Последний тортур

— О, я так соскучился по главам, — улыбнулся Герберт, рассматривая через витражи невероятной красоты пейзаж вокруг обители друга. — Особенно по Гутлеифу. Так хочу с ним поговорить. — Вы хотите их убить? — тихо спросила Финиция. — Как ты думаешь, — подошел к девушке тортур, получив одобряющий кивок от прародителя. — Почему Ши не убил глав еще в лесу? Почему он просто забрал у них магию? — Потому что он пыточник, а не убийца? — неуверенно предположила Фрауль. — Потому что просто быстро устранить их было бы… — Скучно, — продолжил за друга Шио. — Я живу уже не одну сотню лет. И если бы я убивал всех, кто мне мешает, человечество бы вымерло. — Разве ты бы смог уничтожить всех людей? — нахмурилась девушка. — Я сказал, что человечество вымрет, а не я от него избавлюсь, учись слушать, Фин, — вздохнул прародитель. — Все высшие маги жаждут моего исчезновения, они меня и раздражают. Их не так уж и много, но представь, вы оказались в мире, где все не сильнее нашего школьного учителя, помнишь его? — Финиция кивнула. — Разве смогли бы вы выжить? Натты, флудгены, тайпаты и прочая нечисть… как вы с ней справитесь? — Никак, — подкрался к девушке со спины Герберт. — У магов не хватит сил противостоять им. — Если так… то зачем вы хотите встретиться с главами? — увернувшись от парня, спросила Фрауль. — У нас есть… тема для разговора, — ухмыльнувшись, ответил Шио. — Но в любом случае, я не знаю, где они, — с наигранной невинностью вздохнула Финиция. — Зато мы знаем, — улыбнулся ей Герберт. — Не вижу смысла медлить, — в мгновение Шио оказался рядом с Финицией. Прародитель щелкнул пальцами, как и в прошлый раз реальность почернела, а потом сменилась новой. Это было здание, которое занял высший совет, после того, как оставил обитель тортура. На деле же, совет просто вернулся туда, где располагался еще до победы над чудовищами. Шестиметровые колонны из белого мрамора возвышались над головами магов. Зал освещали три громадные люстры с сотнями свечей. Повсюду расположились золотые и позолоченные предметы интерьера. Стены были увешаны полотнами и фресками, повторяющими историю магии. Они словно попали во дворец короля. Но даже он не мог сравниться с величием здания высшего совета. — Противно, — поморщился Шио. — Им лишь бы золотом все обвесить. — У вас так безлюдно, — огляделся Герберт. — У нас, если вы не заметили, режим чрезвычайной ситуации. Все маги готовятся к вашей атаке, — фыркнула девушка. Не желая отвлекаться на пустые разговоры, Шио уверенно подошел к одной из дверей и, не церемонясь, распахнул ее. — Добрый день! — расплываясь в солнечной улыбке, поприветствовал он глав. Все пятеро сидели за большим столом, на котором лежала карта страны, заваленная кучей бумаг. — Я так соскучился! — Какого черта?! — главы встали со своих мест и попятились к стене. — Спокойней, прошу вас. Сейчас мы пришли, чтобы просто поговорить, — поднял руки вверх прародитель. — Нам не о чем с тобой разговаривать, чудовище, — прошипел Гутлеиф. — Да? — театрально прикрыл рот рукой тортур. — Min mørke, Фин, подойдите, пожалуйста. Кажется вторая власть не понимает мои мотивы. — Финиция? — кусая губы, прошептал четвертый глава. — Почему… — Прошу вас, знакомьтесь, — Шио не смог сдержать довольной усмешки. — Или… вы уже знакомы? Какая радость! — Заканчивай свой концерт! — прорычал третий. — Хорошо-хорошо, — вздохнул прародитель. — Если коротко… я пришел, чтобы разрушить ваши планы. — Это итак ясно, — фыркнула вторая. — Ладно, — нахмурился Шио. — Вы, главы, знаете, как тортуры создают себе подобных? — Что? — этот вопрос застал врасплох всех магов, включая Финицию. — Тогда открою вам секрет, — прародитель медленно подходил к людям. — Когда тортур создает себе подобного из другого существа, он заменяет всю магию в теле этого существа на свою. Это очень сложно и опасно, однако результат говорит сам за себя. Но сейчас не об этом. Когда прекрасная Финиция Фрауль создавала заклинание, она взяла мою кровь. Ну, как мою, кровь тела, которое я создал. Разница не велика. Главное то, что после моего пробуждения, магия, которая попала к Фин, стала намного сильнее. В тот момент, когда Финиция привела свое творение в действие, в нее попали частички моей магии. Будь это простой порез или ожог, ничего бы особо не изменилось. Но я проткнул ее сердце. Согласитесь, травма тяжелая, поэтому для ее восстановления была использована вся моя магия, закованная Финицией в заклинание. А значит, ее теперь не так уж и мало в теле вашей любимицы. Понимаете, к чему я клоню? — Неужели… о боги… — в глазах магов заблестели паника и страх. — Она стала тортуром, сохранив свою человечность. Суть в том, что она бессильна против меня, — довольный своим рассказом, закончил Шио. — Это правда, Финни? — спросил четвертый глава. — Увы, — кивнула девушка. — Я пробовала направить на него «å drepe», но ничего не вышло. Никакого результата. — Интересные новости я вам принес, да? — рассмеялся прародитель. — Ты же не собираешься ее убивать? — неуверенно задал вопрос пятый. — Кого? — улыбка не сползала с лица парня. — Финицию. — Финицию Фрауль, мои дорогие главы, я убил еще месяц назад, когда пронзил ее сердце. То, что стоит перед вами… неужели ее можно назвать Финицией? Но не волнуйтесь, она все та же, просто… больше не человек. А разве я могу убить существо, которое, можно сказать, сам же и создал? — А ты можешь забрать обратно свою магию, но так, чтобы я осталась жива? — встала рядом главами Финиция. — Могу, — пожал плечами прародитель. — Но зачем это мне? — Потому что в противном случае можешь попрощаться с ним! — пятый глава за долю секунды оказался рядом с Гербертом и приставил к его шее горящую сферу. — А? — удивился Шио. — Я говорю, что убью его, если не сделаешь, как мы просим, — повторил глава. — О, нет, Ши! — пытаясь сдержать серьезное выражение лица, выдавил из себя крик Герберт. — Я не хочу умирать! Ты обещал, что защитишь меня! — Прости, