Истина

Нисимэ меня явно ненавидит. Я уверена. Уже две недели она просто избивает меня на каждой тренировке. Серьезно, она даже не говорит, что я делаю не так, просто я, видите ли, слабая. В первый день она попыталась научить меня стрелять из лука, но сказала, что у меня руки кривые и все равно ничего не выйдет, и мы перешли к мечам. Единственное, что я тренирую, так это отбивать ее сильные атаки. Слава Эру, сегодня она занята. Чем, я понятия не имею, ведь раньше никогда тренировки не отменялись, чтобы ни случилось. Поэтому сейчас я нежилась в постели вместе со своим новым другом. И, нет, это не то, что вы подумали. Всего лишь волчонок, которого я назвала Блэк. Простое имя, никто здесь английского не знает, так что оно кажется интересным. Под моим чутким наблюдением он рос, но все еще походил на щенка, как по мне. Хотя окружающие знали, что это не так. В покои вошла Алассэ, неся поднос с завтраком. Я так и не рассказала ей о себе, не знаю даже с чего начать. — Доброе утро, если тренировку отменили, это не значит, что можно пролежать в кровати все утро, — она подошла к окну и расшторила плотные занавески, свет на мгновение ослепил меня. — Вообще-то значит, — я села. — Надо сходить к швее, — серьезно сказала нисс.  — Зачем это? У меня и так много одежды, — за все время Алассэ принесла мне действительно кучу вещей. — Дана, на пир тебе понадобится красивое платье и сшитое по твоей фигуре. — Какой пир? — я воодушивилась, за все время здесь такого еще не происходило. — Ты не знаешь? — удивилась дева. — Во-первых, в честь Яавиэ, конца «жатвы» или «сбора урожая», во-вторых, тракт наугрим снова свободен и сегодня они прибывают, — дева весело посмотрела на меня, — а они очень любят пиры. — Интересно. А кто там будет и как это вообще проходит? — нет, я, конечно, представляла себе средневековые праздники, но узнать подробности все равно не помешает. — Ты, что, никогда не была на пиру? — я покачала головой. — О, тогда тебе точно понравится, — она заливисто рассмеялась, подняла меня за руки с кровати и стала кружить по комнате, — Танцы, песни, вино и много веселья. Блэк спрыгнул с кровати и стал путаться у нас под ногами. — Еще будут эдайн, правитель и его приближенные, — сказала Алассэ, когда мы остановились, — на самом деле, я думаю у арана есть важные планы, поэтому он созвал на этот пир всех союзников. А вот это уже серьезно. Я немного задумалась, но все же решила не развивать эту тему. — Так когда будет пир? — Через три дня, поэтому тебе и нужно сходить к Миндэ, она может создать прекрасное платье, — дева все еще улыбалась. — Хм, а я могу сама изобразить его, а она сшить по эскизу? — было бы интересно попробовать себя в качестве дизайнера. — О, конечно! Кстати, еще приехал брат арана, лорд Морифинвэ. Но ему лучше не попадаться, — девушка подошла ближе, будто боялась, что нас подслушивают, — у него и раньше характер не очень был, а после захвата Таргелиона стал еще несносней. Повисла тишина. — Я учту, Алассэ, — вообще, я и без нее это знала, — можно я теперь пойду умываться? — Можно, — она улыбнулась, — пойдем тогда после обеда, идет? — Хорошо, — и ушла в ванную. *** — Не надо настоящего золота! — мы сняли с меня мерки, и я уже несколько минут пыталась донести до швеи, что не хочу, чтобы важным элементом платья становился драгоценный металл. — Зачем создавать подделку? — не унималась мастерица. — Я не настолько богата, чтобы позволить себе настоящее золото! — Тебе не нужно ничего платить! — Я сказала нет — значит нет! — я уперлась и сложила руки на груди. — Ладно! — я уже реально достала ее со своими запросами. — Когда будет готово, Алассэ принесет. На моем лице появилась победоносная улыбка, я поклонилась и отправилась за Блэком. Я планировала посетить деревню, а ему полезно побегать. — Дана, пойдем быстрее, — я столкнулась с Сулоном, на вид он был взволнован. — Что-то случилось? — Прибыли наугрим, когда их встречал наш патруль, на них напали, есть раненные, — мы быстрыми шагами направлялись к лекарскому крылу. — Я думала, тракт чист. — Иногда нападения все же случаются, зло не дремлет. Мы зашли в просторный зал, раненых было немного, но все же. Вокруг коек собралась толпа гномов, Сулон отправился помогать своим, а я, недолго думая, к этому столпотворению. — День добрый… — Да какой он, к балрогу, добрый? — перебил меня рыжебородый гном. — Да, ты что, ослепла, девочка? — вмешался второй, я посмотрела на ряд коек, на которых распластались с десяток тяжелораненых наугрим. — Извините! — возмутилась я. — Вы что, лекари? — Мы провожаем своих товарищей в последний путь, — чуть печально заметил гном, что держал одного из ранененых за руку. — Кто это сказал, что в последний? — если честно, прозвучало, как вызов, я протиснулась к этому больному и обратилась к остальным. — Будьте так добры отойти. — Ты уже ничего не сможешь, лучше сама отойди, — начал было один из них, пытаясь жестами отогнать меня от койки. — Я, что, непонятно объясняю? — грозный голос прокатился по всему помещению и гномы удивленно отступили. — Благодарю. Шея довольно молодого гнома была перевязана уже пропитавшейся кровью полоской ткани. Странно, что он вообще доехал до крепости. Рана была слишком серьезной, я побоялась, что обычных чар недостаточно и придется петь, дабы усилить целительство. Он все еще был в сознании и смотрел с такой надеждой, что мое сердце закололо от жалости. Убрав подушку, я села и положила его голову себе на колени. Сняла повязку, легко сжала его горло, другой же рукой коснулась лба. Времени рассуждать особо не было, поэтому я все же негромко запела: Слышу голос из Прекрасного Далека, Голос утренний в серебряной росе. Слышу голос, и манящая дорога Кружит голову, как в детстве карусель. Прекрасное Далеко, Не будь ко мне жестоко, Не будь ко мне жестоко, Жестоко не будь. От чистого истока, В Прекрасное Далеко, В Прекрасное Далеко, Я начинаю путь. Слышу голос из Прекрасного Далека, Он зовет меня в чудесные края. Слышу голос, голос спрашивает строго: А сегодня что для завтра сделал я? Прекрасное Далеко, Не будь ко мне жестоко, Не будь ко мне жестоко, Жестоко не будь. От чистого истока, В Прекрасное Далеко, В Прекрасное Далеко, Я начинаю путь. Видя, что кровь не останавливается, я перестала сдерживаться и сосредоточилась уже не на самом гноме, а на своих действиях. Я клянусь, что стану чище и добрее И в беде не брошу друга никогда. Слышу голос и спешу на зов скорее По дороге, на которой нет следа. Прекрасное Далеко, Не будь ко мне жестоко, Не будь ко мне жестоко, Жестоко не будь. От чистого истока, В Прекрасное Далеко, В Прекрасное Далеко, Я начинаю путь. Прекрасное Далеко, Не будь ко мне жестоко, Не будь ко мне жестоко, Жестоко не будь. От чистого истока, В Прекрасное Далеко, В Прекрасное Далеко, Я начинаю путь.* Рана под моей рукой почти затянулась, но перевязка все еще требовалась. В процессе мужчина уснул. Я аккуратно встала и подложила подушку под его голову. Обернувшись я натолкнулась на ошалевших наугрим, Сулона и Маэдроса, рядом с которым стояли гном в золотых доспехах и черноволосый краснощекий эльда. — Что вы так смотрите? — я непонимающе уставилась в ответ. — Ты... вылечила всех, — выдавил из себя главный лекарь. — Да? — он кивнул, я не знала, радоваться или плакать, что они вообще так уставились, я же вроде хорошее дело сделала. — Ты такой хороший учитель, — все что я смогла придумать. Повисла тишина. Гном, что стоял рядом с Рыжим, опомнился первым. Он подошёл ближе, поклонился и заговорил: — Спасибо тебе, светлая госпожа! — он взял мою руку в свои, и мне пришлось немного наклониться. — Проси, что хочешь! — я покраснела и замялась. — Что вы, мне ничего не нужно, — скромная улыбка украсила мое лицо. — Король Азагхал всегда благодарит тех, кто спасает его жизнь или жизнь его близких, — он перевел взгляд на мужчину, которого я лечила, — это мой брат. Я опомнилась, неосторожно выхватила руку и тут же поклонилась. — Ваше Величество, для меня честь спасти жизни вашего брата и остальных