67 Ловушка
27 мая 2025 г., 23:00
— А-а-а! Человек ранен! — чей-то истошный вопль разорвал общий шум улицы, заставив прохожих обернуться. Мы только ступили на землю Дресс Роуз, и моя команда, ещё не привыкшая к здешним чудесам, растерянно озиралась по сторонам. По мостовым ходили не только люди, но и живые игрушки — самые разные, от плюшевых зверей до фарфоровых кукол в человеческий рост. Моих накама это явно выбивало из привычной картины мира, а я лишь спокойно разглядывала пёстрый поток, ведь уже бывала здесь и знала, что этот «рай» не так уж невинен.
Даже на крик о раненом я никак не отреагировала — не потому, что черствая, а потому что прекрасно знала, как в этой стране обстоят дела.
— Ах… снова это, — устало вздохнул какой-то солдат в алом мундире, не спеша даже повернуть голову в сторону переполоха.
— Снова? — нахмурился Зоро, переводя на него внимательный взгляд. — Здесь что, завёлся серийный убийца?
— Да нет, — солдат почесал затылок и чуть смутился, — просто… женщины в этой стране немного… эм… слишком страстные. И, скажем так, крайне ревнивые, — я едва сдержала усмешку, заметив, как бровь Зоро дёрнулась вверх. Солдат между тем продолжил, будто рассказывая о чём-то совершенно обыденном: — Если какой-то несчастный решит изменить одной из них, то всё не закончится банальной сценой ревности… Нет, нет. Тут это может дойти до… хм… летального исхода. В прямом смысле. Рано или поздно он будет зарезан, — и пожал плечами так, будто речь шла о дождливой погоде.
На моих губах появилась тень улыбки — Дресс Роуз действительно жила по своим особым законам. Недаром её называли страной любви, страсти и игрушек.
— Это ужасно! — возмутился Луффи, глядя так, будто его только что попытались накормить тухлой рыбой. Я наклонилась ближе к Зоро, понизив голос, чтобы остальные не услышали.
— Ну что, маримо, ты готов познать здешнюю страсть?
В его глазах мелькнула тень опасной ухмылки, и он, чуть подавшись ко мне, прошептал в ответ так тихо, что слова обожгли ухо:
— Думаю, с ножом на мне ты будешь чертовски сексуальна.
Я прикусила губу, не ожидая такого выпадa. Вот и как теперь с ним быть? Он уже давно перестал вестись на мои обычные подколы. Похоже, придётся искать более изощрённые способы, чтобы хоть как-то вывести этого упрямого мечника из равновесия.
Кинемон, со своей обычной невозмутимостью, обошёл нас по кругу, творя свою странную магию для нашей маскировки. Луффи, Санджи, Зоро и Фрэнки оказались в одинаковых чёрных классических костюмах — строгие линии, аккуратные пиджаки, галстуки, блеск начищенных туфель. Для завершения образа — солнцезащитные очки и накладные усы. От этого вся четвёрка выглядела как банда второсортных телохранителей и мне стоило труда не расхохотаться.
А вот для меня Кинемон выбрал явно иной подход. Его руки едва заметно описали в воздухе жест, и ткань на моём теле заструилась, меняясь цветом и текстурой. В следующее мгновение я была уже в атласном платье черного цвета. V-образное декольте позволило прохладному воздуху коснуться кожи, а высокий разрез на бедре почти провоцировал взгляды.
— Что-то мне не кажется, что это меня замаскирует, — сухо заметила я, когда мы устроились за столиком в углу небольшого бара. Запах кофе, табака и чего-то пряного вплетался в шум тихой музыки, перемежаясь с перешёптыванием гостей.
— Джерилл-суан! — Санджи буквально просиял, театрально прижав руки к груди. — Вы прекрасны! Это грех будет прятать такую красоту! — его голос был полон восторженного обожания.
— Эй! Извращенец чертов! Меняй на что-то закрытое! Сейчас же! — угрожающе тряс Кинемона мечник, который притворялся мертвым. Тот помедлил, хмыкнул, и, словно нехотя, провёл рукой в воздухе. Мои изящные, но бесполезные в плане маскировки очки сменились на тёмные солнцезащитные, полностью скрывая красный блеск глаз.
