Пять с лишним поцелуев

Со следующей недели синоптики обещали наступление прохладного сезона: редкий снег и заморозки также вступали в свои права, радуя глаз тайских жителей аномальной зимней красотой, но, в то же время, вгоняя их в искреннее недоумение — неужели здесь, в Тайланде, выпал снег? Температура воздуха в жаркой туристической стране не уходила в отрицательные значения почти восемьдесят лет. Люди, привыкшие к теплому климату, чувствовали себя странно — что им делать с талой водой и легкой коркой морозного льда на проезжих частях? или с необходимостью носить теплые вещи и укрывать уши вязаной материей? Однако тех, кто восхищенно озирался по сторонам и растирал прохладный снег вдоль разгоряченных подушечек пальцев все же было больше, чем недовольных и нераскаявшихся. — Тьютор, дорогой, подойди ко мне скорее! — отдаленно прозвучал голос Пи`Ке, которая оставалась в кафетерии, пока молодой парень выбрасывал мусор на задней площадке. Нос и щеки тайца покраснели, но он даже не провел по ним рукой, отрешенно косясь в едва освещенный фонарем переулок. Закрыв глаза, шатен ухватился за фартук светло-салатового цвета, как утопленник хватается за кинутый спасательный круг. Прежде чем сдернуть с себя материю, он посмотрел наверх и почувствовал, как редкие снежные капли падают на его лицо. Как же тяжело ему было жить в этом занудном ритме — даже сейчас студент не мог оценить ценность момента, предпочитая думать о чем-то более приземленном: например, о том, что Пи`Ке должна сократить рабочий штаб на этой неделе. И единственным трудящимся на полставки работником был он сам. Поэтому, вариантов для выбора было немного. Точнее, их не было совсем. Двигаясь резко и отрывисто, что было нехарактерно для мягкой манеры его ходьбы, Нонг влетел в центральный зал, где пустовали столы и полки. Темнокожая хозяйка стояла у окна, с раскрытым ртом наблюдая, как нечто белое сыпется с неба на землю и тут же исчезает, превращаясь в талую воду. Этот снег даже снегом назвать было нельзя, но Пи улыбалась безудержно, прикладывая ладони к лицу. — Тор, ты видел? Так красиво! — Пи… — Тьютор не знал, куда себя деть. Полутьма окружила его, а в воздухе витал запах молотых зерен. Все было таким привычным — начиная от фотокарточек на стенах и заканчивая инфантильностью старшей, — от чего сдавливало грудь и щемило сердце. Уйти отсюда означало найти новые проблемы и расстаться с тем, что дарило ему радость и покой. Второкурсник был слишком измученным для этого. — Пи`Ke… Темнокожая женщина не смотрела на него, пребывая в неудобном состоянии. Она сама все прекрасно понимала и, возможно, даже подозревала, что понимает и парень. Однако, это все еще было сложно, учитывая, сколько раз Пи видела неприятные сцены с вышибалами, которые преследовали и находили Тьютора где бы он ни был. А теперь ей нужно было выставить ребенка за дверь и оставить одного. Стягивая с каштановых волос берет, работник набрал полную грудь воздуха и начал: — Пи, Вы знаете, я хочу подать заявление об увольнении. — Что? — она все же была удивлена смелостью мальчика. — Но, Ай`Тор, ты не можешь… — Не стоит быть такой неуверенной, Пи`Ke. — Прервал ее юноша. — На днях я слышал, как Вам советовали сократить штаб, поэтому думаю, что мое решение будет как раз кстати. — Студент помял берет в руках и натянуто улыбнулся. — К тому же, мои родители связались со мной и сообщили, что наши дела стали немного лучше. Теперь они смогут присылать мне деньги, так что мне, как студенту, больше нет нужды работать на полставки и репетиторствовать. С этого момента я полностью сконцентрируюсь на учебе, чтобы в будущем заработать еще больше денег! — Мой мальчик, а как же долги? — Сейчас этим занимается моя сестра. — Твердо произнес шатен. — Тьютор, Пи`Ке очень радует то, что ты говоришь! Наконец-то тебе не придется работать! И ты сможешь пожить веселой жизнью… Однако, ты точно не обманываешь хозяйку? Не делаешь ли ты это, чтобы успокоить мою душу? — Да нет же, Пи. Зачем мне врать Вам, кхраб? Темнокожая женщина задержала на нем долгий взгляд, пытаясь считать с молодого лица всю правду. Но оно было таким гладким, красивым и уставшим одновременно, что она ничего не смогла понять. Владелица протянула руки, в которых тут же оказалась простенькая, но симпатичная униформа. Она позволила себе поверить Тору и успокоиться. — Отлично, дорогой! Тогда, делай все, чего пожелает твоя душа! Заведи как можно больше друзей и не наживай врагов. Твоя Пи`Ке всегда рядом, забегай за советом (особенно по поводу любви!) и приходи пить кофе! — отшутившись, начальница притянула к себе парня, крепко обняв. — Ступай! Инженер опустил голову и сложил «вай». Он поспешно выбежал из заведения, стараясь не оглядываться и не видеть, как Пи возвращается к окну, вновь созерцая природу, и все в кафетерии остается на своих местах… После его ухода не будет никаких изменений, но сам Тьютор, который не имел теперь ни работы, ни дополнительных занятий, так как родители выпускников предпочитали нанимать более опытных и дорогооплачиваемых репетиторов, почувствовал раздражающий холод и капли воды, что стекали по его лицу. Кажется, Тор оказался в полной заднице. *** Снег вперемешку с дождем шел всю неделю, отчего занятия спортивных клубов были перенесены в закрытые павильоны. В спортивном зале было немного шумно — скрипели подошвы кроссовок, слышались приглушенные вздохи редких болельщиков, перемешанные с ругательствами игроков, за квадратными окнами завывал ветер. Тьютор, полностью потерявший свою внимательность за эти пару дней, мельком пробежался