Истина

Я уже два месяца нахожусь в Химринге. Каждое утро тренировки с Мирэндилом, ни свет ни заря. Без выходных! Я, конечно, относительно крепкая, но чтобы каждый день по несколько часов! Пару раз в неделю занимаюсь с Сулоном. Уже могу творить легкую магию без пения. Я считаю, это успех! Майтимо часто уезжает на патрули, как и Макалаурэ, так что мы видимся не так уж и часто. Война все-таки. Они хотели еще узнать от меня о будущем, но, пораскинув мозгами, я решила, что предоставленной информации им, в данный момент хватит, пусть с этим сначала разберутся. Вообще, я скучаю по дому. Ну, по Земле, России, сестре… И пока не совсем понимаю, что я буду здесь делать. Эру несет какую-то невнятную чушь о Предназначении. Мы, что в Ведьмаке? В общем, все сложно. *** Я успешно отбивала атаки Мирэндила, пока не услышала стук копыт и разговоры за своей спиной. Я отвлеклась всего на мгновение, но мой учитель успел выбить меч из моей руки и уложить мое бренное тело на лопатки. — Аран, с каких пор мы обучаем атани? — сверху на меня презрительно смотрела нисс, она была в доспехах, за спиной красовался лук, наверное, воин. Я поспешила встать и поклониться. Я уже не была коротышкой, что меня удивляло. Я и не замечала, как мой рост увеличивается, по ощущениям я выросла на целую голову. И это всего за два месяца! А что дальше? Уши все еще круглые, изменения в лице я не замечаю, хотя Алассэ говорит, что оно меняется (что ее ооочень удивляет, как и увеличение моего роста, она ведь не знает, кто я). Но, в общем, как я говорила Маэдросу, я не обязана перед кем-то объясняться. Поэтому сейчас я смотрела прямо в глаза темноволосой нисс, проигнорировав тот тон, с которым она задала вопрос своему королю. — С тех пор, как я приказал, — твердый голос Рыжего заставил ее смягчить свой нрав. — Дана, я уже устал тебе повторять, что нельзя отвлекаться во время боя, — Мирэндил устало потер глаза, мне стало немного стыдно, помимо меня у него и так куча дел, а тут еще и я супер-необучаемая, — ладно, в остальном хорошо поработали, — он позволил себе меня похвалить, — но эта твоя невнимательность! Я виновато пожала плечами и посмотрела на Майтимо. — Мирэндил, жду тебя, лорда Канафинвэ и Асталона у себя. Дана, — он приветливо улыбнулся, и я повторила его жест, — это Нисимэ*, она служит гонцом у моих младших братьев. Я, все еще улыбаясь, протянула руку для приветствия, дева поморщилась и брезгливо пожала ее. Я не поняла. Че не так? Видимо, среди эльдар все же есть те, кто недолюбливает людей. — Мирэндил, я могу идти? — после короткого кивка, я поклонилась Нельяфинвэ и, бросив взгляд на кислую мину Нисимэ, поспешила в свои покои. После моих рассказов о ближайшем будущем, Майтимо стал отправлять гораздо больше патрулей на границу, дабы не пропустить ту атаку, о которой я говорила. И он правильно поступил, каждый из патрулей на кого-нибудь, да натыкался. И, соответственно, были раненные. На некоторых из них я и училась лекарскому делу. Вот и сегодня, насколько мне известно, должен был прибыть один из патрулей. Поэтому я пулей (в наших реалиях лучше сказать стрелой) полетела в купели, дабы быстрее отправиться к Сулону. *** — Добрый день, — я зашла в кабинет лекаря. — Добрый, — он легко улыбнулся, — патруль еще не прибыл, что странно, — протянул он задумчиво, — так что пока у меня нет для тебя работы. Сулон был для меня самым загадочным эльфом. Он вечно спокоен, медлителен, о себе почти ничего не говорит. В общем, именно такими я себе и представляла всех эльдар. Мега-мудрыми. — Сколько тебе лет? — вопрос сам как-то вырвался. Я знаю, что спрашивать возраст не очень прилично, но мне было очень интересно сколько он прожил, раз кажется мне таким мудрым старцем. Он оторвал взгляд от свитков и посмотрел на меня. — Я родился чуть раньше Фэанаро, — мое лицо вытянулось и, кажется, мой наставник неправильно это истолковал, — это отец арана Нельяфинвэ и лорда Канафинвэ. — Да, я знаю, — я молча села на свой