Танец Двух Драконов

      Из приоткрытых покоев отставного генерала лился тусклый неровный свет. Беглянка стояла у самой границы этого света и густой темноты, всё не решаясь войти внутрь.       Вибрации холодного металла доносили топот и обрывки пустых разговоров членов экипажа. Она пыталась придумать хоть одну вескую причину для отказа в приватной беседе, но все они разбивались о простую истину — прав у неё здесь было не более, чем у носорогов, чьи тяжелые вздохи рассеивались по всему фрегату и сильно напрягали девушку.       Изгнанница наконец выбрала сторону призрачного света, пересекая границу. Учтивый поклон, вежливая полуулыбка. Эта игра была давно изучена, а мастерство отточено до того состояния, которое принято называть «убедительным». Она прекрасно помнила вчерашнюю ложь, готовая залатывать смысловые неточности и погрешности.       — Какое, однако, прекрасное утро! — Айро радушно пригласил её подсесть за стол, указывая на место.       — Не могу не согласиться, — любезно подхватила она мысль.       На самом деле могла. Очень бы могла не согласиться. По телу до сих пор прокатывалась судорога от ледяной воды, а зубы непроизвольно сжимались.       Нагрев воды для душа, как и само омовение на корабле, производились только вечером. А терпеть слой пыли вперемешку с потом было невыносимо. Когда окоченевшие пальцы начали ужасно запутываться в склеенных грязью волосах, что ни в какую не хотели намокать, ей захотелось просто исчезнуть. Или же сильно-сильно заплакать.       — Выглядишь значительно лучше. — Старик просиял, протягивая чашку заветного тепла.       Несомненно, ей было приятно, что хоть кто-то отметил её порыв поплескаться в холодной океанской воде. Но нет, не стоила эта похвала таких жертв.       — У вас ещё остались ко мне вопросы? — вырвалось предположение, терзавшее девушку все это время.       — О, вопросы будут возникать неизбежно. Конкретно сейчас я пригласил тебя обсудить некоторые моменты касательно твоего выхода на сушу. — Отставной генерал так и сыпал туманными фразами, задумчиво поглаживая седую бороду. — Видишь ли, какая трудность: мой племянник ищет аватара и курс постоянно меняется.       — Прошу прощения, но ведь аватар давно превратился в забытую легенду, — возмутилась подобным абсурдом девушка.       Айро сощурил глаза и внимательно посмотрел на неё. По лицу пробежала тень сомнения. Он всё ещё не доверял ей всецело. И правильно делал.       Секундная заминка быстро прошла. И вновь прозвучал приветливый старческий голос:       — Что ж, эта новость быстро облетит весь мир.       Если в мир вернулся аватар, исход в столетней войне становится… Становится непредсказуемым. Но зачем именно принцу ловить его? Разве главной задачей царских особ является не поддержка снобизма и самолюбование.       Айла не осмелилась поднять взволновавшие вопросы, это вызвало бы излишние подозрения в её сторону, коих хватало после вранья про всяких дочерей фермеров и целителей.       — Кажется, вы говорили про курс? — ушла от темы девушка.       — Ох, точно. Неизвестно, через сколько времени мы прибудем к какому-либо порту. А лишние руки на корабле всегда к месту. — Ни одна из озвученных фраз восторга не вызвала. Она догадывалась, к чему он клонит. — Ты ведь хотела учиться врачеванию, значит что-то да умеешь.       Ничего не умела. Абсолютно ничего. Девушка нервно сглотнула, удерживая приветливое выражение лица.       — Некоторые солдаты жалуются на головные боли, а место корабельного лекаря давно пустует, — с легкой досадой протянул старик. — Прошлый был слишком… Э-э-э… шумным, видишь ли, по мнению моего племянника… — смущенно улыбаясь, добавил он.       «Кто бы сомневался», — раздраженно пронеслось в мыслях. Моменты прошлого, задвинутые на затворки сознания, всё чаще начинали всплывать пред глазами. Осколки давней жизни безжалостно раскраивали старые раны, уверенно заявляя: «Мы всегда будем частью тебя».       Учеба в Академии…       Дочь Хозяина Огня была младше на два курса, но это нисколько не умаляло её непревзойдённой способности вертеть людьми словно игрушками. Под взглядом принцессы каждый начинал чувствовать себя безвольной куклой в руках непредсказуемого кукловода.       