— Да, это определённо меняет дело, — театрально закатила я глаза, подперев щёку ладонью. Впрочем, была честна сама с собой: толку от этой маскировки всё равно не будет. Луффи способен выдать нас за пару секунд, просто открыв рот. Санджи, затянувшись сигаретой, вдруг тихо проговорил, выпуская дым.
— Вам не кажется, что всё это странно? Сегодня утром король этой страны отказался от трона… Но я не вижу даже намёка на беспокойство у местных. Я медленно огляделась. Люди в баре смеялись, стучали костяшками в домино, кто-то спорил над карточным столом. Смех, звон бокалов, щёлканье фишек. Ни паники, ни тревоги — будто новости о Дофламинго были просто чьей-то сплетней.
В этот момент к нашему столу подкатили подносы с едой, и Луффи мгновенно забыл о том, зачем мы тут. Он уже тянулся к мясу, абсолютно поглощённый одной своей вселенной. Я же уловила в шуме зала знакомый звук — вращение рулетки. Он заставил меня инстинктивно обернуться и замереть.
— Какого чёрта… — выдохнула я одними губами, взгляд невольно потемнел. У игрового стола сидели двое — старик Фудзитора, спокойный, как и всегда, и Ромеро, с его вкрадчивой манерой и фальшивой улыбкой. Их присутствие здесь было слишком странным, чтобы быть случайностью.
— Что там? — вытянул было голову Луффи, но тут же получил резкий шлепок по макушке от Санджи, возвращающий его взгляд к мясу. Зоро медленно поднялся, пальцы уже коснулись рукоятей мечей.
— Это же тот ублюдок, — в его голосе не было ни капли сомнения, только спокойная готовность к драке.
— Так, отставить драки, — я положила ладонь на руку Зоро, чуть надавив, чтобы он почувствовал, что говорю серьёзно. — Это мои старые знакомые, — бросила я через плечо Луффи и остальным, пока они пытались понять, что происходит. — Пойду поболтаю, они тут явно не случайно.
— Стоять! — Зоро резко перехватил моё запястье, рывком притянув обратно. Пальцы на рукояти меча едва побелели от напряжения. Я видела, как его челюсть сжалась, а на висках выступили вены. В стороне Ромеро что-то шепнул крупье, и я почти физически ощутила, как от Зоро пошла волна немого яростного раздражения. — Ты не пойдёшь к тому…
— Я буду тут, у тебя на глазах, всё в порядке, — мягко, но настойчиво ответила я, чуть смягчая голос, чтобы сбить его боевой настрой. При этом внутренне понимала: разговора с Ромеро при свидетелях всё равно не выйдет. Он задержал мою руку ещё на пару секунд, словно борясь с желанием просто перетащить меня обратно за стол.
— Чёрт с тобой… ты невыносима, — процедил он так, что каждое слово было пропитано недовольством, и отпустил. Отходя, я чувствовала на своей спине его взгляд, но старалась отвлечься от этого. Луффи что-то весело выкрикивал, Санджи курил, но Зоро явно не слышал их — всё его внимание было приковано к Ромеро. Я подошла к столу с рулеткой, чувствуя, как звенит в ушах смешанный гул голосов, звон монет и шелест фишек.
— Фудзитора-сан, какими судьбами? — я опустилась на стул, будто собиралась просто скоротать время за игрой. Ромеро, напротив, уже развалился в кресле, и его улыбка стала чуть шире, чем следовало бы. Я демонстративно перевела взгляд на Фудзитору, будто его тут вовсе не существовало.
— Джерилл! — радостно воскликнул Ромеро, как будто встречал старого друга, а не человека, который с трудом сдерживает желание воткнуть ему что-нибудь острое между рёбер. Сзади я почти физически ощущала, как Зоро напрягся, и мысленно представила, как он перехватывает катану чуть крепче, чем нужно.
— О, ты уже на острове, — Фудзитора чуть повернул голову в мою сторону и тепло улыбнулся. — Сыграешь с нами?
— Для этого я тут, — я хищно усмехнулась, позволяя себе взять несколько фишек, которые Ромеро протянул из своего запаса. Отказываться от такой подачки не было смысла. К тому же Фудзитора вряд ли знает о нашем разладе, не хочу его этим грузить.
