Ледяные сердца

❄ Чимин приехал в Пятую провинцию около шести утра, но, прежде чем он оказался в своей деревне, прошло еще два часа. Стражники бесцеремонно высадили Чимина в центре деревни и уехали, оставляя его собирать свой рюкзак и тащиться до дома. Затаив дыхание, Чимин позвонил в дверь и с тревогой прислушался к шагам внутри. Открыв дверь, его мать резко выдохнула и сразу же расплакалась. Она затолкнула его внутрь и закрыла дверь на замок, после чего раскрыла руки, чтобы заключить Чимина в крепкие объятия. — Кто это? — позвал Джихён. Чимин услышал топот его шагов, спускающихся по лестнице. — Ч-Чимин? — тихо спросил Джихён. Чимину удалось высвободиться из объятий матери как раз вовремя, чтобы Джихён подбежал к нему и зарылся лицом в его грудь. — Я-я скучал по тебе, — пробормотал его младший брат, явно пытаясь сдерживать слезы, в то время как руками он крепко держался за чиминов свитер. Чимин ласково взъерошил его волосы. — Я тоже по тебе скучал. Ты хорошо себя вел, пока меня не было? Джихён кивнул, его лицо всё еще было на чиминовой груди. — Я очень, очень, очень хорошо себя вел. Можешь спросить у мамы. Успокоившись, чиминова мать сделала им по кружке теплого чая. Втроем они сели за кухонный стол и некоторое время просто пили чай в тишине. — Проклятие было разрушено, — наконец сказал Чимин, чтобы нарушить тишину. И мать, и его брат молча кивнули, ожидая от него ещё объяснений. — Так что, м-м, я вернулся, — продолжил Чимин, после чего откашлялся. — Я не знаю, что они скажут людям, но вот, что случилось во дворце… Самыми простыми словами Чимин быстро рассказал своей семье события прошлых недель, опуская тот факт, что это он разрушил проклятие. — Один из трибутов и принц влюбились друг в друга, и затем проклятие разрушилось, — закончил Чимин. — Почти сразу после этого король с королевой проснулись и решили отправить нас домой, пока они работают над тем, чтобы вновь сделать королевство таким, каким оно было раньше. — А что насчет трибута, который влюбился в принца? — с любопытством спросил Джихён. Чимин гулко сглотнул и перевел взгляд на свои руки. — Я не знаю. — Несомненно, принц же найдет способ связаться с ним, так? — подхватила его мать. — Я надеюсь на это. Но, на самом деле, нам не дали шанса попрощаться друг с другом и все такое, поэтому ни в чём нельзя быть уверенным, — Чимин тихо вздохнул. — Но я очень на это надеюсь. На какое-то время повисла тишина, после чего его мать сказала: — Я счастлива, что ты вернулся, Чимин. Пока тебя не было, всё было очень тихо. Мне это не нравилось. Чимин взял свою мать за руку и нежно сжал её, будто пытаясь сказать: «Я знаю, я тоже тебя люблю». В конце концов, Чимин отошел, чтобы немного подремать в своей комнате, а Джихён настоял на том, чтобы присоединиться к нему, и лег рядом с Чимином, как они делали, когда Джихён был маленьким. Чимин улыбнулся, когда Джихён свернулся возле него, и отложил мысли и волнения о Юнги подальше, позволяя себе заснуть блаженным сном. Хорошо было снова быть дома. ❄ Один месяц пролетел быстро. Чимину удалось устроиться на свою старую работу в магазинчике, и, хотя иногда на него странно смотрели и пялились остальные жители, всё, казалось, вернулось на свои места. Каждый день Чимин слушал новости по радио, с нетерпением ожидая новостей о переходе королевства от нынешней системы обратно к монархии, которая была у них сто лет назад. Он почти надеялся услышать свое имя, или какое-нибудь упоминание о том, как было снято проклятие, или даже просто что-нибудь о том, как вообще поживает Ледяной принц, но ничего такого не было. Иногда глубокой ночью Чимин выходил на улицу, чтобы посмотреть на звезды. Втайне он задавался вопросом, смотрит ли Юнги на те же самые звезды из дворца. Он думал, что, возможно, Юнги тоже думает о нем, хотя с каждым днем это казалось все более и более неправдоподобным. Вероятно, это была просто красивая мечта, коллекция счастливых воспоминаний, на которые через десять или двадцать лет Чимин будет смотреть с любовью, а не с болью в сердце, которую он чувствовал сейчас. Через пару недель после того, как они покинули дворец, другие трибуты отправили ему письма, в которых спрашивали, как у него дела, и