Живая Тень, или Вторая роль Бейзила с Бейкер-стрит (трилогия)

|~слоган• ❜Мы ценим, когда теряем❛ |~пролог• Лондон; 21 июня, 1897 год Серые густые тучи, уже давно порванные из-за дождя, неаккуратными отшмётками повисли над городом. Редкие кареты с негромким хрустом неторопливо плыли по дорогам, а вот запряжённые лошади порой разносили шум на весь тёмный Лондон. Лишь в некоторых домах сверкали золотистые от включённого света окна. Зато столбы с фонарями смирно выполняли свою ночную должность по освещению столицы Британии. По воздуху ударили громкие и чёткие раскаты колокола. Высокая стройная башня с часами, с вершины которой был виден весь город, уведомляла жителей о наступлении рассвета: 6 ударов Биг-Бена — 6 часов утра. Казалось, что от грозного рокота часовни под мостом задрожала вода, начав слабо биться о мощные столбы Тауэрского моста. Бледная дорожка Темзы блестела под расползающимися тучами, что постепенно высвобождали из своего заключения светлеющее небо. Слабое течение выталкивало на песочный берег мелкие волны воды, которые лизали редкие небольшие камни, что ещё не успели высохнуть после недавнего дождя. Отчаянно хватаясь цепкими коготками за рыхлый влажный песок, ночница пыталась как можно скорее выползти из реки. Маленькое серое тело трепетало после холодной воды, а колючие мурашки вздыбили шерсть. Упераясь крыльями в землю, летучая мышь выкашливала из лёгких воду, с каждым вздрагиванием теряя всё больше сил. Фиджет едва остался живым после падения в реку с большой высоты; на его счастье, отчаянно размахивающиеся слабые крылья смягчили падение, и мелкий хищник не разбился. Выбраться из самой реки было куда сложнее. Прокашлявшись, Фиджи обессиленно перевернулся на спину, уставив жёлтые глаза в утреннее небо. Прохладный ветерок моросил существо рукокрылого, заставляя того незаметно напрягаться. Ещё раз вдохнув в грудь воздуха, серый, наконец, расслабился, понимая, что остался жив. Приподнявшись на пока ещё дрожащие лапы, поддерживая себя крыльями, Фиджет предпочёл осмотреться по сторонам — нужно знать, куда его вынесло волной. Поправив шарф, дабы уберечь шею от ветра, ночница принюхался к воздуху. В ноздри ударил до жути знакомый запах, который Фид бы никогда не забыл. —Босс! —хрипло выкрикнул тот, бросившись на задних лапах и крыльях в сторону тёмного силуэта, который закрывался рассветным туманом. Достаточно шустро приковылял с протезом к крупному комку, который сейчас выглядил как-то... не очень...? Лилово-дымчатый бандит вскинул голову с огромными потрёпанными ушами вверх, на небольшой камень, на котором лежала тяжёлая туша крупного тёмно-палевого грызуна. Ретиган с каким-то нервным и тяжёлым кряхтением лежал на камне, вздыбливая спину от каждого вздоха. Острые длинные когти беспощадно скребли по булыжнику, оставляя на нём едва заметные следы. Пожалуй, это всё, что сейчас мог делать крыса, у него даже не хватало сил поднять тяжёлый хвост, —Что... что с Вами? —удивился и при этом испугался рукокрылый, не понимая, какая сила так искалечила столь мощного и страшного зверя. —Фиджет...—раскрыл пасть грызун, но голос его звучал так же глухо, как и попытки глотнуть воздух, —Помоги мне... —видимо, сквозь гордость, попросил здоровяк, —Найди наших. —Оу, да, босс, конечно! —щебетал ночница, готовый расправить крылья и взлететь, если бы только одно из них не было перебитым, —То есть... нет, —на миг замявшись, отрезал хищник. —Это ещё почему?! —если бы у крысы было больше сил, он бы прорычал голосом  возмущения. —Вы предали меня, —обидчиво скрестив крылья у груди, объяснял Фид, —Вы выбросили меня за борт, на верную смерть! —Фиджет, проклятье... —недолго помолчав, продолжил кряхтеть Парадик, словно чувство унижения, давимое гордостью, мешало ему вспомнить и признать совершённое. —Раз Вы так обращаетесь со своей прислугой, то я увольняюсь! —твёрдо выпалил летун, гордо задрав нос. Демонстративно повернувшись спиной к  бывшему