Я остаюсь

Её не выгнали взашей. Лорд Марлоу оказался достаточно любезен, чтобы лично проводить Карнет до выхода и по дороге объяснить, что сейчас не испытывает острой необходимости в грабителях могил. Карнет с каким-то подростковым смущением слушала его и кивала. А вот из таверны, куда она сунулась в поисках ночлега, её прогнали по-настоящему, когда на требование “подтвердить платежеспособность” и показать деньги Карнет попыталась схитрить. Так она оказалась на улице, поздней ночью, в промокшей одежде и с пустым, ноющим желудком. В довершение ко всему деревня была ей совершенно незнакома, а голова еще болела после недавней драки. Впрочем, в подобной ситуации она оказывалась не раз за свою недолгую карьеру гробокопателя. И выход находился всегда, потому что везде, где жили люди, находились и кладбища. Кладбище нашлось быстро - большие ворота с каменной аркой освещались двумя факелами, безлунной ночью их было видно издалека. Карнет обошла ворота стороной, стараясь не попадать в свет и долго шла вдоль каменной стены, пока не увидела то, что искала - в одном месте в строю железных шипов, выступающих из каменной кладки, оказалось несколько погнутых. Карнет недолго думая перебросила через стену котомку и инструменты. Отошла назад, разбежалась и прыгнула. Носки её сапог скользнули по шероховатому камню и уперлись в щель в кладке. Руками девушка зацепилась за верхний край стены и практически повисла. Затем оттолкнулась ногами, одновременно подтягиваясь и перебросила одну ногу через край. Осторожно, держась за погнутые шипы, Карнет спустилась по стене и спрыгнула на землю уже с другой стороны. На кладбище было тихо, сюда не доносились крики пьяных драк из таверны и вой деревенских собак. Карнет почувствовала привычное спокойствие. Деревенщины привыкли испытывать суеверный трепет перед кладбищами, но только не Карнет. В детстве ей было просто любопытно, заросшие мхом каменные плиты и полуразрушенные каменные кресты окутывал ореол древних тайн. С возрастом все несколько поменялось в её жизни. Она сбежала с родительской фермы, перепробовала с десяток профессий, ни в одной не преуспела и едва не закончила в доме терпимости. Именно тогда она вспомнила, что фамильные склепы - отличная защита от непогоды, так выручавшая её, когда она пряталась от перебравшего отчима. Содержимое склепов оказалось, поначалу, приятным дополнением, переросшим в прибыльную профессию с ходом лет. Ну, прибыльную ровно до того момента, пока судьба не сводила её с констеблем, или смотрителем кладбища. Тогда приходилось спешно паковать вещи. - Дьявол, как меня сюда занесло… - задумчиво пробормотала Карнет. Она подобрала свои вещи и крадущимся шагом пошла между надгробиями. Света едва хватало, чтобы не слишком громко спотыкаться - только звезды и огрызок луны, - но девушка уже привыкла обходиться малым. Мягкая земля пружинила под ногами и налипала толстыми слоями грязи на высоких, до колена, сапогах. Через пару минут Карнет наткнулась на каменную дорожку и сильно обрадовалась, так как с отяжелевшими от грязи сапогами ходить становилось утомительно. Тропа шла вверх по холму, опыт гробокопателя подсказывал Карнет, что склепы богатых семей, - если таковые вообще водились в этой богом забытой глуши, - должны располагаться на возвышенности. Богатеи даже червей кормить хотят находясь на самом верху. Карнет обтерла ноги о ближайшее надгробие и стала подниматься на холм. Даже в такой темноте, она быстро нашла, что искала - приземистый, каменный склеп с декоративными колоннами возле входа, выраставший из склона холма почти у самой вершины. - Джек-пот! Выломать дверь оказалось несложно - прогнившие доски готовы были рассыпаться, их удерживала от этого только железная скоба, с одной стороны заканчивающаяся замком, и петлей с шарниром - с другой. Карнет просунула между деревом и ржавым железом плоский конец кирки и навалилась на рычаг. Скоба скрипнула и слетела, дверь приглашающе открылась. Изнутри пахло затхлостью. За дверью начиналась кромешная чернота. Нужен был свет. Карнет подняла с земли ветку потолще, обмотала её конец тряпкой, служившей ей носовым платком. Порылась в сумке и достала огниво. Минуту спустя ей удалось высечь искру и получить импровизированный факел. Со светом грабить проще, но есть риск, что тебя заметят. Карнет поспешно шагнула в проем, чтобы факел освещал только внутренние стены склепа. В центре узкой комнатки на каменном постаменте стоял не менее каменный гроб. Карнет ухмыльнулась. Могила явно принадлежала аристократу. В таких ларцах подчас находишь целое состояние. Осталось только достать его и найти не брезгливого скупщика, Карнет была уверенна, даже в таком захолустье один-два да найдутся. Держа одной рукой