Кто как Бог? Никто как Бог.

Поставь избу на краю, не прыгай выше травы,

Не забивай головы и оставайся в строю.

Паши, рожай, умирай, прибавь величия стране,

Убейся в праздники! Раб, твои галеры в огне.

Ты слышишь, застучали двери, кто теперь поверит?

В дом вошли без ключа.

Поищи управы, сам вручал им право

Каждый раз, когда на горе чужое ты смотрел и молчал.

ПОРНОФИЛЬМЫ- Чужое горе.

      Карин вздыхает устало и тяжело. Затхлое и душное подземелье буквально давит на нее, и кажется, будто она вот вот растечется мокрой, красной и совершенно отвратной лужицей по этому грязному, каменному полу. Она работает в этом подземелье почти неделю, но уже не может его видеть — ей не нравится пытать людей. Не из-за криков боли, нет, совсем не поэтому. Узумаки крутая куноичи и ей вообще плевать в какую плоть вгонять, заряженный чакрой, кунай, сенбон или скальпель — в живую или мёртвую: разницы особой нет. Узумаки убивает, даже не моргая и ни секунды не размышляя; вскрывает и вытаскивает органы, лишь изредка морщась от чуть сладковатого запаха гниения тела. Сказать честно, она не гениальный патологоанатом, но безусловно, гениальный шиноби. А пытать ей как-то не по душе, но она все равно это делает, не задаваясь глупыми вопросами и не терзаясь сожалениями. Просто образцовый шиноби, пожалуйста, отдайте ей дань уважения- отпустите пораньше.       Когда красноволосая куноичи входит в зал, два члена АНБУ вытягиваются в струну, распрямляют спины и чуть поднимают голову. — Здравствуйте, Карин-сан, — хором, но голоса такие разные: один высокий, чистый и мелодичный тенор, другой- мягкий, обволакивающий, чуть хрипящий баритон. Тот, что с маской Совы- член Яманака Ичизоку, Узумаки уверена в этом на сто процентов, ему точно больше 25, но выглядит моложе-худощавый, но жилистый и сильный. Он всегда проводил с Ино-химе шуточные тренировки, а Карин дожидалась их где-то на краю вымышленного полигона, отчаянно привлекая к себе внимание глупыми выходками. Это было давно. Верно, это было давно… О втором куноичи знала немного: использует техники, ограничивающие подвижность тела, неплохой медик и скрывается под маской Льва. Вот и все, но этого вполне себе достаточно. Шиноби отличаются только стилем боя, количеством чакры и применяемыми техниками- ни о какой личности и речи быть не может. У нее совсем нет сил отвечать на приветствие, поэтому они удосуживаются только сухим кивком. Узумаки чувствует усталость каждой клеточкой своего тяжёлого тела. Установка в голове предельно проста: дотерпи до вечера — эти генины собираются устроить вечеринку в честь какой-то ерунды; среди них, шумных и весёлых, можно забыться. Но возможно ли это, черт возьми? Ей никогда не стать среди них своей, ведь они невинные и чистые, на их руках нет крови. Они еще не знают какого это- блевать от того, что ты выпотрошил чьё-то тело. Все эти люди, эти власть имущие- чёртовы Каге и Дайме. Они с детства учат их убивать, но кто научит любить? Они просто отдают приказы, а шиноби, как бездушные машины, выполняют их. Это чертов замкнутый круг без начала и конца. Все борются за какую-то, самим Дьяволом навязанную, идеологию, неразборчиво убивая врагов и даже близких. Кто эти люди такие, раз смеют решать, кому жить на этом свете? Разве так должно быть? Разве люди, чьё мнение отличается от твоего, должны умирать? Разве твои подчинённые должны отдавать свою жизнь за твои политические взгляды? Сколько можно прикрываться Волей Огня ради геноцида? Это бесконечно. Что же это за мир такой? Где дети с воодушевлением учатся мощным техникам, чтобы просто убить кого-то и выполнить приказ? Неужели они не понимают, что сами роют себе могилу? Смерть- самая близкая подруга ниндзя, она следует за ними неотступно. О, какие речи они толкают, эти зажравшиеся лидеры:"Шинигами забрал его душу!..», не осознавая, что рядовой чунин и есть сам Шинигами. А какое Карин имеет право рассуждать на такие темы? Она сама- ничто, пушечное мясо, просто пешка в этих стальных руках и у нее нет шанса освободиться. Таким слабакам как она, которые только и делают, что ноют, не дано право выбирать. Не дано изменить мир. Лицемерная дрянь. Думая о таком, вспоминает ли она, как легко кунай разрезал брюшную полость, и с каким омерзительным звуком кишки вывалились к ее