«Непризнанная. Хроники Небес»

Время — удивительная штука. Когда живешь вечно, у тебя бесконечное количество времени. Ты его не ценишь. Думаешь: пару веков на это, пару веков на то. Для тебя это ерунда — дуновение ветерка, короткий миг. А потом все переворачивается, и ты не понимаешь, в какой момент всё изменилось. Три дня каким-то образом получают невообразимое преимущество, на фоне которого меркнут даже три столетия. По крайней мере, так кажется. Однако какими бы возможностями не обладали духовные миры и их обитатели, естественный порядок вещей никто не отменял. А естественный порядок заключался в движении вперед или в сторону/параллель, но никогда назад. Разворачивание времени, перемотка событий назад, движение в хаотичном порядке — это возможно, но неправильно. Примерно такие мысли обуревали Демона, когда он вышел из ванной и бросил взгляд влево — всё тот же полумрак в комнате из-за плотно задернутых штор. Иллюзия вечной ночи. Десятки бумаг и свитков на столе — результаты досрочных экзаменов. Мирно спящая Непризнанная, интуитивно обвив руками его подушку, уткнулась в нее кончиком носика. Люцифер усмехнулся своим мыслям и подступил к окну. Отдающий треском рывок, и плотно задернутые шторы все-таки пропустили в комнату ворвавшиеся лучи рассветного солнца. Утро третьего дня. Люцифер коротким взглядом обвел панораму небесной школы. …» — Еще раз повторяю: ты отправишься в небесную школу, — вынес вердикт Сатана, недовольно взирая на сына. — И будешь там учиться до тех пор, пока не усмиришь свое невыносимое тщеславие! — Селена такая же, как и я, и это не мешает быть нам великолепными легионерами, — фыркнул легкомысленно Демон, скрестив руки на груди. — Ты как обычно драматизируешь, папа, — Люцифер прищурился. — Ни в какую школу я не пойду. Это бред, — он смешливо и несерьезно поморщился. Владыка Ада побарабанил пальцами по подлокотнику кресла и неспешно поднялся с места. Лилит, стоящая рядом с мужем, чуть приподняла подбородок, молчаливо наблюдая за действиями и жестами супруга и сына. Сатана подступил к Люциферу и впился острым и пытливым взглядом в его лицо. — С завтрашнего дня приходить в дом можешь лишь по приглашению, — тон владыки Ада стал беспристрастным и отчужденным, а алая лава спокойно и решительно застыла в его заледеневшем взгляде. — Ни легиона, ни военного совета не увидишь до возвращения, — на этих словах лицо Люцифера озлобленно вытянулось, а из наконечника трости Сатаны выскочило золотистое лезвие. Владыка Ада схватил сына за руку и незаметным жестом полоснул острием по его запястью — на мраморный пол закапала темно-багровая кровь, которая тут же стала испаряться с характерным и низким шипением. — Нет! — оглушительно рявкнул Демон, физически ощущая, как тает его сила в теле. — Ты не посмеешь! — он вырвал руку из хватки отца и отступил от него, зажмурившись. — Нет… — сквозь зубы процедил Люцифер, все еще не веря в происходящее. Как слепой котенок, он старался обратить свой взор на то, что было ему раньше доступно, но натыкался лишь на глухие моральные стены. Отец отнял большую часть его силы. Отец в одну долю мгновения отобрал доступ к знаниям и власти, присущей ранее его сыну. — Вон! Громыхнувшее гневом слово владыки Ада смешалось с тьмой, отбрасывая сына Сатаны за пределы Преисподней. Закрутилась невесть откуда взявшаяся черная воронка, затягивая в эпицентр яро сопротивляющегося Люцифера, чтобы перенести его в небесную школу, где он проведет долгие-долгие годы…» Воспоминание погасло, и Люцифер ухмыльнулся. Не проходило ни дня, чтобы сын Сатаны не мечтал о возвращении в родной дом, однако сначала в нем говорила откровенная злоба, и он специально нарушал запрет за запретом, чтобы досадить отцу. Позже гордыня и импульсивность утихли — сын Сатаны стал разумнее, но своенравная и непокорная натура Демона все равно продолжала упорно брать свое, толкая на дорожку нарушений и проступков. И вот он, этот день, которого Демон ждал годами — день возвращения в родной дом. День, когда он должен чувствовать счастье и небывалое облегчение от снятия обузы под названием «обучение». Только почему-то ничего, кроме умиротворенного «так надо», в душе не отпечатывается. Ни ликования, ни радости. — Ты мне снился, — сонно-озорной голос Вики выдернул Люцифера из раздумий, заставив его обернуться и ехидно приподнять одну бровь. — Надеюсь, я делал что-то неприличное? — Демон лукавым взглядом пробежался по растрепанной девушке, сидящей на его постели и обнимающей его подушку. Щечки Непризнанной чуть порозовели, и она очаровательно улыбнулась. — Ты подарил мне цветы, — язвительно пробурчала Вики, заваливаясь обратно на спину и накрываясь покрывалом. — Кактус? — невинно поинтересовался Демон, направляясь к столу, чтобы сложить и убрать оставшиеся бумаги. — Росянку, — саркастически отозвалась Непризнанная, вовремя вспомнив о земном плотоядном растении, но тут же переключилась на насущные вопросы. — У тебя сегодня последний экзамен, да? — ее голос из-под покрывала был несколько приглушенным. — Да, — Люцифер выдвинул один из ящиков. — Он, кстати, исключительно формальный и самый легкий, и у Непризнанных он тоже в программе, так что ты можешь… — «тоже сдать его», но Демон не договорил и оборвал сам себя, замерев и уставившись в одну точку. Пустую точку. В демонических глазах сверкнула мрачная искра, и сын Сатаны нахмурился, рукой прошаривая пустой ящик. — Где оно? — интонация Люцифера резко изменилась, в мгновение приобретя нотки холодности и недоброй требовательности. — Что? — Вики вынырнула из-под покрывала, больше удивленная его неожиданно изменившимся тоном, чем неопределенным вопросом. — Кольцо твоего отца, — Люцифер с грохотом задвинул ящик обратно и повернулся к девушке, лицо которой недоуменно вытянулось. Демон цепко впился взглядом в Непризнанную. — Где оно, Виктория? Вики настолько опешила, что в первые секунды даже слов не подобрала — она пару раз открыла и сразу же закрыла рот, пока Люцифер не отводил от нее потяжелевшего взгляда темно-алых глаз, тлеющих недовольством. — Я не… — Непризнанная, отмерев, вскочила с постели и в пару шагов приблизилась к столу, открывая ящик, который