Безграничная власть — тяжелое бремя, с которым не многие взрослые люди могут справиться… Что уж и говорить о детях. В этом момент принц показался ей таким же развращенным властью, избалованным ребёнком, как и его сестра.       — Хотите выдвинуть мою кандидатуру на пост лекаря? А не будет ли принц Зуко…       Фраза так и осталась висеть в воздухе. Железная дверь за спиной резко распахнулась, по ушам ударил неприятный лязг о металлическую поверхность.       Сегодня он чувствовал себя особенно уязвленным. Пьянящее чувство победы от триумфа на Агни Кай быстро иссякло, оставляя за собой до боли знакомое послевкусие второсортности. За целью, которой он жил всё это время. За единственным шансом вернуть статус наследника. Вернуть доверие своей родины. Признание отца. За всем этим. За аватаром началась активная охота, на которую, без сомнений, противник бросит все силы.       У Джао были сухопутные войска, огромный флагман и влияние, помноженное на доверие Хозяина Огня. У него же есть лишь личный корабль. Некогда великий, но сбрендивший на старости лет дядя. И необузданная, всепоглощающая ненависть. Хватит ли ему этого?       Не могло не хватить.       — Дядя, нам необходимо внести изменения в курс… А что она тут забыла?! — Он указал пальцем на макушку «вчерашней» незнакомки, на чьих устах застыло его имя.       Говорила о нём. Наверняка жаловалась доброму дядюшке на злого и ужасного принца, а старик в свою очередь сочувствовал бедняжке. До чего мерзкая картина.       Первый порыв — схватить за шкирку и выкинуть за дверь нахалку. Дяде — в доходчивых выражениях объяснить, почему нельзя любезничать с незнакомцами за чашечкой чая.       А ведь в этой суматохе он совершенно забыл о факте нахождения на его корабле постороннего человека, за которым требуется крайняя бдительность. Как дядя не понимал, что она всё ещё могла являться потенциальным шпионом если не Джао, так ненаглядной сестрицы?       — Я уже собиралась уходить. — Девушка закопошилась, гонимая желанием смахнуть со своей спины так настойчиво пепеливший её взгляд. Жаль только, что во второй раз не получалось допить столь чудный чай.       — О, Зуко, мы как раз обсуждали отсутствие лекаря на нашем судне. — Айро был очарователен, когда подсовывал принцу свои идеи, тем самым игнорируя племянника. Получалось у него это так мягко и дружелюбно… Воистину, дипломатом он являлся отменным. Возможно, вместо кровопролитных боев во время осады Ба Синг Се, ему следовало выпить чаю со здешним правителем да поговорить по душам.       Эх, не ту тактику он использовал. Не ту.       — И как это связано с курсом?! — Зуко зарычал не хуже голодной тигро-акулы, что грозилась поточить свои челюсти о нежеланную гостью и откусить кусочек-другой. Девушка не нашла варианта лучше, чем продолжить держать прямую спину, что откровенно начинала дымиться, и смотреть в одну точку. Авось принц все же поел и не собирался никого кусать.       — Присаживайтесь, принц Зуко, выпьем чаю, а затем займёмся курсом!       Глупый старик только и печётся, что о своём чае.       С самого утра дядя начинал донимать его своими пустыми идеями, отчего тонкая пелена самообладания грозилась разорваться под натиском собственного гнева. Он сделал глубокий вдох, дабы ощутить, как с пряным свежим воздухом внутри появится пусть непродолжительное, но спокойствие.       В нос ударил душистый запах жасмина и чайного дерева с едва осязаемой ноткой неведомых цветов. Снова вишня. Парень с досадой посмотрел на источник приторного запаха, проходя к самой дальней подушке.       — Ты всё ещё здесь. — Этой фразой он пронзил панцирь незаметности незнакомки, что рассчитывала отсидеться тихо-мирно со своей раздражающе-прямой спиной.       Похвальная наблюдательность, принц.       — Зуко, если есть возможность воспользоваться помощью хорошего лекаря, почему бы её не использовать? Пусть хоть кто-то залатает ваших солдат, — продолжал гнуть свою линию старик.       Происходящее обретало совершенно нездоровые обороты. Ложь оборачивалась против лжеца. Ей определенно следовало не высовываться из каюты под любым предлогом, пусть самым сомнительным.       — Я ведь шить умею неплохо! — бросила девушка, желая отогнать внимание от злосчастного врачебного дела.       — Прекрасно! — объявил генерал. — Видишь, принц Зуко, добро всегда возвращается добродетелю.       