воинов. Мне ничего не нужно, аран Нельяфинвэ более чем щедр на все необходимое для хорошей жизни, — я выпрямилась и кинула взгляд на уже более спокойное лицо Маэдроса, а потом снова обратила его на короля наугрим. — Как скажешь, светлая госпожа. Но если тебе что-нибудь понадобится, наугрим всегда окажут помощь, — он улыбнулся и снова поклонился — Спасибо, — приятно такое слышать, — мое имя Дана, и я не госпожа. — А кто же тогда? — Не знаю… просто человек, — ну бесит меня уже такое обращение. — Что ж, Дана, наверняка ты потратила много сил и тебе нужно отдохнуть. — Все в порядке, — я снова улыбнулась, — но, по правде говоря, у меня есть дела, так что доброго дня, — я тоже поклонилась и направилась к выходу. Фух, ну и дела. Вот это я, конечно, молодец. В коридоре меня нагнал Майтимо. — Дана, постой! — мы поравнялись. — Ты уверена, что все в порядке? — Конечно, — я посмотрела на его обеспокоенное лицо, — ты что-то хотел? — спросила я, устав ждать, когда он заговорит. — Обычно, когда лекари тратят так много сил, они сами обессиливают. — Ну, я же не обычная, — смешок вырвался из моих уст. — Точно, — он задумался. — Нельяфинвэ, у меня правда есть дела, может я уже могу идти? — Какие дела? — отстранено поинтересовался он. — Я хотела сходить в деревню и выгулять Блэка, — он нахмурился и явно что-то обдумывал. — Хорошо, можешь вечером зайти ко мне? — я кивнула. — Тогда до вечера, — он приложил руку к сердцу, коротко поклонился и быстрыми шагами скрылся за поворотом. *** — А эти гномы говорят, мол, ничего у тебя не выйдет, иди отсюда, — я красноречиво рассказывала Хэви и его сестре сегодняшний случай. — А ты что? — подала голос девочка. — А что я? Растолкала их и принялась петь, чтобы вылечить одного из них. — Петь? — неверяще спросил мальчик. — Да, я колдую с помощью пения. — Правда? А покажи? — девочка присела еще ближе. Мы сидели на поляне недалеко от деревни. — Ну, я еще не сильна в этом. Только в целительстве преуспела. — А огонь можешь сделать? А чтобы дождь пошел? Или ураган? — мальчик с горящими глазами тоже придвинулся. — Я же говорю — я еще не сильна в этом. — Ну, попробуй хотя бы, — предложила девочка, все еще надеясь увидеть чудо. Я немного поколебалась и все же согласилась. Воздух. Интересно, им легко управлять? Я сосредоточилась на дуновении легкого ветерка, что касался моего лица, шуме деревьев и их мирном покачивании. Я ухожу и дверь закрой. Ты мне приятна, но я не твой. Я как стакан — совсем пустой, И не дышу одной тобой. Как воздух — я парю всегда. Как птица я. Я не хочу взять в плен твоё сердце и силой держать. Строить высоких стен. Ты беги, если надо бежать. Лабиринт, закрытый космос. Я попал, как в невесомость. Удары клавиш, пустые ноты. Скажи мне, кто ты? Ветер усилился. Он раскачивал деревья вокруг поляны и кружил опавшую желтую листву. Волосы растрепались, а дыхание сбивалось, но я продолжила петь: Со мною музыка моя, В душе моей она всегда. Такой воздушный, неземной — И я взлетаю над землёй! Как воздух — я парю всегда. Как птица я. Я не хочу взять в плен твоё сердце и силой держать. Хэй! Строить высоких стен. Ты беги, если надо бежать. Хэй! Лабиринт, закрытый космос. Я попал, как в невесомость. Удары клавиш, пустые ноты. Скажи мне, кто ты? ** Слова закончились, но я все еще напевала мелодию. Вместе с моим голосом стихал и ветер. — Ого, — дети восторженно смотрели на меня. — Да, я сама и не знала, что могу так, — призналась я. Только сейчас я заметила Блэка, что жался ко мне с боку. — Испугался? — я взяла его на руки и начала гладить. — Вы довольны? Я могу продолжить историю? — они все так же смотрели на меня и молча кивнули. — Ну, вот. Спела я, встаю, а на меня все пялятся, будто приведение увидели. Ну я и спрашиваю чего они. А мой наставник говорит: ты всех вылечила. Ну тут я и офигела, конечно. Оно ж само. Ну и все. Подошел, значит, один гном, начал благодарить. Оказалось, это король. Тут уже я начала благодарить его за слова. Ну и все, — закончила я наконец, — еще, кстати, через