только что захлопнул сын Сатаны. — Ты хорошо искал? Может, оно куда-то закатилось? — девушка приподняла бумаги на столе, выискивая пропажу. Демон рядом с ней не пошевелился, и она повернулась к нему, тяжко вздохнув. — Не смотри так на меня, — она осуждающе сверкнула глазами, уловив тень подозрения на его лице. — Я не стала бы красть у тебя перстень своего отца, — Непризнанная плотно сжала губы. Люцифер промолчал, но его выражение лица отчетливо демонстрировало, что он на самом деле думает — хоть они с Вики и не проводили в его комнате сутки напролет, но для того, чтобы незаметно взять украшение, нужно как минимум знать где оно и у кого. — Кто мог прийти и забрать его, если о нем никто, кроме нас, не знал? — резонно проговорила Вики, обхватив себя руками. — Вот именно, — веско отозвался Демон без тени иронии. — Ты кому-то говорила о нем? Маме? Учителям или друзьям? — он оперся одной рукой о поверхность стола. Девушка отрицательно помотала головой. — Уверена? — Люцифер! — Вики сердито уперла руки в бока. — Если бы мне нужно было кольцо, я бы просто его попросила! — девушка рассерженно топнула ногой. — И нет, я не страдаю маразмом, чтобы так просто взять и забыть кому и что я говорила! Может, ты сам его переложил куда-то? Кому ты о нем говорил? — Никому. И по-твоему, маразмом страдаю именно я? — Демон скрестил руки на груди, приподняв брови. Вики досадливо скрипнула зубами — еще ссоры им не хватало накануне ухода Демона в Ад. Люцифер, который изучающе взирал на Непризнанную, глубоко вздохнул и опустил плечи, в момент успокаиваясь. — Ладно, — он на секунду задрал голову к потолку и тут же опустил. — Тогда будем считать это досадной прощальной неприятностью. «С которой у меня больше нет времени и возможности разбираться», — мысленно и «чисто по-женски» дополнила у себя в голове Вики. Рассветный луч, пробежавший по комнате, в мгновение ока выветрил вопрос «Где перстень?» из сознания Демона и Непризнанной и откатил его на задворки разума. Розовато-персиковое сияние солнца поставило время на место, образовывая невидимую перегородку в горле девушки. Вики поспешно отвела взгляд от Демона. — Третий день, — Вики устремила взгляд на окно, а следом — на горизонт. — Что ты чувствуешь? Зная, что сегодня ты вернешься домой, что ты ощущаешь? — ее умиротворенный голос, казалось, был вот-вот готов скатиться в долину горечи, но пока что все-таки держался на равнине спокойствия. Демон мимолетно улыбнулся уголком губ. — Что это правильно. Что так надо, — Люцифер лукавить не стал и ответил честно. Девушка, совсем не ожидавшая такого ответа, резко повернулась к сыну Сатаны. А как же радость и счастье от возвращения в родной дом? Он же так об этом мечтал, не так ли? Хотя на Земле иногда говорят: «Мечты исполняются в определенный момент. Чаще всего этот момент называется «уже не надо». Может, и здесь действует тот же принцип? Вики непроизвольно растянула губы в мягкой полуулыбке. — И всё? — И всё. Его спокойный ответ, произнесенный лукаво-ехидным тоном, и Непризнанная улыбнулась еще шире — всё-таки умел Люцифер каким-то чудом нарисовать улыбку не только на ее губах, но и в ее глазах даже в те моменты, когда ей грустно и хочется глупо и по-девчачьи расплакаться. Вики плавно подступила к Демону и положила ладошки ему на грудь, утыкаясь лбом в ключицу. Люцифер обвил ее руками, надежно и крепко прижимая девушку к себе. В этот момент сердце проницательно сбавило обороты, чтобы не мешать и не отвлекать их своим неровным биением. На мгновение сын Сатаны отстранился с весьма определенным намерением, но не успел Демон приблизиться к губам девушки, как раздался громкий стук в дверь, и Люцифер с Вики недовольно повернулись в сторону звука, коротко переглянувшись. Сын Сатаны отпустил ее и в пару шагов достиг двери, а Непризнанная с интересом наклонилась чуть в сторону, чтобы увидеть незваного и нежданного гостя. — Ости? — Люцифер вопросительно изогнул бровь, опираясь локтем на дверной косяк. — Привет, — демонесса мирно искривила губы в улыбке. — Можно? — она кивнула в сторону комнаты. — Входи, — Люцифер посторонился, пропуская ее внутрь. Демонесса, пройдя пару шагов и наткнувшись на Непризнанную, почему-то ни капли не изумилась и не разозлилась, а лишь мимолетно улыбнулась, еле заметно ей кивнув в знак, вероятно, приветствия. Вики ответила взаимным кивком. — Чем обязан, Ости? — поинтересовался Демон. — Мы можем поговорить наедине? — Ости не торопилась при Вики излагать цель визита. Звучало это совсем не нагло, а вполне вежливо и тактично. — Она здесь живет, Ости, — безмятежно оповестил Люцифер, обходя демонессу и останавливаясь около Непризнанной. — Если что-то срочное, то… — Люцифер, подожди…- вмешалась Вики, аккуратно коснувшись его локтя. — Всё в порядке, я пока…приму душ. Разговаривайте спокойно, — девушка улыбнулась и, прихватив комплект одежды, направилась к ванной комнате, откуда вскоре раздался шум воды. Ости проводила ее долгим изучающим взглядом, а затем обратила взор на сына Сатаны, который лениво оперся на край стола и смиренно ожидал, когда она заговорит. — Ты с ней другой, — проговорила Ости то ли с долей удивления, то ли — непонимания. — Как это всё-таки получилось? — этот вопрос она, скорее, задала самой себе, так как обращалась она явно не к Демону и смотрела куда-то мимо него. — Ты об этом пришла поговорить? — Люцифер хмыкнул. — Нет, конечно, — Ости мотнула головой, будто приходя в себя. На ее лице застыло знакомое легкомысленное выражение и привычная демоническая усмешка. — Слышала, ты сегодня возвращаешься домой, — теперь внимание Ости целиком и полностью было приковано к сыну Сатаны, от которого она не отводила глаз. — Слышала? Не помню, чтобы я об этом громко кричал, — Демон сверкнул глазами и тоном, далеким от серьезности, продолжил: — И? Только не говори, что пришла пожелать удачи и счастливого пути, — Люцифер саркастически ухмыльнулся. Ости насмешливо фыркнула, закатив глаза и отрицательно помотав головой. — Мы не были откровенны друг с другом в последнее время, и я о многом не знала, — Ости посерьезнела и ладонями оперлась на поверхность стола, смотря прямо перед собой. — И