Сейчас. И завтра. И послезавтра.

— Приятно познакомиться, — Бун складывает руки в приветственном жесте и немного натянуто улыбается, — ты можешь звать меня просто Бун. Без всех этих занудных приставок. — Здравствуй, просто Бун, — Прем зеркалит жест и улыбается так широко, что его глаза становятся похожи на два тонких полумесяца, — на своих фотках в инстаграме ты казался выше. Имеешь привычку фотошопить снимки? — А ты на фото казался тоньше, — тут же машинально парирует Бун, — имеешь привычку есть всё, что не приколочено? Повисает пауза. На периферии шумно знакомятся Саманта и комично крошечный на её фоне Флюк, и их сумбурный обмен любезностями отвлекает внимание всей команды от того, как Буна заливает краской от стыда. Бун чувствует себя до крайности глупо, потому что им с Премом жизненно необходимо поладить перед началом съёмок и избавиться от неловкости и смущения, а он, кажется, только что умудрился всё испортить. — Нет, просто имею привычку есть то, что хочется, — Прем, секунду назад придирчиво оглядывающий его с ног до головы, расслабленно зевает. — Извини, это было грубо, — бубнит Бун и дергано лохматит пятерней тёмные волосы на макушке, — я сейчас нервничаю и несу полную чушь. — Всё нормально, мне нравится быть таким, — Прем звонко хлопает себя ладонями по пухлым щекам пару раз, — можешь дразнить, если это поможет тебе. Ну, знаешь, войти в образ. Вин же в драме такой колючий, и дерзкий, и смелый. И всегда подкалывает Тима. — Он, сморщившись, оборачивается на очередной громкий восторженный возглас Саманты за спиной и произносит невнятно, — тем более со времён кастинга я и правда немного набрал из-за халявных Лэйс . Щеки вышли из-под контроля. И смеётся. И смех этот звонкий, солнечный, как погода в Бангкоке, и заразительный. Напряженный и натянутый до этого словно струна Бун тоже расплывается в улыбке и чувствует, как уходят из его тела понемногу скованность и стеснение, как расслабляются скованные тревогой мышцы и разжимаются судорожно сжатые пальцы на руках и ногах. Он неожиданно даже для себя самого подходит к Прему на шаг ближе и бесцеремонно хватает его за щёку. Мягкую, удивительно податливую и немного влажную от пота. Сжимает хорошенько и тянет в сторону, пока Прем, зажмурившись и забавно насупившись, не начинает возмущенно пыхтеть и несмело бить его раскрытой ладонью по запястью. Бун завороженно кладёт вторую руку ему на лицо и аккуратно тычет чуть ниже скулы. Туда, где отчетливо видна россыпь старых шрамов от плохо залеченных прыщей. Очень трогательные щеки, так и манят пощупать. Прем недовольно мычит и вертится, за его спиной кто-то хихикает, и следом Буна слепит вспышкой от камеры чьего-то телефона. Он часто-часто моргает и будто просыпается, рывком выныривая в реальность. Все вокруг смотрят на них, и это скорее неприятно, чем стыдно, Бун дёргается и отнимает, наконец, руки. Не зная куда их деть, стоит немного в растерянности и в конце концов прячет горящие огнем ладони в задние карманы шорт. — Давай сходим куда-нибудь поедим. Только вдвоём. — говорит он, озираясь и перекатываясь с пятки на носок. — Поболтаем, узнаем друг друга получше, может, прогоним пару сцен по сценарию. Я угощаю. — Сейчас? — озадаченно уточняет Прем, растирая розоватые щеки. — Это что, свидание? — Сейчас, — кивает Бун, пытаясь игнорировать восторженный гул коллег, — и завтра мы сходим вместе позавтракать. А послезавтра на ланч, после послезавтра можно, пожалуй, погулять в парке… — Так ты меня приглашаешь на свидание? — перебивает его нетерпеливо Прем. Бун тушуется и снова нервно треплет волосы. Он, всегда чуткий до интонаций и полутонов, ощущает тут какой-то подвох и осторожничает, будто ступает по мокрой гальке на диком незнакомом пляже: — Это деловая встреча, не более. Не подумай ничего… такого. — То есть за руки мы держаться не будем? — прищуривается Прем и вскидывает подбородок. — И никаких билетов в кино на места для поцелуев? — Нет, — Бун вскидывает ладони и отрицательно мотает головой, — конечно, нет. Только работа, анализ наших персонажей, совместное чтение сценария. Понимаешь, мне проще, когда… — Тогда я сам, — обрывает Прем и скрещивает руки на груди. — А?.. — Бун так и замирает на полу фразе с глупо раскрытым ртом. Вне поля его зрения вся их съёмочная группа, кажется, даже не дышит, следя за их чудным диалогом. — Приглашаю тебя на свидание, — пожимает Прем плечами, — сейчас. И завтра. И послезавтра. Слабое сердце Буна пропускает удар. — Но ты угощаешь, — Прем всё же отводит взгляд. По его таким манящим пухлым щекам неотвратимо расползается румянец. Он захватывает кончики ушей, шею и спускается за глубокий ворот ярко-оранжевой майки, раскрашивая грудь. Слабое сердце Буна пропускает удар, а затем стремительно набирает ход.