два дня пир будет. Вы были когда-нибудь на пирах? — На эльфийских не были, — Хэви отошел от потрясения. — А нам можно на пир? — вдруг спросила Лина. — Нет, конечно, — ответил ей брат, — мы же обычные дети. — Ну, может и можно, — произнесла я, задумчиво глядя в небо, а потом заметила заинтересованные взгляды детей, — но это не точно. Я спрошу у Лорда Нельяфинвэ. — Это тот рыжий эльф с которым ты приходила в прошлый раз? — неуверенно спросила девочка. — Да. — Он точно не позволит, он злой, — тихо произнес мальчик, думая, что я не услышу. — Ничего он не злой, — запротестовала я, — просто он не знает как с людскими детьми общаться и думает, что его вид их пугает, — я закатила глаза. — А откуда у него шрамы? — спросила девочка. Я заколебалась, стоит ли отвечать. — Он был в плену у Черного Врага, — все же произнесла я, после недолгого молчания, и продолжила, видя вопросы в глазах детей, — много лет с ним делали плохие вещи, но он не сломался, — в моем голосе слышалось уважение вперемешку с восхищением, — а потом его подвесили за правую руку к скале Тангородрим. Его кузен, Фингон Отважный, спас его, но пришлось отсечь правую кисть, — закончила я. — А как он забрался на скалу? — непонимающе произнес мальчишка. — Сначала он хотел пустить стрелу и закончить страдания своего брата, — я тщательно подбирала слова, — он попросил Манвэ, Владыку Ветров и Всего Земного Мира, доставить его стрелу прямо в цель, но тот смиловался и послал предводителя своих Орлов, Торондора. Эти орлы очень большие, — пояснила я, — с его помощью и получилось снять его и унести к эльфам. — Ничего себе, — прошептали они в раз. — Да, и в правду удивительно, — мы посидели еще немного, а потом я стала возвращаться в крепость, пообещав ребятам спросить можно ли им на пир. *** Я стояла напротив двери в покои Маэдроса и пыталась натянуть улыбку. Нисимэ сказала, что ждёт меня завтра и я буду отрабатывать за два дня. Я уже представляла этот ужас. Внезапно дверь распахнулась, и предо мной встал тот самый эльда, которого я видела в лечебнице рядом с Нельо. — Кажется, у тебя гости, брат, — сказал он, самодовольно глядя мне в глаза. Рядом с ним встал хозяин покоев. — Приветствую, Дана, — я коротко поклонилась, — это мой брат, лорд Морифинвэ, — о, так вот он какой, я еще раз поклонилась. — Добрый вечер, — сказала я, мило улыбнувшись. — Доброй ночи, — ответил он и прошел мимо меня, направляясь к двери неподалеку. — Вон оно как, — хотела я подумать, но произнесла вслух. — Не обращай внимания, он всегда такой, — Майтимо устало посмотрел на меня, — проходи. Я зашла, и мы направились к уютным креслам у камина. В комнате царила полутьма, огонь приятно грел, а звук потрескивающих дров убаюкивал. Мы молчали несколько долгих минут и я все же тихо поинтересовалась: — Нельяфинвэ, ты позвал меня просто посидеть у камина? — он посмотрел на меня. В его глазах отражалось пламя, приглушённый свет от близкого огня делал его лицо еще прекраснее, а расстегнутый ворот рубахи оголял сильную шею. Щеки обожгло, и я опустила взгляд. — Поговорить, — просто ответил он, не сводя с меня глаз, — ты контролировала себя сегодня? — в вопросе не было обвинения или жёсткости, но паника все равно накатила. — Д-да, — ответила я, но, посмотрев на мужчину, добавила, — частично. — Сулон ведь рассказывал тебе, как опасно отдавать слишком много сил? — обеспокоенно заговорил эльф. — Конечно. Но все же в порядке, — начала было я, но он меня перебил. — А если бы не было? К этому нужно относиться серьезнее, — начал поучать Рыжий, — сегодня резко начался такой ураган, что чуть крышу конюшен не снесло, - явно утрировал эльф, - а пару минут спустя так же резко закончился. Это, случайно, не ты? — его тон становился все выше. — Ну, может и я, и что? — мой голос был тихим. — Об этой безответственности я и говорил. Ты обладаешь такой силой, ты должна ее контролировать… — Давай я буду сама решать, что и кому я должна! — не выдержала я; и, немного успокоившись, продолжила. — Я