о «буре» в том числе, — она задумчиво покусала нижнюю губу. — Люци, когда ты вернешься в легион, присмотрись к окружению моего отца, — Ости нахмурилась, буравя взглядом невидимую точку перед собой. — Асмодей что-то задумал? — голос Люцифера играл прежним спокойствием, но взгляд темно-алых глаз потяжелел и зажегся подозрительным огнем. — Если бы мой отец что-то задумал, я бы никогда его не сдала, — Ости иронично усмехнулась. — Но мне не нравятся определенные движения в его окружении, особенно перед войной. Не могу это логически объяснить, — демонесса раздраженно скрипнула зубами. — У меня такое ощущение, что… — она щелкнула пальцами, — среди его приближенных копошится какой-то крысеныш. — Давай-ка поподробнее. Что тебя подтолкнуло к таким выводам? — Люцифер отошел к шкафу, чтобы вытащить рубашку. Ости опустилась на стул, набрав в грудь побольше воздуха, а затем выпалила: — Он хочет покинуть свой пост, Люци. Лицо сына Сатаны пораженно вытянулось, и он удивленно повернулся к демонессе, замерев. — Кто? Асмодей? — Люцифер уставился на Ости, которая, по его мнению, ляпнула невиданную ересь. Асмодей являлся очень принципиальным Демоном, одним из князей Ада, который славился своей холодной злобой — он бешено ценил свою службу и слишком дорожил своей репутацией и положением для такого шага. — Да, — Ости невесело кивнула. — Папа никогда не ушел бы добровольно. Кто-то его к этому подталкивает. — Маммон, — предположил Демон и, накинув рубашку, сел на соседний стул. — Хотя нет, — он тут же отверг эту версию. — Не в его нынешнем положении бодаться с Асмодеем. И это правда. Маммон и Асмодей, которые конфликтовали много столетий назад, не стали бы сейчас повторно вступать в противостояние, тем более, что Маммона вполне устраивало свое положение, хоть и омраченное судом. Конфликт с Асмодеем, сторону которого поддержал бы Сатана, невыгоден Маммону, учитывая складывающиеся обстоятельства и недавние проступки Демона. — Я не знаю, что и думать, — Ости с досадой потерла виски, поморщившись. — Кто встанет на его место, если он уйдет? И что вообще происходит с высшими кругами Ада? — вспыхнула демонесса, подорвавшись с места. — Маммон под судом, Асмодей надумал уходить, сын Сатаны возится с… — она ткнула рукой в сторону ванной, где находилась Вики. — Ай, неважно, — Ости не договорила, отмахнувшись. Люцифер безэмоционально окинул демонессу равнодушным взглядом. — Надо разобраться со всем, что происходит в Аду, Люци, — она заговорила спокойнее, но при этом вид ее оставался строгим. — Нутром чую, на этот раз «буря» выйдет боком всем мирам, — Ости хлопнула ладонью по спинке стула. — Чтобы это понять, не надо быть семи пядей во лбу, Ости, — заносчивость демонессы ничуть не задела Люцифера. — Раз были пробиты границы других миров, то уже очевидно, что дело коснется не только Ада и Рая. Ости искривила губы и слабо кивнула как раз в тот момент, когда из ванной вышла Непризнанная. Демонесса перевела на нее отстраненно-анализирующий взгляд, а затем повернула голову к сыну Сатаны. — Я пойду. Удачи дома, — Ости ободряюще улыбнулась и, не дожидаясь ответа, направилась к выходу. Едва дверь за ней захлопнулась, Вики вопросительно посмотрела на Люцифера, который прокручивал в голове новую информацию с безмятежным видом. — Всё в порядке? — вкрадчиво и ненавязчиво поинтересовалась Вики, остановившись около сидящего Демона и положив ладошку на его плечо. — Да, — пальцы Люцифера легли поверх ладони девушки. — Ости узнала о «буре». Переживает, — он поднялся и повернулся к Непризнанной. Девушка на миг сдвинула брови к переносице и начала машинально застегивать пуговицы на рубашке сына Сатаны. — За тебя? — мирно полюбопытствовала Вики. — И за меня в том числе, — Люцифер насмешливо поморщился. — Но в целом, ее переживания за родной дом, — уже серьезнее дополнил он. Непризнанная понимающе кивнула и, пригладив рубашку на груди Демона, привстала на носочки, чтобы губами коснуться его щеки, однако очередной стук в дверь снова вмешался в атмосферу комнаты. — Кто бы ты ни был, катись к черту! — раздраженно рявкнул Люцифер, не выдержав. Вики приглушенно рассмеялась, обвив сына Сатаны руками и всё-таки коротко поцеловав его в губы. — Хам, — весело оповестила Мими, не дождавшись приглашения и влетев в комнату без приглашения. — Привет, мои неземные, — демонесса радостно поприветствовала Вики и Люцифера. — Привет, — следом за Мими в комнату ступил Дино, который держал руки за спиной, что-то, по всей видимости, пряча. — Мы помешали? — он таинственно сверкнул голубыми глазами. — Нет. — Да. Вики и Люцифер ответили хором, но вразнобой, и положительный ответ принадлежал Демону, которого очередное вторжение за утро стало откровенно раздражать. Мими и Дино хихикнули. — Мы не с пустыми руками, — торжественно объявила Мими. — Дино, доставай! — Пернатый фокусник принес кролика? — Люцифер смешливо повел бровью, одной рукой обняв Вики, а второй — театрально махнув в воздухе. — Не угадал, — Ангел выудил из-за спины четыре бархатные коробочки и положил их на стол: темно-алый, белый, небесно-синий и золотой бархат. — Это для нас всех. — Что это? — Вики подошла к столу, рассматривая коробочки, но не торопясь их открывать. Только при более близком рассмотрении она заметила, что на крышках есть едва заметные печати из разноцветного напыления: на темно-алой изображен огонь, на белой — снежинка, на золотой — драгоценный камень, на небесно-голубой — осколок стекла. — Наши стихии, — мягко произнесла Мими, по очереди открывая шкатулки. — Помните, я просила у вас огонь и лёд? Непризнанная кивнула: демонесса действительно приходила вчера и просила дать ей тонкие нити их стихий, правда, тогда она не объяснила для чего они ей нужны. Как бы Люцифер и Вики не старались выпытать у Мими информацию, та упорно хранила молчание и лишь загадочно улыбалась. Теперь все встало на места. Тонкие нити из огня, льда, золота и стекла демонесса соединила в украшениях. В коробочках Мими и Вики лежали искусно выполненные браслеты, сплетенные из четырех стихий. В коробочках Люцифера и Дино — перстни, в крупных камнях которых застыли те же микроскопические вихри