ногам? Она навсегда запомнит его, человека, которого она убила впервые в своей жизни: его одутловатое и грубое лицо, его красный жилет, говоривший о принадлежности к Скрытому Камню, залитый багряной кровью и всем тем, чем наполнен кишечник. О, она никогда не забудет, как шарила голыми руками в поисках оружия, и тогда же она наткнулась на удивительно целую пачку сигарет с вишневым ароматом, которую хранит до сих пор, ведь чувствует, если выкурит последнюю оставшуюся там сигарету- потеряет себя. Да, это именно она принесла табачный дым в их маленькую девичью компашку. Этот роковой день. Он был ее днем. Ее днем рождения. Тогда ей стукнуло 8. Эти воспоминания до сих пор не дают ей спать по ночам, хоть и после этого человека она убила еще, как минимум, два десятка. Все верно, она просто безвольная марионетка и ей никогда не найти себя среди таких весёлых сверстников. У нее не осталось сил на сожаления и оправдания, только на мольбу к Всевышнему. «Я не хочу видеть войну. Я не хочу видеть море крови. Я не хочу быть причастной…» Знала ли она, что эти слова станут для нее пророческими?       Большая железная дверь чуть скрипит под сильной рукой мужчины. Он почти проходит за порог, но резко останавливается и дребезжащий, тусклый свет керосиновой лампы ударяет ему в лицо- волевое, с сильной челюстью и уродливыми шрамами. — Рассчитываю на тебя.       Карин кивает в ответ. С виду все такая же холодная, но внутри, совсем как эти АНБУшники пять минут назад — натянутая в своём железном кресле до предела, готовая костьми лечь, но приказ выполнить. Ибики исчезает бесшумно, но никому нет дела. Все сосредоточены на подозреваемом, что железными цепями прикован к стулу; его кожа пропитана вязью печатей, чтобы не приведи Господь, не сбежал. Засаленные чёрные волосы разметались, в глазах лихорадочный блеск, а на губах- насмешливый оскал. — Неужто в Конохе нет никого получше, чем тупая, очкастая соплячка? — голос насквозь пропитан ядовитой желчью. — Неужто в Ивагакуре не нашлось шпиона по профессиональней? — ее голосом можно заморозить даже Волю Огня. — Отсоси.       Карин не растрачивает себя на ненужную злость, стараясь думать о хорошем, например: о потайном ящике в кровати Ино. Там хранятся десятки пачек сигарет и постоянно доставая новую, она выполняет супер скрытную операцию, хотя никто и не посмеет ей запрещать; о кошках Тен Тен- толстых и избалованных, о Годайме-сама, которая в нерабочее время по-идиотски простая и наивная — проигрывает малолеткам в карты, спаивает лучшим саке, а на следующее утро, как ни в чем ни бывало, раздаёт теорию по ирьениндзюцу и учит выживать под градом ее фирменных ударов. Красноволосая перебирает правой рукой острые и тонкие иглы, не такие большие, как сенбоны, но и не такие маленькие как медицинская игла, которой сшивают плоть. Другая же рука ласково, почти нежно, поглаживает тыльную сторону привязанной руки подозреваемого, а после резко вгоняет острие прямо под ноготь большого пальца; вообще она планирует сделать из него забавную кошечку с коготками, но подсознательное сравнение с Руру-чаном- котом Тен Тен, вызывает в ней шквал отвращения и презрения. Шпион не кричит, но яростно сжимает зубы, так, что отвратительный скрип раскатывается гулким эхом по помещению. — Да пошла ты. Карин думается, что все эти пытки- цирк уродов, но вот кто из них истинный калека-вопрос на миллион. Он, этот неудавшийся шпион или она- актриса высокого уровня, изображающая из себя садистку. Просто так надо, понимаете? Если проявишь хоть каплю жалости- пиши пропало, поэтому жизненно необходимо строить из себя больную психичку. — Неси калёное железо, Лев. Безусловно, можно было бы обойтись одним членом клана Яманака, но в такую ловушку они уже попадались и начальство было крайне недовольно. Так уж вышло, что при попытке взлома сознания одного горе-шпиона, какая-то неизвестная печать активировалась и мозг подозреваемого разрушил сам себя. Когда Узумаки берет в руки железный прут с раскалённым до красна наконечником, она вспоминает, как однажды, в далёком детстве Ибики решил сам приготовить ужин — чертовски нелепый и неуклюжий в розовом фартуке с утятами, прекрасно знающий как расколоть череп одним ударом, но не имеющий ни малейшего познания в кулинарии. Да уж, тот еще кадр.