глазами по трибунам, чтобы увидеть одинокую фигурку Вавы. Она сидела, склонив голову, а черные волосы были непривычно уложены в хвост. Девушка наблюдала, несомненно, за Файтером, который бегал по блестящему полю, как угорелый. Со своим старшим юноша не виделся больше недели, поэтому тоже задержал на его фигуре тусклый взгляд. В форме бело-синего цвета темноволосый четверокурсник выглядит очень хорошо — его бледная кожа была покрыта потом, блистая, густые брови сведены к переносице, а губы — зажаты в краснеющую линию. Каждый раз, когда инженер закидывал мяч в кольцо соперника, его лицо преображалось — в глазах читалось веселое превосходство, рот в довольной усмешке обнажал ряд зубов. Тьютор поспешил отвести взгляд от старшего и подняться к Ва, так как старший и младший невольно нашли друг друга глазами, и обоих поразил электрический разряд неловкой чувственности. — Ва. — Ай`Тор, кха! — девушка привстала, чтобы поприветствовать друга. — Почему так долго? Матч Файтера почти закончился. Она надула губы в обиде. — Мне нужно учиться, ВаВа. Так что я не смог прийти раньше. — Тор не был в порядке, он был вымотан и точно не хотел сейчас слушать слова подруги про ее будущего парня. — Ты что-то хотела? — Просто хотела, чтобы ты составил мне компанию. — Подруга детства умудрялась разговаривать с недовольным выражением на лице. — Одной скучно и неловко, но девочки не смогли прийти со мной поболеть за Файта, так как тоже участвуют в жизни клубов, поэтому я подумала, что будет здорово, если ты придешь. К тому же, когда Вы в последний раз разговаривали с Пи? Все еще продолжаете дурачиться? Знала бы девушка, что парни занимались чем-то получше, нежели пустые разговоры, не стала бы затрагивать эту тему. Тор не смог сдержать тяжелого вздоха. — Мы оба очень заняты. И ты не права, мы встретились на математическом анализе недавно и немного… поболтали. — Правда?! — вскрикнула Вава, чем привлекла внимание близсидящих. — Наверное поэтому он спрашивал о тебе! Вы сблизились? — Пи, — сглотнув, Тьютор выпрямил спину, — спрашивал обо мне? — Да, он… Ва прервал свисток — матч был окончен со счетом 5:3 в пользу команды Файтера. Казалось, никто не сомневался в его победе, но все захлопали. Включая девушку, которая со смешанным обожанием смотрела на приближающегося старшекурсника. — Нонг. — Темноволосый кивнул второкурснику, так как, по видимому, уже виделся с Ва сегодня. — Я думал, ты учишься в библиотеке. — Учился. — Но затем пришел посмотреть на меня? — Пи! — Файтер, ну хватит! — девушка подскочила, обхватывая напряженные после нагрузки руки — они мелко дрожали, а на их поверхности выделялись крупные вены. — Это я позвала Тора, так как этот матч очень важен для тебя. — Ва быстрым движением руки расплела волосы, откидывая их за плечи в обольстительном жесте. — Тьютор, ты знаешь, что команда Файта, благодаря этой победе, будет представлять нас в межуниверситетских баскетбольных встречах? Брюнет улыбнулся, упирая руку в бок. Тьютор лишь хмыкнул, притупляя взгляд и не чувствуя к этому человеку ровным счетом ничего. Недостаток сна и плохое питание сделали из него амебу обыкновенную. Он больше не ощущал злобы к нему, а скорее еще сильнее боялся, что темноволосый заметит его явную уязвимость, особенно, в своем присутствии. — Младший? — опираясь на сиденье, Файт навис над Тором и попытался заглянуть в его болезненно бледное лицо, которое больше не блистало песком на солнце. — Что с тобой? Тебе нехорошо? — Нормально. — Прошептал Тьютор, не задумываясь о том, что Ва стоит совсем рядом. — Мне нужно возвращаться в библиотеку. Он поднялся, несильно отталкивая старшего, и склонил голову пуще прежнего. — Ва, Пи, до встречи. — Тор… — взволнованно кинула вдогонку девушка, но шатен не слушал, желая уйти. — Что это с ним? — обычно бойкий Тьютор выглядел сдавшимся, что очень заботило Пи. — Случилось что-то? — Не знаю, Файт. Он мне ничего не говорит… — Ва схватила свою сумку, второй рукой дотрагиваясь до громоздкой ладони старшего, которая была вся в поту. — Пойдем, мы не можем его так отпустить! — Стой! — возмущенно шептал темноволосый, пока студентка тащила его на буксире, кокетливо цокая каблуками. — Я еще даже не переоделся! — Ваша дружба важнее! — Дружба? — Я же вижу, что Вы сблизились. — Ва посмотрела в недоумевающее лицо четверокурсника. — Поэтому ты должен помочь ему сейчас! Тогда уж точно, Ваша связь только окрепнет. — О чем ты говоришь вообще… Но девушка полностью игнорировала друга, буквально выбегая из спортивного зала. — Тьютор! Файту нужно тебе что-то сказать! — она была непривычно настойчивой (но как всегда громкой), не позволяя себе робеть перед объектом симпатии ради своего лучшего друга. — Пожалуйста, Пи, разберитесь там… ну, как вы умеете, по-мужски! И ВаВа убежала, виляя вновь собранным хвостом. Последняя фраза заставила сердце тайца удариться о грудную стенку и рухнуть вниз. Он пораженно заморгал, видя, что Тор действительно остановился и смотрел на него в ожидании. *** — Зачем мы здесь? «Не в бровь, а в глаз», — подумал старший, наблюдая за тем, как от него требуют ответа. — …чтобы выпить. — Пояснил инженер, уводя своего младшего вглубь уличной палатки, которая, однако, отличалась от всех других: была более просторной, чистой и уютной, имела несколько «приватных» столиков с зонтиками и неяркое освещение в виде подвесных бумажных шаров. — Холодно. — Констатировал факт Тьютор. В последние дни было очень прохладно, но он не имел достаточных средств для того, чтобы приобрести что-то более теплое, чем простые толстовки. Все свое