Война продолжается

Двигаясь на север, Солдат добрался до Сент-Луиса, преодолев половину штата Миссури. Город был довольно большим и затеряться в нём оказалось довольно просто. Решив задержаться здесь на некоторое время, Солдат снял однокомнатную квартирку в не самом благополучном районе. Заплатив арендную плату на два месяца вперёд и даже не продемонстрировав поддельные документы, Зимний обзавёлся временным жилищем. В подвале дома оказался небольшой спортивный зал с секцией для бокса и Солдата магнитом туда потянуло. Он договорился с хозяином, что за отдельную плату, что будет заниматься там ночью. Фрэнк, сухопарый мужчина с лицом бывшего военного, согласился пускать туда Солдата, заметив, что тот прячет от посторонних левую руку. Опознав в Зимнем бывалого вояку, он, попросив только ничего не ломать, дал добро, вручая ему ключи. Надев перчатки и замерев напротив груши, Зимний глубоко вздохнул и, выдохнув, нанёс первый удар, вложив в него немало силы. Груша дрогнула, от удара осталась вмятина, но она не упала. Ободрившись, поняв, сколько сырой силы он может вкладывать в удар, Зимний начал молотить грушу. Тело покрылось потом, кулаки приятно ныли, а в голове образовалась приятная пустота. Вспомнились многочисленные бои, тренировки, противники на ринге. Солдат вспомнил, что он был трёхкратным чемпионом по боксу в полусреднем весе. Вспомнил, как обучал боксу тощего сопляка, который был его лучшим другом. Сопляка, который стал Капитаном Америка. Позже Зимний сидел в пустом зале, опираясь спиной о сваленные под стеной боксёрские груши и, прикрыв глаза, вспоминал, сколько времени тратил в подобных залах. Запах пота, звук ударов, скрип кожи — всё это казалось таким привычным. Солдат позволил себе выдохнуть и осознать, что он — не только Зимний Солдат, но и Баки Барнс, который любил бокс, любил, когда сопляк Стиви устало прислонялся спиной к его боку и стонал, что он умирает и в этом, его, Баки, вина. Солдат вздрогнул, вспомнив, как стрелял в Капитана Америку, бывшего его целью, как уже Стив поднимал ту чёртову балку и спасал его. В голове зашумело, а перед глазами потемнело. Эти воспоминания причиняли дискомфорт. Прошло уже несколько недель с тех пор, как Зимний жил в Сент-Луисе. Ночами он пропадал в зале боксируя, днём же подрабатывал в портах Миссисипи, ведь город был третьим речным портом страны, так что потребность в рабочих руках, не гнушающихся чёрной работы, была ощутима. А Солдат вспоминал, как работал в доках, ещё в том далёком Бруклине, которого он почти не помнил. Память была фрагментированная и это чаще мешало, чем помогало. С другой стороны, Зимний был рад, что не помнил всех тех, кого убил. Однажды Солдат посетил Сент-Луисский художественный музей. Недавно он вспомнил, как лежал ночью в кровати со Стивом, находясь в промозглой квартирке последнего, слушал его мечту, что однажды, когда он закончит Академию и заработает достаточно денег, то посетит этот музей. Солдат не знал, исполнил ли Стив мечту, но сам решил посмотреть музей. Произведения искусства были неинтересны, ему больше нравились простые рисунки карандашом, на которых мелькали городские пейзажи Бруклина, но чаще его собственное лицо. Он помнил скрип карандаша Стива, помнил, как тот грел о него свои ступни, как жался к груди в поисках тепла... Боксёрская груша жалобно качалась от его ударов, силы в которые сегодня он вбухал немерено. Он был раздражён, бесился от мыслей-воспоминаний, всё ещё растерянный из-за того, что не знал, как ему теперь просто жить дальше. Удары сыпались градом, пот стекал по спине, кофта прилипла к телу, но Зимний не рисковал обнажаться, опасаясь, что кто-то увидит его левую руку. Серия джебов, свинг, кросс и напоследок его фирменный хук — боковой удар левой. Со скрежетом и грохотом груша упала на пол, рассыпав песок. - Как всегда не рассчитываешь удар левой, Бак? - негромкий голос за спиной. Зимний резко развернулся и замахнувшись, попытался ударить неожиданного гостя хуком правой, но его кулак спокойно поймали — удар не достиг цели. Солдат занёс левую руку для удара, но его противник сделал шаг вперёд и прислонился лбом к его