— Ставлю на чёрное, — ровно произнёс Фудзитора, пока крупье запускал колесо. Его слепые глаза, как всегда, были скрыты за спокойной улыбкой, но я знала — он слышал каждое движение, каждый вдох в зале. — Как у тебя дела? Ты долго пропадала.
— А… были проблемы с фруктом, — я лениво повела плечом, делая вид, что всё в прошлом. — Поэтому и задержалась у отца, — я не боялась рассказывать это им. Здесь можно было говорить чуть свободнее: Ромеро уже достаточно побит жизнью, чтобы не быть угрозой, а Фудзитора… ему я доверяю. Он не станет разжигать бессмысленные конфликты и знает, что не обо всем надо докладывать начальству.
Колесо медленно замедляло ход, шарик весело подпрыгивал между секторами — и, как по воле случая, упал на чёрное.
— Вам везёт, Фудзитора-сан, чёрное, — отметила я. У него был особый азарт в подобных играх, и хотя его часто пытались надуть из-за слепоты, он оставался удивительно умелым игроком.
— Сейчас всё в порядке? Как так вышло? — голос Ромеро прозвучал чуть тише обычного, но с внимательной ноткой. Видимо, урок нашей последней встречи он усвоил: лезть напролом не стоит. За эту сдержанность я была ему… слегка благодарна. Обычно он был куда более… приставучим.
— Я в порядке, как видишь. Долгая история, — отмахнулась я, сбросив в центр горсть фишек. Черный атлас платья тихо зашуршал, когда я наклонилась вперёд. — Ставлю на белое. А вы тут какими судьбами? — я крутанула колесо сама, ловя их реакцию. Фудзитора улыбнулся чуть шире, но в уголках губ мелькнуло нечто иное — осторожный намёк.
— Мы? Проездом, — отозвался он.
Я прищурилась. Лжёт. Причём без особого желания скрывать ложь. Это не просто вежливое уклонение — он как будто предупреждает. Не словами, а самим фактом своей лжи.
— Надо же, — протянула я, откинувшись на спинку стула и скрестив ноги, — а мы тут ради дела, — колесо замерло, шарик снова упал на чёрное. — Эх… сегодня мне явно не везёт, — я произнесла это с лёгким смешком, но внутри уже собирала в голове возможные сценарии.
— Не расстраивайся, — Фудзитора сложил руки на трости, и в его голосе появилась тягучая, почти намекающая интонация. — Не везёт в одном — повезёт в другом, — и в чем же мне сегодня повезет? Что-то я не уверена, что план пойдет как по маслу. — А я, возможно, уже растратил всю свою удачу, — добавил он, и в этот момент Ромеро, не спуская с меня глаз, выдвинул вперёд все свои фишки.
— Посмотрим, какой же сегодня у меня день… На белое, — он крутанул барабан и многозначительно задержал на мне взгляд, чуть прищурившись. В пальцах — тонкая дрожь, которую он пытался спрятать под ленивой ухмылкой. — Джерилл, я знаю, что не должен, но скоро на этом острове станет довольно шумно и…
— И я люблю шум, — перебила я мягко, полуулыбкой, как будто мы обсуждали погоду, — тут будет весело, не так ли?
Шарик застучал, прыгая по кармашкам, и остановился на черном. Ромеро чуть выдохнул, не то от досады, не то от того, что сказал уже больше, чем собирался.
— Ромеро, нам, пожалуй, пора, — усмехнулся Фудзитора, едва заметно наклонив голову. В его голосе прозвучало понимание: игра для Ромеро на сегодня закончилась. Трость тихо коснулась пола, он поднялся легко, как будто в зале не было ни сквозняков, ни чужих взглядов.
Я осталась сидеть, провожая их взглядом. Вокруг снова зашумели фишки, кто-то нервно рассмеялся, пытаясь разрядить воздух. Но напряжение, разлитое по залу, уже пахло озоном — как перед грозой.
— Джерилл, — Ромеро сделал шаг ко мне — слишком близко для предупреждения. — Будь осторожна, — он склонился к самому уху, и его шепот скользнул по коже. — Дофламинго лжет.