приглашали посетить их в любое время. Чимин постарался за несколько дней ответить им всем, хотя знал, что должно будет пройти несколько недель, прежде чем письма достигнут своих адресатов, так как у Чимина не было возможности воспользоваться экспресс-почтой. Почти всё свободное время он проводил за чтением книг в своей комнате. В книжном магазине он взял несколько книг о философии, которые ему порекомендовал Намджун, и намеренно игнорировал отдел романов. Всё шло вполне неплохо. Рядом с Чимином его мать и Джихён были гораздо счастливее, и он сам изо всех сил старался впитывать и отражать с ними эту радость. Но, вопреки всему этому, иногда Чимин не мог не расстраиваться. Расстраиваться из-за того, как грубо с ним обращались королевские советники перед уходом. Расстраиваться из-за того, что деревенские жители, необъяснимо ужаснувшиеся мальчиком, который обманул смерть, всё ещё относились к нему, как к привидению. Расстраиваться из-за того, что никто из дворца не пытался связаться с ним. Расстраиваться из-за того, что Юнги не пытался связаться с ним. Расстраиваться из-за того, что, казалось, Юнги теперь было наплевать. И, вероятно, так оно и было, думал Чимин. Должно быть, Юнги настолько был втянут в хаос восстановления монархии, что он совершенно забыл про Чимина. Чимин не удивился бы, не будь его в списке чьих угодно приоритетов. (Возможно, его вообще не было в списке.) В любом случае, это всё не имело значения. Нужно было просто поддерживать иллюзию того, что он был счастлив и доволен, когда всего пару недель назад Чимин даже не ожидал в это время быть живым. Сосредоточенность на том факте, что он столкнулся с невозможным и смог выжить, помогла Чимину проглотить горькую пилюлю молчания от дворца. Это было после долгого рабочего дня, в течение которого не менее трёх человек зашли внутрь, увидели Чимина, и затем сразу же вышли (кто-то пустил слух о том, что взаимодействия с Чимином принесут неудачу, во что суеверные жители быстро поверили). Чимин находился в комнате и неторопливо перелистывал страницы детской сказки, которая нравилась ему в младшем возрасте. Он услышал звонок в дверь, а затем, как его мать ответила, но он не покинул свою комнату, предполагая, что это была соседка, снова просящая у его матери соль, потому что в деревне опять был дефицит приправ. Чимин быстро вернулся к сказке и зевнул, переворачивая ещё страницу и пытаясь погрузиться обратно в историю. Он оторвался только тогда, когда услышал негромкий стук в свою дверь. — Чимин? — позвала его мать. — Ты можешь спуститься вниз? Кто-то пришел, чтобы увидеть тебя. — Секундочку, — устало ответил Чимин, про себя закатывая глаза. Скорее всего, это была еще одна старая женщина, желающая понять, были ли слухи о плохой ауре Чимина правдивыми или нет. Они, казалось, заходили сюда почти каждый день, чтобы несколько мгновений неприлично посмотреть на Чимина, прежде чем прийти к выводу, что у него «странная аура», что бы это ни значило. Чимин потащился вниз по лестнице, по пути рассеянно потирая глаза. Он шагнул на подножие лестницы, когда заговорил знакомый голос: — Чимин? Это ты? Чимин открыто вытаращился на Юнги собственной персоной, обыденно сидящего за его кухонным столом с кружкой чая в руках, как будто всё это время он принадлежал этому месту. — Ю-Юнги, — сказал Чимин, чувствуя себя дураком, пока приближался к столу. — Я… Что ты здесь делаешь? — Мне жаль, что я не смог прийти сюда раньше, — сказал Юнги вместо того, чтобы ответить на его вопрос. — Мой отец не позволял мне уходить, пока королевство находилось в таком неустойчивом положении. Последние несколько недель мы безостановочно вели дипломатические переговоры с провинциями и соседними королевствами, и наша база данных вернулась в сеть только несколько дней назад, так что я даже не мог найти твой адрес до вчерашнего вечера. — Оу, — Чимин несколько раз моргнул, после чего неловко сел на место за столом, противоположное Юнги. — Понятно. — Да, так что… Мне очень жаль за всё это. Я не знал, что вас так скоро отправят назад, потому что иначе бы я обязательно сказал тебе что-нибудь перед уходом, — Юнги виновато смотрел вниз на свой чай, а его рот был искривлен в недовольной