свободное время шатен тратил на поиски работы и принятия вечных «Вы нам не подходите». В итоге, все снова сводилось к деньгам. — Сейчас согреешься. — Пи подозвал женщину средних лет, которая поспешила предложить им разнообразное и сытное меню. — Чего ты хочешь? Я угощу тебя. — Не нужно. — Казалось, упрямство младшего никуда не делось, а просто скрылось где-то внутри, готовясь преодолеть ряд костей и прыгнуть на глупого Файтера, что вообразил себе, будто Тор может быть послушным. — Бутылку Хонг Тонг* и омлет с бурым рисом, пожалуйста. — Нонг, детские вкусы. — Тьютор поспешил закатить глаза. — Возьми чего-нибудь посущественнее, ты выглядишь… исхудавшим. Младший по коду скривился в гримасе, прибавляя: — И бараний шашлык. — Что насчет Вас? — Ммм, Пад Капао*, жареный рис и очищенные овощи. — Захлопнув странички меню, Файтер добавил: — Из алкоголя тоже самое. Женщина поклонилась и ушла. Молодые люди знали, что еда прибудет совсем скоро, так как она быстра в приготовлении или уже готова. Именно по этой причине темноволосый поспешил развязать младшему язык, иначе тот запихнул бы за обе щеки рис и замолчал до конца вечера. Но, к его удивлению, Тор начал первым: — Пи, спасибо, конечно, за заботу, но тебе не стоило делать это только потому, что тебя попросила ВаВа. — Юноша оперся спиной о стул, рассматривая обстановку уличного кафе. — Ва меня ни о чем не просила. Хватит думать, что это она стоит за каждым моим поступком. — Файтер сощурил темные глаза. Нос его младшего был весь красным от холода, и Пи хотел бы помочь тайцу согреться, но трезвый Тор никогда не примет заботу от старшего человека. — Ты действительно выглядишь подавленным. — Тогда, ты пытаешься использовать меня? — силясь сделать свой взгляд бесстрашным и презирающим, юный репетитор неожиданно склонился над столом поближе к инженеру. — Сначала донимал и издевался, а теперь… решил проявить заботу из-за жалости? Ты правда не понимаешь, что делаешь, Пи? Ты ведь ни о чем не беспокоишься, да? — Я беспокоюсь! — красноречиво повысил голос брюнет. Он хотел бы дождаться, когда к нему на помощь прибудет спиртное, но… — Беспокоюсь о том, почему ты до самого вечера шляешься по городу с этой дурацкой папкой! — Ты следил за мной?! — Еще чего, Нонг..! — Файтер зашипел и сжал кулаки, убирая руки со стола, чтобы подошедшая тетушка смогла расставить их заказ. — Приятного аппетита! — выцедил младший, прежде чем в скоростном режиме набить рот рисом. «Ну, как знал же!» — зло подумал Файт, откупоривая бутылку рома и заливая его в себя на голодный желудок. Он закипал и заводился, видя, как его младший щетинился на попытки быть ближе. — Если я перепью тебя… — неожиданно начал парень, привлекая внимание студента. — Если перепью, ты ответишь на каждый мой вопрос, понял? Шатен помахал головой, категорически отказываясь. — Ай`Тор! — Файтер протянул тяжело и властно, отчего младший весь вздрогнул. — Не заставляй меня принуждать тебя… Юный репетитор замер, задерживая дыхание и ожидая, пока мурашки сойдут с его рук. Он пару раз отупело моргнул, а потом улыбнулся, понимая, как глупо это звучало. — Ешь медленнее. — Видя, как округлые плечи тайца расслабляются, а с глаз сходит неясная влага, делающая их мутными и неказистыми, Файт приободрился, чокаясь бутылкой со своим младшим. *** Машина с громким визгом пронеслась мимо размытых в ночи фигур, окатывая их ледяной водой прямо из глубокой лужи. Сначала не было слышно ничего, но позже тень, что была немного крупнее, выкрикнула: — Твою мать! Файтер по пояс оказался грязным — в его пористые кроссовки попала влага, а рваные в некоторых местах джинсы, которые он носил скорее по привычке, чем по погоде, облепили кожу. К тому же, на его туловище не было ничего, кроме инженерной футболки, так как свой свитер он насильно натянул на тело подле себя. Уже более мягко парень обратился к своему младшему по коду: — Тьютор, пожалуйста, иди прямо. Темноволосый не знал, чем руководствовался, когда подбивал Тора пить вместе с ним — оказалось, тот был не совсем плох, но все еще слишком восприимчив к алкоголю для того, чтобы нескольких бутылок рома с закусками хватило, дабы его глаза закрылись, а язык онемел. К несчастью, из-за того, что они оба выпили, Файт не мог сесть за руль своей машины, а поймать такси в такое время суток оказалось нереально — ни одного автомобиля или мото-сая* не попалось им по дороге. Благо, идти до общежития Тора было недалеко, ведь студенты не успели выйти за пределы университетского городка. Единственной бедой оставалось то, что юноша рядом с ним был совершенно невменяем — то пытался уткнуться носом в шею, чтобы потереться о кожу, то запускал холодные руки под футболку четверокурсника, который и так продрог до костей, то облокачивался на него, стараясь чувствовать большое тело старшего человека как можно ближе и теснее. Однако, Файтер не смел распускать руки, даже если желал этого. Он уважал Тьютора и знал, что тот будет переживать, когда вспомнит, каким образом вел себя в нетрезвом состоянии. Поэтому инженер всеми силами пытался соблюдать дистанцию и в то же время придерживать мягкого и разомлевшего второкурсника. — Я могу сам! — младшего словно ударило электрическим разрядом — он резко отлетел от Пи и зашатался, опасно путаясь в ногах. — Сам! — Подожди, Нонг, не падай! — лишь в последний момент брюнету удалось удержать студента. — Я доведу тебя до дома, и дальше ты будешь только сам, слышишь? Шатен покружился на месте, бессмысленно елозя пальцами по губам. — Ты не хочешь, Пи? — казалось, что в голове Тьютора музыкальные