***

— Яманака Ино против Рок Ли. Генины и учителя рассредотачиваются по краям полигона, дабы дать противникам место для поединка. Ино, необычайно серьёзная и прямая, будто палку проглотила и Ли, хмурый, но пышущий уверенностью в себе. Когда Хатаке отдаёт приказ начинать, ученик Зеленого Зверя Конохи несётся в атаку первым. При всей его стремительности и напористости, у химе Яманака Ичизоку, нет и шанса пойти в наступление- только защита и смазанные блоки. Они танцуют в этом странном и крайне завораживающем танце, но понятно и идиоту- Ли ведет. Удар кулаком в область сердца, блок, удар ногой, блок. Не давая Ли перейти к более мощным атакам, таким как Ураган Листа, к примеру, Ино сильно разрывает дистанцию. И прежде, чем Рок понесется к ней на всей своей бешеной скорости, она складывает печати, а после надкусывает палец до крови и прочерчивает дорожку по земле. ‐ Техника Призыва! С оглушающим хлопком на полигоне появляется нечто с огромными рогами, лоснящейся чёрной шерстью, бешеными глазами и золотым кольцом в носу. Это существо колоссальных размеров- не многим меньше Гамабунты, думается Наруто. Пользуясь вмешательством противника, Яманака стремительно исчезает, скрывшись в лесу- по всей видимости, чтобы разработать стратегию. Ли, удивлённый, стоит в замешательстве буквально секунду, понимая, что пойти за Ино сейчас- невозможно, ибо взбесившееся подобие быка несётся на него с космической скоростью. Решая принять бой, ученик Гая атакует первым, но на его удары животное не обращает никакого внимания, будто и вовсе их не чувствует. Когда бык машет своими рогами, в атмосферу выбрасывается огромное количество фиолетовой чакры, настолько мощной, что при соприкосновении с ней остаются ожоги. Впрочем, долго Рок не мучается. Ино появляется внезапно, с разбегу оседлав быкообразное чудовище. Удивительно, но после этого движения существа перестают быть хаотичными и кажется, будто он следует ее мысленным приказам. Теперь все наоборот, Ино нападает- Ли защищается. Поединок длится долго, становится ясным, что с каждой минутой Рок теряет свою скорость и силу. В конечном итоге парень оказывается прижатым между землёй и рогами животного, а Яманака, спрыгнув со спины быка складывает новые печати, приложив руки к стриженной под горшок, голове. — Искусство Ниндзя: Шепот Бога… Закончить технику ей не даёт Гай, вовремя подоспевший на помощь ученику. — Не смей использовать свои ужасные техники на моем лучшем ученике! — Майто в буквальном смысле взорвался. — Вы правы, — резко отвечает блондинка. — Прости, Ли-кун, я подлечу тебя. Яманака жестом приказывает животному отпустить парня, рассеивает призыв и принимается за лечение. Намикадзе пребывает в лёгком шоке, впрочем как и многие из его сверстников, но долго удивляться ему не даёт голос Какаши. — Намикадзе Наруто против Сенджу Кацуры. Блондин не раздумывая ни минуты выходит на, так называемое, поле боя, а Сенджу в отличие от него медлит. Решив закончить все быстро, Намикадзе бросается в атаку, создав 6 клонов, но разумно держась позади. Кацура смотрит внимательно, видимо что-то прикидывая, и когда между ней и копиями остаётся дистанция около четырнадцати метров, решается на контратаку: ее руку обвивают деревянные прутья, постепенно становясь шире и длиннее. Они направлены точно в цель, поэтому с