Услыхав последние слова, девушка поперхнулась. Вся эта ситуация не содержала и капли доброты. Начиная с постыдной лжи, заканчивая угрозами и прыжками за борт. Отношения, сложившиеся между ней и принцем, можно было смело окрестить неприязнью с первого взгляда. Одни духи ведали, что творилось в голове юноши, вознамерившегося-таки взять её на корабль.       — Я не хочу и не стану ей доверять здоровье своих солдат! Ты не слышал, что девчонка лепетала вчера про себя? Она безнадёжна.       Зуко выхватил чашку из руки Айро, бросив пренебрежительный взгляд на предмет разговора, и поспешил вернуться на прежнее место.       Отставной генерал, смущенный грубостью племянника, извиняющимися глазами посмотрел на девушку. Та выглядела слегка отчужденной и подозрительно спокойной.       Айро давно отметил, что вовсе не робость была источником её кротости. Годы не портили сноровки старого Дракона, он умело различал в людях страх, и эта девушка вопреки всему не боялась находиться в компании людей, известных на всю страну, а возможно, и на весь мир, в далеко не благоприятном свете. Будто ей уже доводилось бывать в схожих ситуациях — это предположение вызывало ворох вопросов и противоречий в голове старика.       Но более всего удивляла атмосфера, воцарившаяся между странной девушкой и его племянником.       Зуко, известный своим буйным и вздорным нравом, всё ещё позволял незнакомке находиться в каюте, хоть и был на волоске от взрыва, страшного и опасного для юной девушки. Она же в свою очередь стоически отражала потоки злобы, витающие над головой подобно стервятникам, кружащим над раненым зверёнком. А ведь Айро мог поспорить, что характером девушка обладала не менее пылким и взбалмошным, а внутренний зверёк был пусть раненым, но хищным.       — Как удивительно, что у тебя нет дара магии. Ты ведь буквально поцелована огнём. — Старый генерал произнес мысли вслух. Он любил делать комплименты людям, а в данный момент это был и способ проверить на достоверность свою догадку. Свечи запускали блики, что скатывались по волосам цвета жаркой меди и оседали на бледных щеках. Один из бликов вырвался из общего потока света и попал на девичьи глаза, в которых украдкой мелькнула искра. Именно по таким искрам Жрецы Огня различают в младенце покорителя пламени.       Теперь пришёл черед Зуко давиться чаем. Парень, и без того налитый раздражением, издал то ли рык, то ли вздох, наполненный таким глубинным отчаянием, что девушка невольно содрогнулась.       Она слышала нечто подобное в чахлых пожжённых лесах рядом с колониями. То был протяжный тоскливый вой. Здешние говорили, так воют изгнанные из стаи волки*. Безутешные, обреченные на пожизненные скитания в одиночестве. Голоса прокажённых существ, ведающих миру о своём горе, не искали понимания.       Оно само находило их. В таких же потерянных, отвергнутых людях. Иногда Айла воображала, что однажды уйдет в лес, к этим терзающим душу голосам. И забудется среди колючих деревьев и холодных водоемов, где будет так же горько выть о своей прогоревшей жизни, пока легкие не ослабнут, а тело не сдастся на волю духов.       На секунду, на один несчастный миг ей показалось, что она не одна. Что с рассерженным принцем её связывало нечто большее, чем взаимная антипатия. Но то было лишь наваждение, разбившееся о враждебную стену в его взбешенном взгляде.       Она стыдливо отвела глаза со жгучим ощущением, что увидела то, чего ей совершенно не следовало. Мучительным стало его молчание. Девушка поняла — этого он ей не простит.       Умиротворённый Айро, расслабленный горячим напитком и неспешной беседой, не заметил шторма, разыгравшегося между сыном и дочерью огня. Но виновато кряхтел, осознал, насколько двусмысленно звучала фраза о «поцелуе огнём» для племянника.       — Я имел в виду цвет твоих чудесных волос, конечно. — Старый генерал смутился пуще прежнего, растягивая слегка нелепую улыбку.       Да этот генерал, оказывается, тот ещё дамский угодник.       — Это мамин подарок, господин Айро. — Потаённая нежность таки проникла в тон.       — Так вот в кого вы пошли красотой! Наверняка ваша мама — прекрасная женщина, — счастливо, почти по-детски произнес отставной генерал, ожидая такой же реакции. Напрасно.       — Была. — В четыре буквы был вложен весь холод, успевший напитать некогда огненную волшебницу темными зимними ночами, в которых продрогшая до костей изгнанница куталась в грязную ткань дорогого наряда, обдуваемая во всех сторон колючими ветрами междуцарствия. Девушка опустила голову, прячась от мира за стеной собственных волос.       — О, Айла. Не стоило мне это говорить…       — Нет-нет… — отмахнулась она от извинений. Корабль. Чай. Старый любитель пофилософствовать, нащупавший болевую точку. Разговор о родителе. Всё это уже было раньше. Ничего хорошего не произойдёт, если он начнёт её жалеть. Маска, что сидела как влитая, вновь начала трещать по швам.       — Мы должны помнить о тех… О тех, кто ушёл. Раньше было слишком тяжело, а сейчас… Сейчас я представляю её улыбку и… А, да кому я вру! От её улыбки ещё тяжелее… Нечему улыбаться! А она всё равно стоит и улыбается мне… А я бы всё отдала, только бы улыбнуться ей в ответ без фальши. — Дрожащей рукой девушка поставила пустую чашку на столик и потерла висок. Она вновь потеряла над собой контроль. Вновь оказалась на грани, вовремя не закрыв рот.       Торопливый поклон. И вот она уже распахивает тяжёлую дверь. Совесть упрямо настаивала поблагодарить старого генерала за гостеприимство, борясь с рассудком, который искренне недоумевал, когда это его хозяйка успела стать такой плаксивой.       — Спасибо за чай. И если вашим солдатам нужно будет что-то полечить или зашить… Ну как… Э-э-э…       Что ты несешь? Ты же ничего не умеешь. Остановись, Айла. Рот тебе надо зашить.       Осознавая всю нелепость ситуации, девушка выпорхнула за пределы каюты.       Принц почти беззлобно смотрел вслед исчезнувшей девчонке. Вновь нечто потаённое взбурлилось внутри. Прямо как вчера на палубе, когда глупая девка вдруг начала рассуждать о тяготах жизни Хозяина Огня. Да что она могла знать об этом? Но собственная боль, туманя разум, откликнулась на боль чужую.       Он смотрел на растворившийся в дверном проёме изящный силуэт. И надеялся, как вместе с ним исчезнет давящее раздражение, с неловкостью и потухнет потаённое волнение, подобно потухшему в корабельной темноте огню волос незнакомки. Но этого не произошло.       — Молодец, дядя! А теперь, прошу, давай займёмся курсом, — едко прыснул Зуко. Он и сам не понимал, благодарил ли он Айро всерьез за столь изящный способ прогнать девушку, или же сердился на его за бестактную привычку расспрашивать людей.       Неужели ему стало жалко незнакомку?       Конечно, нет. Но простолюдинка обладала какой-то неведомой способностью попадать словами в самую суть вещей. Он понял, о чём лепетала девчонка, когда речь зашла об улыбках предкам.       Удивительно, такое глупое, нелепое рассуждение — и ведь в самую точку.

***

      Дни на военном корабле пролетали удивительно быстро. Беглянка много спала и бесцельно бродила по палубе, если её никто не занимал посредственной работой. Пару раз в медицинский отсек неуверенно заглядывали солдаты. Сталкивались они с точно таким же неуверенным взглядом «лекаря» и поникшие уходили и дальше справляться со своими болячками один на один, вооружённые бинтами. Продолжительное плавание не лучшим образом сказывалось на всех членах экипажа: у многих по неизвестным причинам ломило кости, ныли мышцы или болела голова. Бессонница так вообще встречалась у каждого второго на борту.       Девушка раз от разу бессильно разводила руками, протягивая чашку с горькой душистой настойкой, которую солдаты пили вместо обезболивающего. Мысли часто возвращались к тому проклятому дню, когда она виртуозно навешала генералу Айро лапшу на уши. Казалось, ложь обратилась в непосильное наказание: оно тянулось за изгнанницей невидимым шлейфом, грузным и колючим, неизбежно тянуло гордые плечи вниз.       Временами, когда очередной усталый солдат сочувствующе кивал, молчаливо подкидывая ей на стол пару кусочков сахара, залпом выпивая порцию дешевого анальгетика, она принимала решение здесь и сейчас во всем признаться генералу. Но что-то всегда разворачивало её на полпути к нужной каюте. Девушка внушала себе, что просто не хочет лишний раз беспокоить старого человека, и так загнанного племянником. Конечно, это были лишь отговорки.       Лая как-то сказала ей: «Жизнь идёт и будет идти, даже если мы этого не хотим».       И жизнь действительно шла.       