пластинки сменялись одна другой со скоростью света, вместе с тем полностью подавляя его прошлое настроение. — Почему ты такой сложный… — О, Будда! — в сердцах прошептал четверокурсник, обхватывая песочноподобную талию младшего человека. — Посмотри на меня, Нонг. С трудом Тору удалось повернуться к Файту и сфокусировать растерянный взгляд на его бледном лице, что тоже слегка раскраснелось. Расширенными от темноты зрачками он вперился в оппонента, который придерживал слегка мозолистыми руками его бока. Младшему было плохо видно с каким выражением смотрит на него Файтер, поэтому он упал в его объятия и оказался в упор стоящим к прерывисто дышащему инженеру. — Мм? — вопросительно промычал младший по коду, совсем беззастенчиво закидывая конечности на покатые плечи. Тьютору все-таки удалось уткнуться в чужую шею, чтобы вдохнуть соленый запах жасминовой воды. — Пи, ты хорошо пахнешь. — Ай`Тор! — вымученно простонал Файт, в неуверенном жесте прикасаясь к чужой макушке. Вдруг теплая тоска охватила его изнутри и стало трудно дышать. Почему этот застенчивый человек был таким? Старший уже видел его пьяным, но Тор никогда не вел себя, как сейчас — на грани нежности и растерянности. Такого младшего не хотелось покорять или принуждать, о нем хотелось заботиться. — Младший, смотри на меня. Юный репетитор слегка отстранился и посмотрел в тревожные глаза, что горели черным огнем. — Пи… — он неожиданно приложил пальцы, совсем недавно терзающие пленительные губы, к губам более высокого человека, нажимая на яркую кожу, покрытую трещинками. — Пи, ты целовал меня, потому что я нравлюсь тебе? Взгляд Файтера забегал. Он задержал дыхание, не зная, что ответить младшему, который смотрел на него откровенным взглядом из-под прямой челки. В этот момент парень мог думать лишь о том, что было слишком темно и холодно, чтобы Тор находился на улице, и о том, что темно-медовая кожа младшекурсника выделялась на фоне окружающего их мрака. — Мне не нравятся парни. — Наконец-то выговорил Файтер, смущенный действиями студента. — Вот как. — Просто протянул Тьютор, дуя и без того пухлые губы. — Значит, моему Пи не нравятся парни? Но и Ва не нравится тоже? Тогда кто ему нравится? — Нам нужно домой. — Нет, ответь! — юноша вцепился в старшего по коду узловатыми пальцами. — Тор, ты не знаешь, о чем говоришь. Ты пьяный и запутавшийся. Пойдем домой. — серьезно проговорил Файт. Как раз вовремя, чтобы спасти инженера, на пустующую дорогу выехал автомобиль, чьи фары осветили фигуры парней, и Пи поспешил подозвать такси жестом, чтобы втиснуться с притихшим Тьютором на заднее сиденье. До общежития они добрались в полной тишине. Тор даже не стал класть голову на плечо студента и обхватывать его руку, как делал по привычке, когда устал, хотел спать или желал подразнить приятеля Ва. — Ты не собираешься впустить меня? — дверцы машины оглушительно хлопнули, а автоматические входные двери раскрылись в приглашающем жесте. — Ай`Тор, я с тобой говорю! Младший почти бежал, предпочитая лифту лестничную площадку. Но это оказалось его ошибкой, потому что в тесных пролетах было проще стать жертвой чужих манипуляций, чем не постеснялся воспользоваться темноволосый. — Отпусти! — шатен проморгался прежде, чем понять, что его снова зажали, а лицо старшего вновь оказалось на очень близком расстоянии от его лица. — Ты что, обиделся? — удивился студент, не понимающий, что сделал не так. — Почему не отвечаешь мне? — Отвали, Пи. Я не хочу говорить с тобой. — Упрямо начал Нонг, не задумываясь о том, что ему было комфортно на таком расстоянии от брюнета — может быть, Тьютор и устал, и Файтер раздражал его, но, казалось, что им не требовалась причина для близости. Неожиданно младший стал понимать, насколько это сокровенно: выходить за границы личного пространства друг друга и больше не чувствовать отторжения. «Когда же все успело стать таким?» — Погоди, ты… — от досады Файтер хлопнул рукой по гладкой стене, встречаясь с острым и осмысленным взглядом своего младшего. — Ты притворялся пьяным?! Тор довольно хмыкнул, становясь жестоким. — Я не притворялся. — Дерзко начал младшекурсник, вскидывая округлый подбородок. — Я пьян, но не так сильно, как тебе казалось. — Зачем тебе это? — разозленный Файтер нахмурил брови и его руки дрогнули. Проходя по ним взглядом, Тор осознал, что эта часть тела Пи волновала его больше всего — руки, способные быть грубыми и настойчивыми, но достаточно нежными, чтобы заставить его почувствовать себя хорошо. — Лак, я спрашиваю тебя, зачем ты обманул меня?! — Потому что Пи не хочет признавать, что что-то чувствует ко мне! — завелся инженер, ощущая кипящую магму, что жгла его изнутри. Казалось, эти слова прозвучали с таким бессилием, что Файтер даже опешил, видя, как доброго Нонга разрывают внутренние противоречия. — У меня не лучший период в жизни, и то, что старший продолжает играться со мной и не дает мне понять свою цель, совсем не помогает!.. Я не хочу лицемерия и жалости от Пи`Файта, но еще сильнее я не хочу видеть, как он близко общается с моей подругой, а потом приходит ко мне и делает то, что делает прямо сейчас! — Ай`Тор, да как мне вбить в твою голову, что между мной и Ва ничего не происходит? Никогда не происходило и уже очень давно..! — Файтер прибавил громкости голосу, но запнулся, наблюдая, как ясные теплые глаза топит неуверенность и слабость. — Да я, черт возьми, даже не касался ВаВы! — Докажи мне! — скороговоркой прошептал шатен, который прекрасно все знал, наслушавшись от подруги детства о манерах «истинного джентельмена» своего