался и как говорил. Даже то, как дышал любимый, сводило Блейна с ума. Все это было так неловко, так очаровательно и совершенно неопытно… Идеально. - Ты идеальный, - выдохнул брюнет, в ожидании последних приготовлений и… Курт улыбнулся и лег обратно на Блейна, одной рукой опираясь на простынь возле головы парня, а вторую положив ему на щеку. Курт ужасно нервничал, тяжело сглотнув, двигая бедрами и упираясь головкой в подготовленный вход. Наклонившись, он прижался к губам Блейна и осторожно двинулся бедрами, входя на пару сантиметров и тут же распахивая глаза от удивления. Это было как мастурбация, только в сто раз лучше. Это жаркое давление, и короткий выдох Блейна, и сотни маленьких звездочек, вспыхнувших перед глазами. - О. Мой. Бог. Блейн, - прошептал Хаммел, хлопая ресницами и осторожно двигая бедрами снова и входя еще немного. - Стой! Подожди! – вскрикнул Блейн, все же ощущая жжение. Как бы хорошо Курт его не подготовил, все-таки его член был намного толще и длиннее, чем пальцы. – Можешь замереть? – сконфуженно улыбнулся парень. - Я. Да. Конечно. Прости, милый, - залепетал Курт, замирая и глядя на Блейна испуганными глазами. - Может, прекратим? Мне выйти? Тебе очень больно? - Стоять! Не двигайся! Просто не двигайся! И не паникуй! – подтянувшись, Блейн поцеловал распахнутые от волнения губы Курта. – Просто ты не маленький, и немного жжется. В принципе, можешь продолжать. - Я боюсь теперь, что тебе больно, - крякнул Курт, но бедрами двинул, входя, наконец, до конца. - Ох, Блейн... Ты такой узкий... - выдохнул Курт, прижимаясь лбом к плечу парня и коротко целуя ключицу. - Скажи, когда ты привыкнешь... - рука парня сместилась на талию Блейна, и принялась неспешно поглаживать, расслабляя напрягшиеся мышцы. - Угу, - пропыхтел зажмурившийся Андерсон, по максимуму расслабляясь. Жжение в анусе было очень сильным, несмотря на охлаждающий эффект смазки. Было такое ощущение, будто ему в попу вставили... Что-то большое, в общем. Но нежные руки и губы Курта помогали. Потихоньку расслабляясь, Блейн раскрыл глаза и внимательно посмотрел на Курта. Его обеспокоенно-напряженный взгляд, такой заботливый и жаждущий, и любящий, и нежный. Курт - целый мир. За всеми этими мыслями Блейн не заметил, как жжение поутихло. Улыбнувшись, он погладил любимого по щеке. - Ну что, продолжим? - Ммм. Да, - робко шепнул Курт, прикусывая губу и делая осторожное, нежное движение тазом. Это было лучше всего, что он когда-либо чувствовал, и было по-настоящему сложно держать себя в руках, когда хотелось только двигаться и трахать... Черт, ему, и правда, хотелось трахнуть Блейна. Хотелось заставить его стонать и умолять о большем и об увеличении скорости. Курт снова толкнулся, на этот раз глубже и резче. От этого движения у Блейна перехватило дыхание и он распахнул рот в немом крике. Это было не очень приятно. Как будто раскаленным железом по открытой ране. От того, чтобы прекратить всё это, Блейна остановил взгляд на Курта, которому, очевидно, было очень даже хорошо, и понимание, что нужно потерпеть. Что потом обязательно будет лучше. Собственно, так и получилось, буквально спустя минут пять-семь (хоть для Блейна они и тянулись дольше) тело начало привыкать к вторжению извне. Мышцы расслаблялись, и Андерсон осознал, что все это время впивался пальцами в плечи Курта. Ослабив хватку, он проскользил ладонями по влажному телу вдоль боков, желая потрогать, пощупать, поцеловать все тело любимого. Курту было так чертовски хорошо, что буквально спустя пару минут парню пришлось притормозить, чтобы банально не кончить. Ему ужасно хотелось доставить удовольствие Блейну, но он не был уверен, что знает, как. Сев на колени, не выходя из тела Блейна, он приподнял таз парня и скользнул рукой по его члену, поворачивая кисть и поглаживая ствол. - Ты такой красивый, - с искренним восторгом проговорил Хаммел, наклоняясь и целуя брюнета в грудь. Успевший расслабиться от боли член, под нежными пальцами Курта снова начал увеличиваться, кожа опять стала чувствительной, и поцелуй в грудь вызвал миллионы импульсов по всему телу. Ноги дернулись, и Блейн обхватил ими поясницу Курта. - Иди ко мне, поцелуй меня, - попросил Андерсон, испытывая острую жажду. Не убирая руку с члена Блейна, Курт потянулся вперед и прижался к его губам, одновременно делая несколько неспешных фрикций, и прикрывая глаза от двойного удовольствия. Вот в этот момент Блейн ощутил настоящий кайф. В этот момент он, наконец, понял, о чем столько разговоров. Боже, это были невероятные ощущения. Вся боль прошла, и хотелось только ощущать это потрясающее гладящее растяжение. Обняв спину любимого, Андерсон мокро целовал его, наконец, начав