четырех стихий. — Как ты это сделала? — с придыханием прошептала Вики. — Соединила наши стихии — это несложно, — легко рассмеялась Мими. — Дотронься до своего браслета и пусти в него капельку льда, — посоветовала подруга. Непризнанная прикоснулась к украшению, снежинкой дотрагиваясь до браслета. И тут же все стихии ее браслета заиграли рябью. Выглядели украшения поистине магически: белая ниточка льда заискрилась, мирным огнем замерцала нить пламени, золотые отблески засияли, а тонкое стекло изящно блеснуло в солнечных лучах. — Когда владелец украшения касается его своей стихией, то и остальные нити стихий становятся активны. В обычном состоянии они застывают, — Мими торжественно просияла улыбкой. — А стекло откуда? Неужели ты не пернатый, а хрустальный? — Люцифер озорно глянул на Дино. — Пришлось разблокировать, — закатил глаза Ангел. Вики удивленно вскинула брови: Дино никогда ей не говорил о наличии у него стихии, и сейчас это стало открытием. — Я не любитель пользоваться стеклом, — он пожал плечами, уловив ее пораженный взгляд. — Но что не сделаешь ради того, чтобы у каждого из нас было напоминание друг о друге, — Дино дружелюбно улыбнулся. Мими взяла перстень и надела его на палец Люцифера, который хоть и не выглядел растроганным, но возражать не стал, а Дино застегнул браслет на запястье Вики. Непризнанная и Демон, уловив суть обмена, повторили их жесты — сын Сатаны надел украшение на руку Мими, а Вики — Дино. — Однажды придет день, когда не только Люцифер, но и мы все покинем небесную школу, — Мими коснулась своего браслета, пустив в него капельку золота, и он заиграл всеми стихиями. — Я уверена, что за долгую вечность мы все еще не раз увидимся, но какое-то время, — ее голос стал тише, — долгое время… Мы будем далеко друг от друга. Мы с Люци будем в Аду, вы с Вики, — демонесса тепло глянула на Дино, — в Раю. И в этот период я хотела бы сохранить рядом с собой частичку каждого из нас, — Мими обвела лучистым взглядом каждого из присутствующих. Оглушительная тишина послужила ответом. Ангел и Демон молчали, придавленные неожиданным и таким искренним признанием Мими. Вики с усилием осушала непрошенные искорки ледяных слез, стараясь не расплакаться и утешая сердце, которое грозилось вот-вот расколоться на болезненные частички. — У нас тоже есть подарок, — Люцифер первым нарушил тишину и заговорщицки глянул на Вики, а та, поняв, что он имеет в виду, просияла улыбкой. — Только мы его вам позже презентуем. Мы с Викторией сдадим экзамен, и встретимся с вами на юго-западной поляне леса Лжи и Покаяния, — проинструктировал сын Сатаны. — Сюрприз? — Мими довольно потерла ладошки. — Сюрприз, — бодро подтвердил Демон. *** — Что за балаган? — проворчал Мефистофель, наткнувшись на суетящихся Демонов, которые расчищали главный зал Ада, выстраивая невысокие трибуны по бокам. — Люцифер сегодня возвращается, — звонко и радостно отозвалась Селена, спускаясь с высокой лестницы, которая вела к трону родителей. — Какое небывалое счастье, — скривился Демон, с презрением наблюдая за подготовкой к возвращению брата в Преисподнюю. — Но вот досада, я забыл нарезать конфетти, — с сарказмом протянул он. — Манеры, Мефистофель, — голос Лилит раздался за спиной Демона, и она мягко коснулась плеча сына. — Ты можешь не радоваться, но будь любезен, прояви почтение. — К кому? — поразился Мефистофель. — К Люциферу? — глаза Демона возмущенно сверкнули. Лилит осуждающе прищурилась, укоризненно качнув головой. — Хотя бы смирение, брат, — сбоку показался Дагон — еще один сын Сатаны и Лилит. — Давно пора забыть вашу давнюю вражду. Вам с Люци нечего делить, — узорчатые крылья Дагона из черной кожи встрепенулись и тут же смиренно сложились, а сам Демон озорно блеснул багровыми глазами. — Скажи это Люциферу, который вечно ведет себя, как импульсивный школьник, — Мефистофель недовольно фыркнул. — Это им-то нечего делить? — смеющиеся голоса Кибеллы и Весты — двух близнецов, дочерей Сатаны и Лилит, отразились от свода зала. — Люци вернется не только в Ад, но и в военный совет, — демонессы подступили к Мефистофелю с двух сторон, игриво толкнув его в бока. — И кому-то придется подвинуть свои ягодички, да, Мефи? — ехидно проговорила Кибелла. Селена, услышав слова Кибеллы, усмехнулась, а Мефистофель зло сжал руку в кулак, смотря на сестер. — Я хоть и не Люцифер, но могу спалить ваши кудряшки не хуже него, милые сестрички, — пригрозил Мефистофель, взглядом указывая на длинные темно-лиловые волосы сестер. Кибелла и Веста, шутливо надув губки, закатили глаза и попытались играючи накрыть брата черными крыльями, но тот ловко извернулся, и сестры чуть не попадали на пол по инерции, когда Мефистофель резко отошел. Рассмеявшись, старший брат схватил их за шкирку и дернул, поставив прямо и не позволив грохнуться оземь. — А где папа? — Веста повернулась к матери. — Он с Аластором, — спокойно ответила Лилит, наблюдая за работой рядовых Демонов и чертей. — Где ваши остальные братья и сестры? — владычица Ада вопросительно глянула на своих детей. — Ты всю семью решила собрать ради этого события? — поморщился Мефистофель. Кибелла и Веста хихикнули. — Манеры, — напомнила Лилит уже гораздо более строгим тоном. — Это всех касается, — она потяжелевшим взглядом проскользила по Демонам. — Упаси вас отец от моего гнева, если вы испортите брату возвращение в родной дом, — строго припечатала владычица Ада, не повысив голос ни на ноту. — Да, мама. — Как скажешь, мама, — вразнобой, но синхронно ответили дети Сатаны и Лилит, смиренно кивнув. Лилит очаровательно улыбнулась и вернулась к раздаче указаний слугам — владычица Ада безумно желала, чтобы возвращение Люцифера прошло гладко и без единой зацепки. *** — И? Какой сюрприз? — Дино нетерпеливо перетаптывался на юго-западной поляне леса Лжи и Покаяния, взирая на Вики и Люцифера, которые только что вернулись с экзамена. Мими рядом тоже подпрыгивала на месте от нетерпения. — Терпение, моя пернатая пробирка, — Демон ухмыльнулся. — Мы кое-кого ожидаем. — Кого? — полюбопытствовала Мими, оглядываясь. — Меня, — с неба спланировала Алессандра и приземлилась на площадку. — Извините, ребята, я