Театр Бауэри

      

***

                              Чуя устало прикрыл за собой дверь в квартиру, с тяжелым вздохом повесил пальто на вешалку, и прислушался на пару секунд, чтобы понять наличие кого-то еще в квартире. С облегченным стоном наконец снял с себя обувь, в которой проходил без малого двое суток. На улице зарядил обычный летний ливень, поэтому перед тем как пойти наконец в душ и спать, Накахара решил выпить горячего чая. Дома стало немного прохладно, а ведь днём ещё было пекло. Пока чайник нагревался, а заварка спокойно лежала на дне заварника и ждала когда ее зальют кипятком, Чуя снимал с себя портупею, ремень и рубашку, до комнаты было идти откровенно лень, так что вещи были брошены прямо на один из барных стульев. Чайник щёлкнул, а Накахаре кроме этого показался ещё какой-то стук, но прислушавшись он так ничего больше не услышал, поэтому списал это на утомленный заданием и последствиями этого задания мозг.Наконец залив водой заварку, Накахара с блаженным стоном сел на стул и отпил своего чая. Откинувшись спиной на стойку, он прикрыл глаза и наслаждался приятно-горячим чувством разливающимся у него по телу. Но наслаждение было прервано громкой дрелью входного звонка. Со стоном отчаяния и глухого раздражения, Чуя поднялся со стула и поковылял в сторону двери, про себя раздумывая, сразу бить в морду или всё же выслушать. В квартире снова послышался какой-то странный стук, но трель звонка полностью его заглушила. Накахара открыв замок резко отворил дверь, про себя подумав, что было бы просто зашибись, если бы дверь открывала наружу, а не внутрь, ведь можно было бы так удачно вмазать незадачливому визитёру. К слову, визитер этот было очень хорошо знаком хозяину квартиры, и стоял к сожалению целехонький и с насмешливым оскалом на лице. Чуя испытывал достаточно противоречивые чувства, ему хотелось то ли убить на месте этого «гостя», то ли упасть ему на грудь и уснуть. Но Чуя издал лишь тяжёлый вздох, потёр переносицу, отошёл с прохода в сторону и выжал в свой вопрос столько раздражения, сколько у него осталось.       — Ты снова потерял ключи? — Но к сожалению Чуи, опыт в игнорировании раздражения Накахары был больше, чем этого самого раздражения у Чуи, поэтому человек, так же улыбаясь, спокойно прошествовал мимо хозяина квартиры и разувшись направился прямиком на кухню. И уже оттуда, до закрывающего дверь Чуи долетел ответ.       — Нет, просто мне нравится бесить тебя, милый — Выругавшись, Накахара вернулся на кухню, чтобы лицезреть сидевшего за стойкой Осаму и гревшего руки об кружку с чаем.       — Ты хотя бы свое мокрое пальто снял, выглядишь как дворовая псина. — Чуя медленно прошел мимо стойки в гостиную, на диван, не забыв захватить свой чай.       — Но ты же всегда готов приютить бедного пёсика, а, Чу-уя? — Дазаю сидеть на неудобном барном стуле тоже было не в кайф, поэтому решив найти своей заднице более удобное место, он уже без мокрого пальто, сел прямо на колени Накахаре, отставив кружку на стеклянный столик. Чуя не ответив, притянул своего парня ближе, утыкаясь лицом ему прямо в шею и вдыхая родной запах. Осаму лишь весело хмыкнул и рукой начал перебирать рыжие волосы любовника, попутно немного массируя кожу головы. Когда уже Чуя начал откровенно засыпать, Дазай немного потянул его за прядь волос.       — Чу-уя, ты ведёшь себя так, словно не ты сегодня трахал мозги своим шестеркам, а они тебе, не хочешь рассказать что случилось? — Накахара в ответ лишь что-то промычал Осаму в укромное местечко за ухом. Но Дазай не был бы Дазаем, если бы утаивал свое шило в одном месте, поэтому оторвав от себя разомлевшего парня за волосы, и легонько прикоснувшись губами к губам рыжика, снова заговорил: — Чуя, ты же знаешь, что я от тебя так просто не отстану, так что говори сейчас и добровольно — Дазай поощрительно провел языком по закрытым губам Накахары, тот с усталым вздохом откинулся на спинку дивана, и уже сам зарылся пальцами правой руки в чужие волосы.       — Эти тупоголовые решили, что достаточно прослужили в Мафии, чтобы игнорировать вводную и приказы начальства, думали, что тут у нас мафиозная романтика, а они главные герои с аурой бессмертия блять, как итог — трое мертвы, пятеро на операционном, ещё двое с лёгкими повреждениями. Долбоебы. Мне пришлось за них всё дерьмо разгребать, включая устранения цели. Отчёты закончил только к гребаным пяти утра, а в шесть пришлось ещё и на ковер к Мори идти. На планерке повыбивал из остальных всё дерьмо, да только не уверен, что к следующему заданию нового не наберётся, писал новые отчёты, потому что двое очнулись, вернулся вот, — Чуя повернул голову в сторону, посмотрел на настенные часы, 20:46. — Двадцать минут назад, ещё и ты, блять, тут на мозги капаешь. — Накахара резко дёрнул за каштановые волосы партнёра, да так, что Осаму зашипел от боли, и раздраженно укусил Дазая за губу. На что тот лишь нахально ухмыльнулся и втянул Чую в полноценный поцелуй. Никто их них так и не услышал ещё один странный перестук в одной из комнат. Из этой комнаты тихонько выходит молодая девушка прислушиваясь к голосам доносящиеся из гостиной. Она тихонько пробралась к стене выслушивая, так сказать, местоположение этих двух голубков. И сдерживая смех, использовав свою способность просачиваться через предметы, сделав серьезное лицо она выглядывает лицом из стены, высматривая реакцию, на которую она надеялась, но реакции не было никакой. Поэтому она, выйдя из стены и забрав лицо обратно, зашла снова в свою комнату и полезла в шкаф с постельным бельём. Она взяла белую простынь и накинула ее себе на голову, вырезав дыру на месте лица. Далее она взяла черный плед и накинула его себе на плечи. После взяла черную гуашь и обмазала им свое лицо. Выйдя из комнаты, она снова проводит ту же аферу, что и десятью минутами раньше, проскальзывает сквозь стену в зал и тихо-мирно подходит к двум возлюбленным, резко кашлянув в кулак, она наконец-то дождалась реакции, и парни повернули головы в ее сторону. Она сложила руки в молитвенном жесте и самым одухотворенным и торжественным голосом, на которую была способна, произнесла — Здравствуйте, я монахиня из храма Святого Алукарда. Какого хрена вы здесь грешите?!       Девушка сидела на кресле напротив двух почти раздетых мужчин с большим синяком на щеке, а на полу лежала разбитая ваза, которой она и получила по морде. Рыжеволосый мужчина сидел сгорбившись и потирал большим и указательным пальцами переносицу пытаясь успокоиться — Зачем ты это сделала? — с небольшим раздражением в голосе спросил тот.       Девушка усмехнулась — Ну, а что вы здесь устроили в присутствии ребенка, а? — на лице появилась хитрая улыбка — Вон, идите к себе в комнату развлекайтесь.       — Вот же ж зараза мелкая, — с лёгкой улыбкой на лице произнес Осаму.       — А вот ма-ама вам головы за меня снесет, тебе, — обратилась Богдана к Чуе, — за синяк, а тебе, — обратилась та к Дазаю, — за обзывательства — рыжуля встала и почти в припрыжку поскакала в сторону кухни.       Накахара громко выдохнул. — Так, ладно. Давайте по комнатам. Завтра, так сказать, тяжёлый день. Нужно будет много чего сделать. — Посмотрел на настенные часы, — Хм, странно… Фемида ещё не вернулась…       — Она куда-то пошла по своим делам, скоро должна прийти, — ответил ему Дазай.       … Прозвучал душераздирающий крик молодой девушки при виде обмякшего тела её сестры лежащего рядом с трупом какого-то мужчины. Сердце словно замерло от этого крика. Она подбежала к телу, упала рядом на колени и стала истерически трясти за плечи и кричать её имя. Все кто был с Беатрисой так и остались стоять на том же месте с каждой секундой приходя в ещё больший шок при мысли о… Смерти.       — Папа! — позвала она того, — Помоги ей! Пожалуйста! Прошу тебя! Ей же ещё можно помочь! — на высоких тонах попросила Беатриса и взглянула в лицо отца, который уже сидел на корточках рядом и разглядывал лицо её сестры. А лицо той… Показало небольшую ухмылку, — Тише… Не кричи так., — прохрипела почти из последних сил обладательница тела. Заплаканная девушка посмотрела в лицо сестры и увидела чутка приоткрытые глаза смотрящие на неё, — Сестренка! Держись! Пожалуйста! Тебе помогут! — прокричала та прямо ей в лицо обхватывая руками её голову и плечи.       — Спасибо, — кашлянула кровью та, — Тебе… Всем… Вам, — прохрипела с перерывами и её глаза закрылись, голова обмякла в руках сестры, но на лице все еще осталась лёгкая улыбка. Девушка держащая уже мёртвое тело заплакала еще сильнее уже обнимая его. Рыжий парень снял шляпу с головы и приложил её к груди в знак большой скорби, а по щеке потекла слеза.       — Отец, — всхлипывая произнесла Беатрис, — Мы же—       — Нет, — перебил ее полуседой мужчина, — Мы ничем бы ей не помогли, она истратила всю силу своего дара, а также утратила жизненную силу. Она в любом случае не выжила бы. — Стараясь не показать сомнения в голосе, произнес мужчина. Что-то ему подсказывало, что его слова не совсем правда. Но другого он сказать и не мог, потому что сам не верил в свои сомнения.       … Слева от входной двери светлая прихожая, полка под головные уборы, пуфик куда можно было присесть надевая обувь, снизу небольшое отделение под обувь, справа отделение под верхнюю одежду. Пройдя пару шагов, справа от входной двери, дверь ведущая в комнату старшего брата, далее по коридору дверь в комнату близнецов, комната девушки, слева отдельно туалет и большая ванная комнаты. Напротив средней комнаты располагается гостиная. Два больших дивана в светлых тонах, стоящие напротив друг друга, по бокам два кресла, которые тоже смотрят друг на друга, посередине стеклянный журнальный столик, а под ним мягкий коврик. Напротив диванов у стены стоит телевизор на стеллаже, слева панорамное окно. Сзади находится просторная светлая кухня с барной стойкой.       Домой они пришли тем же составом, что и уходили: Беатриса, Осаму и Чуя. И у всех на лицах тоска вперемешку с опустошенностью. Они определённо не были готовы к такому повороту. Никто. Они прожили с ней большую половину жизни, ели вместе с ней, разговаривали, смеялись, гуляли, советовались… И тут такой удар. Больше нет этого человека. Они разошлись по комнатам, молча. Ни у ого не было желания обсуждать сегодняшний день после того, как передали тело отцу Беатрисы. Так они и провели день в тишине.       Время 19:51. Накахара решил отвлечься работой, взял свой ноутбук и плюхнулся на кровать. С уставшим видом открыл его, и на телефон пришло уведомление о приходе сообщения. Которое было отправлено в назначенное время.       — Господи…- подумал Чуя, — ну кому что надо от меня, — вяло взял в руки телефон и разблокировал, — сейчас не самое подходящее время… — увидел сообщение от Фемиды и тут же напрягся. Тело пробрала дрожь. Кожа покрылась мурашками.

                  «Вечер добрый:) Наверное, ты это читаешь когда я уже мертва… Поэтому, я хотела бы извиниться за столь внезапное происшествие «: D Моя смерть была необходима «:) если бы я не стала этого делать… Поверь, было бы еще хуже. Надеюсь, ты не в обиде на меня ни на что:)

И ещё! … Последи, пожалуйста, за девочками в моё отсутствие. Береги их… И себя тоже. Я не очень хочу встретить кого-то из вас в ближайшее время ТУТ. Хорошо кушайте, не пейте много (!), и не болейте:)»

      Накахара шумно вздохнул, и выдохнул через рот в попытке успокоиться. Это было неожиданно. Глаза на мокром месте. Откинул телефон с ноутбуком в сторону и зарылся руками в волосы больно сжимая их.

***