лбу, тёплое дыхание коснулось уха. Зимний замер, не зная, что делать: оттолкнуть или прижать сильнее. Стив же не мучился и просто обнял его, с силой прижимая к себе. Зимний знал, что может вырваться, приложив силу, но почему-то не делал этого. Он стоял, дыша через раз и боялся пошевелиться. Время для него замерло. - Как ты нашёл меня? - Зимний сделал шаг назад и ему позволили сделать это, легко разорвав объятие. - Ты ходил в музей, Бак, в тот, который я хотел давно посетить, - Стив смотрел прямо в глаза и был спокоен, аки Будда. Зимний не знал, откуда это сравнение, но почему-то был уверен, что это только внешне. Стива выдавали глаза — в них бушевал настоящий ураган. - Я искал тебя, был в сотнях городов, был в Балтиморе, Мемфисе, неделю назад приехал сюда. Мне просто повезло. - Не верю, - Солдат говорил холодно, он не знал, что ему делать, эмоции, доселе незнакомые ему, разрывали его на части. - Хоть ты привык быть Зимним Солдатом, но внутри ты всё тот же Баки, а уж его, я знаю как облупленного. Ты был здесь, получил в Сент-Луисе свой первый чемпионский пояс. Здание, где проходили бои расположено в конце этой улицы. - Я не Баки Барнс. Он умер, - голубые глаза замораживали. - Но ты и не Зимний Солдат. Можешь обманывать кого-угодно, но не меня. Мне плевать, кем ты себя считаешь, ты по-прежнему мне дорог. Ты единственный, кто что-то значит для меня. Помнишь? Я с тобой до конца. - Ты идиот, - Зимний сделал шаг назад. Он не мог повернуться спиной к человеку перед ним. - Возможно, - взгляд голубых глаз из-под отросшей чёлки был полон лукавства. - Ты не единожды говорил мне это. - Забудь. - Не смогу, не умею отпускать, - Стив шагнул вперёд, но Солдат отступил на шаг. - Я рискнул всем и пошёл в одиночку на базу в Азано. Ты думаешь я отступлю сейчас? - Я жив, здоров и мне ничего не угрожает. - Кроме самого себя. Я знаю, о чём ты думаешь. - Ты ни черта обо мне не знаешь, сопляк! - прорычал Зимний и попытался ударить Роджерса, но тот увернулся. Серия быстрых ударов, уклоны, блоки, замах левой, но кулак перехватили. Резкий рывок вперёд, шаг Стива и вот Зимний снова чувствует тепло чужого тела. - Так позволь мне узнать, Баки, - прошептал Стив. - Какой к чёрту Баки? - прокричал Солдат и вывернувшись, ударил Роджерса. Тот не уклонился, смотрел по-прежнему прямо и в упор. - Мой Баки, - рывок, Стив перехватил кулак и, подавшись вперёд, поцеловал Зимнего. Солдат замер, не зная, как реагировать, а чужие губы уже ласкали его собственные. Он приоткрыл рот инстинктивно и чужой язык тут же проник внутрь, касаясь его. Зимний вздрогнул и выдохнул в чужие губы. Поцелуй был мягким и неторопливым, Стив не давил на него, не принуждал, просто ласкал его губы, наслаждаясь мгновением. Скольжение языка по губам, шорох ткани и едва ощутимое движение воздуха. Зимний Солдат в одиночестве стоял посреди зала, лишь листок бумаги лежал под ногами. Склонившись, он поднял бумагу и, развернув её, оторопел: на рисунке был он — не Зимний, не Баки — они оба. Половина человека была в экипировке Зимнего, левая рука со звездой, длинные волосы и мёртвый взгляд; вторая половина была облачена в полевую форму Барнса, коротко стриженные волосы и мягкая счастливая улыбка. Лицо — одно и то же, отличался только взгляд. На рисунке был он сам. В самом низу был набор цифр, в котором Солдат опознал номер телефона. Стив ушёл, бросил. Нет, понял Барнс, мелкий нашёл его, дал возможность обнаружить себя и оставил свободу выбора, возможность, самому принимать решения, а не навязывал свои. Предоставил время разобраться в себе, готовый поддержать в любом случае. Дал возможность стать тем, кем он хочет. Боксёрские перчатки упали на пол, рисунок был спрятан в нагрудном кармане. Спустя несколько секунд свет в зале погас, а Призрак растворился в ночных тенях. Стив смотрел, как Баки вышел из зала и, оглянувшись, быстро скрылся в переулке, мелькнув смазанной тенью. Ему было чёртовски больно отпускать самого дорогого человека на свете, сердце разрывалось в груди, но он заставил себя отпустить. Нынешний Баки долгие годы был лишен права выбора и возможности самому принимать решения. Он не мог