поднимать бедра, чтобы встречать глубокие толчки на полпути. Как он ни старался сдерживать стоны, у него ничего не получалось, и они таяли на языке Курта. Курт, почувствовав долгожданную отдачу, не убрал руку с члена Блейна, продолжая ласкать его в одном темпе с толчками бедер. Под кожей расползались миллионы приятных мурашек, и окружающий мир стерся, оставляя только их двоих. Блейн пах потрясающе, ощущался потрясающе всем телом, от пальцев до кончика языка. - Я так близко... - выдохнул Курт, отстраняясь, чтобы видеть лицо возлюбленного и ускоряя движение руки, чувствуя подступающий оргазм. Увеличение скорости заставило Блейна сжаться, словно пружина, в ожидании скорейшего освобождения от так долго испытываемого напряжения. Закрыв глаза и откинув голову назад, он растворился в своих ощущениях, продолжая подмахивать бедрами и гладить тело Курта. В какой-то момент Курт немного сместился и его член задел простату Блейна. Громкий стон сорвался с губ брюнета и тело, наконец, расслабилось в руках любимого. Курт опустился на кровать рядом с Блейном секундой позже, перекатываясь на спину и глядя в потолок широко распахнутыми глазами, пока сердце пыталось вернуться в нормальный ритм. Курт наощупь нашел руку Блейна и переплел их пальцы, крепко сжимая. - Это. Было. Воу... Сдавленно промычав, Блейн еле заставил себя открыть глаза. Повернув голову, он уставился на профиль Курта. Этот вздернутый носик сейчас казался самой милой вещью в мире. Ну, правда, он же такой очаровательный! - Я люблю тебя, знаешь, - прошептал Андерсон, крепче обхватывая пальцы в своей ладони. Закинув голову назад, Хаммел с удивлением заметил, что за окном его спальни шел снег. Словно в сказке, его маленькая мечта исполнилась так вовремя. Курт поморгал и перекатился на бок, обнимая Блейна поперек груди и нежно целуя в теплую щеку. - Я тоже тебя люблю. Как ты себя чувствуешь, родной? А Блейн ничего, кроме Курта и не замечал. - Пока не двигаюсь – нормально. Но двигаться не хочу, - усмехнулся Андерсон. – А как ты? - Мне так жаль, милый, - сочувственно проговорил парень, оставляя несколько коротких поцелуев на губах Блейна и кладя руку ему на живот. - Я отлично. Лучше, чем отлично, на самом-то деле. Как я могу тебе помочь? Принести тебе таблетку? - Ох, просто будь со мной, - усмирил пыл любимого Блейн. – Мне сейчас хочется лежать и обнимать тебя. Хотя нет, еще пить хочу, да. - Алкоголик, - театрально вздохнул Курт, а затем рассмеялся и легко встал с кровати, почему-то больше не смущаясь своей наготы. Вернулся парень спустя минуту с бутылочкой минералки и отдал ее Блейну. - Смотри, - кивнул он им за спину, - снег начался. Чувствуешь? Романтика в воздухе... С трудом отведя взгляд от потрясающего тела Курта, Блейн поглядел за окно. Белесая дымка, состоящая из миллиардов танцующих на ветру снежинок, застилала вид на город. Снова посмотрев на Курта, он улыбнулся: - Ну а это ты как провернул? Курт засмеялся и гордо задрал нос: - Все волшебство мира для моего любимого мужчины. Хмыкнув, Блейн театрально выпятил подбородок и высокомерно произнес: - Ха, а ведь и правда, для мужчины, - но не выдержал, и засмеялся, протягивая руки, чтобы поскорее обнять своего волшебника. - Мой замечательный, - нежно проворковал Курт, прижимаясь к груди Блейна и утыкаясь носом в кожу. Тот факт, что сегодня он был сверху, не меняет того, что Курт обожал находиться в объятиях Блейна и только так чувствовал себя в безопасности. - Прости меня за этот дурацкий инцидент в баре, - спустя какое-то время вспомнил Блейн. - Будем считать, что ты получил по заслугам, - хмыкнул Курт. - Ох дааа… - протянул Блейн, потирая бедро. – Я боюсь утра. - Ну... Во-первых, я буду рядом. А во-вторых... - Курт поднял лицо и хитро улыбнулся Блейну. - ты всегда можешь мне отомстить. - О, поверь, я непременно отомщу! – закивал Андерсон. – При первой же возможности! - Ты сначала встань, - хихикнул парень в ответ. - Жестокий! – застонал Блейн, не имея возможности даже защекотать Курта. - Но ты меня любишь. - Люблю, - потянувшись, он поцеловал Курта в щечку. – Очень. - И я тебя. Миллион раз да, - Курт тихо вздохнул и уложил голову в изгиб шеи Блейна, прикрывая глаза и улыбаясь самому себе. Улыбаясь, Блейн улегся поудобнее, крепче прижимая к себе теплое тело Курта. - Все, давай спать, а то у меня сейчас малиновый сироп из ушей потечет. - Сладких снов, - мурлыкнул парень, так и не открывая глаз. - Сладких, - шепнул Андерсон, засыпая совершенно счастливым. А за окном улицы неспящего города покрывались белоснежными простынями. И тусклые фонари выхватывали из тьмы вальсирующие в непрекращающемся хороводе снежинки. Нью-Йорк здоровался с зимой.