Сейчас не время

      Драко сидел в Выручай-комнате, которая не имела ничего общего с той уютной комнатушкой, где они с Гермионой когда-то хорошо проводили время. Это помещение было величиною с большой собор, свет из высоких окон падал на город, окруженный высокими стенами, сложены они были из вещей, которые прятали в Выручай-комнате многие поколения обитателей Хогвартса. Здесь были проулки и широкие улицы, уставленные шаткими грудами развалившейся мебели, которую убрали сюда для того, чтобы скрыть свидетельства неудавшихся попыток волшебства или принесли жившие в замке эльфы-домовики. Здесь были тысячи и тысячи книг — вне всякого сомнения, запрещенных, либо исчерканных, либо украденных. Здесь были крылатые рогатки и кусачие тарелки, в некоторых еще теплилась жизнь, и они робко парили над грудами другого запретного хлама. Здесь были треснувшие пузырьки с загустевшими зельями, шляпы, драгоценные украшения, мантии, нечто смахивающее на драконьи панцири, закупоренные бутылки, чьё содержимое ещё продолжало зловеще поблескивать, несколько ржавых мечей и тяжелый, заляпанный кровью, топор.*       Но Драко не интересовали эти груды хлама, его целью был исчезательный шкаф. Малфой стоял возле него, всматриваясь в этот высокий, чёрный, зловещий кусок дерева, который был костью в горле. Он должен был починить шкаф, чтобы потом с его помощью впустить Пожирателей в Хогвартс. Иначе Тёмный Лорд убьёт его. И не только его: убьёт мать, а может и отца. Вот он — удел Пожирателя. Гермиона выбила из него последние капли самообладания, и теперь ему абсолютно не хотелось чинить этот шкаф, не хотелось быть правой рукой Тёмного Лорда. Он мечтал просто учиться в Хогвартсе, играть в квиддич, дружить, любить... И плевал бы он тогда на всех своих однокурсников, которые бы тыкали пальцем на него и его грязнокровую подружку. Это не имело бы никакого значения, не будь этого Волан-де-Морта. А сейчас, узнай кто, что Драко Малфой испытывает чувства к грязнокровке Грейнджер, так с рук ему это не сойдёт. Тёмный лорд в покое их не оставит. Лишь появится еще один весомый повод для шантажа.       «Я должен починить этот шкаф, должен... И убить Дамблдора... Должен», — острой болью отдавали эти мысли в его голове.       Сейчас Драко был одинок как никогда. Совершенно никто не мог разделить с ним это бремя. Даже Снейпу он не вправе всё рассказать, хоть тот настойчиво пытался добиться от него правды. Слишком опасно было посвящать его в свои планы. Снейп, очевидно, играл за два лагеря, но на чьей он стороне на самом деле, Драко не знал.       «Я сам со всем разберусь», — твёрдо решил Малфой, и его лицо исказилось в хмурой гримасе, скрывшей глубокую печаль.       Он скучал по Грейнджер. Воспоминания их горячей встречи согревали его в трудные минуты, но злили ещё сильнее. Он не мог проводить время с Гермионой, слишком опасно. Если она начнёт что-то вынюхивать, а она это сделает, все его планы канут в лету. Если ещё кто-то узнает про них с Грейнджер, у Тёмного Лорда не будет сомнений, что это он рассказал все Дамблдору, хоть это и не было правдой. Голова Драко разрывалась на части, он больше не мог думать, не мог отвечать за свои действия. Его глупая попытка отравить Дамблдора чуть не убила Уизли. У него больше не было права так оступаться, нужно было сосредоточиться на этом куске дерева и починить его. Это — единственный достойный план.