стараюсь, как могу. Сегодня я помогла большему количеству раненных, чем если бы контролировала себя. То есть, все было не так, — я устало потерла глаза, — Сулон учил, что чтобы исцелить кого-то, нужно сконцентрироваться на нем и его ранении, а я сконцентрировалась на своих действиях в общем и, наверное, поэтому чары распространились на всех. Не знаю, — я закрыла глаза и откинулась на спинку, — а ураган…так это просто ветерок, я же должна изучать свои способности. Мы оба молчали. Эльда последовал моему примеру и тоже расслабился в кресле. — Ты вообще задумывалась, как это может отразиться на тебе? — не унимался режеволосый. — Даже Валар требуется отдых и восстановление после тяжелой работы, а ты даже не присела, сразу улетела… — Потому что это не было тяжелой работой, — очевидным тоном произнесла я, — если бы я почувствовала, что мне не хорошо, то, конечно, я бы никуда не пошла, — Майтимо тяжело вздохнул, мы снова замолчали. — Спой, пожалуйста, — тихо и, что удивительно, неуверенно произнес он, сначала озадачив меня, но потом я порадовалась, что он решил не развивать дальше прошлую тему. — Сначала ответь на вопрос, — он выжидающе глянул на меня из-под приоткрытых век, — можно те дети из таверны посетят пир? — Можно, — что? вот так просто? видимо, это отразилось на моем лице и он добавил, — это пир, а не военный совет, так почему бы им в действительности не посетить его? — Спасибо, — я озарила его улыбкой, — можно я тогда завтра их приведу? — он кивнул. Настроение улучшилось и я готова была спеть. Он явно устал, надо что-нибудь успокаивающее. Выход где-то был. Выход был, похоже… Только ты не уходил. Значит, я останусь тоже… Я надеюсь отыскать свободы след. Хоть занять все это может сотню лет. Где укрыться мне? Здесь только пустота. Давит страх извне, Ведь жизнь очень дорога. Как это мило-быть одной… Сердца хрусталь и мыслей рой. Кожа да кости, рви, что есть… Привет, дом твой здесь. Времени в обрез, Но ищу приют опять. Мысли в голове Крепко не дают спать… Я надеюсь отыскать свободы след. Хоть занять все это может сотню лет. Где укрыться мне? Здесь только пустота. Давит страх извне, Ведь жизнь очень дорога. Как это мило-быть одной… Сердца хрусталь и мыслей рой. Кожа да кости, рви, что есть… Привет, дом твой здесь. Привет, дом твой здесь.*** Я стихла и перевела взгляд с огня на феаноринга, но тот уже мирно спал. Я встала и осторожно приблизилась к мужчине. Рыжие локоны разметались по плечам. Тонкие брови не были, как обычно, нахмурены. Длинные ресницы слабо подрагивали, а губы были немного приоткрыты. Грудь размеренно вздымалась при каждом вздохе. Не удержавшись, я поднесла ладонь к его лицу и легким движением, так, чтобы он не проснулся, провела по щеке. Опомнившись, я отодвинулась, еще раз бросила взгляд на огонь и направилась в свои покои. *** Как только дверь за девушкой закрылась, Майтимо открыл глаза. Он дотронулся до своей щеки и шумно выдохнул. Сердце учащенно колотилось в груди, а лицо приобрело слегка алый оттенок. Ни одна дева не вызывала в нем такую бурю эмоций, как в этот момент. Он не понимал, зачем она это сделала. Был ли это минутный порыв или что-то большее? *** Я стремительно отбивала удары темноволосой нисс, руки уже еле держали меч, а ноги — меня саму. — Тебе придется нанести удар, — кричала она, — нельзя вечно отбиваться, — дева стала бить еще сильнее, когда заметила Нельо и прибывших Мирэндила с Кано, — ты слабая и никчемная, — прошипела она уже тише, — так же, как и весь твой род, — я начинала закипать, — ты не достойна даже находиться здесь, — я встала на одно колено, сдерживая меч Нисимэ, что нависла надо мною, — ты даже не можешь дать отпор! Чему тебя учили родители? Преклоняться? — она оскалилась. — Наверняка, они такие же ничтожные червяки, способные только на жалкое существование. Я оттолкнула ее и встала на ноги. Гнев застилал глаза, и я начала наносить удары. Теперь уже Нисимэ отбивалась от моих сокрушительных атак. Ярость кипела внутри меня, текла по венам, отравляя