стул у окна, — не думала, что ты такой… взрослый. — Возраст для квенди не важен. Единственное, что с ним приходит — это опыт. Я задумалась над словами лекаря, а он продолжил читать свои свитки, коих на его столе всегда было вдоволь. Как, впрочем, и на моем. Каждый раз Макалаурэ говорит, что в изучении языка главное практика, вот я и исписываю листы синдарином. Для людей возраст значит многое. И сложно от такого отвыкнуть. Вот, Алассэ, как оказалось, уже триста двадцать четыре, но она совсем не подходит под этот возраст. Такая веселая, шаловливая, будто ей семнадцать. Наверное, Сулон прав, эльдар нужно прожить очень много лет, дабы достичь такой мудрости. Или много пережить. — Так, а почему патруль не прибыл, на рассвете ведь должен был, — обращалась я скорее к себе, чем к лекарю. — Вот и я удивлен, наверняка что-то случилось, так что надо быть готовыми, — мужчина еще не разу не ошибался, если чувствовал, что что-нибудь произошло, я все время удивляюсь его точному предчувствию, — а пока, спой что-нибудь. На этот раз что-то пугающее, — он пристально на меня посмотрел, не совсем уверенный в своих словах. Он часто просил спеть. Разные темы: спокойствие, печаль, злость, веселье, вдохновение и прочие чувства. Удивительно, но с каждым разом получалось все лучше. Но я заметила, что мне и петь не обязательно, чтобы внушить чувство. Наверное, об этом и говорил Эру, что и в прошлом мире я это делала, но не осознанно. Вот оно и было, волшебство. А я и не замечала… Но теперь приходится действительно контролировать себя. Лекарь первый раз просит спеть, что-нибудь связанное со страхом. Вероятно, это слишком неприятное и опасное чувство. Но, видимо, надо научиться управляться со всем. Я не была уверена, но эта песня казалась мне жуткой. Еще немного поразмыслив, я сконцентрировалась на Сулоне и, глядя ему в глаза, запела: Все мои друзья входят во вкус Когда кровь касается их уст Отступников манит твой страх Что с болью осел в наших сердцах Все мои друзья входят во вкус Когда кровь касается их уст Отступников манит твой страх Что с болью осел в наших сердцах Комната полна людей, хранителей Таких же комнат для людей, терявших в ней Не способных обнаружить то, что я несу для них В душе своей, каждый день Как осознать кто рядом? Может это психопат? Как вычислить убийцу из толпы простых ребят? Как долго знакомы мы уже с тобой? Спроси себя, кто я такой? Все мои друзья входят во вкус Когда кровь касается их уст Отступников манит твой страх Что с болью осел в наших сердцах И тот, кто не с нами, тот против нас Отступники чувствуют каждый раз Как пахнут, новые души Нельзя нам ни верить, ни слушать Как осознать кто рядом? Может это психопат? Как вычислить убийцу из толпы простых ребят? Как долго знакомы мы уже с тобой? Спроси себя, кто я такой? Все мои друзья входят во вкус Когда кровь касается их уст Отступников манит твой страх Что с болью осел в наших сердцах Все мои друзья входят во вкус Когда кровь касается их уст Отступников манит твой страх Что с болью осел в наших сердцах Для чего ты прибыл, если знал? Разум твой не раз предупреждал Что мы разрушаем всё подчас Но ты мог бы стать одним из нас** Я закончила и мне самой стало не по себе, не говоря уже о лекаре. Он неотрывно смотрел на меня и часто дышал. Я испугалась, что что-то пошло не так. — Сулон? Ты в порядке? — тревожно спросила я. — Д-да, — он пытался выровнять дыхание, но, честно говоря, выходило не очень. — Уверен? По тебе не скажешь, — так, больше ничего подобного я петь не буду, а то он точно паничку словит, если не уже… Я положила ладонь на его руку и хотела успокоить его словами, но он одернул ее. — Все в порядке, Дана. Правда, — он так же легко улыбнулся, как когда я пришла, но паника все еще отражалась на красивом лице. — Эм, ну, ладно. Я тогда пойду, хорошо? — я не хотела его так напугать, да и вроде контролировала себя, не знаю почему так вышло. — Да, можешь идти. Я позову тебя, если в патруле будут