старшего. — Поцелуй меня, Пи. — Поцеловать? — инженер машинально ухватился за растянутый рукав черного свитера, что сидел почти по фигуре на Торе. — Без прикосновений! — бессмысленно вырвался младший, шипя, словно кошка, и упираясь всем телом в стену. Неожиданно, одинокая лампочка на первом этаже мигнула в последний раз и перегорела, оставляя юношей в кромешной темноте. — Я тебя не вижу. — Казалось, Файтер искал сто и одно оправдание, лишь бы не целовать второкурсника. — Это неважно. Просто давай уже, Пи! — взъерепенился азиат. — Почему мне приходится просить тебя дважды? Я думал, ты не из таких парне- Темноволосый резко и жарко выдохнул в чужие губы, слегка промахиваясь и обхватывая пухлую нижнюю, дабы больше не слушать ломанные нотки в голосе Нонга. Его руки робко и непроизвольно приблизились к чужому телу, но младший вновь ушел от них, изгибаясь в сторону. Тогда, Файтер принял условия игры, заводя ладони за спину и скрепляя их в плотный замок. В тихой черноте чувства парней обострились — Тьютор слышал, как сильно колотится сердце Пи, а Файтер ощущал, как расслабленные губы младшего дрожат под его напором, а длинные ресницы щекочут кожу. Когда воздух в паре легких почти закончился, Файт диковато прихватил нежную кожу губ зубами, отчего Нонг не тихо ахнул и заколебался всем телом. — По-взрослому, Пи. — Поддаваясь ближе к ласке, Тьютор, подобному старшему, сцепил руки замком, лишая себя всякой возможности ощущать инженера явственнее. — Поцелуй меня по-взрослому. Храбрые слова младшего заставили темноволосого улыбнуться. — Слышал бы ты себя сейчас, младшенький. — Острый нос бледного человека прошелся по персиковой скуле, а кончики его пальцев уже зудели от влечения, пока тело претерпевало наплыв волн возбуждения. Он громко задышал в чужое ухо, заставляя Тора бесконечно дрожать, желая, чтобы его наконец-то поцеловали. — Так сильно хочется окунуться в мой мир? — Да, хочется наконец-то понять, какого это — находиться в твоем взрослом мире. На грани чувств юный репетитор ощутил, как Пи ошпарил его взглядом прежде, чем грубо впиться в пухловатые губы и поцеловать сильно и властно, полностью подавляя и подчиняя своего младшего, как любил (и мог) делать только он. Тор, к своему стыду, лишь плотнее прильнул к подкаченной груди, совмещая свои изгибы с рельефом туловища Файтера, и одобрительно замычал. Впервые кто-то касался его языка и оглаживал щеки изнутри, безжалостно лаская чувствительные точки и заставляя задаваться вопросом о своей реакции. «Почему я так завожусь? — вяло охватила мысль его разум, пока Тор наслаждался близостью с тем, кого желал. — Значит, я хотел поцелуя Пи? Еще с прошлого раза… неужели я мог злиться потому, что он больше не делал этого?» — Ну что? — прерывисто отрываясь от младшего, что неосознанно потянулся за исчезающими губами Файтера и чуть не прошептал «еще», черноглазый попытался отследить реакцию азиата, и быстро все понял — так же, как и он сам, Тьютор был возбужден и растерян. Конечно же, для Файта не было привычным очарованное состояние животного томления, которое он испытывал, пока находился рядом с младшим инженером, что был слишком отзывчивым и смелым, смущая не такого уж и крутого Пи одними лишь хриплыми полустонами, но пока что он мог себя контролировать. — Я доказал тебе? Ты понял, что хотел? — … теперь дотронься до меня, Пи`Файт. — Тихим голоском попросил второкурсник, полностью пропуская мимо ушей наводящие вопросы парня. Что-то в интонации Тьютора насторожило старшего по коду, и факт того, что из-за темноты парень не мог видеть глаза младшего юноши, заставил Файтера шумно сглотнуть. — Давай же. «Зачем Нонг делает это?» — Неужели не хочешь?.. А, верно, тебе же не нравятся парни. Тогда отойди. — Тор..? — Отойди, старший. — Студент разомкнул веки, но до сих пор не расцепил свои руки, однако попытался уйти в сторону, сползая по стенке влево. — Мне пора в комнату. — Нонг, не надо только опять… — слова не касались ушей шатена, что разминал напряженные кисти. Инженер уже было развернул корпус к следующему лестничному пролету, полностью пренебрегая своим старшим, как Файтер загородил его путь собой. — Тьютор, остановись. — В чем проблема? — наигранно удивился репетитор. — Я думал, мы уже закончили здесь. — Нет, я… — Что ты? — надавил второкурсник. — Я хочу… коснуться тебя. — Почему? — Ты ведь только что попросил меня, на? — Хаа, Пи! — не сдержавшись, младший по коду выдохнул и несильно толкнул темноволосого в плечо. — Если ты собираешься таким образом сделать мне одолжение, то тем более… просто отойди в сторону! Файтер, который начинал раздражаться из-за того, что не видит лица Тьютора, слегка посторонился, наблюдая, как очертание человека с хорошей осанкой удаляется прочь, а он сам остается один, с горящей потребностью на ладонях и бешенно бьющимся сердцем, что сжималось в конвульсиях от боли, смешанной со скрытой любовью. В итоге, Файту потребовалось всего несколько реактивно-быстрых шагов и все его мужество, чтобы настигнуть и развернуть студента к себе, заключая в крепкие объятия и буквально опрокидывая на покатые ступени. Тут же он принялся беспрерывно ласкать пьяные губы Нонга, гуляя по соблазнительным изгибам языком и ощущая, как сильно перламутровые руки сжимают его спину сквозь футболку, пока студент неотрывно следует за отчаянным ритмом старшего. — Как мне тебя коснуться? — прервавшись, непослушными пальцами темноволосый обхватил румяную щеку, надавливая, чтобы рот младшего раскрылся пошире, а он прильнул к нему ближе, нежно касаясь, но не погружаясь. — Так? — шероховатые