Сталь взрезала воздух беззвучно. Холодное лезвие легло к его горлу, настолько близко, что одна неудачная фраза могла превратить шепот в хрип. Все вокруг замерло: крупье застыл с ладонью над колесом, а шутки за соседним столиком оборвались на полуслове.
— Шаг назад, — голос Зоро был низким, глухим. В его глазах не было вспышек — только немой гнев. Он, кажется, был не против его прирезать прямо здесь и сейчас, но знал, что это будет совсем не к месту. — Я сказал: отойди от моей женщины, — я усмехнулась, не возражая. Иногда приятно такое волнение. Ромеро застыл на четверть секунды, а потом все же подался назад. Я видела, как на шее у него дрогнула вена, и как Зоро, не сводя взгляда, едва заметно сместил клинок — ровно настолько, чтобы дать дорогу и ни на миллиметр больше.
— Твоей женщины? — Ромеро скривился в улыбке. — Вот же варвар, — бросил он сквозь зубы, но отступил. Фудзитора легко развернулся, и они ушли, растворяясь в общем гуле, будто их тут и не было. Только след в воздухе остался — как от удара молнии.
— Какой же ты собственник, — сказала я, вставая, и это прозвучало почти нежно. К тому же он не переходил допустимую границу в проявление таких чувств, так что злиться я смысла не видела.
— Как будто я ему позволю… — проворчал он, убирая клинок так же тихо, как и выхватил.
— Ладно, потом, — я отрезала собственные мысли, собирая их в кулак. — Сейчас важно не это, — я встала из-за стола, замечая, что дозорные уже немного отдалились. — Луффи! Срочно свяжись с Ло, это ловушка!
***
Я стремительно летела в сторону Грин Бита, потому что Ло какого-то черта не выходил на связь, и это начинало раздражать. Ребята не прекращали попытки дозвониться, но всё безрезультатно — ни сигнала, ни ответа. Время поджимало. Мы не знали, где именно находится Дофламинго, но было ясно: если он доберётся до Ло раньше нас, последствия будут катастрофическими. Высота полёта была критичной — приходилось держаться достаточно высоко, чтобы не попасть в поле зрения патрулей или случайных наблюдателей. Я не могла позволить себе быть замеченной раньше времени. Но даже на этой высоте было видно: что-то на Грин Бите пошло не так. Единственное, что я не могла понять, это то, как у Донкихота могло получиться провернуть нечто подобное. Когда я приблизилась к острову, меня встретил грохот — звуки боя, взрывы, треск ломающегося металла. Внизу лежали обломки корабля, а мост, ведущий к острову, был практически уничтожен. Всё выглядело так, будто здесь прошёл ураган. На месте уже находились дозорные, их присутствие подтверждало: ситуация вышла за рамки обычной передачи заложника. Увы, вовсе не бывший шичибукай уже тоже был на месте. Но Ло еще в порядке. Когда я приземлилась, взгляд невольно задержался на двух фигурах в форме. Фудзитора и… Ромеро. Оба в адмиральских мундирах. У Фудзиторы это было ожидаемо — его опыт, сила, репутация. Но Ромеро? Ему ведь ещё нет и тридцати. Как он мог получить такое звание? Но реальность была передо мной: два адмирала на одном острове. И всё это — из-за одного бывшего шичибукая. Дофламинго каким-то образом втянул в свою игру двух адмиралов. Это не укладывалось в голове… да никакой шичибукай на такое не способен! Естественно, такой вариант развития событий мы даже не рассматривали! Ло, Фудзитора и Дофламинго стояли на отдельных выступах, как на шахматных клетках. Ромеро сидел на кромке вместе с дозорными и не вмешивался. Это худший вариант. Если он включится, наши силы станут бесполезны. Мы оба фруктовики, против него будем все равно что дети. Его способность блокировать чужие фрукты сейчас ужасно не к месту. — Ло! — я сорвалась вниз и пошла на сближение. Он поднял руку, кивнул на себя и указал направление отхода. Я спустилась ниже, протянула ему руку. Он держал еще и Цезаря, поэтому я начала медленно сбавлять