гримасе. — Пожалуйста, прости меня. — Всё в порядке, — немедленно сказал Чимин, в основном потому, что нахмуренность Юнги делала его колени слабыми. — Я рад, что ты сейчас здесь, и это всё, что имеет значение. Юнги кивнул, и повисла неловкая тишина, пока они вдвоем искали подходящие слова, чтобы сказать друг другу. Только Чимин приготовился начать разговор о погоде, как из всех вещей Юнги выплюнул: — Возвращайся со мной во дворец. Чимин комично округлил глаза: — Я… Что? Юнги покраснел. — Пожалуйста, возвращайся во дворец. Я… чёрт, хорошо, я не пытаюсь напугать тебя или что-то такое, но ты, вроде как, моя единственная настоящая любовь, понимаешь? И может быть, я всякого навыдумывал, но некоторые очень достоверные источники сообщили мне, что нужно потратить некоторое время на то, чтобы сначала должным образом ухаживать за тобой и покорить, а затем в какой-то момент сделать предложение, чтобы мы могли пожениться, и затем, возможно, вместе жить счастливо всю оставшуюся жизнь, и… Чимин поднял руку, чтобы остановить Юнги. — Стой. Это слишком быстро. Дай мне минутку. — Это слишком? Ты изменил свое мнение? Тебе что, это кажется очень отвратительным и мерзким? Теперь мне следует просто уйти и рыдать на всем пути домой и прожить остаток своей жизни несчастным? Голос Юнги становился все громче и громче по мере того, как его тон становился все более и более расстроенным, и в других обстоятельствах Чимин рассмеялся бы над тем, каким милым был Юнги, когда он был взволнован. — Вовсе нет, — ответил Чимин. — Всё, что ты озвучил, для меня звучит идеально. Когда мы уезжаем? — Как только ты будешь готов, — быстро ответил Юнги, и на его лице промелькнуло выражение крайнего облегчения. — Для твоей матери и брата также приготовлены гостевые комнаты, если ты захочешь взять их с собой. Чимин глянул в ту сторону, откуда он знал, его мать и Джихён определенно подслушивали их. — Думаю, им бы это понравилось. Только дай я с ними поговорю минутку. Юнги кивнул, и Чимин торопливо зашел в гостиную, где на лицах его матери и брата было написано одинаковое выражение шока. — Это он? — громким шепотом спросила чиминова мать. — Ледяной принц? Чимин бессловно кивнул, после чего ее глаза восхищенно расширились. — Ты не говорил нам, что это ты был настоящей любовью принца! — сказал Джихён достаточно громко. — Значит ли это, что я тоже смогу побыть принцем? — Я не знаю. Думаю, мы скоро это выясним, — ответил Чимин. — Вы готовы немного отдохнуть? Через три часа у них всех были собраны сумки, и они готовы были уезжать. Чимин сел с Юнги в самом конце фургона, и между ними покоились их переплетенные руки, пока они отъезжали во дворец к своему новому началу. ❄ (Юнги сделал предложение через восемь месяцев. Они прогуливались вокруг ледяных садов дворца, когда Юнги внезапно проговорил напряженным голосом: «Ты выйдешь за меня?». Чимин рассмеялся, не в силах поверить, каким смешным и очаровательным был Юнги, после чего энергично закивал и прошептал: «Конечно», — с небольшой улыбкой. Трясущимися руками Юнги надел на его безымянный палец маленькое золотое кольцо. Во дворце мать Чимина решила присоединиться к кухне, чтобы помогать готовить еду, настаивая на том, что она все еще работает каждый день, хотя королевская семья несколько раз давала понять, что ей это не нужно. Чиминова мать также помогала руководить инициативами по улучшению условий труда в королевстве, чтобы предотвратить несчастные случаи, подобные тому, что забрал отца Чимина. Джихён был великолепен, и самые лучшие наставники в королевстве работали с ним, чтобы убедиться, что его ждет блестящее будущее. Его мечта стать учителем математики все еще оставалась нетронутой, и он планировал вернуться к работе в школе Шестой деревни после своего восемнадцатилетия. Юнги с Чимином поженились ночью, под покрывалом звезд. Во время клятв Юнги заплакал, и Чимин пообещал себе обязательно посмеяться над ним потом; остальные трибуты на свадьбе стали шаферами. Когда губы Юнги прижались к губам Чимина, а вокруг раздались радостные возгласы, Чимин не мог отделаться от ощущения, что все в этом мире было правильно, и за ними наблюдали звезды, когда они наконец начали свое счастливое вместе навсегда.)