подушечки погладили чувствительную зону уха — от мочки до середины хряща, пока вторая рука ерошила короткие каштановые волосы на затылке, сминая кожу с несколькими родинками и заставляя ее румяниться под стать лицу Тьютора. — Или так?.. Ответь же, Тор. Но юный репетитор молчал, задыхаясь от уверенных рук своего Пи. Студент крепко ухватился за четверокурсника и больше не отпускал, наслаждаясь теплом и запахом, подвижностью и инициативностью его тела (которую он буквально выбил из Файта всевозможными уловками, но которая стоила всех выжженных нервов). — Делай, как тебе нравится. — Просто ответил инженер, доверяясь Пи и стараясь не трястись от того, что Файтер стал медленно опускаться ниже. Брюнет слегка качнул головой, находя лебединую шею младшего по коду и присасываясь к приятной коже с легким ягодно-кислым привкусом, вместе с тем слушая мелодичные звуки мягкого голоса. Тренированные руки уже успели огладить в меру мускулистый корпус, подбираясь к кромке свободных джинс, где в области ширинки набухло чужое возбуждение, но старший не знал, может ли он зайти так далеко, однако, какое-то время глаза Тора были блаженно прикрыты, и он удивленно распахнул их, когда Пи перестал двигаться и дарить ему удовольствие. — Ай`Тор, если ты не уверен, то я остановлюсь… — Файтер не мог понять, получилось ли у него преодолеть страх и смущение, но он точно знал — теперь у него были причины и смелость для того, чтобы касаться и целовать этого человека, так же, как и у младшего были чувства к нему, чтобы принимать все, что он пытался дать. — Пи`Файт… Хочешь знать, почему я понимаю причину, по которой тебе не стоит прекращать? — Да. — Четверокурсник прислушался, прекрасно осознавая, что поверит тому, о чем скажет Тьютор, так как тот действительно понимал его несмотря ни на что. Брюнет буквально почувствовал, как милая улыбка тронула губы Нонга. Он потянулся к старшему, а потом замер, игриво произнося: — Я однозначно нравлюсь тебе, Пи, но тебе все еще нужно убедиться в этом окончательно… — Файт рвано выдохнул. — А мне нравится, когда ты искренний, уверенный и готовый. Поэтому, пожалуйста, хватит колебаться. — Тогда мне необходимо видеть тебя. Тьютор порывисто поцеловал брюнета в линию подбородка, и тот машинально попытался удержать его в своих руках, но младший привстал и указал куда-то наверх. — Если мы поднимемся ко мне, ты покажешь, каким честным можешь быть? Словно получив силу от этих слов, не забытая парой лампочка загорелась ослепительным светом, являя взору юношей их трепещущие и взволнованные от нетерпения лица. — Да. Я покажу тебе все, что у меня есть. *** В кремовой комнате Тьютора было не по-зимнему жарко, поэтому, не говоря больше ни слова, Файтер скинул легкие кроссовки и подцепил полы темно-синей футболки, чтобы стянуть ее через голову и оголить холодного оттенка кожу. Азиат взглянул на объект симпатии через плечо, перехватывая мерцающий взгляд с хаотичными проблесками вожделения и отчего-то красные веки, словно Тор долго плакал совсем недавно. — Подойди ко мне. Отводя туманный взгляд, Тьютор встряхнул головой и приблизился к старшему, чтобы почувствовать, как он цепляет его за шлевки джинсов и рывком притягивает к себе. — Расслабься. — Второй рукой брюнет принялся гладить студента по плечу, рассматривая симпатичные черты Нонга под искусственным освещением и позволяя себе невесомо целовать выпуклые и блестящие, но раздраженные складки верхней кожи век. — Я-я помогу снять, Пи. — Красноречиво указывая подбородком на засохшую грязь на светлой материи рваных штанов четверокурсника и слегка смущаясь его трогательного жеста, Тьютор перехватил сильную руку и поцеловал в ответ — от кончиков пальцев до крепких костяшек и обратно. В этот же миг, в красивых глазах Файта юноша увидел нечто, похожее на благодарность, смешанную с острым и невысказанным желанием чего-то большего. Тогда Тьютор решился и, потеряв всякий стыд, медленно присел на колени перед инженером, аккуратно запуская солоноватые и крупные пальцы Файтера в полость влажного рта. Пораженный действиями Нонга, таец ухватился за шелковые волосы, ощущая, как давление внутри рта шатена усиливается, и он принимается посасывать длинные фаланги, параллельно дергая пряжку тугого ремня. Наконец-то, кожаная ткань поддалась, и младший по коду добрался до вздутой ширинки. Впервые он видел, чтобы парень возбуждался из-за него и для него, поэтому, слегка неуклюже, второкурсник освободил свой рот и нетерпеливо стал прощупывать швы джинсов, чтобы приспустить неприятно стягивающую одежду брюнета и облегчить его неудобства. — Мне полностью снимать, Файтер? — все это время черные, подобно ночи, радужки с поплывшим зрачком неотрывно следили за каждым движением юноши, что взбудораживало обоих и заставляло более старшего человека откровенно зависать. — Пи? — Кхм, что? Да? — Мне полностью снимать? — дословно повторил младший. Файт постоял какое-то время молча, блуждая по согнутой фигуре элегантного младшего, что впервые стоял перед ним на коленях в такой пикантной атмосфере. Он неожиданно повторил его позу, впиваясь коленями в тонкий ворс ковра и едва не путаясь в своих ногах. Пламенно целуя Нонга, старший по коду быстро, но бережно попытался стянуть с него верхний элемент одежды, впервые наблюдая выпирающие ряды ребер и округлый мягкий живот, что выглядел почти сокровенно, когда его мышцы вытягивались, следуя команде тела младшего. Не сдерживаясь, брюнет прильнул к персиковой коже, выцеловывая множество сладких родинок, поражаясь их обилию и красоте, вместе с тем напористо