воспользоваться им и навязать своё мнение. Хотя Стив безумно хотел прижать Баки к себе до треска в рёбрах, целовать до умопомрачения, вдыхать его запах и слышать тихие вздохи. Хотел до безумия, до дрожи в коленях, но отпустил. Не имел права удерживать. Он даже не поставил жучок, не желая подрывать то хрупкое нечто, что между ними возникло. Впервые за долгое время Стив Роджерс отступил. Он замер, увидев, как следом за Баки двинулись две тени. Стив бесшумно последовал за ними. Двое мужчин застыли на противоположной стороне улицы, где в одном из домов скрылся Барнс. Значит, эти двое следили за ним. Внутри поднялась волна злости. Он не позволит больше никому навредить Баки. Бесшумно подкравшись, он схватил двух мужчин за шеи и банально стукнул их головами друг об друга. Те попытались вырваться и атаковать, но он нанёс им несколько молниеносных ударов и вырубил, понадеявшись, что они не успели рассмотреть его. Оба явно были тренированными бойцами, но не были равным суперсолдату. Присмотревшись, Стив обнаружил, что лица ему знакомы. Голубые глаза широко распахнулись в удивлении: перед ним были Александр Каин и Александр Авель, бойцы Страйка, личные щенки Рамлоу — последнего хендлера Зимнего Солдата. Значит, он выжил и ему зачем-то понадобился Баки. Что ж, он проследит, чтобы им не удалось его найти. По крайней мере постарается, ибо влипать в неприятности Баки умел едва ли не лучше многих, почти как он сам. Убедившись, что в этот раз Баки ушёл и никто не сел ему на хвост, Роджерс позволил себе выдохнуть и, последовав примеру Барнса, растворился в ночных тенях. «Я нашёл его», - отправил Стив сообщение Сэму, оказавшись внутри комнаты мотеля. «Как он? Вспомнил хоть что-то?» «Вспомнил самое главное, а с остальным разберёмся по ходу». «Что ты планируешь делать дальше? Мне готовиться к эпичному возвращению Капитана Америка?» «Нет, он в бессрочном отпуске. И подумывает об отставке». «Всё настолько серьёзно? Ладно, ты сам разберёшься. Но ты всегда можешь на меня рассчитывать». «Спасибо». Стив смотрел на рисунок в своих руках. На нём был Зимний Солдат в полной боевой экипировке, только без очков. Его глаза были пусты, а тело выдавало в нём идеальное оружие — сплошные мышцы и сталь. Суперсолдат. Оба оба были созданы для войны, но как же хочется покинуть поле боя и вернуться домой... Голубые глаза закрылись и Роджерс ссутулился от беспомощности. Он пока что ничего не мог изменить и было очень трудно отпустить Баки, но он смог, веря, что однажды тот сам к нему вернётся. Верил, потому что только эта вера давала ему стимул жить. Собравшись с духом, Стив решил наконец-то сделать то, что следовало уже давно: рассказать всё Тони. Тот имеет право знать. Спустя два дня они встретились в небольшой закусочной, в одном из небольших городков всё того же Миссури. Сидящий напротив него гений, миллиардер и т.д. был одет в обычные джинсы и футболку с принтом одной из любимых групп. Тони с огромным удовольствием поедал пончики, заказав штук десять с разными вкусами и медленно пил кофе из высокого бумажного стакана. Он уже и забыл, что у Старка просто феноменальная способность чувствовать себя на своём месте где угодно и в самых необычных условиях. Если хотел этого. Некстати вспомнился Говард, который тоже мог терпеть любые неудобства, но если появлялась возможность, делал всё, чтобы получить желаемое. Вспомнить даже то пресловутое фондю. - Мне, конечно, безумно приятно лицезреть твою патриотическую рожу, Капитан Сосулька, но ты же не просто так позвал меня в этот край географии, - несмотря на шутливый тон, Стив видел, что Старк серьёзен как никогда. - Прогуляемся? - Роджерсу было не просто сказать Тони то, что собирался. Тот пожал плечами и прихватив парочку пончиков и ненаглядный кофе, последовал за ним. Стив сел на берегу небольшой реки, Тони спокойно присел рядом, уставившись на гладь воды и не торопил Роджерса, видел, что тому не просто решиться на что-то. - Ты наверняка уже знаешь о том, как прошло «Озарение» и о его последствиях. - Конечно, знаю. Более того, знаю даже то, что Романова не слила в сеть. - Тогда ты уже в курсе, что у Гидры был