Пособие «Как воспитать злого мага»

Чонгук — 16 лет

Наступают такие деньки, когда грусть охватывает теплым махровым пледом. Ты лежишь, укутавшись в этот плед, позволяя ему обнять себя с ног до головы и оставляя торчать макушку как какой-то росток из земли. Сильнее хватаешься за теплые края и глубже закутываешься без каких-либо попыток выбраться. Уйти и встать, оставив позади ту самую грустную негу сложно, и ты продолжаешь позволять ей свои манипуляции. Вот так и Тэхену как-то раз взгрустнулось. Последний раз ему было так плохо лет этак 60 назад, в те годы демон очень сильно засел в виртуальном мире игр, на что Юнги часто жаловался. И вот в одних из дней его резко так отпустило, виртуальная реальность помахала ручкой на прощанье, а реальность… а вот реальность встретила очень даже радостно. С кусочком торта и ножом в другой руке. Как же тогда Юнги вымотался в попытках развеселить Кима. Сам уже готов был грустить на пару с Тэхеном, — тут и завоешь от безысходности — но как-то да отпустило. Причем так же, как и началось, — то есть, резко. Тэ тогда сидел и втуплял в телевизор, но начался Спанч Боб, который вдруг вернул к жизни бывшего геймера. «Вот так значит? Какая-то желтая гнилая губка подняла настроение, а хен, значит, нет?» ворчал тогда Мин, а Тэхен на это заступился за благородную губку, обозначив его не просто «какой-то там губкой», а «самая лучшая губка на дне морском!». Тэхен уже лежал на полу, расположившись где-то между кухней и гостиной, в проеме дверей. Местоположение — страна одиночества и печалей, локация меж дверей. Было еще утро, выходной в самом его соку, а Чонгук только-только встал. Об этом можно было судить по звукам душа, доносившиеся из ванной комнаты. «Пусть хорошо спину помоет, а то все время он нормально ее не натирает», не может не поворчать про себя Ким. Однако мысль, что его малыш встал, немного встрепенула Тэ, придала какой-то живности и отогнала немного чувство одиночества, но этого все еще было недостаточно, чтобы прийти в себя. — Хен, ты чего лежишь на полу? — у Чонгука волосы мокрые, одежда прилипла к еще юношескому телу, в котором начинают проявляться мышцы более значительных размеров, не присущие совсем зеленым подросткам. Он вытирает волосы полотенцем и с любопытством смотрит на демона сверху вниз. — Просто, — уныло и без интереса, что насторожило парня. — Хен? — Да? — Скажи, что случилось? Ты выглядишь каким-то грустным, — Чонгук уже сел около Кима на пол. Коленкой он случайно задел его, из-за чего демон почувствовал прохладу кожи после душа. Капельки воды все еще капали с волос Чона, попадая на пол. — Потому что мне правда грустно, — ну, а что еще ожидать. Чонгук надламывает брови и поджимает губы. — Из-за чего? — вытягивает ниточками, все пытается добиться причин. — Просто, — вернулись к тому, с чего начали, называется. Только теперь Тэхен поворачивается задом к Чонгуку, переворачиваясь боком в противоположную сторону. Чон молча пялится на спину демона, который игнорировал чужой взгляд, продолжая лежать и вовсе замолчав. После чего Чонгук уходит. Куда? Тэхен не знает. Но почему-то стало еще хуже, будто его бросили. А может демон не выдержит всей тяжести грусти и…! И нажрется вредностей, да-да! Потолстеет! И вообще живот потом будет болеть! И все, поминай как звали. В симсе же люди умирают от переедания, значит и в реальности все так же. Может Намджун и говорил, что не стоит учить человеческую культуру по симсу, но Намджун просто старый, он только всяким книжкам доверяет, а вот Тэ знает, на что способна современная культура и симсу он верит. — Глупый мальчишка, — бормочет Тэхен в пустоту. И пофиг, что сам капризничал и не отвечал как следовало на вопросы. Вот так жди стакан воды на старость лет, а ведь Ким его воспитывал, пеленки менял, надежды лелеял. Мистером зло нужно быть с миром, но никак не со своим демоном. Бросать нужно людей с обрыва в лаву, а не его на холодном и таком одиноком полу около холодильника, который может оказаться орудием самоубийства. К близким людям всегда более жестокое отношение. Вот бывает, когда хочется истерить по поводу и без — сегодня именно такой день. Так что обида заполоняет демона, не оставляя места ни для чего другого. Но проходит совсем немного времени, — однако за это время Ким успел огорчиться во всем и вся — как слышатся повторные шаги, после чего Тэхена аккуратно приподнимают и подкладывают под голову подушку. Крепкие, на удивление, руки обнимают сзади, перед этим накрыв одеялом обоих. — Холодно же на полу, — Чонгук утыкается носом в шею демона, обволакивая приятным теплым дыханием и запахом шампуня. Тело, все еще мокрое, холодит чужое и дает прочувствовать прохладу даже под одеялом. — Угу. А мальчик растет, думает Тэхен, ощущая себя как-то не так, не как обычно, в крепких объятиях мага. В таких крепких, что плохое настроение испаряется под их напором.