Она шла, когда девушка присаживалась к скучающим солдатам и с упоением и нехарактерным для старой-неё интересом слушала их неумелые сухие рассказы о доме и семье. Шла, когда непослушная игла входила в палец вместо ткани чей-то рубашки. Шла, когда кок бегал за ней, вооружившись половником в попытке вернуть украденный (одолженный) перец. Шла, когда беглянка издалека наблюдала за тренировками принца, тоскуя о понятных лишь ей одной вещах.       Шла, когда два золотых взора на секунду пересекались и тут же расставались, и только пламя за стеклом ближних смоляных светильников бушевалось пуще прежнего.       Айла спускалась на нижнюю палубу проводить закат, это стало чем-то вроде привычки ещё после побега с Шу Дзинг. Влажный морской воздух оседал солью на потрескавшихся губах — так океан целует своих гостей, осмелившихся бороздить бескрайние просторы междуцарствия.       — Лейтенант Джи. — Девушка сложила руки в приветствии. — А вы все возитесь с этим приемом.       Тренирующийся мужчина отвлекся от спарринга и скорчил свою фирменную гримасу, за что чуть не получил по ней же ногой увлекшегося партнёра.       — Ох, наш умудрённый лекарь пожаловал. Добрый вечер, — саркастично подметил офицер, растирая по лбу выступивший пот. Другие солдаты лишь кивали или же предпочли промолчать, поглощенные процессом. В каком-то смысле она была благодарна за отсутствие внимания в свою сторону, быть единственной женщиной на корабле — перспектива пугающая. К счастью, дисциплинированные воины относились к своей соплеменнице настолько отстраненно, насколько это было возможно.       Вероятно, свою руку к этому приложил один старичок.       — Офицер, вы так сильно стараетесь подпрыгнуть выше, что тут скоро пол провалится. — Игривое настроение подначивало на игривые поступки.       — Была бы ты столь умела, сколь остроумна. — Отмахнулся от девицы точно от назойливой мухи Джи. — Я, возможно, давно бы закончил с этим треклятым приёмом. Будь неладна эта спина!       — Спина ни при чём, офицер, тут дело в растяжке. — Девушка насмешливо хмыкнула, зевком отгоняя дремоту. Лая подолгу заставляла её оттачивать всевозможные удары ногами после той самой неудачи с подножечным гадом.       — Нет, ну вы слышали? Девчонка-немаг собралась тут нас магии обучать! Да что ты можешь знать о покорении огня, малышка? — крикнул неизвестный солдат.       Девушка встрепенулась, прикусив щеку. Это был грандиозный удар по самолюбию. Никогда прежде её не провозглашали немагом.       — В таком случае, кому-то должно быть стыдно, что немаг знает побольше мага! — Айла встряхнула волосами и уже собралась оставить мужчин, как приказной тон лейтенанта прозвучал за спиной:       — Стоять, гений медицинской мысли! Ребят, мне даже интересно на это посмотреть. Не соизволите ли продемонстрировать, как правильно?       Иди-иди, ты не соизволишь. Нельзя подставляться. Во имя Агни, ты дочь фермера!       — А почему бы и не соизволить? — Внутри вопило задетое эго, и азартный настрой только сильнее раздувал огонь обиды. — Предлагаю спор!       — Пф-ф… Как самонадеянно. Вот интересно, все в колониях такие недалёкие? — Джи высокомерно сложил руки на груди.       — Как вам не стыдно, офицер. Думаю генерал Айро не оценит то, как вы отзываетесь о своих собратьях, — наигранно произнесла девушка, скидывая с себя плащ. Это был запрещенный, грязный приём. Но ведь она девочка, а девочкам можно иногда поябедничать.       — Мои условия: ты более не будешь лезть к нам со своими советами, вопросами и прочей чепухой. И да — твою бурду я больше пить не собираюсь, и не смей предлагать! — сквозь зубы процедил офицер.       — А так хотелось… — Девушка с тоской выдохнула. Она и вправду собиралась это сделать, скривленная гримаса Джи была тем ещё зрелищем. — Вот что, лейтенант, когда я задам вам вопрос, вы не сможете на него не ответить.       — Смотри, чтобы я принцу не донес о твоих вопросах, лекарь ты наш чудотворный. — Джи отплатил ей той же монетой.       Беглянка нервно повела плечами, разминая мышцы. Дух авантюризма, дремлющий долгое время, просыпался в дочери огня, пуская по телу электрические разряды.       Для начала комбинация простейших движений. Основы магии — многочисленные выпады и удары, зарождающие искры огня, что превращаются в живое пламя.       — Неплохо для девчонки вроде тебя, но это всего лишь основы, а для немага они бесполезны. Где же настоящие приёмы? — В предвкушении победы лейтенант хмыкнул.       Запыхавшаяся девушка ничего не ответила, сосредоточенно кочуя из позы в позу. Вот ведь, стоило забросить тренировки на пару дней, как прогресс стремительно пошёл на нет. Появились стойкие сомнения в успехе своей задумки.       Нет уж, повторения того позора, что был с подножечным гадом, я не допущу.       Уверенный прыжок на это раз расчёт оказался верен, мышечная память среагировала мгновенно. Удар ноги с разворотом. Приземление на корточки. Вот будь у неё сейчас огонь…       — Хм… Должен признать… — Джи растерянно уставился на кружащую в бою с невидимым врагом девушку. — Ты и впрямь могла быть талантливым магом. Но откуда…       Айла не слышала ни голос офицера, ни шум волн, ни две пары чьих-то шагов, приближающихся к ней. Или же она к ним приближалась. Всё это было ей не нужно.       Энергия разливалась по телу подобно расплавленному тягучему металлу, чудилось, будто она становится вострым и точным мечом, что имел силы рассечь всё преграды на своём пути. Таким был позитивный дзинг — незабываемое, пьянящее чувство превосходства и несокрушимости пред любыми преградами, ради достижения цели.       Цель. Маг огня черпает энергию из цели, к которой движется.       От заветной мысли её отвлек какой-то старичок, что взволнованно махал руками. Генерал Айро? Девушка затормозила, но желанного эффекта это не дало. Она начала скользить по влажной палубе, стремительно несясь в лужу неизвестного происхождения. Контроль над ситуацией был безвозвратно утерян.       Одна секунда, и беглянка уже лежит в луже, ошарашенно уставившись на редкие облака в сумерках. Два вопроса в этой ситуации, помимо очередных синяков, вызывали беспокойство.       Первый: за что жизнь так с ней обходилась? Второй являлся более важным: с чем, чёрт возьми, была эта лужа?       — Айла, ты цела? — спросил не менее ошарашенный генерал, помогая подняться.       — Это с какой стороны посмотреть. — Девушка трагично терла ушибленную поясницу. Оглянувшись, она заметила кучку солдат, стоящих вдалеке, что старательно сдерживали смех.       — Генерал, во имя Агни, не говорите, что это лужа с…       — Нет-нет! Я всего лишь разлил чай. — Старик смущенно улыбнулся, демонстрируя опустевшую чашку в своей руке.       — Позволь узнать, — прозвучал голос принца, что стоял в двух метрах, видно, брезгуя испачкать сапоги, — что за представление ты тут устроила?!       Девушка смотрела на Айро самым умоляющим взглядом, на который была способна. Тот видел её намёк и слегка нахмурился.       — Дядя, мне показалось, или это были приёмы…       — Принц Зуко! — перебил генерал. — Я уверен, Айла всё объяснит нам, но чуть позже. Дайте человеку привести себя в порядок.       В подтверждение слов генерала беглянка поёжилась: промокшая одежда быстро дубела на сильном ветру, характерном для быстроходного судна.       — Даю тебе десять минут… — процедил принц. — Пошевеливайся!       Девушка вздрогнула и поплелась в сторону трюма, оставляя за самой влажные следы. За спиной ещё слышались ругань и недовольные вздохи.       Педант чёртов.       Мощные потоки ледяной воды врезались в острые плечи. На этот раз она принимала душ в испачканной чаем одежде, чтобы заодно отмыть и её. Разгорячённое тело совсем не воспринимало холод за угрозу. И Айла продолжала до изнеможения стоять под напором воды. Не будь она магом огня, посчитала бы, что у неё жар. Но была ли она магом до сих пор?       Зайдя в каюту, беглянка порывисто стянула с себя прилипшую ткань и рухнула на матрасы. Девушка отдавала себе полный отчёт в том, что нарушает указ. Но что бы она сказала принцу? «Извините, я когда-то была магом огня, а потом мой отец предал вашего и всё изменилось».       Да что угодно, он же тебя пустит на корм тиргоакулам!       Не пустит, авось и сам съесть захочет.       Совсем кукушка двинулась, девочка? Ты ходишь по очень тонкому льду!       Танцую, я танцую на этом льду.       Плавные движения корабля укачивали, накидывая сладкое покрывало дремоты. Она с головой погрузилась в крепкий, ровный сон. Ей чудилось, будто алый дракон величественно летал по каюте, раздувая ноздри и скаля клыки, но, верно, это было лишь наваждение, порожденное собственным фантазиями.