свой суперсолдат. - Видел его дело, вернее, те пару строк, которые хранились на серверах. Что-то мне подсказывает, что там не всё, но Джарвис не нашёл больше ничего. Знаю, что он уже в возрасте, судя по некоторым записям, ведь Штаты перекупили его у советов, а это когда ещё было. Имени его я не знаю, увы, - Тони выглядел недовольным. Он терпеть не мог оставаться не у дел и не знать чего-то, что ему интересно. - Те немногие сведения, которые были о Зимнем, хранились в бумажном варианте и прятались очень тщательно. Первый этап создания Зимнего Солдата был проведён ещё во время Второй мировой, - Стив увидел удивлённый взгляд Тони. - Позже Зимний попал в руки советов и эксперимент продолжили, за ним стоял знакомый нам обоим Арним Зола. - Значит, он приложил руку и ко второму суперсолдату, - начал понимать Старк. - Думаю, именно он разработал тот протез. - Вероятно. Но проект Зимний Солдат существенно отличался от моего, главным требованием было полное послушание объекта и высочайшие показатели всего: физических параметров, выполнения миссий — чего-угодно. Чтобы подчинить себе Зимнего, к нему применяли пытки, психопрограммирование, зомбирование, электрошок, стирание памяти и много другое, что даже в кошмарном сне присниться не может. Человек, которым когда-то был Зимний, просто был стёрт программой Гидры, они добились цели и создали собственного ручного киборга, машину, без чувств, эмоций, собственных желаний и мыслей — идеальное оружие. Им управляли с помощью психокодирования, слов-триггеров, которые делали его безвольной и абсолютно послушной воле хозяина марионеткой. Почти после каждой миссии, иногда, если личность человека просачивалась на ружу, его обнуляли — с помощью электричества и специального устройства прожаривали мозги, стирая остатки личности. Когда он не выполнял миссию — его хранили в криокамере, как кусок замороженного мяса. С ним обращались как с вещью, он был их оружием, от человека тогда уже почти ничего не осталось. - Это какой-то бред, - Тони взъерошил волосы и начал вертеть в руках стаканчик с кофе. - Как такое могло продолжаться десятками лет, судя по всему, и нигде не всплыть наружу? Как такое оружие могло нигде не засветиться? - Его видели, его дела известны всему миру, особенно некоторые. Зимнего ещё прозвали Призраком, за его неуловимость. Спроси Наташу, она встречалась с ним раньше, более того, когда-то он был одним из тех, кто тренировал бойцов Красной комнаты, - Тони поморщился, видимо, уже узнал немало об этой программе и её методах. - Ему приписывают убийство Кеннеди. - Ты шутишь! - Старк был серьёзно удивлён. - Но это ещё не всё, - он не зря был гением и быстро соображал. - Ты не рассказывал бы мне об этом Призраке, если бы на то не было какой-то причины. Он либо связан с тобой, либо... - Тони даже замер ненадолго, а затем уже тише, продолжил. - Со мной. - Зимний Солдат до своего становления суперсолдатом и оружием Гидры был известен миру как Джеймс Бьюкенан Барнс. Баки Барнс, - голос Стива напоминал хрип. - Твой лучший друг, верно? Отец иногда рассказывал о нём и о тебе тоже, я наслышан о ваших подвигах. Ты узнал его тогда, на мосту, потому и преследовал его. Но если судить по твоим словам, он не помнит себя или своего прошлого. - Верно. Но теперь, когда Гидры нет, когда никто не прожаривает его мозги и не стирает его, он начинает понемногу вспоминать. И, вероятнее всего, он вспомнит многое, а если нет, то так будет даже лучше, для него, - Стив умолк ненадолго и Тони видел, как он волнуется и переживает, как судорожно сжаты его руки и каким обречённым взглядом он смотрит на него. - Судя из записи в личном деле Зимнего, именно он стоит за убийством 16 декабря 1991 года, - леденящая тишина была ему ответом. Стив едва нашёл в себе смелость, чтобы взглянуть Тони в лицо, на котором застыла восковая маска. Он словно в миг постарел на десятки лет, плечи сгорбились, а в глазах застыла такая бездна отчаянья и боли, что не выдержав, Стив отвёл взгляд — это было просто невыносимо. Тони молчал, и Роджерс безмолвно глядел на спокойную гладь реки. Вдруг рядом послышался хрип и Стив оглянулся, Тони держался