раненные, — с виду он пришел в себя. Я коротко поклонилась и вышла из кабинета. *** Что это было вообще? Похоже, на мне лежит куда большая ответственность, чем я предполагала, раз я обычной песенкой ввела своего наставника в такое состояние. А если бы я увеличила силу? Мда, теперь нужно переживать еще и об этом. Вообще, странно это. Когда я использовала чары при внушении светлых чувств, то они не были такими сильными, хотя и сейчас много усилий я не прилагала. А может он притворялся, что они так сильно не действовали? А страх-то очень трудно скрыть, вот и раскололся? Короче, фиг его знает. С такими мыслями в голове и сосредоточенным хмурым лицом я медленно шла по витиеватым коридорам и даже не заметила, как рядом шел кое-кто еще. — Мирэндил прав, ты слишком невнимательна, — я вздрогнула и повернула голову. Справа от меня шел Майтимо, как всегда прямой и гордый. В который раз я поражаюсь его идеальными чертами лица. Видимо, я долго пялилась и молчала, он повернулся ко мне и вопросительно посмотрел. — Что? — что он там спросил? — Ты невнимательна, — повторил он, все еще смотря на меня. — А, ну да, я знаю, — я все еще пребывала в задумчивом состоянии, поэтому не придала много значения его словам. — Как дела? — он пытался вывести меня на разговор. — Нормально, — как говорится, краткость — сестра таланта. — Что-то случилось? — Рыжеволосый замедлил шаг и я тоже. — Что? Нет, — я попыталась стряхнуть напряжение и натянуто улыбнулась. — Я вижу, тебя, что-то тревожит, — о, да ты сама проницательность. — Ну, вообще-то, да, ты прав, — я решила не говорить правду, зачем нагружать его ненужными переживаниями, а так, я уже давно хотела попросить это, но все духу не было, — ты говорил, что Мирэндил будет обучать меня фехтованию, стрельбе и верховой езде, — я сделала паузу, — но я уже два месяца каждое утро махаю мечом, и уже два месяца я сижу в четырех стенах. Ну, фактически, я, конечно, хожу по крепости и на улице, но это не то. Да и мне очень интересно, что там за люди в деревне. В общем, я, как бы, хотела попросить, — я тараторила и заикалась, — можно мне, ну, это самое… — На конную прогулку по окрестностям? — закончил он за меня. Я выдохнула. — Ага. — Можно, у меня как раз есть свободное время, — эээ, что? — Да я и одна могу, — мужчина, нахмурившись, посмотрел на меня, я запоздало поняла, что прозвучало это, будто я не хочу с ним ехать, — то есть, конечно, ты можешь поехать, — а сейчас, будто это я ему разрешила, — нет, это, конечно, тебе решать, — кажется, он считает меня чокнутой, — короче! — я остановилась. — Уверена у тебя куча важных королевских дел, почем зря время на меня тратить. Я замолчала и уставилась на Майтимо, пытаясь понять, о чем он сейчас думает. Кажется, он был в замешательстве. — Я хочу отдохнуть, а ты хочешь покататься, почему бы не совместить? — звучало…логично. — Тем более, если бы у меня была «куча важных королевских дел», — повторил он за мной, слабо улыбнувшись, — я бы сейчас решал их, а не с тобой беседовал, — ох, не мужчина, а мечта, решит все ваши проблемы! Я рассмеялась своим мыслям. — Я услышала тебя, где встречаемся? — улыбающийся Маэдрос стоял передо мной с самым спокойным и умиротворенным лицом, что я когда либо видела, и я, конечно, опять рассмеялась. — Делай такое лицо почаще, тебе не идет вечная хмурость и строгость, — он опомнился и снова принял серьезно, но уже более расслабленное лицо, нежели в начале нашего разговора — Кхм, ты знаешь, где конюшни? — я кивнула. — Приходи туда, как только пообедаешь, — я кивнула и поклонилась. *** Дальше наши пути разошлись. Я направилась в свою комнату, сейчас как раз время обеда. Честно, мне было неудобно, что мне носят еду в покои. Я как-то сама привыкла себе готовить, а тут я прям, как знатная госпожа, хотя это не так. В покоях была Алассэ. Мы очень сблизились, она добрая и веселая, похожа на Элю до гибели родителей. Я бы очень хотела рассказать ей про себя, но все не решаюсь, вдруг это плохо