I'm not gay!

      Нью-Йорк встретил выпускника Дельгайского колледжа, девятнадцатилетнего Уильяма Тёрнера, холодным дождём со снегом и сыростью. Родной Новый Орлеан, право, был гораздо теплее и приветливее. В первые же минуты Уилл начал скучать по климату близ Мексиканского залива, а точнее, в тот момент, когда ему за шиворот залилась ледяная вода, стоило ему сделать шаг на выход из аэропорта. За собой он катил смешной потрёпанный розовый чемодан (подарок соседки по общежитию), а потому собрал взгляды, кажется, всех и каждого. Однако когда юный Тёрнер наконец нашёл свободное такси, забрался в салон, согрел руки в карманах куртки и хоть немного успокоился, Нью-Йорк показался ему вполне сносным местом: очень красивым, ярким, шумным и живым. Уилл ещё никогда не видел настолько высоких небоскребов вживую, настолько больших рекламных щитов и столько людей на улице в такую погоду. Там, откуда он приехал, дождь означал пустые улицы и малое количество машин на дорогах.       У Уилла в Нью-Йорке был только один адрес только одного знакомого человека — старого друга его покойной матери, мистера Брауна, который держал салон игровых автоматов недалеко от русского района. Месяц назад он отправил мистеру Брауну письмо с просьбой взять его на работу по старой дружбе с матерью, однако ответа так и не получил. Решив попытать удачу, парень назвал таксисту заветный адрес и теперь прокручивал у себя в голове слова, которые он скажет при встрече человеку, которого никогда не видел.       По дороге Уильям видел множество вывесок, которые сейчас, днём, были выключены, но определённо зажгутся поздним вечером и ещё удивят парня яркими неоновыми цветами. Машина остановилась на углу улицы, и парень протянул таксисту аккуратные ровные купюры, которые тот тут же брезгливо смял, перекатив сигарету из одного уголка рта в другой, и обернулся к своему странно вежливому и робкому пассажиру. — Добро пожаловать в Нью-Йорк.       Уилл, уже уставший глазеть на пейзажи большого города, просиял и широко улыбнулся, приняв слова мужчины за чистую монету, и ответил: — О, спасибо, сэр! Я весьма благодарен за... — Да выметайся уже, парень! — рявкнул тот и цыкнул языком, видя, что упустил клиентов из-за этого чудака. Не успел Тёрнер выйти, как жёлтый автомобиль сорвался с места, скрепя колёсами. Парень вскинул брови и глубоко вдохнул, собираясь с мыслями. — Добрый день? — Уилл тихо вошёл в салон, прикрывая за собой дверь, и тут же буквально подпрыгнул на месте, потому как прямо перед его лицом из ниоткуда возник мужчина на вид 50 лет. — Ты кто такой и что тут делаешь? — вроде вежливо, но с какой-то долей вызова спросил он. — Мы открываемся только через час, жди на улице! — Вы, должно быть, мистер Браун? — Уильям протянул руку. — Меня зовут Уильям Тёрнер, я писал Вам с просьбой... — А, Уилл! Конечно! Сколько лет! — Мужчина тут же просиял и с широкой улыбкой раскинул руки для объятий. — Уильям! Как же ты вырос! Я ведь помню ещё, как ты под стол бегал, пока мы с твоей мамой играли в покер!       Тёрнер был удивлён такой быстрой смене настроения и манер, но был рад, что мистер Браун узнал его.