хозяину, Фиджет важной походкой направился в противоположную сторону, хотя сам не проложил свой маршрут, а хотел лишь уйти на показ. Внезапно до длинных ушей хищника донеслись хлопки и свист, которые заставили рукокрылого замереть. Не успел Фиджи поднять голову на небо, к источнику звука, как он тут же чуть сам не взмыл вверх на сломанном крыле. Услышанный крик крупной птицы, эхом опустившийся наземь, тут же добавил энергии в тело летучей мыши: не прошло и секунды, как ночница подскочил на месте и развернулся в обратную сторону, принявшись активно перебирать лапы и крылья. Юркнув в открытую, давно брошенную людьми банку из-под краски, Фиджет прижался ко дну сосуда, накрыв всё своё крохотное туловище широкими крыльями, лишь тихим скрежетом зубов выдавая своё присутствие. Мгновением оборвав свою дрожь, навострив уши, летун прислушался к происходящему снаружи: только шелест воды, заглушённые ржания тяжеловозов да нервное шипение профессора. Осторожно высунувшись из горла банки, испугано осмотрев бледнеющие тучи, Фид вновь спрятался, но на этот раз не так глубоко. Коршун, кидая внимательный и голодный взор наземь, проскользил над землёй на широких мощных крыльях, которые, словно стрелы, держались прямо и прочно. Выбор опасного хищника остановился на воде. Коршун за мгновения стрелой бросился вниз, проскользил над Темзой и снова поднялся вверх, хлопая страшными крыльями, уже зажав в крепких когтях голову рыбы, которой оставалось только барахтаться в лапах,  понимая, что никакого положительного итога здесь не будет. Фиджет с ужасом представил, как мог и сам оказаться в этой смертоносной хватке. Но, похоже, эта птица больше предпочитала рыбу, чем млекопитающихся, ведь Парадик так и остался лежать на том камне. Всё ещё с опаской выползая из банки и оглядываясь, Фид заметил только упавшее бурое хвостовое перо коршуна, которое не несло никакой опасности. Кинув любопытный взгляд на профессора, летун только сейчас заметил, что у того вся одежда была порвана, алые струйки сползали с тела и клочки шерсти свисали колтунами. И всё же... где он побывал? —Этот тип чуть не сломал мне спину, —сквозь оскаленные клыки прошипел Парадик. Попытавшись приподнять громозское тело, он так и не смог сделать это, —Но чуть не погиб я не из-за него, —честно признался бандит в том, что он умудрился оказаться на шерстинке от смерти. —А... а из-за кого...? —загорелся интересом ночница, устроившись на песке, недалеко от камня с крысой. Кто же смог так потрепать профессора Ретигана, если не тот страшный коршун? Было непривычно видеть этого грызуна в таком состоянии, словно перед пятаком Фиджета был вовсе не босс, а всего лишь жалкая пародия... Хотя, даже на пародию он не был похож. Ну не мог же с ним это сделать... —Бейзил! —с резко объявившимися силами вырвалось из глотки крысы вместе с ненавистным рыком, —Да! Этот проклятый сыщик  чуть не отправил меня на тот свет! —с яростью ударив лысым длинным хвостом по камню, прокричал профессор, выпуская из себя всю злобу и ненависть, которые даже придали крысу немного сил: тот смог напрячь передние лапы и приподнять корпус. Что? Как? Как этот щуплый и мелкий мышонок смог противостоять этому здоровому и сильному бандиту?! Ладно Фиджет побаивался Бейзила, но как Ретиган мог сломиться? Но сейчас Фиджи больше пугали не эти мысли, а поведение профессора: тот с оскалом, растопыренными пальцами, поднятой шерстью встал на булыжнике,  выпрямив наполнившееся крепкостью тело. В гневе босс всегда был страшнее, чем с обычным настроем. Колени ночницы опять заколебались. —Когда я падал со стрелок Биг-Бена, я не мог поверить, что это всё по вине Бейзила... —рассказывал Ретиган, и Фид расслышал явный стыд в голосе хозяина, —Попутно меня схватил тот коршун. К счастью, он оказался неопытным охотников, поэтому мне удалось спастись от него, сбежав из гнезда, —вспоминал крыс, поглядывая на небо, в котором только что летала опасная птица, и