обернется. Надо у Нельо спросить, может он что подскажет, можно ли ей доверять. Мне это нужно, довериться кому-то полностью. Личную жизнь и прочие мелочи. Мирэндил, Сулон, Кано, все они слишком серьезные и взрослые, да и на уме у них война, а не мои мелкие переживания. Эля…как же мне тебя не хватает. Я встряхнула головой, отгоняя дурные мысли. Наконец-то я смогу выбраться на природу, надо быстрее есть и собираться. — О, Дана, привет, я принесла обед, — девушка, как всегда, улыбалась. — Спасибо, Алассэ, — она такая хорошая, интересно, а… — у тебя есть жених? — нисс густо покраснела и отвела взгляд, но улыбаться не перестала. Я хитро улыбнулась. — Садись, поговорим немного, а то ты все время занята, — она немного поколебалась, но все же села на стул рядом, — и кто он? — Ну, он очень хороший, самый храбрый, самый красивый, самый умный, — она мечтательно перечесляла все его достоинтва, а я давилась едой, — самый добрый, самый… — она заметила мой многозначительный взгляд и «игру бровями» и умолкла. — Аран Нельяфинвэ, что ли? — бросила я, как бы между прочим. — Что?! Нет! Это Лайрэндил, — проговорилась, я рассмеялась и чуть не подавилась куском мяса, — интересно, что под такое описание ты подумала про арана, — ооо, теперь была моя очередь краснеть. — Чево, — пробубнила я с полным ртом, — заль тепя расстваивать, Алассэ, но я чевовек, а он эльпа, — наигранно печально я покачала головой, и проглотила последнюю ложку супа — и вообще, я не ищу отношений, — отлично, я перевела тему, — а вот у вас с Лайрэндилом, что-то может быть! — Ты так думаешь? — странно было слышать ее неуверенный голос. — Он недавно вступил на службу, ему сейчас не до этого… — Брось, я уверенна у вас все получится, главное — сделать первый шаг, — я выжидающе уставилась, ожидая вопросов, но их не было, — вы хотя бы общаетесь? — Иногда. — А надо часто! Когда он свободен? Что ему нравится? Может, гулять? Или петь? Или танцевать? Поговорите о чем-нибудь, проведите время вместе, — я воодушивленно «наставляла ее на путь истинный», хотя сама в этом деле полный ноль. — Ты права, — она оживилась и снова заулыбалась, мечтая, наверняка, о своем ненаглядном. — Кстати, Алассэ, я сейчас еду на прогулку, костюм для тренировок подойдет для верховой езды? — не хотелось ее отвлекать от приятных мыслей, но помощь мне все же нужна. — Что? На какую прогулку? Тебя одну отпустили? — она удивленно посмотрела на меня. — Ммм, нееет, — протянула я, а Алассэ ждала продолжения, — ну, лорд Нельяфинвэ тоже едет, — несколько секунд стояла тишина, а потом дева звонко расхохаталась. — Ну, все понятно с тобой. — Что понятно?! — я вспыхнула, щеки снова залило румянцем. — Мне просто интересно, что там в деревне, да на природу давно не выезжала, — попыталась я сменить тему, но девушка все равно улыбалась во все тридцать два, с таким лицом, будто «да че ты сочиняешь». Потом Алассэ спохватилась. — Когда, говоришь, ты едешь? — Ну, как бы пряма сейчас уже надо, — я хотела добавить, что ничего, если я немного задержусь, чтобы она не ганашилась, как проклятая, но нисс меня перебила. — О, Валар! Почему ты сразу не сказала? А я тут сижу с тобой болтаю! Подожди немного, я сейчас, — она встала и направилась к двери, — быстро. *** Алассэ все же нашла мне легкий дорожный костюм. (когда я выросла, вещи стало искать легче, еще один плюс! а еще я так и не сходила к швее)И я дала себя уговорить на две косы. В общем, провозились мы около получаса. Я взяла альбом и цветные карандаши с ластиком, вдруг вдохновение настигнет. Но вот, куда это положить, я не нашла, поэтому сейчас я стояла в конюшне с вещами в руках. — Положи в сидельную сумку, — заметив мое замешательство, сказал конюх. — Эм, в сидельную сумку какой именно лошади? — ну серьезно, их тут много. — Третье стойло, это Мелисса***, спокойная лошадь, так что не переживай, — он ободряюще улыбнулся и махнул рукой на нужное мне стойло. — Спасибо, эмм… — я даже не знаю его имени. — Рингон****, леди