***

      Гермиона стояла в коридоре на пятом этаже, и тоскливо смотрела в окно. На улице стремительно таял снег, превращая белые глыбы айсбергов в маленькие озерки, ручейком стекавшие в водоемы побольше. Эта зима была удивительно снежной за последние годы. И неизвестно, удастся ли ещё раз насладиться этим временем года, ведь Волан-де-Морт креп с каждым днём, набирая в свои ряды всё больше и больше живых существ. Рано или поздно, война точно нагрянет и наверняка унесёт с собой множество невинных душ.       С тех пор, как Гермиона оставила Малфоя в Выручай-комнате, они с ним больше не виделись, лишь изредка пересекались взглядами в длинных коридорах замка, а на общих занятиях они садились как можно дальше друг от друга. Драко избегал её. Почему он так делал — неизвестно. Он явно был озабочен чем-то посерьёзней. И Гарри лишний раз не спускал с него глаз, подозревая его во всех возможных грехах. А Гермиона смотрела на уставшее лицо слизеринца и всё порывалась подойти, узнать, какие муки его терзают, но так и не решилась. Малфой выстроил вокруг себя плотную ауру, которую никто не решался нарушить.       «Узнать бы что его гложет, помочь», — думала Гермиона.       Вечером в гостиной гриффиндора друзья сидели и разгребали непочатый край домашней работы. Начавшиеся занятия по трансгрессии занимали остатки свободного времени. Рон жаловался на свою назойливую Лаванду, а Гермиону это жутко раздражало, ведь какой смысл встречаться с человеком, если он тебя так досаждает? Но она тактично молчала, не выпуская эти мысли за пределы своей головы.       Неожиданно в гостиной появились два домовых эльфа. Это были Добби и Кикимер. Выяснилось, они пришли к Гарри, чтобы рассказать ему о том, как продвигается слежка за Малфоем. Гермиона была в ярости от того, что Гарри устроил такой шпионаж. Но как ни кстати, информация, которую поведали эльфы, была ей нужна. Она узнала, что Малфой постоянно пропадает в Выручай-комнате. Что он там делал — было неизвестно, но очевидно — ничего путного. Наверняка, Тёмный Лорд снова поручил ему какое-то грязное дело, Гермиона была почти уверена в этом. Теперь гриффиндорка с твёрдым намерением собралась поймать Малфоя и вытрясти из него информацию. У Гарри эта новость тоже вызвала удивление, и его намерения были ещё твёрже. Он тут же схватил мантию невидимку и направился к выходу. Гарри наверняка что-то накопает на Драко, а Гермионе этого не хотелось. Лучше уж она сама что-нибудь разузнает. — Выручай-комната, когда в неё проникает Малфой, превращается в то, что хочет он. Значит, тебе не удастся пробраться внутрь. Так что, твои попытки будут пустой тратой времени, — серьёзным тоном проговорила Гермиона, пытаясь хоть как-то отговорить Гарри от этой затеи. — Ничего, я что-нибудь придумаю, — не восприняв её слов всерьез, ответил он и захлопнул дверь так, что Полная дама взвизгнула.       «Завтра же я поговорю с Малфоем», — категорично решила гриффиндорка.