за грудь, взгляд был безумен. Роджерс резко притянул Старка к себе, прижав к груди, невзирая на его молчаливое сопротивление. Тот простонал «Нет» и попытался вырваться, но Стив всё так же продолжал обнимать его. Он сжимал друга в объятиях, пока тот колотил его в грудь, когда пытался дать по лицу, не отпустил, даже когда в него направили репульсор на перчатке, понимая, что нужно дать возможность выплеснуть эмоции и просто старался поддержать как мог. Неожиданно Тони резко оттолкнул его и, активировав костюм, просто взмыл в воздух, тут же исчезая в небе. Стив с болью во взгляде проводил друга глазами и прикрыл их, глубоко вдыхая и выдыхая. Было тяжело, было больно, но он был уверен, что поступил правильно. Тони имел право знать правду, сколько боли она бы не принесла и как бы тяжело не далась. Пусть лучше он всё узнает от Стива, чем позже кто-то использует это против них и причинит Старку ещё больше страданий. Тони сильный, он справится, просто должен. Стив верил в друга. Просидев у реки ещё некоторое время, он направился к своему мотоциклу. Смысла оставаться здесь больше не было. Если он будет нужен Тони, тот знает, как с ним связаться и он никогда не откажет ему в помощи. Время расставит всё по своим местам и Стиву хотелось верить, что Тони найдёт в себе достаточно человечности, сочувствия и милосердия, чтобы принять правду и справиться с её последствиями.

***

Солдат сидел на заднем сиденье автобуса и рассматривал рисунок. В голове всплывали сотни подобных рисунков и на каждом из них был изображён Баки Барнс — в сержантской форме, в простой белой рубашке, в парадном кителе, в костюме, в форме Командос, обнажённым — последних было больше всего. Он помнил, как Стив прятал рисунки пуще любых сокровищ, как с тоской бросал в языки пламени, если они сворачивали лагерь и отправлялись на миссию. Если бы те рисунки вдруг всплыли сейчас, то мир узнал бы много нового о святом Капитане Америка. Зимний вспомнил, как они однажды со Стивом сидели в каком-то захудалом баре и пили дрянной коньяк, а затем поднялись на второй этаж, в выделенную Капитану комнату. Помнил вкус губ Стива, помнил жёсткую ткань кителя, помнил тепло и нежность кожи... Солдат тряхнул головой, прогоняя воспоминания, что впервые за долгое время имели эмоциональный окрас. Там, в прошлом, был тот самый Баки. И если его память передалась солдату, то он — тоже Баки? Но ведь тот погиб, явив миру Зимнего Солдата, рождённого из пепла Джеймса Барнса. Кто он теперь? «Кто я для тебя?» - сообщение без подписи полетело к адресату. Ответа не было несколько минут, но когда Солдат его всё же получил, то понял, что очень его ждал. «Ты — моё всё», - несколько слов, а предательский орган в груди начал стучать быстрее. Спрятав телефон в карман, Солдат откинулся на спинку кресла. В голове по-прежнему была каша, а в груди ворочались чувства. Но он привык. Он начал привыкать чувствовать и вспоминать, примерять картинки на себя, осознавая себя в прошлом. Зимний не спрашивал Стива, где он, не сообщал своё место положение, а Роджерс не задавал лишних вопросов. Просто Солдат знал, что он теперь не один. Что если понадобится, то Стив придёт к нему. Как было раньше. Теперь же многое изменилось. Да, в нём теперь есть многое от Баки Барнса, но и Зимний Солдат никуда не делся. У Баки был Стив, а вот Солдат так и не нашёл свой якорь. Пока что. Мелькнувший придорожный знак сообщил, что он пересёк границу штата Иллинойс. Что ж, очередная контрольная точка на карте, которая намертво отпечаталась в голове. Он уверенно двигался вперёд, с каждым шагом, каждым новым километром становясь человеком — не Баки, не Зимним, кем-то новым, который пришёл на смену обоим. У него получалось неважно, но он упрямо шёл вперёд, спотыкаясь, натыкаясь на стены, но продолжаю свой бой, свою собственную войну. Он не боялся, не потому, что не умел, умел, как умеет любое животное на уровне инстинктов, просто он знал, что в этой войне сражается не один. Что у него есть тот, кто встанет рядом с ним в самой отчаянной схватке и прикроет, защитит от всего мира. Он не помнил этого, не думал об этом, просто знал наверняка.