задержалась, — она бросила извиняющийся взгляд на Вики и Люцифера, и те наклонили голову, показывая, что всё в порядке. — Алессандра? — Мими удивленно округлила глаза, не ожидая, что сюрприз будет включать в себя присутствие педагога. Дино тоже поразился, но промолчал. — Готовы? — Ангел хитро покосилась на Непризнанную и сына Сатаны и, дождавшись их кивка, хлопнула пару раз в ладоши. Разрезая почву и траву вверх стали выдвигаться зеркальные панели — переход в зазеркалье. Тонкие прямоугольные зеркала стали отражать убранство Небес, и их границы смешивались с окружающей средой. — Мы идем в зазеркалье? — выпалила Мими. — Но зачем? — Переходы и воронки закрыты, и вы вряд ли хотите проводить время под пристальным вниманием охраны, — Алессандра указала на зеркала. — Вперед. Вам понравится. Будет необычно, — Ангел сцепила пальцы в замок перед собой. — У вас три часа, — напомнила она, когда «небесная четверка» подняла руки, чтобы прикоснуться к зеркалам и перенестись в зазеркалье. — Мы помним. Спасибо большое, Алессандра, — Вики с теплой благодарностью посмотрела на педагога, и та ответила мягкой полуулыбкой. Едва ученики исчезли, перенесясь в зазеркалье, как педагог сосредоточилась, выстраивая именно то отражение, о котором ее просили Вики и Люцифер. *** — Это… — вот, собственно, и всё, на что хватило словарного запаса Мими, которая пораженно рассматривала отражение, куда они перенеслись. Обычно учителя настраивали отражение какого-то одного мира в зазеркалье, но на этот раз оно включало в себя смесь сразу нескольких миров. Здесь были и ледяные утесы мира Волн и Льда, и бесконечные лестницы Грота и Ада, и чистые ручьи Эдема и Рая, и звездное небо мира Эльфов, и кривые улочки и моря Элегии, и бесконечные поля Земли. И всё это смотрелось так гармонично и естественно, что Мими с Дино потеряли дар речи — Алессандра создала в отражении поистине сказочное место, взяв от миров самые красивые и волшебные детали. Звезды и солнце уживались рядом на небосводе, не соперничая и не притесняя друг друга. Ледяные утесы не таяли, соседствуя с раскаленными лестницами Грота, а рекам и водопадам Эдема было комфортно рядом с буйно цветущими лугами и полями Земли. — У нее талант к созданию мира, — Люцифер придирчиво осмотрел местность, оставшись довольным смешением миров. — Поразительно. Даже ароматы сочетаются так, как будто нет на свете ничего естественнее этих запахов, — Вики не ожидала такого эффекта, когда они обратились к Алессандре за помощью, и сейчас ошеломленно рассматривала творение рук Ангела, пусть и иллюзорное. — Мими, ты хотела совместную прогулку, как в Элегии. Пожалуйста, — Люцифер обвел рукой зазеркалье. — Тут даже лучше Элегии. — Главное, что мы целых три часа проведем здесь все вместе! — Мими восторженно подпрыгнула на месте. — Идемте скорее! Я хочу посмотреть всё-всё в этом смешанном мире, — на чистом энтузиазме демонесса схватила Дино и потащила его за собой под насмешливые комментарии Вики и Люцифера. *** Что-то в этом есть. В счастье. У счастливых так завораживающе горят глаза, их улыбки порождают ответную радость, а их смех звучит перезвоном колокольчиков, даже если этот смех низкий или хрипловатый. И счастье ни с чем не перепутаешь — оно не носит маски. Не может притворяться девушка, которую только что окатил водой из водопада любимый мужчина — она сияет, и это неподдельная, чистая радость. Не способен изображать счастье даже Демон, которого только что со спины обхватила девушка — он счастлив ощущать ее прикосновение и видеть ее улыбку. Не станут лукавить Ангел и демонесса, которые только что чуть не упали с ледяного утеса — их смех настоящий, и вызван их неловкостью и весельем. Алессандра, наблюдающая за отражением миров и учениками, впервые за все время в небесной школе убрала из уголка глаза внезапно появившуюся соленую капельку и трогательно улыбнулась — кто бы что ни говорил, но счастье никогда не лжёт. Оно попросту не умеет притворяться. — А где Вики? — на площадку у зеркальных панелей приземлился Фенцио, и Ангел едва заметно вздрогнула от его резкого появления. — В зазеркалье вместе с Люцифером, Мими и Дино, — Алессандра указала на зеркала. Фенцио, который явно прилетел с каким-то серьезным разговором, вдруг смягчился и подступил к панелям, мимолетно заглядывая в отражение. — Прощальная прогулка? — Ангел изогнул губы в улыбке, с удивлением замечая, что в отражении соединилась смесь миров. — Вроде того, — Алессандра кивнула, продолжая сверлить взглядом одну из зеркальных панелей. — Это правильно. Это справедливо, — задумчиво изрек Фенцио, опустив вниз руку со свитком. Ангел наблюдал за «небесной четверкой» с долей понимания и светлой грусти — как бы ни было, за время обучения он проникся симпатией к друзьям сына и считал, что все вместе они образуют крепкую, умную и достойную команду. Более того, его впечатлили их крепкие отношения, которые они демонстрировали, когда Вики изгнали в лабиринт Адама и Евы. — Справедливо, — эхом повторила Алессандра, протяжно вздохнув. — А что такое справедливость? — философски задалась вопросом педагог. — Ад и Рай стоят во главе всех миров, а в них нет места даже для собственных детей. Фенцио промолчал. Вопрос, на который никогда и ни у кого не будет ответа. Всем известно, что баланса нет в Раю и Аду, потому что они два противоположных столба для других миров. — Зачем ты искал Вики? Что-то случилось? — Алессандра перевела тему, указывая на свиток в руках Фенцио. — Они с Люцифером сегодня экзамен сдавали, — Ангел развернул свиток, пробегаясь глазами по строчками. — Уокер его завалила. Алессандра выпрямилась — про сдачу экзамена она знала, также как и знала, что этот экзамен был крайне прост и носил исключительно формальный характер. Чтобы его завалить, надо было постараться. — Сначала я подумал, что, может, она его завалила, потому что они сдавали этот экзамен Бальтазару, но сейчас понял, в чем причина, — Фенцио бросил взгляд на зеркальные панели. — Думаешь, она хочет остаться еще на один круг обучения? — разумно предположила Алессандра. — Думаю, да, — Фенцио свернул свиток и чему-то улыбнулся. — Наверное, Вики еще не определилась с выбором