Дана. — О, ты знаешь мое имя, — не помню, чтобы мы общались. — Аран приказал приготовить для Вас лошадь, так что да, я знаю, — он все еще улыбался. Светлые волосы были растрепаны, а карие глаза выдавали в нем лаиквэнди*****, белая рубашка была в грязи, как и остальные элементы одежды, но глаза все равно горели. Вот как надо любить свою работу, посвящать всего себя и не заботиться, как ты при этом смотришься. А ведь для эльфов это важно. — Спасибо, Рингон, еще увидимся. Я направилась к лошади, что он для меня подготовил. Гнедая кобыла была не так велика, как конь Майтимо, и я с легкостью могла на нее залезть. Ухоженная грива красиво лежала на темно-коричневой шее лошади. — Привет, красавица, — я осторожно ее погладила, Мелисса спокойно отреагировала и сама ткнулась носом мне в руку, — у меня ничего нет, может Нельо чего взял? — животные, они как люди, все понимают, с ними говорить надо. Вот и я договорилась. — Аран Нельяфинвэ, Дана, — сквозь зубы проговорила мое имя Нисимэ, — тебя родители не учили правильно обращаться к господам? — конечно, это был риторический вопрос. — Хотя, чему могут научить такие дикари, как твой вид. — Что, прости? — а вот сейчас я прих…фигела. — Единственная, чье поведение в данный момент можно назвать дикостью, так это ты, — она явно не ожидала такого ответа и поэтому ее тонкие брови поползли вверх. Не дожидаясь, я взяла Мелиссу под уздцы и повела к выходу из конюшни. Там меня уже ждал Майтимо, который сейчас разговаривал с конюхом. Когда он заметил меня, я поклонилась и оседлала лошадь. Но тут подошла Нисимэ. — Аран, Вы совсем без сопровождения? — она направила на меня испепеляющий взгляд. Погодите, это что, ревность?! Стоп, да неее, мне показалось. — Позвольте мне поехать с вами, так будет безопаснее. — Ты хочешь, сказать, что я не в состоянии защитить себя и свою спутницу? — я думала она челюсть сломает, услышав последнее слово. — Нет, что Вы, я просто… — Хорошо, тогда до встречи, — перебил он нисс и посмотрел на меня, — сначала в деревню, потом уже лес, идет? — я кивнула, мы пришпорили коней и направились к выезду из крепости. *** Подъезжая к селению мы замедлились и я все же спросила: — А правда, почему ты ходишь без охраны? Ну, по замку один ходишь, сейчас тоже один, — я правда не хотела его оскорбить. — Тебе задать тот же вопрос, что и Нисимэ? — его голос был мягок, и я расслабилась. — Даже такой прекрасный воин, как ты не справится с огромным отрядом, — какое-то неоднозначное замечание, вроде и комплимент, а вроде и оскорбление. — Да? — он слегка удивился такой откровенности. — Хорошо, что ты говоришь начистоту, — Рыжеволосый улыбнулся, — верно, с большим отрядом мне не совладать, но уйти всегда можно. Да и я не один, ты же рядом, — от таких слов мое лицо приобрело цвет его плаща. — Да от меня толку то ноль. Что я смогу? Расплакаться? — не, ну реально, я сомневаюсь, что готова к реальному бою. Майтимо коротко и тихо рассмеялся. И остаток пути мы ехали в тишине. Около ворот в деревню мы спешились, и нас без труда пропустили. (ну нифига у них тут целый городок, ну, или как бы сказали у нас, поселок городского типа). Мы шли по главной улице, если ее можно так назвать. Все как в обычном средневековом городке. Лавки, трактиры, дома. — А куда мы идем? — Это ты мне скажи, — мужчина ухмыльнулся. — Ну, — я с улыбкой придвинулась к нему и зашептала — яблок бы найти, или моркови, — я выразительно посмотрела на него, а потом вспомнила, — ой, у меня же денег нет. — Не переживай, эльдар не нужно платить, — о как, интересно. — Почему? — Мы защищаем деревню, обмениваемся сырьем и люди находятся у меня на службе. Торгуются они, в основном, с гномами или приезжими, — как несуразному ребенку пояснил мне мужчина. — А, понимаю, — я отвлеклась и моим взглядом завладел трактир под названием «Рога и Копыта», — о, давай туда зайдем, — Маэдрос с сомнением посмотрел на меня, — ну там точно есть то, что нужно, — начала уговаривать