характерными хлопками, друг за другом, клоны исчезают. Не давая парню подумать, она навязывает ближний бой- ее движения, отточенные и быстрые, но и Наруто не проигрывает ей в точности. Отскочив, на десять метров назад, Узумаки создаёт еще парочку клонов, отвлекая противницу и вынуждая ее снова применить Мокутон. Выбрав, как ему кажется, идеальный момент для нападения, он появляется за спиной, формируя в руках вращающуюся сферу. — Расенган! Шар чакры врезается в деревянную защиту; понимая, что такими темпами ничего не добьётся, Наруто элементарно увеличивает количество чакры, пробивая защиту насквозь и задевая техникой дочь Годайме. — Эээ…поединок закончен, победил Намикадзе Наруто. И вообще, я обращаюсь ко всем, — Копирующий ниндзя обводит обличающим взглядом генинов, — не обязательно использовать техники масштабного поражения, это ведь всего лишь дружественный спарринг. А что касается тебя, — он выразительно смотрит на Узумаки, — разреши спросить, как ты выучил технику Четвертого Хокаге? — Свои методы, — отшучивается Намикадзе, помогая девушке встать. Она несерьёзно ранена, просто немного поцарапана рука и ей не составляет труда вылечить ее буквально за пару минут. — Эх, классно ты меня отделал… — Кхм кхм, следующие…- запуская руку в мешок с бумажками и вытаскивая две, говорит Хатаке, — Такахаши Тен Тен и Харуно Сакура. — Эй, наваляй ей как следует, — развалившись на траве и покусывая травинку, шепчет в след шатенке Ино. Джинчурики, только-только удобно расположившийся на земле, ободрительно улыбается Тен Тен, от чего та буквально светиться. А вот Сакура-чан, в той жизни его верная боевая подруга, кажется ему странной- с эти холодным взглядом и чудовищно длинными волосами. Эй, сколько раз он сказал слово «странный» в этом мире? Тысячу? — Ставлю на Тен Тен, — говорит Кацура, опускаясь рядом с ним и параллельно доставая пачку из кармана. — Она ее уделает, я вам говорю, — блондинка садится по другую сторону от Наруто, смешно сдувая челку со лба. — Что за нелюбовь к Сакуре? — интересуется парень, извлекая огонь из железной зажигалки, чтобы подкурить. — Это не нелюбовь, идиот, ее просто гнобят. Все женщины проблемные и странные, — Шикамару, выкидывая бычок в траву, опускается где-то поблизости.  — А ты, больно много понимаешь, я смотрю, — фыркает Яманака. — Хватит спорить, а то все пропустите, — шикает Сенджу. И оказывается права. Тен Тен уже пошла в атаку, метнув в Харуно парочку кунаев, но розоволосая увернулась, сделав сальто в воздухе. В прочем, Такахаши это не расстроило, ведь она была уверена в своей победе, пусть и использовать свою коронную технику- призыв массового количества оружия она сейчас не могла. Причина была весьма простой: кто потом все это соберет? Догадываясь, что Сакура не особо хороша в кендзюцу*, шатенка распечатала один из своих лучших клинков: меч-вакидзаси, выплавленный из чакропроводимой стали, настолько острый, что даже без использования чакры неплохо разрезал камни. По слухам, он был изготовлен в стране Железа, что очень льстило его обладательнице- все-таки, не каждый становится хозяином такого оружия и тем более, далеко не каждый им хорошо владеет. Как и ожидалось, Харуно защищалась простым кунаем, что сыграло против нее. Хотя понять ее можно, что противопоставить такому мечу, если у тебя в подсумке