и тянет время. Других причин для провала такого простого экзамена я не вижу, — Ангел обернулся на школу, где его еще ждали дела, и Алессандра уловила это движение. — Я скажу ей, чтобы она заглянула к тебе, когда они вернутся, — пообещала педагог. — Спасибо, Алессандра, — поблагодарил Фенцио и, взмахнув крыльями, поднялся в воздух и направился обратно к небесной школе под оранжевым сиянием солнца, которое стало неспешно клониться к горизонту. *** — На Небесах наступил закат, — Селена протянула матери черное длинное платье. — Солнце вот-вот уйдет за горизонт, — демонесса прижала ладонь к верху живота. Она почему-то была очень взволнована возвращением брата, которого, признаться, ей не хватало рядом в последние годы. Лилит просияла улыбкой и притянула дочь к себе, перехватив платье. Она успокаивающе обвила рукой плечи Селены, и прижалась щекой к ее щеке, смотря в зеркало. — Всё-таки ты очень похожа на меня, — Лилит обворожительно улыбнулась, рассматривая отражение дочери. — Ни в одном мире нет женщины прекраснее тебя, мам, — Селена озорно сверкнула глазами. — И величественнее тебя, — добавила демонесса. Такие признания Селена могла себе позволить только находясь с матерью один на один — публично она относилась к родителям хоть и с уважением, но сдержанно и иногда даже холодно. — Ты взволнована, — от взора Лилит не укрылось, как Селена ожидает возвращения Люцифера. — Также, как и ты, — демонесса легко рассмеялась и посмотрела матери в глаза. — Признайся, что нам его не хватало, — она хитро прищурилась. — Только я должна тебя предупредить, — владычица Ада серьезно вгляделась в лицо дочери. — Люцифер, который однажды был изгнан и Люцифер, который сегодня вернется домой — это два разных Демона, — предупредила Лилит. — Я с ним общалась не так давно, мам. Может, он и изменился, но он всё ещё мой брат, — Селена насмешливо изогнула губы и приподняла бровь. — А теперь давай собираться, — она указала на платье матери, а затем откуда-то выудила золотисто-багровый брючный комбинезон для себя. — Не в халатах же нам его встречать, — демонесса расхохоталась под забавный смешок Лилит. *** — Солнце заходит, — Мими бесшумно ступила в комнату Люцифера после того, как они вернулись из зазеркалья и Вики ушла к Фенцио. — А ты так никому из учеников и не сказал, что уходишь, — демонесса не упрекала, а лишь констатировала факт. — Не имею привычки развешивать объявления о такой ерунде, — безмятежно отозвался Люцифер, накидывая черный пиджак. — Ты тоже пришел прощаться? — увидев Дино, Демон иронично изогнул одну бровь. — Или будешь умолять остаться и не бросать тебя, моя хрустальная дива? — шутливо поинтересовался сын Сатаны. — На коленях ползать и слезно просить не разбивать мне сердце, — в том же тоне отозвался Ангел, искренне улыбаясь. Мими и Люцифер рассмеялись, и Демон одобрительно кивнул. — Мы зашли сказать: «Пока», — улыбка Мими стала менее лучистой и радостной, но и хмурой ее назвать было нельзя. — И напомнить, чтобы ты берег себя, — дополнил Дино, тоже посерьезнев. — Ты, конечно, самый отвратительный Демон, — спохватился иронично Ангел. — Но без тебя еще хуже, чем с тобой, и… — он всплеснул руками, — вот зачем я в этом признался?! Люцифер и Мими звонко расхохотались, и сын Сатаны дружески хлопнул Ангела по плечу, широко улыбаясь. — Я-то себя сберегу, а вот твоя задача, пока вы учитесь — беречь двух леди: Мионеллу и Викторию, — Люцифер ехидно прищурился. — Узнаю, что не справился, столкну в Ад, и будешь там ботинки чертям полировать своими перышками. — Черти не носят ботинки, — хихикнула Мими. Дино насмешливо закатил глаза. — Ради пернатой сапожницы начнут, — деловито проговорил Демон. Мими перевела светящийся взгляд с сына Сатаны на Ангела, прекрасно осознавая, что как бы они не ерничали и не ворчали друг на друга, между ними в последнее время как минимум образовалось что-то вроде приятельства. Еще через пару фраз небесный закат подмигнул и погас, спрятав солнце за горизонтом, и в комнате Демона тут же повисла гробовая тишина. Показалось, что они и оглянуться-то не успели, как день подошел к своему завершению. Все трое повернули голову к окну. Кажется, невидимый таймер прозвенел не только в сознании сына Сатаны, но и в ушах Мими и Дино. — Пора, — Люцифер с легкой улыбкой протянул руку Дино, и тот ответил дружеским рукопожатием. — Удачи в Аду и в легионе, — искреннее пожелание Ангела растворилось в тишине комнаты, и Демон благосклонно кивнул. — Удачи на экзаменах, — он приятельски похлопал Дино по плечу, а затем повернулся к Мими. — Не скучай, Мимишка, — сын Сатаны обвил ее рукой за плечи, и демонесса, крепко обняв его, с силой стиснула зубы, чтобы не расплакаться прямо здесь и сейчас. — Еще увидимся, — шепнула Мими, усиленно стараясь не моргать. — Конечно, — безмятежно отозвался Люцифер. — Вечность — это слишком длительный промежуток, сама знаешь, — он улыбнулся, ребячески потрепав демонессу по макушке и тут же отступил, направляясь к двери и неспешно покидая здание. Мими и Дино подошли к окну, молчаливо смотря вслед Люциферу, который удалялся от школы твердым и уверенным шагом — ни одной заминки или оглядки назад. Он ни разу не замедлил шаг и даже не посмотрел в сторону. Всё-таки сын Сатаны умел уходить так, что хотелось вскочить и побежать за ним следом, вернуть его. А это дар — уметь уйти так, чтобы всем захотелось тебя вернуть. Этот осадок внутри — его ни с чем не спутаешь. Он как ил на дне водоема — в нем не утонешь, и он нисколечки не затягивает, а только неприятно бередит ощущения. Широкие крылья Демона, казалось, перекрыли горизонт, когда он подошел к краю площадки. Взмах, и сын Сатаны сорвался ввысь, а на небе ненавязчиво стали зажигаться звёзды. Вы замечали, какой короткий миг проходит от последнего луча солнца до первой звезды? Будто кто-то щелкнул пальцами, и вот уже золотистый закат сменился звездными сумерками, засыпая небо светящимися бриллиантовыми капельками. И если Мими с Дино отчетливо видели, как звезды зажигаются, то для Вики, стоящей на небесном острове у границы Небес, они таяли. Ей казалось, что эти чертовы звезды уходят тихо, не прощаясь, как сейчас уйдет из