скорость, с трудом унося двух мужчин. Пришлось сбавить скорость, менять угол, чтобы нас не сорвало. — Хватай их! — крик Дофламинго ударил в спину. Нити хлестнули воздух, свистнули рядом с щекой. Я сместилась, дала рывок и нырнула за край кратера. Камни со скрежетом обрушились следом и нити не достали. — Нужно укрыться, — Цезарь что-то сначала вопил, но был быстро заткнут Ло. Лес встретил нас влажным воздухом и запахом гари. Я лавировала между деревьев, уводя нас всё глубже. Цезарь брыкался, пока Ло не врезал ему локтем и не заткнул рот. Времени на уговоры не было. Мы нашли низину, накрытую корнями старых деревьев, и приземлились. Ло выхватил карманного ден-ден-муши. — Немедленно направляйтесь на Грин Бит! Чтобы я мог передать вам Цезаря! — там слышались звуки драки, но Ло пришлось сбросить звонок, пока нас не отследили. — Что будем делать? И где вообще Робин с Усоппом?! — я крутанулась на месте, осматриваясь, пытаясь уловить хоть тень знакомых лиц. Лес вокруг шумел, а с каждой секундой напряжение сжимало грудь всё сильнее. — Робин передала, что они под землёй. Не знаю, что именно она имела в виду… — голос Ло был хмурым и собранным, как всегда, когда он уже просчитывал десяток ходов наперёд. — Но она уверена, что они в безопасности. — Он перевёл на меня взгляд. — Поднять нас сможешь? — Двоих? Нет… — я глубоко выдохнула, чувствуя, как в спине пульсирует боль от прошлой попытки. — Я смогла тащить нас только потому, что уже была на скорости. С места так не рвану. — Понял, — Ло мгновенно принял решение и развернулся к глухим, но уверенным шагам, которые приближались из глубины леса. — Тогда хватай Цезаря и лети на корабль, — он повернулся в сторону приближающихся людей. Я слышала их шаги, а значит он тоже их уже чувствовал. — А ты? — я вскинула взгляд, уже зная, что ответ мне не понравится. — Я пока отвлеку Дофламинго, — не нравится мне эта идея, но такое чувство, что других у нас и нет. Неужели придется настолько рискнуть? — Скинь его на корабль, пусть они плывут на Зою и ждут нас там. Мне хотелось возразить, но в его взгляде читалось, что решение принято окончательно. — Ладно, но потом я вернусь к тебе, только продержись, — я схватила Цезаря за ворот, рывком подняла в воздух. Он заверещал, дрыгая ногами, как зазевавшийся морской цыплёнок, и, захлёбываясь криками, вопил о Джокере, будто тот способен его спасти. — Джерилл! — Цезарь взвизгнул так, словно его уже тащили на эшафот. — Не будь такой неразумной! Разве ты хочешь тратить время на моё укрытие, пока там твой друг умирает?! — он говорил, как всегда, наигранно-взволнованно, но я даже не замедлилась. Эти жалкие манипуляции давно перестали на меня действовать. — Ещё одно слово, и я выбью тебе пару лишних зубов, — отрезала холодно, даже не глядя на него. В памяти тут же всплыло, сколько раз этот «гений» грозил мне когда-то, уверенный в своей власти. — Ну-у-у… не будь таким жестоким ребёнком! — в голосе звучало жалобное нытьё, но я уже знала этот его тон: наивно думает, что может заставить меня сжалиться. — Ребёнком? — я усмехнулась, скосив взгляд на него. — Разве не ты меня такой сделал, а, мастер? — слова выходили резкими. Или он забыл, как ставил нас друг против друга… как я убивала других подопытных, просто чтобы выжить? Он тогда говорил: «Будь безжалостной, иначе умрёшь.» Ну, я такой и стала. Пусть и благодаря отцу, я смогла стать похожей на нормального человека, где-то там внутри осталось то, что взращивал во мне Цезарь. В его лице мелькнула тень — не то воспоминание, не то сожаление. Но это не отменяло того, что Цезарь, как никто, заслужил свою репутацию. — Я был молод и… глуп! — он заёрзал, пока мы прорывались над землёй сквозь густой воздух леса. Но когда мы вырвались к берегу, а потом над водой, его дыхание сбилось. Он сглотнул в панике, и я