факел, Карнет попробовала поддеть крышку саркофага плоским концом кирки. Сзади зарычали. В склепе. На кладбище. Ночью. Как не любила Карнет кладбища, она закричала. Она стремительно развернулась вокруг своей оси, одновременно выкинув перед собой руку с факелом. Факел пронесся сквозь воздух на уровне груди предполагаемого неприятеля и... не встретил препятствия. Карнет выдохнула, опустила взгляд. На пороге склепа стоял большой, мохнатый пёс. Низко опустив голову и скалясь он смотрел на неё. Вот так просто. Как песок сквозь... Пёс снова зарычал. Гробокопательница невольно отпрянула, выставив перед собой горящую палку. Здоровенная псина не намного лучше померещившегося ей ночного упыря. Спиной девушка уперлась в постамент с гробом. Пес все так же загораживал собой единственный выход. Дальше пятиться было некуда. Разве что… Опершись рукой, в которой она держала кирку, на гроб, Карнет вначале села на него, а затем забралась с ногами и встала прямо, насколько это позволял потолок склепа. Некоторые собаки едва способны подниматься по лестнице, не то что запрыгнуть на уступ взрослому человеку по грудь. - Съел, блохастый? - поддразнила Карнет. Пес в ответ громко гавкнул. - Ну, предположим, блох у него нет, - донесся зычный голос снаружи. - А уж родословная у него будет подлиннее твоей. В проеме появился грузный человеческий силуэт. - Констебль Локси, - представился мужчина, входя в круг света от факела. У констебля была густая рыжая борода, одет он был в яркую стеганку и поигрывал легкой темной дубинкой в руках. Карнет почувствовала слабость в ногах: она не ожидала, что все закончится так скоро. - Осмелюсь спросить: что вы здесь делаете, мисс? Констебль погладил пса по загривку и тот послушно сел. Карнет не сводила глаз с дубинки. - Осматриваю достопримечательности, - немного с вызовом сказала она. Констебль кивнул. - Нисколько не сомневаюсь, - он указал дубинкой на гроб под ногами Карнет. - На эту могилу только смотреть и получится. Она пуста. Это склеп предка Джошуа Марлоу, предыдущего лорда этих земель. Его тело так и не нашли. Это была последняя капля. Пустой гроб. Попасться из-за пустого гроба. Карнет отбросила факел, выронила кирку, села на край гроба и уткнула лицо в ладони. - Делайте что хотите, мне плевать, - пробубнила она. Её ладоней коснулся теплый, мокрый язык. Карнет отдернулась, собачья слюна стекала по её пальцам. - Дайте угадаю, мисс. Вы приехали сюда за богатством, наслушавшись баек про золотые горы в руинах старого поместья? - констебль поднял факел и, прислонившись к стене, раскуривал от огня трубку. Карнет непонимающе смотрела на него. - Вижу, что так. Ну, не буду вам врать, - он глубоко затянулся, выпустил облачко густого, белого дыма, - всё так и есть, байки не врут. Взгляд Карнет сделался еще более непонимающим. - В развалины регулярно отправляют экспедиции и приносят оттуда сокровища - суммы не малые, надо сказать, - продолжал констебль Локси. - Но если кто-то погибает в руинах - там он и остается. Никто не решится принести его труп в деревню. Поэтому все могилы пусты. Вашему брату тут нечем поживиться. Здесь хоронят только память. - И что теперь? - безразлично спросила она. - К чему эти нотации? - Мне интересно: в каком отчаянии вы были, чтобы решиться приехать сюда? Она пожала плечами. - Наверно, в большом, - ответил за неё констебль. - Все приезжают сюда от безнадеги. Это место притягивает сломленных людей. Те наемники, что приехали с вами? Их банду разбили пару месяцев назад, им некуда идти. Не с их репутацией мясников. - Этот арест превращается в проповедь, - глухо заметила Карнет. - Потому что это не арест, - просто ответил Локси. - А что тогда? - Карнет подобрала с крышки каменного гроба кирку. - Решил поразвлечься? Пес, сидящий перед Карнет, склонил голову на бок и вопросительно проскулил. - Вы, кажется, понравились Виски, - ухмыльнулся констебль. - Собаки. Им совершенно все равно кто ты и что ты сделал. Справедливые существа. Наивные, но справедливые. Он помолчал, то затягиваясь, то пуская колечки дыма. - Хотя, знаете, всё-таки, наверное, это арест, - продолжил Локси, как-будто смущенно смотря себе под ноги. - Знаете, заключенному полагается койка и трехразовое питание. Карнет почувствовала, как заурчал её живот при упоминании пищи. Она протянула руку, дала псу её обнюхать и принялась чесать ему загривок. Виски высунул язык и часто задышал от удовольствия. - И я могу вас задержать на пару дней за нарушения ночного спокойствия, - тепло усмехнулся констебль. - Пока не подыщите себе место получше. Карнет слезла с каменной глыбы и подняла с пола сумку. - Тогда, мне ничего не остается, кроме как сдаться в руки правосудия, - объявила она. Пес радостно гавкнул.