ее жизни Демон, воспоминания о котором болью будут тревожить ее душу. — Давно ждешь? — Пару минут. Люцифер приземлился на небесный остров, где они договорились встретиться. Мерцающая граница Небес простиралась прямо над головой, а за ее пределами застыл недвижимый космос, от которого Непризнанная не отводила взгляда. Ей почему-то не хотелось оборачиваться. Возможно, она боялась что сразу же позорно расплачется и начнет эгоистично просить его не уходить и не оставлять ее. — Виктория, — голос Люцифера глубокий и теплый, и от этого тона захотелось расплакаться еще сильнее. — Посмотри на меня. — Мне страшно, — призналась Вики, обхватывая себя руками. — Если боишься разрыдаться, поплачь и больше не бойся, — в голосе Демона послышалась улыбка. — Обещаю, смеяться над твоими слезами не стану, — теперь в интонации, вопреки его словам, проскакали нотки смеха, и они нарисовали искреннюю улыбку на лице Вики, которая повернулась к сыну Сатаны. — Я не умею прощаться, — девушка неловко повела плечами, не зная, что сказать и что сделать. — Так мы и не прощаемся, — Люцифер ненавязчиво приблизился и опустился на большой камень около Непризнанной, деловито закинув руку на согнутое колено. — Может, мы еще увидимся — где-то там, — он неопределенно показал куда-то в сторону. — А если нет? — А если нет — что ж, я рад, что мы встретились. Вопрос Вики прозвучал горько, а ответ Демона — успокаивающе. Непризнанная физически ощутила, как рвется внутри нее перетянутая струна, затуманивая ей зрение. Девушка раздраженно смахнула неупавшую слезу — она стояла в глазах и мешала ей видеть Люцифера, размывая его образ. — Ты вернешься? — ее глухой голос утонул в бесконечности космоса, и сын Сатаны неопределенно качнул головой. Если он скажет: «Да», то она останется в небесной школе и будет его ждать. Без развития, без движения вперед, сама себя наказывания однообразием. — Нет. Вики тихонько выдохнула, прикрыв глаза. Значит, Ости была права. »….В тот момент, когда сын Сатаны взмахнет крыльями, чтобы вернуться домой, он окончательно для тебя исчезнет. Он не станет навещать, не устроится в школу учителем ради тебя, а через пару недель он и вовсе забудет о твоем существовании….» — Мы забудем друг о друге? Когда-нибудь потом? — глупый вопрос вырвался сам собой, и Вики открыла глаза. — Боишься свариться в личном Аду под названием «память»? — Демон пристально посмотрел на Непризнанную, которая поразилась его вопросу. Насколько же он понимал ее, что мог догадаться о подтексте любого ее вопроса или слова. — Опасаюсь, что не справлюсь с разлукой и брошусь за тобой в Ад, — спокойно ответила девушка, опускаясь на соседний от Люцифера камень. Сын Сатаны усмехнулся, оставшись при этом мрачно-серьезным. Повисла звенящая тишина. — Это будет исключительно твой выбор, Виктория, — Люцифер встал на ноги и протянул руку Вики, и она подняла на него глаза. — Осуждать не стану, хотя, конечно, мне казалось, что ты способна на что-то большее. Если кто-то и мог одним предложением отбить у нее желание идти в Ад, то только Люцифер. Она и экзамен-то завалила на эмоциях — сомнения дошли до точки кипения, и даже понимание излишней эмоциональности порыва никак не помогало. Лавина острого осознания ухода Демона крошила ее ребра изнутри, и рационально размышлять стало невозможно. Ей тогда, да и сейчас казалось, что когда он уйдёт, то заберёт с собой все цвета и эмоции. Заберёт сам воздух, которым она дышит. Вики взяла его за руку и поднялась, подступив так близко, что даже на мгновение поднялась рябь в глазах. Люцифер смотрел на нее цепко и внимательно: тлели не только угольки в темно-алых глазах, но тлела и его демоническая душа, обугливаясь и обнажая нервы. »…Мы забудем друг о друге? Когда-нибудь потом?..» Он ведь так и не ответил ей на этот вопрос. Правильно было сказать: «Да», но на ложь он почему-то так и не сподвигся. Ему вообще было отчего-то непросто говорить с ней сейчас: всё время мешало ощущение какого-то невидимого песка в лёгких. Вики коснулась щеки Люцифера, и он проследил за ее жестом, а затем притянул к себе и обнял, крепко-накрепко прижав к себе — так, что ей стало отчетливо слышно, как сбивчиво стучит сердце в его груди. — Ты меня обманул, — Вики шмыгнула носом, переставая сдерживаться. — Ты сказал, что до окончания учебы я тебя миллион раз возненавижу. Ты соврал, — она улыбнулась сквозь соленые дорожки, скатившиеся по щекам. Люцифер тихо хмыкнул, и в этот момент тьма громыхнула, призывая сына Сатаны в Ад — он на долю мгновения интуитивно зажмурился, сжав губы в тонкую линию, и песок вдруг забил не только легкие, но и дыхательные пути, переворачивая всё внутри. Непризнанная сжалась, крепче вцепляясь пальцами в его рубашку. — Люцифер… — Вики закрыла глаза, когда он ладонями обхватил ее лицо, поворачивая к себе. — Пожалуйста… — она еле-еле открыла глаза, горько искрив дрожащие губы, к уголкам которых скатывались заледеневшие солёные дорожки. Душа рухнула с таким грохотом, что ее раненое падение услышали бы даже в самой дальней Галактике. — Не прощайся со мной, — темно-алые глаза Люцифера согрели руины разрушенной души Непризнанной. — Потому что я с тобой не прощаюсь, Виктория, — он мягко провел большим пальцем по ее щеке и уголку губ, а она привстала на носочки и порывисто его обняла — крепко, до боли в мышцах рук стискивая в объятиях. Совсем беззвучно и неслышно для всех миров с ее дрожащих губ сорвалось: «Я люблю тебя». Демон чуть отстранил ее от себя и прижался к губам — наполненный моральными осколками поцелуй лечил и калечил одновременно обе души. Таким и бывает поцелуй перед ненавистной разлукой — он безуспешно пытается собрать воедино все, что раздробилось внутри. Как несмышленый ребенок, пытающийся склеить разбитую вазу, но лишь царапающий руки об острое стекло и плачущий от боли. — Не открывай глаза, — Люцифер оторвался от ее губ и плавно отодвинулся. Понимая, с каким трудом она его отпускает, он оградил Вики от самого болезненного явления, чтобы не оставлять в ее визуальной памяти его уход. Девушка слабо кивнула, ощущая, как теряет его, как увеличивается между ними расстояние и тает то бесконечное тепло, которым