почувствовала, как его хватка усилилась — он до ужаса боялся моря. — Правильное решение, — скривила я губы в ухмылке, прибавляя скорость в сторону, где должна быть Санни. — Знаешь, я… — он неожиданно осёкся, потом тяжело выдохнул. — Я горжусь собой… и ненавижу себя одновременно. — Что, вдруг совесть проснулась? — приподняла я бровь. — Ты… моё самое противоречивое творение, — сказал он тихо, почти без привычного пафоса. — Это комплимент? — не удержалась я от улыбки, хотя в душе чувствовала странную пустоту. Когда-то вместе с эмпатией во мне умерла и ненависть. Даже его я не могла по-настоящему возненавидеть… И это, по правде говоря, раздражало сильнее всего. Как же всё это глупо… Где-то вдалеке громыхнуло — глубокий, хищный раскат, а следом небо рассекла яркая вспышка молнии. Но оно было чистым, ни облачка. Это могла быть только Нами. А значит корабль там же. Я рванула в том направлении, сбрасывая последние метры высоты. Мощный толчок, и тело Цезаря плюхнулось на палубу корабля. Я приземлилась рядом, колени подогнулись, грудь рвала на части жгучая боль от нехватки воздуха, сердце стучало, как бешеное. — Джерилл! — в один голос выкрикнули ребята, подбегая. — Не время на разговоры! — я выпрямилась, хватая ртом воздух. — Берёте Цезаря — и мигом на Зою. Ждёте нас там! — каждое слово давалось через усилие, пока я пыталась вернуть силы. — Что?! А как же остальные?! — Чоппер уставился на меня, в глазах тревога. — Ты вымотана, тебе нужен отдых! — Чёрт! — я рванулась вверх, едва почувствовав холодный, липкий укус ауры шичибукая. — Быстро! Уходите! Дофламинго уже здесь! — тело само переключилось на второй уровень, мышцы налились силой, но я знала — остатки энергии таяли на глазах. И тут, к борту корабля, разрезая воздух, летел Санджи. — Джерилл-суан!!! — он выкрикнул моё имя в тот миг, когда белоснежные, тонкие, но острые, как бритва, нити Дофламинго обвили мою руку. Я резко дёрнула, с силой рванула на себя — и разорвала их, заставив врага качнуться вперёд. — Санджи! Защити корабль! — приказала я, разворачиваясь к приближающейся тени. Нужно дать команде время для отхода. И тут небо словно рухнуло: сверху сорвался метеорит. Он горел, крутился, хищно несясь прямо на палубу. Но в последний момент пространство скривилось — и метеорит исчез, рассеявшись на каменную пыль. Ло. Я выдохнула с облегчением. — Ло! Надо увести его отсюда! — крикнула я. — Держись, — коротко бросил он и в следующее мгновение переместил нас вместе с Дофламинго на обломки разрушенного моста. Солёный ветер хлестал по лицу, под ногами скрипели осколки камня. Мы тяжело дышали, следя за тем, как Санни уходит в сторону, отдаляясь. — Ну и смысл был дать сбежать только половине команды? — с кривой усмешкой заговорил шичибукай, откинувшись назад. В его голосе сквозило превосходство. — Вторая половина всё ещё на Дресс Розе! Я возьму их в заложники и без труда верну себе Цезаря! — его смех разнёсся эхом, надменный, ядовитый. Я лишь усмехнулась, видя, как он в очередной раз недооценивает нас. — Разве не ты сам говорил, что многие уже обожглись, недооценивая эту команду? — голос Ло был ровным, но в нём прятался вызов. — Прости, Доффи, — мои губы искривились в холодной полуулыбке, — но мой капитан тебе не по зубам.***
