Финал
17 апреля 2020 г., 08:16
На улице вечер. Вот уже больше трех лет Штат живет на озере. Ему тут очень хорошо и спокойно. Озеро приятно колышется вечерами, дует теплый ветер, дом давно превратился в цветущую веранду с нормальной спутниковой связью. Картины пользуются немалым успехом и можно со спокойной душой зарабатывать. Появилось даже немалое желание превратить дом из веранды в виллу, но на это нужно время.
Сидя на берегу, Штаты только закончил очередную картину и теперь сидел спокойно, опустив ноги в воду.
Позади раздался грохот мотора автомобиля. Повернувшись, Штаты встал и пошел к -подъехавшей черной машине.
— Франция?
Действительно. Дверь открылась и из нее выскочил Франция. Довольный, с широкой улыбкой и весь румяный.
— Друг мой, давно не виделись!
— Да. Года три уже прошло. Как там Союз? как сам-то?
— Нормально все у нас. Союзу удалось документы новые сделать, теперь он у меня живет.
— У тебя? Серьезно?
— Верно. Ты знал, что он в меня влюблен? Причем по уши.
— Да? — певуче и с ноткой насмешки произнес Штат. — И как же ты об этом узнал?
— Он сам мне сказал. Месяц назад, вроде бы как.
— Ну, ему уже давно 19. Не сдержался, высказался.
— Ага. Теперь у меня живет.
— Ты согласился?
— А что? Мне он тоже нравится… — Франция стыдливо почесал затылок. — Симпатичный он.
— Вот ты даешь… Пошли в дом? Чаю выпьем, поболтаем.
— Да. Идем.
Оба прошли в дом. Веранда выглядела прекрасно. Высокий балкон, стоящий над озером, двухэтажный дом со стеклянными окнами, одна из комнат наполнена цветами, вторая — птицами, третья — самая обычная спальня, а внизу, на первом этаже, большая студия, полная всяких художественных приблуд, у окна кухня, самая обычная.
— Малый у тебя, друг мой, домишко.
— Спасибо. Благодаря твой студии я получаю много за продажу картин.
— Да ладно тебе. Я ж по-дружески.
— По-дружески. Я теперь богато живу, да и тебе процент отправляю.
— Процент этот крупный, мне нравится. Выгодна у нас сделка.
— Абсолютно.
— Кстати, ты это…
Франция сел за стол, смотря, как Штат наливает чай.
— Что?
— Приезжай к нам на выходной.
— Хорошо… приеду.
После чаепития и очередной продажи они разъехались, а через два дня Штаты быстро наведался в гости к Франции. Приехав, постучал в старую дубовую дверь. Буквально за пару минут дверь распахнулась молнией и на плечи художника упал уже явно повзрослевший Союз. На лице его была длинная улыбка. Давно его таким Штат не видел.
— Ты приехал! Приехал!
— Да. Обещал же!
После крепких объятий оба прошли на кухню, где увлеклись чаем и разговорами, но…
— Штат, можно тебя на пару минут? — Франция встал, беря со стола какую-то папку.
— Конечно.
Оба встали и вышли с кухни, проходя в зал.
— Что случилось?
— Я смог накопать справки на СНС.
— Да? Какие еще?
— На его родителей… Ты знал, что он — сын криминального авторитета?
— Шутишь…
— Серьезно. Его отец — Россия. Военный, глава криминальной банды.
— А мать?
— Германия. Трудолюбивая женщина с великолепной репутацией. Юрист. Годами напролет прикрывала мужа.
— Откуда информация?
— Порылся в сводках города и местного роддома. Я тебе так скажу, Россия был мэром городка, но все-равно являлся криминальным авторитетом уже в то время.
— Ситуация так себе… А он знает?
— Нет. Он не знает. У него нет не братьев, не сестер, сейчас даже родня вся мертва.
— Вся?
— Его родителей убили при неизвестных обстоятельствах. Не осталось и прародителей. Он абсолютно один из семьи.
— Ты что-то не договариваешь…
— Есть у меня подозрение, что его родителей убили не случайно. Это произошло через три дня после «гибели» СНС, но тогда в газетах об этом не твердилось. О том, что он утонул, написали через неделю, когда выловили его коньки из-под потрескавшегося льда, до этого он считался без вести пропавшим. Всю эту неделю его родители бились в его поисках, подозревали, что он утонул, но полиция утверждала обратное, значит…
— Их подкупили. Кто-то тянул время, чтобы успеть избавиться от родителей и закрыть дело.
— Какая-то группировка — враги отца СНС и они пытались избавиться от всей семьи.
— Но в газете были слова матери СНС, то есть она еще была жива.
— А вот и нет. Даже на ее могиле стоит дата смерти раньше выхода газеты.
— Вот оно как… Следовательно, СНС — ребенок серьезного криминального авторитета, которого пытались убить вместе с семьей.
— Верно. И лед под ним треснул не случайно. Видел браслет с пулей у СНС?
— Да.
— Я взял браслет и изучил его. Эта пуля, пускай и покрытая ржавчиной, лежала на дне так же долго, как и СНС.
— Лед был пробит заранее выстрелами?
— Скорее всего. Его смерть была не случайна.
— Расскажем ему?
— Нет. Это не нужно. Сейчас его жизнь наладилась и… Все хорошо.
— Согласен. Пускай живет.
Вернувшись на кухню, они продолжили свои разговоры.
Теперь все хорошо.