я, — что не так-то? — В подобных людских заведениях можно встретить сомнительных личностей, — поучительно сказал он. Для полноты образа не хватает указательного пальца, поднятого вверх. — Во-первых, сейчас день, все эти сомнительные личности работают. Во-вторых, и что? На тебя никто не накинется, на меня тоже, я же рядом с тобой, — ну, все, это был последний козырь. Он еще немного посомневался, но мы, все же, пошли, оставив лошадей жевать сено. Как я и предполагала, заняты были всего три стола, и отдыхавшие от работы мужчины всего то ели похлебку. У стойки громко спорили тучная женщина, не менее пухлый мужчина и два ребенка, на вид лет одиннадцати. В руках мальчишки был черный щенок, а сам он яро что-то доказывал взрослым, а девочка, что стояла рядом, не менее бойко поддакивала. Кажется, кто-то из взрослых и держал трактир, поэтому ничего не осталось, как нагло их перебить, потому как нас они в упор не замечали, а Нельо не собирался вмешиваться. — Кхм, — я покашляла, привлекая внимание, — извините, у вас не найдется яблок или моркови. — Какие яблоки? Какая морковка? — закричал мужчина. — Собачатины не хотите? — я и два детских голоса разом крикнули «нет». — Отец, нельзя же так, — сказала девчушка. — Да, отец….эээ, то есть, мужчина, — оговорилась я, — совесть имейте. — Милая, лучше не ввязывайся в это, — дружелюбно заметила женщина, — я смотрю, ты в компании Высокого лорда, — она поклонилась на эльфийский манер, за ней последовали и остальные, Рыжий поклонился в ответ, — сейчас я принесу, что ты попросила, — трактирщица улыбнулась и убежала в другую комнату, а дети и мужик, тем временем, продолжили спор. — Не хотите, чтобы его съели, тогда в лес обратно отнесите, он там сам как-нибудь… — Неет, дядя Кэл, позвольте его оставить, — мальчишка уже чуть ли не плакал. — Или может мы найдем кому отдать его, — предложила девочка. — Не будет в моем доме псины! Если это вообще собака, может вы попутали чего и волка в дом принесли, а? — Да нет же, это обычный щенок, если мы его оставим одного, то он умрет, — жалобно тянула девочка. — Такова судьба, — по-философски сказанул мужчина. — Может я его заберу, — ну не могла я обречь такое чудо на смерть. — Что? Нет, Дана, это большая ответственность, — сразу подал голос Майтимо, и все смолкли. — Назови хоть одну причину, по которой ты можешь обвинить меня в безответственности, — он открыл было рот, но слов не нашлось. Я обернулась к людям, — знаете, сейчас я не могу его взять, но вечером заберу. Мужчина сверлил меня взглядом, но все же ответил: — До завтрашнего дня если не заберете, то утром в лес отнесу. — Кто заберет? — женщина вернулась и принесла небольшой мешок с нужными продуктами. — Я забираю, — я взяла мешок и, выразив благодарность, направилась к выходу. — Ты уверена, что справишься? — опять он начал. — Почему ты думаешь, что я не справлюсь? — раздраженно спросила я. — Волков сложно воспитывать, — совершенно спокойно сказал Майтимо. — Это щенок, — продолжала я, хотя уже не была так уверена в своих словах. — Это волчонок, их сложно приручить, он может вырасти агрессивным и поранить кого-то, — мужчина говорил серьезно, — или тебя, — добавил он. Я нахмурилась, взвешивая все за и против. — Я справлюсь, — твердо сказала я и положила угощение для лошадей в седельную сумку. — Хорошо, — Рыжий тяжело вздохнул, — но ухаживать, кормить и воспитывать его должна только ты, чтобы он понял, кто вожак. — О, ты так много знаешь, ты мне и поможешь если что, — феанорион не успел ответить из-за подбежавших детей. — Спасибо, госпожа, — начал мальчик. — Да, вы очень хорошо поступили, — продолжила девочка. — Иначе, он бы умер. — Просто понимаете, охотники застрелили его мать, а волчат оставили умирать… — Чшшш, — шикнул мальчик, но девочка уже проговорилась. — Ой, то есть, щенков, — она виновато опустила взгляд. — Правда? И с чего бы охотникам застреливать собаку? — строго вставил свое слово Майтимо, и дети съежились под его