***

      — Аватар на Киоши! — повторил столь радостную информацию Зуко. Наконец закончились бессмысленные метания по водам Царства Земли. Благо его судно движется быстрее, чем распространяются слухи — сейчас он имеет все шансы поймать удачу за хвост.       Погоня пьянила молодого наследника, возрождала в нём тягу к жизни. Казалось, вот она — возможность вернуть всё на свои места, так близко, стоит только протянуть руку да схватить за горло покрепче.       Разбитый вдребезги мир собирался воедино. Он чувствовал — ещё немного, и всё станет как прежде. И он станет прежним. И девчонка с пламенными волосами, что должна была сойти на недавней остановке, более не появится в его жизни. Не посеет сомнения в разуме. Не скажет глупых слов, что ловко попадут в эпицентр боли. Больше не было чужого человека на корабле, и становилось действительно легче.       Если не начать вспоминать о том, что случилось вечером. Но он начал, и в жилах мага закипела кровь, точно от лихорадки.       Заспанная девушка спустилась на палубу, озадаченная всеобщей спешкой. Нагруженные броней солдаты мотались по кораблю словно укушенные. Что-то назревало. Вряд ли хорошее.       Во всей этой суматохе она разобрала лишь принца, что торжественно раздавал указания направо и налево. Зуко заприметил её, и его лицо выдало сначала искреннее удивление, резко сменившееся на вселенский гнев. Он шёл на неё с явным намерением в убийстве или чем похуже. И думалось, пора бежать, но девушка не сдвинулась и с места, пригвождённая взглядом.       — Почему ты до сих пор здесь?! Разве не должна была выйти при первой остановке?       — А разве она была? — Девушка пятилась назад, подбирая момент для побега.       — Какая ты догадливая! — Зуко поймал девичье запястье в железную хватку.       Не убежишь.       — За дурака меня держать вздумала? Думаешь, никто не следил за тобой всё это время, дочь фермера? А я и не знал, что в колониях так обучают этикету. Даже моя сестра позавидовала бы столь отточенным манерам. Признавайся, тебя подослала Азула?! Ты её фрейлина? Может, подружка?       — Мне больно, отпустите! — Зуко нависал над ней грозовой тучей, готовый метнуть молнию между глаз. Он был немногим выше, однако рост компенсировался громоздким доспехом. Много раз девушка видела отца в военной форме, но только сейчас прочувствовала на своей шкуре, какое впечатление она производила на врагов. — Агни упаси дружить с вашей сестрой! Чистой воды самоубийство!       — Вот как, к этой теме мы ещё вернемся. Рассказывай, кто ты на самом деле, и не смей солгать! — Взгляд незнакомки, хитрый, истинно змеиный, вдруг загорелся решимостью. Лицо исказилось от горького отчаянья.       — Если действительно хотите услышать правду, отпустите меня. Мне больно, мой принц, — почти шёпотом молвила незнакомка. Слова, пропитанные неподдельной чистой ненавистью, подействовали как импульс тока. Он отпустил посиневшую кисть. Холодный янтарь в глазах девчонки блестел от слез. В них был не страх, не боль, нечто похуже.       Разочарование. В нём. В её принце.       — Носороги готовы, Принц! — Крикнул солдат, создавая секундную заминку, которую девушка не могла не использовать.       Зуко поморщился. Столько мыслей витало в голове: «Прости», «Я не хотел», «Ты сама виновата, что проспала свою остановку». А он так и продолжал молчать, пока не заметил, как стремительно юркает в темноту трюма задержавшаяся гостья. И только тлеющий запах цветущей вишни остался витать над брошенным принцем.       Чертыхнувшись, он решил, что разберётся с этой проблемой позже. Первостепенной задачей было сконцентрироваться на поимке аватара. Сквозь тонкое марево, сотканное из снежинок, уже виднелись холмы острова Киоши.