с той высоты палевый чуть не попращался с жизнью, —Я даже смог задать ему трёпку, —через плечо обернувшись на своего лакея , более спокойно, но бодро продолжал грызун. Теперь-то рукокрылый заметил, что смотрел на него профессор лишь одним глазом — веко второго было исцарапано. На вряд ли глаз остался целым, —Поэтому этот юнец больше не осмелился раскрывать клюв на меня, —голос и слова крысы ясно сообщали, что силы возвращались в потрёпанное тело. —Выходит, Вы чуть не погибли... —продолжал удивляться Фиджи, —Но Вы выжили! Вы молодец! —натянув неловкую улыбку, хотел подбодрить летун грызуна. На это Ретиган не дал ответа. Он лишь смерил своего помощника равнодушным взглядом и перевёл взор куда-то в сторону, наверно, туда, где высилась часовня, которая теперь всегда будет напоминать бандиту произошедшее на циферблате. Крысиный хвост ударил по мокрому от дождя песку, разбрызгав комки песчинок, одна из которых попала на морду летучей мыши. Быстро стрехнув песок с морды, ночница, проморгавшись, вернул глаза на камень. Однако профессора на нём уже не было. Крыс забрался на застрявшую между двумя булыжниками ветку от дерева. Разорванные лоскутки плаща затрепетались в волнах ветра, а когти на задних лапах крепче впились в мокрую кору, ладони сжались в кулаки, из-под губ показались белые клыки. Профессор снова был полон сил и ярости. Вот таким Фид и помнил его всегда! —Первый блин комом, —произнёс бандит, кидая задумчивый взгляд в землю, —Бейзил ещё успеет почувствовать всю мою ненависть. На этот раз спасения ему не будет...Не будет! —повысил тон палевый, —Довольно импровизации, теперь я буду готов....Фиджет, стоит же учиться на своих ошибках? Я запомню эти слова! И воспользуюсь ими. В следующий, совсем скорый час, Бейзил не улизнет от моей ненависти. Больше ни ему, ни его жалкой семье не будет покоя. Слушая говор крысы, Фиджет и сам загорался энергией, мотивацией, предвкушением. Хоть он не видел своими глазами того, что происходило с боссом прошедшей ночью, он был уверен, что Ретиган справится с поставленной целью и исполнит свой мысленный приговор для своего врага. Летун уже совсем забыл про то, что профессор в открытую наплюнул на него там, на дирежабле, готовый избавиться от своего прислуги, лишь бы добиться собственной цели. Всё внимание крылатого было на планах профессора. —Да! Да-да-да! Вы сможете, босс, сможете! —Найдем наших, Фиджет, —вспомнил про него грызун, —тех, кто остался на свободе. —О да, хозяин! Найдём! Вс-е-е-е-х найдём! —Отныне я буду, как тень: я не сразу выдам свои планы. Пусть Бейзил и не думает расслабляться. Хоть и считает меня мёртвым... —негромко прошипел главарь, и единственный глаз его налился кровью нетерпения и жажды мести. Надёжнее устроившись на ветке дерева, Ретиган во весь рост выпрямился, держась окрепшими задними лапами. Втянув свежий утренний воздух, по морде крысы расползлась зловещая улыбка, будто босс почувствовал в воздухе тёплую кровь Бейзила, которая должна скоро пролиться. Напрягая голосовые связки, профессор Парадик Ретиган издал раскатистый, как гром, но устрашающий, подобно хищнику, смех, что эхом разнёсся по всему берегу Темзы в большом Лондоне.  |~введение• ↳Прошло около полу года с тех пор, как знаменитого и пугающего профессора Парадика Ретигана поставили на место. Об этом много писали в статьях и говорили на улицах, и вся страна с искренностью благодарила героя, сумевшего избавить нас от этого злодея... Великий мышиный сыщик, тот самый, о котором мы столько слышим в СМИ, известный детектив и мой лучший друг. Уверен, вы многое слышали о его важной и ответственной деятельности. А знаете ли вы о нём что-то больше? То, чего нет в газетах, на радио или в разговорах окружающих? Вторая жизнь этого великого сыщика...Меня зовут доктор Девид Кью. Доусон, и я начинаю свой новый рассказ о Бейзиле с Бейкер-стрит  ̖́- |~вдохновение• ♪Композиция: Reconstructing Science Remix< ♪ OST:  Портал 2<