вжимая покрасневшие губы в чувствительную кожу, дабы оставить собственные отметины, пока Тьютор находился под ним и терял самоконтроль, позволяя ему своевольничать. — Пи… Ах! — особенно остро шатен отреагировал на несильный укус, который Файтер оставил близ тазобедренной косточки, что соблазнительно выглядывала из-под нижней одежды. — Погоди, ммм… Тьютор просто желал бесконечно целоваться со старшим, но откидывал голову и выгибался в спине до бьющихся друг о друга позвонков, полностью забывая о своих тяжелых мыслях и временах, вместо этого утопая в возможности тесной близости с человеком, который ему нравился. — Сюда-а… Ты не против? Гортанный звук направил неконтролируемо движущиеся руки Тьютора, укладывая их на мощные бедра, и Пи наконец-то вновь сомкнул свои уста на устах младшего, позволяя Тору, который зажмурился на откровенную просьбу Файтера, оттягивать в излюбленном жесте мякоть аккуратных губ и тереться о щетинистый подбородок. Когда только все эти жесты любви успели появиться? От стимуляции, которую юноша с охотой принялся совершать, пока Пи подсказывал ему траекторию движения, его орган нагрелся и запульсировал через ткань боксеров, отчего младший сильно вздернул таз, проезжаясь по чувствительному месту нависшего сверху азиата, который почти отпрянул от накативших эмоций, причиняющих боль. — Еще. — Редко прошептал шатен, силясь поймать бегающий и совершенно безумный взгляд Файта. — Пи, еще! Что Файтер мог сделать против изменившегося до неузнаваемости, требовательного Тьютора, который превращал его в беспомощного подростка? Буквально ничего, поэтому, следуя чужому «хочу», брюнет сильно толкнулся навстречу, перехватывая ладони Нонга, которые хоть и доводили его до восторга, с силой надавливая на напряженное возбуждение, но вместе с тем мешали прямому контакту, чтобы их тела, ведомые силой желания, стремились достигнуть пика наслаждения вместе. Теперь старший и младший двигались в унисон, стирая о редкий ворс локти и колени, но все еще поддаваясь навстречу друг другу, мечтая зайти и проникнуть настолько далеко, насколько это было возможно. — Файт, — заламывая брови, почти умоляюще начал Тьютор, не прекращая трогать бледное тело. — Файт, пожалуйста. Старшекурсник и так был готов сделать для инженера всё, что угодно, но слышать эти нотки в его голосе было невыносимо. — Всего одна фраза. — Обхватывая длинными ногами чужую поясницу и вжимая в неё круглые пятки, Тор прижался ко лбу старшего, над которым нависли смольные пряди. — Всего одна, Пи, и все изменится. Из горла Файта вырвалось то ли задушенное рычание, то ли крик, потому что он чувствовал, что был уже на пределе просто оттого, что они притирались друг к другу и грудная клетка второкурсника — слишком мягкая по сравнению с его, — терлась об острую линию ключиц, безжалостно краснея прямо у него на глазах. — Я, — задыхаясь от чувственности и доступности Нонга, он не сдержался от очередного глубокого поцелуя, прежде чем продолжить, — ты… нравишься… Нравишься мне, Нонг. Чистые глаза Тьютора загорелись, и он с еще большей силой прижался к старшему, ожидая продолжения. — И? — подсказал ему азиат, но видя, как старший по коду не может сконцентрироваться, принялся гладить мощные ягодицы. — Я… — Что ты? — из последних сил выговорил репетитор. Но, уже не контролируя свой голос, второкурсник первый потянулся за поцелуем к Пи, что приглашающе раскрыл губы. Тор ощущал, как узел внутри вот-вот расслабиться и то, как бешено бьется низ живота Файтера о его живот. И вот, молочные руки баскетболиста обхватывают его оголенную талию так, что под каждым пальцем ощущается синяк, а пах старшего изо всех сил вжимается в его чувствительный орган, позволяя Нонгу спустить от первого прикосновения раскаленных ладоней Пи, что провели по стволу снизу вверх и задержались у основания, и почувствовать, как острым скальпелем зубы вонзаются в плотную кожу. Тьютор вскрикнул. Его слегка подкинуло, отчего он был вынужден схватиться за Файтера, который больно укусил его в шею в порыве страсти. Пи, удивленный своей жестокостью и облизывающий горящие половинки губ, быстро отстранился от шатена, ощущая, как у него все еще каменно стоит. — Файтер. Старшекурсник нежно поцеловал место укуса на песочной шее, как бы извиняясь за свою неосторожность, и посмотрел в докрасна раскаленное лицо младшего, блестящее от испарины. После длительного зрительного контакта, Нонг, вопреки своей бурной реакции минутной давности, тихо вымолвил: — Продолжай, Пи’Файт, но только…будь помягче, чтобы я не кричал. Мы ведь все еще в моем общежитии… Открытость и откровенность Тора позволили Файтеру войти в состояние небывалого напряжения, и его половой орган снова дернулся, нуждаясь в поддержке распластанного и разомлевшего под брюнетом Нонга, что уже получил свой оргазм. *** Звуки раннего утра и морозная прохлада просачивались сквозь щели в окнах, кусая оголенные плечи цвета мёда и жемчуга, что были прижаты друг к другу очень плотно. Уставшие и насытившиеся Пи и Нонг, сцепляя пальцы, мирно беседовали, поочерёдно прикладывая голову к чужой груди, чтобы послушать, как бились их строптивые сердца. — Пи? — Да, Ай`Тор? — Файтер поудобнее улегся на ковре, сквозь который чувствовалось тепло от подогретого печкой пола, и закрыл глаза. Брюнет закинул руку за голову, а вторую подставил Тору, чтобы он мог полежать на ней, пока не придёт в себя. — Тебе бы одеться. — Мне не холодно. — По-детски прижимаясь к твёрдой бледной груди своей пухлой щекой, инженер продолжил: — Ты можешь сказать это ещё раз? — Ты мне нравишься. — Без