***

      Айла бродила по каюте до изнеможения, прислушиваясь к каждому движению фрегата. И вот резко воцарившееся затишье знаменовало долгожданную остановку. Эту она не проспала.       К чёрту корабли, к чёрту принцев, старых философов и мокрые палубы. Ноги её больше не будет на этом корабле. Да на любом не будет.       Наплавалась.       — Неужто лекарь собрался нас покинуть? — Лейтенант вышел из тени коридора.       — Таков был уговор. — Девушка пожала плечами. Пятки чесались сойти на землю, хотелось вновь ощутить вкус свободы.       И вместе с этим что-то тянуло её назад, к пыльной каюте, в которой привиделся чудный дракон, словно хитрый змей надел на руки невидимые оковы.       Недосказанность… Обман к тем, кто был щедр и почти добр. Но Зуко не заслужил откровенности — этот принц не понял бы её, он понимал лишь язык гнева.       — Джи, ты помнишь о моём выигрыше?       Солдат презрительно фыркнул. «Неужели ты такая меркантильная, что перед уходом будешь вспоминать о подобном», — молвили его глаза.       — Что ты хочешь знать? В пределах разумного. Я ведь всё ещё могу подозревать тебя в шпионаже.       — Скажи, зачем принц так гонится за аватаром? К чему вся эта безумная спешка? Он ведь чёртов принц. Живи себе на попечении государства и жди, пока трон не освободится, — вспылила девушка, ожидая, как с собственных губ польётся яд.       — Зачем? Да мы все поголовно этим вопросом задаёмся изо дня в день этих скитаний. А вот насчёт трона не права ты, лекарь наш всемогущий. Изгнан принц! Навсегда изгнан, уже как три года бороздит моря в погоне за аватаром. Лорд Огня лишил своего сына всех привилегий. Большего я сказать не могу — сам не знаю, да и не знать не хочу. Одно ясно — он тот ещё засранец, раз позволил себе так вести себя с девушкой. — Лейтенант хмуро посмотрел на запястье, окруженное фиолетовым синяком. Айла сконфуженно натянула рукав, пряча пострадавшую руку.       — Это ещё одна причина, почему я ухожу.       Лейтенант лишь мрачно кивнул и строгой поступью удалился. Верно, такие, как он, не привыкли прощаться. Интересно, это война сделала его столь циничным, или тут дело в скверном характере?       Принц был изгнан… Что ж, это многое проясняет…       Ей вспомнился теплый весенний день в Шу Дзинг. В воздухе пахло распускающимися почками, молодой травой и первыми цветами, это был запах возрождающейся жизни.       Айла шла под руку с Донгмеи и Ки, подруги безостановочно горланили, обсуждая свежие сплетни из столицы, привезённые старшим братом Ки.       Со временем говор обратился в бессмысленную кашу. Айла давно оставила попытки вклиниться в возбужденное промывание костей всем жителям столицы и искала способ незаметно покинуть увлеченных подруг.       — Глянь на неё, Ки, опять пытается как бы невзначай улизнуть. — Донгмеи рассмеялась.       — О нет-нет, просто не хотела останавливать высокоинтеллектуальные дебаты своим желанием посидеть на скамейке. Может, вечером встретимся, мне ноги натерло. — Девушка наигранно охнула.       — Твои фокусы сработают только на недалёких! — Ки плюхнулась рядом, пародируя удрученный взгляд подруги. — А если серьёзно, я вечером не могу, Фенг позвал меня на пикник.       — А я пригласила Хэя на семейный ужин, — невзначай похвастала Донгмеи.       — Да вы сговорились! Дамы, ну какие парни? Вам всего-навсего по четырнадцать. — Айла неодобрительно хмыкнула, ущипнув обеих за щёки.       — Ты так говоришь, потому что не умеешь влюбляться!       — Да нет, Ки, забыла что ли, у нашей Айлы просто слишком высокие требования к мужчинам.       — Именно, — отозвалась девушка, — я заранее знаю, чего хочу. Что в этом плохого? — Айла возмущенно продемонстрировала подруге язык.       — А то, что с таким настроем любовь к тебе никогда не придёт!       — Ки, оставь, ей только принцев и подавай.       — К слову о принцах, их-то у нас в стране больше нет! Зуко был изгнан из-за какого-то скандала, брат говорил, что история мутная, — задумчиво произнесла Ки.       Значит, Джи сказал правду…       Айла вырвала страницу из блокнота, покончив с писаниной. Войдя в медицинский отсек, она в последний раз вдохнула корабельный воздух, бросая на стол прощальную записку, и поспешила прочь.