***

— Здесь у нас автоматы, следи, чтобы ребятня не кидала один и тот же жетон по несколько раз, а то знаю я их. ... Здесь бар, это дорогие напитки, а эти подешевле, значится...       Мистер Браун показывал новоиспечённому подопечному помещение, которое, к огромному удивлению Уилла, являлось салоном игровых автоматов лишь наполовину. Если днём здесь развлекались подростки, спуская все карманные деньги, чтобы поиграть в олдскульные игры; то ближе к вечеру, переходящему в ночь, здесь появлялись мужчины и женщины самых разных возрастов, слоёв и профессий: здесь были офисные планктоны, желающие расслабиться после утомительного рабочего дня; мужчины и женщины в поисках или же отдыхающие от своих супругов, и компании студентов, которые хотели попробовать взрослую жизнь на вкус.       Уильям был назначен менеджером и барменом, если сам того захочет, и сейчас внимательно разглядывал игровые автоматы, знакомясь с неизвестными играми и улыбаясь при виде любимых названий. — Открываемся через десять минут, Уилл! Я отойду по делам! — крикнул мистер Браун и исчез, сменив табличку CLOSED на OPEN.       С каждым днём среди обязанностей Уилла становилось всё меньше менеджмента и всё больше мытья стаканов, войн с кофемашиной и мешания коктейлей средней паршивости. Дело было в том, что управлять в этом заведении было почти что нечем: всё шло своим чередом само собой, а клиентам по вечерам хотелось лишь выпить в больших количествах.       Поздние посетители в большинстве своём состояли из всякого сброда: местных лентяев, которым утром не вставать к девяти на работу, мрачного вида русских, уставших от колорита своего района, странных типов в компаниях по двое-четверо, которые будто бы коротали время и заказывали мало, а также одиночек. Одиночки обычно заглядывали единовременно: прячась от январской непогоды или решив посетить этот игровой бар только из интереса, заметив на картах в Гугле необычную локацию, обещающую экскурс в атмосферу беззаботного прошлого. На деле прошлое оказывалось вполне задрипанным и остро нуждающимся в ремонте.       Однако среди одиночек Уилл скоро заметил одного типа (а иначе — чуваком или пацаном — его назвать было нельзя), который заглядывал в бар с завидной регулярностью. Ему было около сорока (тех сорока, когда тебе повезло с генетикой и ты тянул бы на тридцать, если бы не усталый взгляд), он оставлял хорошие чаевые, пил только крепкое: спиртное или кофе — изредка встречался с кем-то, видимо, назначал тут полуделовые встречи (а значит, занимался каким-то мелким, но прибыльным делом), чаще сидел в тёмном углу на диванчике с ноутбуком и без конца звонил или набирал сообщения. Одевался всегда броско (хотя на первый взгляд его вещи были абсолютно обыкновенными, некоторые — поношенными), любил костюмы, под которые надевал цветастые футболки, а пару раз, совсем поздно ночью, он приходил в пижаме, сверху которой было накинуто пальто. Уилл не заметил бы, если бы не полосатые брюки, торчащие из-под пол верхней одежды и сшитые из той же ткани, что и шёлковая рубашка. Выходит, полагал Уилл, живёт он где-то недалеко.       От скуки и малого количества работы Уильям решил в скором времени вести счёт дней, когда приходит этот домашнего вида посетитель. И спустя около месяца насчитал рекордную сотню. — Добрый вечер, — с очаровательной улыбкой парень подошёл к дальнему столику и положил перед гостем карту — абсолютно новую, без царапин и потёртостей, словно она была только что изготовлена (так и было) — с названием заведения Brown's. — Я заметил, что Вы являетесь частым гостем, и сегодня у Вас накопилось ровно сто посещений. — Было прекрасно видно, что менеджер очень волнуется, но изо всех сил старается быть вежливым и доброжелательным. — Поэтому решил подарить Вам вот эту карточку. Она даёт право на бесплатный кофе*. Приятного вечера. — Уилл слегка наклонил голову в знак уважения и вернулся к своему рабочему месту, облегчённо выдыхая. На карточке был также написан номер салона, то есть номер самого Уильяма.       Мужчина чуточку удивился, но затем равнодушно спрятал карточку в бумажник и продолжил строчить что-то, быстро нажимая кнопки клавиатуры.       В следующий раз за чашку чёрного кофе он всё равно оставил полную стоимость.       Мистер Браун же, который в тот день всё же заглянул в заведение, будто в ответ на удивлённое выражение лица Уилла сказал: — Этот джек** вечно сорит деньгами, будто у него их немерено. С такими принципами обычно одни неприятности.       Знал бы Уилл, что неприятности будут не только у этого типа, но и у тех, с кем его даже мимолётно свяжет судьба.

***

      Поздним дождливым вечером марта «этот джек» встречался здесь с пожилым мужчиной, которого Уилл раньше не видел. Тот пришёл с раритетным портфелем, которые были в моде ещё в девяностые, и, кратко обговорив что-то и ничего не заказав, ушёл, оставив свою ношу на диванчике.       Знакомый же посетитель допил свой коктейль, взял тот портфельчик и впервые за всё время, пока Уилл наблюдал за ним, подошёл к игровым автоматам. Выбрав самую простую игрушку, он опустил 50 центов в монетоприёмник и стал медленно нажимать на кнопки. Уилл отвлёкся на посуду: грязные стаканы нужно было отнести на кухню — а когда вернулся, увидел своего знакомого незнакомца через стеклянные окна на противоположной стороне улицы.       Он не поверил своим глазам, когда увидел, что спустя всего семь минут у игрового салона припарковались целых три полицейских автомобиля. Спустя ещё две минуты Уилл уже лежал лицом в пол, а на нём сидел офицер полиции, застёгивая наручники. С положения лёжа парень вдруг увидел, что тот самый раритетный портфельчик почему-то укромно припрятан под его барной стойкой. И как он там, чёрт возьми, оказался?       * в американских кафе действует система бесплатного наполнения чашки для постоянных посетителей.       ** «этот джек» (на старом американском разговорном) — любой человек, тип, прохожий или незнакомец.