— ТРАФФИ! ДЖЕРИЛЛ! ДОФЛАМИНГО!!! — громогласный крик прокатился над ареной, словно расколол шум толпы. Возле колизея, прямо на каменных плитах, стоял Донкихот Дофламинго. Его взгляд был холоден, а улыбка — полной надменности. Перед ним, на одном колене, истекал кровью Трафальгар Ло. Его плащ был разодран, руки дрожали от боли и усталости. Рядом валялась Джерилл — растрёпанная, в синяках и порезах, её дыхание было тяжёлым, а взгляд мутнел. Дофламинго держал её за рога, словно трофей, сжимая так, что кожа побелела. — Неужели вы всерьёз думали справиться со мной?! — раздражённо бросил он, медленно поднимая пистолет. Дуло прицелилось прямо в грудь Ло. В стороне стоял Ророноа Зоро. Его ладонь уже лежала на рукояти катаны, клинок едва заметно выскользнул из ножен. Он прищурился, высчитывая момент, чтобы ударить. Его лицо оставалось каменным, но мышцы плеча уже были натянуты, как тетива. И вдруг раздалось несколько сухих выстрелов. Пули вонзились в Ло, тело которого дёрнулось, и он завалился на бок. — ТРАФФИ!!! — рванул голос Луффи, эхом отразившись в стенах колизея. Его крик был смесью ярости и тревоги. Зоро, не медля ни секунды, сорвался с места, намереваясь обрушиться на шичибукая со спины. Но на пути, словно из воздуха, возник старик в мантии морского дозора. Лицо скрывала тень, но Зоро узнал его сразу — тот самый, с кем Джерилл недавно играла в рулетку. Фудзитора. Земля под ногами мечника дрогнула. Чудовищное давление прижало его к плитам, будто на плечи обрушилась гора. Ноги увязали в трещинах камня, грудь сдавило так, что каждый вдох давался с боем. Он почувствовал, как тело медленно проваливается вниз под силой гравитации, словно чьи-то невидимые руки тянули его в землю. Зоро с силой рванулся назад, вырываясь из невидимого капкана. Каменные осколки брызнули из-под его ног, когда он выскочил из зоны действия силы адмирала. Воздух обжёг лёгкие, дыхание было тяжёлым, но времени тратить было нельзя. Он видел цель — Дофламинго. Но Фудзитора шагнул вперёд, загораживая путь. Он слышал, что дозорные называли его адмиралом и скрипнул зубами. На краю зрения он уловил и ещё одну знакомую фигуру — того самого ублюдка. — Как жаль… я вынужден поднять против вас свой меч. Куда катится мир… — в голосе Фудзиторы звенела печаль. Его невидимая тяжесть снова налегла на камни арены, и трещины расползлись паутиной. Дозорные начали звать еще одного адмирала, и мугивары побледнели, понимая, что на стороне шичибукая их уже двое. И когда Ророноа Зоро понял, кем же был второй адмирал, то в шоке застыл. — Фудзитора-сан, я не считаю, что мы должны… — шагнул вперед Ромеро Барт, и воздух вокруг него дрогнул — будто сам колизей затаил дыхание. Он смотрел на Дофламинго так, словно хотел разорвать его голыми руками. Пальцы стиснулись в кулак, костяшки побелели. Как же его это все злило… он мог бы разорвать его в клочья, но вынужден был терпеть весь этот бред. — Ромеро, — тихо, жестко оборвал Иссе, подняв ладонь. На его лице не было ни грамма сомнений — только долгая тень долга. — Это наш долг. Дофламинго улыбнулся — в уголках губ дернулась кукольная ниточка. В его руке висела Джерилл: рога в стальной хватке, локоны спутаны кровью и пылью. Трафальгар Ло, зажатый нитями, едва дышал. Шичибукай, как фокусник, играючи перевел взгляд с Зоро на адмиралов — и стал подниматься, словно его самого тянуло невидимое небо в воздух под действием силы адмирала Фудзиторы. — Арестовать Ророноа Зоро! Немедленно! — чье-то горло взорвалось командой, и десятки сапог ударили в плиту. Стволы винтовок сверкнули, клинки дозорных вылетели из ножен. — Луффи! Быстро найди выход! Нам надо спешить! — крик Зоро резанул пространство, прежде чем он нырнул в волну людей. Он выдернул катану из ножен — сталь блеснула, отразив солнце. — Убирайтесь с дороги, — бросил он, и в его голосе не было злобы, только холодная решимость. Дозорные под напором его клинка падали один за другим, не в силах задержать его и на секунду. Ещё один рядовой упал, сражённый ударом навершие рукояти в солнечное сплетение. Зоро уже видел просвет — пролом в строе дозорных, ведущий к боковым воротам арены. Он рванулся туда, не тратя силы на лишние движения, ощущая, как под ногами гудит камень от собственных шагов. Сзади всё ещё доносились крики. — Держите его! Не дайте уйти! Он стал сильнее, куда сильнее. И теперь он способен ее защитить.