двенадцать сюрикенов, девять кунаев, три взрывные печати и парочка дымовых бомб? Не следует думать, что победа досталась Тен Тен легким путем, как-никак розоволосая была исключительной зубрилкой и с умом использовала свое оружие и даже Технику Подмены. — Следующие: Учиха Саске и Хьюга Неджи, — вчитываясь в листочки, проговорил Капитан Отряда. Наруто подметил, что с выходом Хьюги, Ино перестала нахваливать подсевшую к ним Тен Тен, буквально скрипя зубами то ли от злости, то ли от чего-то еще. — Не приближайтесь, а то лопнет, — со смешком прошептала Сенджу, на что Яманака буквально позеленела. Бой между отпрысками двух кланов был захватывающим, впечатляющим и очень долгим: как говорится, нашла коса на камень, встретились два гения. Кайтен удачно блокировал техники Катона, а Мягкий Кулак- стремительное и четкое тайдзюцу Учихи, правда, Хьюге все же удалось выбить пару тенкецу. Спустя час танцев с бубном на полигоне, Хатаке все-таки объявил ничью, а после и следующих противников, которыми оказались Нара Шикамару и Абураме Шино- весьма неудобные противники друг для друга. — Как же лениво…- простонал гений. — Вперед и с песней, Шикамару-чан, — ангельским голоском пропела дочь Легендарной Неудачницы, — Если развеселишь меня, я даже засуну тебе пару рё в штаны. — Да пошла ты, — на эту реплику блондинка только показала язык и скорчила чрезвычайно смешную гримасу. От такого зрелища Намикадзе от души расхохотался. — Кацура-чан! — воскликнул Кабуто, уставший о беспредела, — И все остальные тоже! Уясните раз и навсегда, что курить, тем более в вашем возрасте, очень опасно для здоровья. А во-вторых: неприлично так выражаться! На такие слова Гай уверенно закивал, соглашаясь, а Куренай глубоко вздохнула. — Ну и зануда…- прошептала Яманака и все с ней молча согласились.       Они стояли друг напротив друга, как ожившие фигуры с какой-нибудь шедевральной картины. Шикамару расслабленный настолько, что казалось, вот-вот развалится грудой поленьев прямо здесь, и Шино, серьезный и спокойный. Нара быстро смекнул, что бой, скорее всего, проиграет; Абураме всегда был темной лошадкой, но самое главное- неплохим стратегом и по-настоящему сильным шиноби. В таком бою использовать стандартные уловки, вроде метания оружия- глупо и по детски; нужна тактика и у Шикамару было пару идей, несмотря на то, что положение было весьма и весьма сложным. После долгого безделья, Шино все-таки решил пойти в атаку, используя навык ближнего боя, что для будущего Главы Клана Нара было неприемлемым: во-первых, потому что он не боец на ближних дистанциях, а во-вторых, из-за высокой вероятности словить от странного парня в очках какого-нибудь жука или, не дай Ками, нескольких. Также, Нара понимал, что если словит в клановую технику противника- тот без труда прикажет жукам атаковать, ведь для этого ему не обязательно двигаться; ну, а если поступить наоборот и обездвижить жуков- останется их хозяин- довольно сильный и без помощи кикайчо, к тому же никогда не знаешь, сколько у него жуков на самом деле и проверить вряд ли получится. Таких мощных техник у Шикамару в запасе нет. Вздохнув и закатив глаза, Нара произнес: — Я сдаюсь. — Решение умное ты принял, драться с тобой я тоже не хотел. — Это дружественные спарринги, на которых вы показываете уровень ваших сил для того, чтобы