***

      Гермиона сидела за завтраком и не спускала глаз со слизеринского стола, лишь изредка поглядывая на еду и друзей. — Ну что, Гарри, как вчера прошло? — поинтересовалась она. — Ничего путного. — Я же говорила. Лучше бы ты с таким энтузиазмом выполнял поручение Дамблдора. — Я и об этом успеваю думать, — закатил глаза Гарри.       Он почувствовал некую обиду, ведь обычно Гермиона всегда поддерживала его, помогала найти ответы на трудные головоломки. А сейчас её помощь была бы, как никогда, кстати. Но подруге явно не нравилась его затея.       Пока Гермиона беседовала с Гарри, она упустила из виду, как Малфой вышел из зала.       «Какая я рассеянная!» — позлилась девушка сама на себя. Но решила, что попробует выловить его позже.       Драко появился только на ужине. На этот раз, Гермиона выследила момент, когда он встал из-за стола и направился к выходу. Она тут же последовала за ним, держась на безопасном расстоянии. Слизеринец шёл к лестнице чтобы спуститься вниз, пройдя пару маршев, свернул в тёмный коридор, куда студентам обходимости ходить не было. Гермиона аккуратно скользнула за ним, но никого не увидела. Пройдя дальше по коридору, она заметила толстую колонну и медленно стала приближаться к ней, наконец, добравшись, осторожно прошла вперёд. — Ты что, слежку за мной устроила? — злобно проговорил Малфой, стоявший за колонной. — А есть другие варианты вытащить тебя на разговор? — возмутилась Гермиона. — И о чём же тебе так не терпится поболтать? — Ты странно себя ведёшь, Малфой.       Драко лишь фыркнул и закатил глаза. — Я кое-что знаю про тебя, — строго бросила гриффиндорка. — И что же? — спросил он, будто бы абсолютно не заинтересован узнать ответ. — Знаю, что Тёмный Лорд дал тебе поручение, — решила сделать ход конём Гермиона.       Малфой застыл от удивления, но мгновенно пришёл в себя. Наверняка, Грейнджер лукавит, то что Тёмный Лорд мог дать ему задание – для неё не новость. Но зная, что она вместе со своими дружками всюду суёт свой нос, то не исключено: она могла нарыть что-то более весомое. — Мда, Грейнджер. Вот уж новость, — небрежно ответил он. — И я знаю, что ты пытаешься выполнить его в Выручай-комнате!       Тут Драко уже не на шутку запаниковал. Откуда она могла знать про Выручай-комнату? Вдруг ей известно гораздо больше? Малфой схватил её за ворот школьного свитера, притянул, и начал угрожающе шипеть прямо в лицо: — Откуда у тебя эта информация?!       Гермиона была готова к подобной реакции, поэтому, её палочка уже была направлена в бок Малфоя. — Даже не пытайся. Ты меня этим не запугаешь, — уверенно проговорила гриффиндорка.       Малфой понял, что глупо её так держать, ведь они находятся в коридорах Хогвартса, и это будет выглядеть довольно странно, пройди кто мимо. Поэтому, он решил отпустить её. — Гарри об этом узнал. И я беспокоюсь за тебя, Драко, — тихо проговорила она. — Чёртов ублюдок, — сквозь зубы процедил Малфой. — Не выражайся так о моих друзьях в присутствии меня. — Грейнджер, от тебя одни проблемы!       Малфой уже хотел направиться назад к лестнице, как Грейнджер схватила его за запястье. Слизеринца как будто ударило током. Тёплым, мягким и согревающим душу током. Он остановился, повернулся к Гермионе и посмотрел на неё глазами полными печали. — Расскажи мне, — с мольбой в голосе проговорила она. — Не могу, — тихо ответил он. — Тогда.. тогда я всё доложу Дамблдору! — выпалила Гермиона, не найдя других слов продолжить тему. Она уже и не знала, чего хочет больше: узнать ответы на свои вопросы или просто побыть рядом с Драко. Но его руку она всё ещё держала. — У тебя нет доказательств, да и вообще, не думаю, что ты знаешь достаточно. — Драко, я могу помочь тебе, — со слабой ноткой надежды, прошептала она.       Малфой вздохнул, подумав, как было бы нелепо, расскажи он о своём деле Грейнджер. Она бы тут же побежала к Дамблдору. — Я же сказал, что не могу. — Ладно, — печально промолвила девушка. — Ну, я пошёл?       В ответ ничего не прозвучало. Гермиона не могла выпустить его руку, а Драко не пытался выдернуть её, они стояли так несколько секунд, в надежде что кто-то из них первый решит высвободиться.       Гермиона сделала шаг, вплотную приблизившись к Малфою, её рука медленно поднималась, направляясь к светлым волосам. Тонкие пальчики легонько коснулись мягкой челки, затем, поскользили вниз по щеке, заставляя уставшее лицо повернуться к ней. Гермиона вдруг поняла, что должна поцеловать его. Какое бы ни было у него задание, она должна его поцеловать, и плевать на всё.       Малфой не смел и двинуться, превратившись в шарнирного человечка. Гермиона встала на носочки и прикоснулась мягкими губами к его щеке. Поняв, что Драко был не против такого исхода событий, она принялась целовать его теперь уже в губы. Малфой ещё некоторое время не отвечал, лишь стоял как вкопанный, боясь вмешаться и всё испортить. А потом, он слегка отстранился, и жалобно произнёс: — Грейнджер... Я тебя ненавижу. Его хмурые брови и дрожащий голос выдавили все его эмоциональные переживания. — Я тебя тоже, Малфой, — шепнула она в ответ.       Драко схватил Гермиону за спину и прильнул к её губам, отдаваясь поцелую как самому последнему в его жизни. Ведь он не мог знать, удастся ли ему еще хоть раз вот так целовать ненавистную Грейнджер.       Гермиона, наконец, смогла заполнить эту пожирающую изнутри пустоту. Сейчас она была готова забыть обо всём на свете, чтобы провести с Малфоем хоть еще одну такую желанную ночь.       Они не отрывались друг от друга, теряя счёт времени. Этот поцелуй был раскаленным металлом, которым они прижигали гноящуюся рану, в попытке хоть как-то её обеззаразить. Но боли этот жар приносил больше, чем пользы. Поцелуй не был таким сладким и страстным, как в прошлый раз, он был горьким и влажным, и всё же, самым ценным из того, что у них было. Неизвестно, сколько еще продлился этот блаженный миг, если бы за спиной не послышался чей-то раздражённый кашель.