взглядом. — Нельяфинвэ, — я укоризненно посмотрела на рыжего эльда, — не волнуйтесь, я знаю, что это волчонок, — я присела на корточки и ласково посмотрела на детей, — я понимаю, вы не могли его оставить, — я говорила как можно более мягко, отчего дети расслабились, — а где остальные? — Когда мы нашли их, все уже умерли, — тихо сказал мальчишка, — кроме него, — и он протянул мне черного щенка, совсем маленького, недели две отроду. Я бережно взяла комок в руки и начала гладить его. — Как вас зовут? — Я — Хэви, — сказал мальчик. — А я — Лина, — добавила девочка. — Сколько вам лет? Те люди ваши родители? Это ваш трактир? — да, давненько я не общалась с людьми, все-таки по духу они мне близки. — Мне одиннадцать, а Лине десять. Дядя Кэл — ее отец, а та женщина — моя мама, ее зовут Райна. Они живут вместе, так что да, они наши родители, а мы брат и сестра, — нахмуренное лицо Маэдроса выдавало, что ему сложно такое понять, конечно, эльдар ведь любят одного и на всю бесконечную жизнь. — Мы с папой беженцы из Дортониона. Они начали жить с тетей Райной через год, как мы пришли и открыли трактир, — закончила рассказ Лина. — О, вам повезло, что родители нашли друг друга, — я еще немного потискала щенка и отдала его Хэви, — и повезло, что вы теперь брат и сестра, до вечера. Мы с Майтимо взяли лошадей и пошли к выходу из города. *** Мы гнали лошадей так, что мне казалось, будто сейчас они свалятся от усталости, но, разумеется, это было не так. Я первый раз чувствовала подобное. Быстрая езда — это как полет, чувство свободы льет через край. Я пыталась смотреть прямо, на дорогу, но глаза то и дело отвлекались на красоту природы. Пейзаж сменяли собой леса и поля. Вдали виднелись неподвижные горы, на вершинах которых было немного снега. Когда я уже начала конкретно так уставать, мы приехали на место, что так рвался показать Нельо. И оно действительно было прекрасно. Прозрачное озеро манило своей прохладой, берег его был в незнакомых мне цветах. На другой стороне, сразу за редким лесом, возвышались холмы и высокие пики гор, что все еще освещало закатное солнце, не скрываемое тяжелыми тучами. Я спешилась, достала альбом с карандашами и хотела уже кинуться к берегу, быстрее рисовать, пока светит солнце. Но вспомнила, что должна сделать кое-что еще. Вытащив наружу мешок с едой, я достала первое попавшееся яблоко и заботливо предложила его Мелиссе. Конечно, она не отказалась, более того, ко мне подошел еще и громадный конь Маэдроса, оставив хозяина снисходительно улыбаться ему в спину. — Не хочешь поучаствовать? — предложила я, будто занимаюсь чем-то очень увлекательным. — Конечно, я покормлю, можешь идти рисовать, солнце вскоре зайдет, — о, слава Эру, он понял, что к чему, я улыбнулась и подошла ближе к берегу, садясь прямо на ароматную траву. — А ты, я вижу, с детьми не очень ладишь? — решила я разрядить обстановку, но, кажется, вышло не очень. — Мой вид их пугает, — заметил Маэдрос, я обернулась, чтобы понять, что в нем такого пугающего, но, увидев на его лице какую-то неопределенно обиженную гримасу, рассмеялась просто в голос. Кажется, будь кто-нибудь в горах, он бы услышал. — Знаешь, в той стране, где я жила раньше, давным-давно был правитель, и было у него прозвище «Красно Солнышко», вот и ты такой же, рыжий и светлый, как будто солнце, и тянуться к тебе хочется, не боялись бы они, будь ты более доброжелателен, — унесло меня не в том направлении, но я опомнилась и вернулась к своему занятию. *** Эльда недоуменно смотрел в спину девушки, что увлеченно чиркала в своем альбоме, иногда вскидывая голову, дабы изобразить все детальнее. После всего, что он совершил и вытерпел, он бы никогда даже не надеялся услышать подобные приятные слова, а она так спокойно и весело об этом говорила. Высыпав оставшиеся овощи и фрукты на землю, мужчина подошел к берегу и сел рядом с девой, так близко, чтобы видеть содержимое альбома. — Ты обещала рассказать про холодные места, в которых