мы могли посмотреть и сделать выводы. Считаю нецелесообразным останавливать бой, так как мы не можем оценить ваши физические возможности. — Да брось, Какаши… -начал было Гай, как Юхи его перебила. — Согласна. Дети показали отличное умение анализировать ситуацию и возможности противника. — Какаши-сенпай, это очень полезные навыки, которые ставят их на голову выше своих сокомандников, — мягко отозвался Якуши. — Ну ладно-ладно, кто там остался? Хьюга Хината и Инузука Киба, верно? Прошу вас выйти. Шикамару плелся лениво и медленно, но не успел он и на траву присесть, как блондинка завелась. — Шикамару-чан, а ты чего его не победил? Из-за моих шуток что-ли, м? Ты уж так близко к сердцу то не принимай… — Кацура, — холодно и жестко, — Есть перерыв- есть сигаретка. Кури молча, — швыряя белой палочкой в сторону девушки, устало отмахнулся брюнет, на что ему в ответ запричитали что-то о нежных шиноби и соломе, что суют в сигареты вместо табака. — Да вы прям как парочка ссоритесь… — смущенно вставил блондин, на что герои драмы обиженно отвернулись в разные стороны. — Она тебе это так припомнит, Наруто-кун, что мало не покажется, — захихикала Такахаши, а Узумаки смущенно почесал затылок. Когда он смотрел на Хинату, что-то в груди переворачивалось с ног на голову, какое-то странное ощущение с горьким привкусом, будто на тебя вот-вот накричат и обвинят бог весть в чем; это было сожаление. Абсолютно точно. Но в такой теплой и душевной компании, что сейчас собралась вокруг Намикадзе, было уютно и радостно, как не было уже давно и думать об ошибках не хотелось. Интересно, как там Саске? Понял, что добе исчез? Ищет? Огромное чувство вины затопило душу бывшего Нанадайме, ведь вместо того, чтобы искать путь назад, он жил и радовался. Как подло по отношению к жене, детям, деревне и… Саске, конечно же. Заметив на себе внимательный взгляд карих глаз Тен Тен, Наруто решил порассуждать на такие темы дома, в полном одиночестве, а сейчас понаблюдать за боем, часть которого успешно пропустил.       Хината и Киба всегда были хорошими друзьями и часто тренировались вместе, поэтому драться друг против друга им было не впервой. В прочем, их бой проходил по несколько заезженному сценарию: Киба и Акамару не могли достать Хинату Гацугой из-за применяемого ею Кайтена, а она не могла достать их из-за огромной скорости, что они развивали, используя Имитацию Зверя. Так или иначе, вскоре Какаши-сенсей остановил их бой, присудив ничью. — Отлично постарались, ребята, — потерев ладони друг об друга, сказал Хатаке, — Посовещавшись, мы решили, что все из вас, без исключений, будут допущены к Экзамену на Чунина. Он состоится ровно через три месяца и я настоятельно рекомендую вам побольше тренироваться. До встречи, — и как говорится, был таков. Сенсеи тоже надолго не задержались, назначив своим ученикам время встречи и номер полигона. Дольше всех прощался со своим учеником, конечно же, Гай. Но после того, как и он ушел, Наруто громко хлопнул в ладоши, вставая. — Эээ… Мне поручили предупредить, но я забыл… — почесав затылок, сказал блондин, — В общем… — В общем, я приглашаю сегодня вас на ужин в кафе-якинику в моем квартале, будьте там к 8 вечера. Жду всех! — громко и важно провозгласила Ино-химе, уперевшись локтем в плечо Узумаки. *Кендзюцу - искусство владения мечом.