он ее окутывал. Демон еще раз взглянул на Непризнанную и мягко улыбнулся, отпуская кончики ее пальцев. Этот взмах чёрных крыльев, как мрак, рассекающий тьму — всего доля миллисекунды, практически неуловимая взору. Но она заметила ее, когда открыла глаза в последний момент. Заметила и запомнила — это мгновение плавной невесомой снежинкой осело на дне заледеневшего вмиг сердца, погруженного в пустоту. Он ушёл. Он вернулся в Ад. *** Закаленное черное стекло и мрамор — ступени, ведущие к узорчатой и дымящейся арке и раскаленным массивным черно-алым дверям с резными изображениями. Плотный и тяжелый воздух, родной огонь повсюду — Люцифер неспешно поднялся к вратам своего дома, двери которого приветливо распахнулись перед сыном Сатаны. Створки разошлись в сторону, образуя широкий проход, и Люцифер прошел внутрь — по сторонам на невысоких трибунах Демоны, а в конце зала высокая лестница, ведущая к трону, на котором восседают владыка и владычица Ада. На ступенях чинно застыли дети Сатаны и Лилит, а около основания лестницы смиренно замер Аластор. Люцифер ухмыльнулся, уверенно направляясь к отцу и матери, которые с ожиданием взирали на него — Демоны на трибунах приветствовали сына Сатаны легким вежливым поклоном, не скрывая торжествующих ухмылок. Поравнявшись с главнокомандующим легионом, Люцифер наклонил голову в знак приветствия. — Люцифер, — Аластор не улыбнулся, но его глаза загорелись довольным блеском. Демон усмехнулся и направился дальше, поднимаясь по ступеням и не смотря на братьев и сестер — он не сводил цепкого взгляда с родителей, которые поднялись с трона, чтобы приветствовать сына. — Отец, — Люцифер остановился напротив Сатаны. — Мама, — он перевел взгляд на мать, и она одобрительно кивнула. Сын Сатаны, не убирая сдержанную полуухмылку с губ, опустился на одно колено — так, как этого требовали правила. — Сын, — владыка Ада подошел к Демону, смотря на него сверху вниз. — Для меня честь принять тебя в родной дом, и я возвращаю тебе положение, твою силу и знания, — Сатана поднес наконечник трости к груди Люцифера, вонзая выскочившее лезвие прямо в его сердце, чтобы вернуть всё сыну. — Я возвращаю твои полномочия и возвращаю тебе власть, — зычные слова Сатаны наполнили зал, потонув в черном мраморе стен. Лилит и Селена расплылись в лучезарных улыбках, смотря, как Люцифер с наслаждением прикрыл глаза — его тело стало наполняться былой неограниченной силой; открылись знания, закрытые после изгнания; восстановились все прежние полномочия. Кровь в жилах закипела с новой силой, и Сатана самодовольно улыбнулся, отходя в сторону и уступая Аластору место перед Люцифером. Главнокомандующий легионом Демонов с треском и звоном воткнул меч в мрамор перед сыном Сатаны и громогласно провозгласил: — Я возвращаю тебя, Люцифер, сын Сатаны, в легион Демонов, — на этих словах руки и плечи Люцифера стали покрываться золотистыми пластинами формы легионера, что вызвало горделивый вид у всей правящей семьи Ада. — Я возвращаю тебя в военный совет легиона Демонов, — твердо и строго продолжил Аластор, и золотисто-алые пластины формы стали покрывать ноги и тело сына Сатаны. — Я ставлю тебя своей опорой и возлагаю на тебя обязанности командования, — припечатал громко Аластор, воткнув свой меч рядом с мечом Люцифера, а с плеч сына Сатаны спустилась темно-алая воинская мантия командира с золотистой узорной окантовкой. — Да будет так! — подвел черту Сатана. Зал разразился приветственным криком Демонов с трибун, и Люцифер поднялся на ноги, ехидно подмигнув Селене и озорно ухмыльнувшись Мефистофелю, которые стояли ближе всех к трону отца и матери. — С возвращением домой, сын, — величественно изрекла Лилит, и Люцифер, искренне улыбнувшись матери, взмыл вверх. Взметнулось адское пламя, расходясь огненным цунами по стенам — одна из демонстрации силы и возвращения Демона в Ад. Семья Люцифера подняла глаза вверх, довольно наблюдая за сыном Сатаны, который на долю секунды снял с себя ухмыляющуюся маску и обратил горящий взор на открытые врата Преисподней — одним мысленным приказом Люцифер с грохотом захлопнул створки врат, ставя окончательную точку в своем возвращении. *** Она опустилась на площадку перед школой, где ее с тревогой ждали Мими и Дино. Увидев девушку, они подскочили со своих мест и поспешили к ней. — Вики. — Ты в порядке? — В полном, — Непризнанная скупо улыбнулась и направилась к зданию школы. — А где Фенцио? — У себя, наверное, — пожал плечами Дино. — А что? — они с Мими с подозрением переглянулись и покосились на подругу. — Хочу договориться о пересдаче экзамена, — Вики изогнула одну бровь. — Впрочем, это потерпит и до утра, — она повела плечами. — Так ты специально завалила его, а сейчас передумала? — растерялась Мими на мгновение. — Что ты вообще собираешься делать? Ты…выглядишь странно. Как-то…решительно, — демонесса старательно подбирала слова, смотря, какой сталью горят глаза подруги, которую она, признаться, больше ожидала увидеть плачущей где-то в укромном месте. — Сдать экзамены, подняться в Рай, поступить в легионерскую академию, а потом вступить в ряды легиона, — легко ответила Вики спокойно-уверенным тоном. — Не буду утверждать, но план примерно такой, — Непризнанная улыбнулась одним уголком губ. — Мы думали, ты в слезах где-то будешь сидеть, — ляпнул Дино, за что и заработал тычок под ребра от Мими. — Я плакала, — призналась Вики, разведя руками в воздухе. — Но однажды Мефистофель сказал: «Аду и Раю нужны Ангелы и Демоны, но только настоящие и преданные, а не биомусор». Так кем я буду, если превращусь в ноющее ничто после ухода Люцифера из небесной школы? — резонно поинтересовалась Непризнанная. — Никогда бы не подумала, что ты станешь цитировать Мефистофеля, — Мими издала смешок. — Я тоже, — Вики рассмеялась ломаным смехом. — И нас осталось трое, — задумчиво протянула она. Руины души так и не восстановились, но ведь никто не видит, что внутри. — Прогуляемся? Расскажете мне о легионерской академии? — предложила Непризнанная. Мими и Дино заинтересованно переглянулись, а затем согласно кивнули. В конце концов, жизнь не остановилась. Даже если кому-то кажется, что наоборот.