колебаний пробасил Файтер, потому что ему не нужно было сомневаться после такого сильного и простого оргазма — Тьютор подходил ему и как партнёр, и как верный товарищ. — Еще. — Ты ужасно ненасытный, на, младшенький? — брюнет лениво захватил губы Тьютора в плен, добавляя в поцелуй язык, потому что, по видимому, второкурснику нравилось ощущать язык Файта и полностью отдаваться его прикосновениям. — Ты мне нравишься. — И снова момент близости. — Единственный, о ком я могу думать сейчас — это ты. Только ты. — Тор вздохнул, реагируя на каждое слово Пи, и оттягивая тёмные волосы на его макушке. — И, если ты позволишь, я буду защищать тебя, Тьютор. — Защищать? — Да, защищать от всего, что навалилось на Нонга. Карусель воспоминаний прокрутилась перед глазами юноши, и вот, он снова стоит один, подавляемый нечестными кредиторами в дождливый день, без денег и без сил, а потом появляется Файтер — сильный и смелый, который всегда делает то, о чем говорит. Стоит ли говорить, что Тьютор почувствовал счастье, просто от осознания того факта, что нашёлся кто-либо, готовый принять его с багажом множества неудобств, и даже не знать, что именно это были за неудобства? По-видимому, Файтер принял молчание азиата за акт сомнения, поэтому добавил: — Тор, я достаточно серьёзен, чтобы ты мог поверить мне. Я знаю, что был не самым лучшим старшим для тебя и даже был жестоким по отношению к тебе, но теперь я на твоей стороне и тебе не нужно волноваться о странных вещах. — Пи… — Правда, если это касается Ва, то я сам поговорю с ней — мы сошлись с Вавой так легко, потому что наши родители так хотели, и, скорее всего потому, что она оказалась достаточно влюбчивой, чтобы поверить, что я ей нравлюсь. Но она не мой «тот самый человек». Тьютор заморгал, нервничая и боясь услышать продолжение. Но Файтер замолчал, задумчиво смотря куда-то в потолок. Тогда юный репетитор подумал, что ему просто необходимо сказать нечто действительно важное. — Пи, на самом деле, я тоже был жестоким. — Тьютор привстал, обхватывая свои колени и дугообразно выгибая спину, отчего его округлые позвонки натянули кожу спины и стали похожи на костные наросты травоядного стегозавра. — Я знал, что нравлюсь тебе, но не знал, нравишься ли ты мне… Я продолжал требовать от Пи объяснений и действий, тоже играл с ним и заставлял себя целовать, но я действительно понял, что чувствую, когда ты выбрал меня и позволил себе соврать… — Что это значит? — длинные пальцы невесомо прощупали центральную линию позвоночника младшего человека. Тор вздрогнул и захотел уйти от прикосновения, чтобы не отвлекаться, но Пи удержал его на месте и привалился крепкими грудными мышцами к трогательным лопаткам, надавливая своим весом на второкурсника. — …это произошло в тот момент, когда я разозлился из-за того, что ты не мог признаться самому себе, что хочешь меня, и я решил, что просто уйду. А потом Пи поцеловал меня в пятый раз. — В пятый? Ай’Тор, ты правда считал? — насмешливо уточнил Файтер и тут же получил острым локтем по ребрам. — Это важно, дай договорить! — репетитор задергался в объятиях своего старшего. — Да, я считал, потому что это было ненормально — целоваться с кем-то, кого ты ненавидел. — Ты ненавидел меня..? — шатен почувствовал, как дополнительная тяжесть исчезла с его тела, и Файт отступил. — Я думал, что это Пи ненавидел меня, так как его заставили возиться со мной, а он явно этого не хотел! — поспешил объяснить Нонг. — Поэтому я решил, что буду недолюбливать старшего, но позже Пи и Ва начали общаться, и я действительно… — Я понял. — Но сейчас же все иначе. Сейчас я другого мнения, Файтер! — Это я тоже уже понял. — Самодовольно усмехаясь, темноволосый собственнически схватил Тора за затылок и притянул к себе для быстрого и жаркого поцелуя. — Ну, так что там про пятый раз, Лак? Или, какой уже по счету..? «Вот придурок!» — губы Тьютора хотели вновь почувствовать себя под покровительством губ Файта, но Нонгу действительно нужно было закончить. Поэтому он пообещал старшему взглядом, что совсем скоро тот будет жалеть о своей болтливости — инженер сделает все, дабы студент не мог даже разомкнуть свой рот, который будет гореть от боли. — Это был наш пятый поцелуй… И после всех тех событий, я понял, как сильно обрадовался тому, что ты смог пересилить себя и приблизиться ко мне, прикоснуться, что признал, что я тебя привлекаю и- Неожиданно известные на вкус пальцы зажали розовый рот Тора, который только сейчас заметил, как взгляд Файтера зажегся и забегал одновременно. — Тебе лучше остановиться, Ай` Нонг. — Прошептал он, заглядывая в ясные и теплые глаза младшего. — Иначе я сделаю то, чего ты не сможешь выдержать. Тьютор улыбнулся, поражаясь, насколько озабоченным был свободный в своих желаниях Файтер (однако, был ли второкурсник лучше?). — Как скажешь, Пи. Ты ведь знаешь, что я не буду против, верно? Но сначала… Что думаешь насчёт того, чтобы позаниматься со мной английским? И младший по коду вскочил, ловко избегая сильных рук Пи, чтобы убраться подальше и переждать бурю в виде неудовлетворенного, но счастливого Файтера. *** В дальнейшем, Тьютор всегда будет с трепетом вспоминать не о своем первом поцелуе, а о том, что их было всего пять — и каждый из них был уникален в своей волнительности и значим в своей осмысленности. Теперь же, если кто-нибудь спросить юношу, как он сблизился со своим парнем, Тор ответит, что все дело в пяти с лишним поцелуях, через которые они прошли вместе и которые следует за ними и по сей день, потому что и старший, и младший очень любят целоваться.