разум. Как она вообще посмела говорить мне такое? Кто она такая? Единственное, что хотелось сделать в данный момент, так это размазать ее самодовольную рожу по асфальту. На мгновение я поддалась порыву и перестала контролировать себя. При очередном ударе, из меня вырвались мощные потоки энергии, что откинули мерзкую нисс на несколько метров, впечатав ее тушку в стену. Меч выпал из ее руки и она свалилась на пол, не в силах подняться. Я направилась к ней, чтобы лишь сказать, какую ошибку она совершила, оскорбив моих родителей, но, кажется, я выглядела слишком грозно, поэтому рыжий эльда перегородил мне путь. Я хотела обойти его, но мужчина не позволив, крепко сжав мое плечо. — Отпусти, — возбуждено произнесла я. — Дана, успокойся, — его голос был строг и заставлял подчиниться. — Ладно, я могу сказать и отсюда, — до девушки было всего метра три, Мирэндил наклонился к ней, дабы выяснить, все ли в порядке, я повысила голос, так чтобы она слышала, — если ты еще раз скажешь что-то про меня или моих родителей, обычным ударом не обойдется, — мое лицо перекосило от злости. Маэдрос потянул меня к выходу с тренировочной площадки. Мы шли в молчании. Я глубоко дышала, пытаясь успокоиться, но получалось скверно. Зайдя в его покои, он указал мне на тоже кресло, что я занимала вчера. Рыжий подал мне бокал с какой-то жидкостью, на мой вопрос, что это, ответил, что вино. Я не имела особого пристрастия к алкоголю, но все же сделала несколько больших глотков и снова задумалась о словах Нисимэ. Родители не заслужили таких слов. — Дана… — мужчина не злился (слава Эру), лишь с беспокойством смотрел в глаза. — Ты просто не слышал, что она говорила обо мне и моих родителях, — я всхлипнула, слезы подступили к глазам, и я поспешно потерла их, — мои родители были самыми прекрасными людьми во всех мирах, они не были ничтожными, как и я… — уверенность покидала мой голос, понимая, что могу сорваться, я замолчала и уставилась на бокал с вином. — Мне жаль, что тебе пришлось это слушать, — он отвернулся к окну, — я правда понимаю, но… ты чуть не убила ее, Дана, — мужчина печально посмотрел мне в глаза. — Я бы не сделала этого, — осознание накатило, и я испугалась сама себя и своих темных желаний, в горле встал ком, но я продолжила говорить, — а что я должна была сделать? Молча выслушивать безосновательные оскорбления? Если бы я сейчас начала оскорблять тебя, твоих братьев и отца по поводу всего зла, совершенного вами, ты бы не разозлился? — он опустил взгляд. — Я не заслужила такого отношения… — А мы заслужили. — Вы пошли на поводу у отца, он у Моргота, Моргот просто хотел власти и чтобы боготворили его, а не Манвэ. Если рассуждать так, то виноваты абсолютно все, — я замолчала, не желая развивать эту тему, — мне жаль, что я сорвалась, но мне не жаль, что Нисимэ ответила за свои слова, — я допила остатки алкоголя. — Я отошлю ее, — видимо, Майтимо тоже не получал удовольствие от нашего разговора, — это был первый раз, а если подобно снова произойдет? Если рядом будет кто-то невинный? — он серьезно посмотрел на меня. — Я решу эту проблему, — неуверенно ответила я, — по крайней мере, постараюсь. *** — Но, аран, девчонка чуть не убила меня… — Нисимэ пыталась оправдаться. — Эльдар уважают все народы, мы не уподобимся темным тварям, которые без причины ненавидят все вокруг себя, — мужчина говорил твердо, — Дана не опытна в воинском деле, а ты, мало того, что беспощадно атаковала ее, не давая даже сделать удар, так еще и жестоко оскорбляла ее и, что куда более низко, ее родителей, — он повысил голос и нисс напротив сжалась от страха, но все же тихо заговорила. — Что вы так заступаетесь за нее? Кто она такая? — Это не твое дело, Нисимэ, — он передал ей несколько запечатанных писем, — после пира отправляйся обратно, — девушка хотела что-то возразить, но мужчина не дал ей этого сделать, пригвоздив грозным взглядом к полу, — отныне, ты не желанный гость в этой крепости, — она сглотнула ком в горле, поклонилась и вышла прочь.