бывала, — феанорингу не просто хотелось услышать увлекательные истории из другого мира, больше хотелось слышать мягкий, иногда прерывающийся от волнения, девичий голос. — Когда это я такое обещала? — русая дева вопросительно глянула, отмечая его близость. — Пару месяцев назад, — спокойно говорил Майтимо, устремив взгляд на пики гор. — Даже я не помню об этом, ну и память же у вас, эльфов, — она посмотрела туда же. Закончив набросок, Дана обняла себя руками, пытаясь согреться. Осенний вечер выдался холеднее, чем летняя ночь, когда она связанная спала на земле, только прибыв в Арду. Заметив это, рыжий снял плащ и накинул его на плечи хрупкой фигуры рядом. — Спасибо, — она слегка покраснела, и продолжила, — в общем, да, есть одна история. Сразу говорю, она не очень веселая, — Дана состроила убеждающее лицо, но выходило слишком смешно и эльда слегка улыбнулся, — мы с семьей всегда ходили в походы в теплое время года, зимой жили в доме дедушки с бабушкой и особо ничем не занимались. И я постоянно просила родителей сходить в поход зимой, меня манила эта холодная пустота снежных просторов, — девушка замолчала, вспоминая прекрасные виды, — и вот однажды, когда мне было тринадцать, они все же согласились, тогда я уже неплохо лазила по скалам, а старшая сестра и вовсе отлично справлялась. Выбрали тот маршрут, где всего один крутой подъем, остальные участки не были особо опасными, но тот… — она снова смолкла, — там не много было, всего около ста пятидесяти метров, но было очень страшно. Все уже поднялись и ждали только меня, а я уже прошла больше половины и тогда заметила, что крепление не зафиксировано. Я начала спускаться, не обращая внимания на крики сверху, а когда до земли оставалось совсем немного, примерно метров шесть, рука соскользнула и я вниз полетела, — дева сделала паузу, — сломала обе ноги, — феанорион удивленно смотрел на деву, он помнил, как ему ломали кости, и что только с помощью эльфийских чар удалось восстановиться, что же за лекари у них там такие, — мда, провалялась целый год в кровати и на операциях, но все же смогла вернуться к прежней жизни, зато я столько стихов и песен выучила от нечего делать, что запаса на всю жизнь хватит, — она замолчала и посмотрела в задумчивое лицо мужчины. — Печальная история… — Да чего в ней печального, — перебила его девушка бодрым тоном, — сломала и сломала, чего переживать. Зато урок на всю жизнь: не всегда то, чего мы страстно желаем, принесет нам счастье, — она немного помолчала и добавила, — и что я больше никогда не пойду в сложные походы зимой, — и вернулась к рисованию. Рыжий еще долго обдумывал ее слова, пока новый вопрос не заставил его обратить внимание на девушку. — Кстати, я хотела спросить, как ты думаешь, могу ли я рассказать Алассэ правду? — он вопросительно поднял бровь. — Я не хочу врать ей, да и выговориться хочется, а я не могу, она же ничего не знает. — Ты всегда можешь поговорить со мной, — он внимательно наблюдал за ее реакцией, — или с Кано. — Нееет, ты не понял, — русая снова зарумянилась, — поговорить о всяких девчачьих делах или душевных терзаниях. Женщине легче понять женщину, а ты, насколько мне известно, противоположного пола, как и Канафинвэ, — она тихо рассмеялась. — Думаю, ты можешь все рассказать Алассэ, раз это так необходимо, — мужчина немного сник, но виду не показал, — я тоже хотел тебе кое-что сказать, — он посмотрел на деву, но та все еще рисовала, — Кано вместе с Мирэндилом отправлются к Маглоровым Вратам на пару недель, поэтому пока что тебя вызвалась тренировать Нисимэ, — спокойно закончил он. — Что?! — она кинула на него испуганный взгляд, отчего рыжий пришел в замешательство. — Я понимаю, она не самая приятная эллет, но она хороший воин и ей можно доверить обучение, — он ободряюще улыбнулся. — Хорошо, я верю тебе, — теперь сникла дева, заканчивая рисунок. Вскоре солнце скрылось за горизонтом. Землю осветили тысячи прекрасных звёзд и путники отправились в обратную дорогу.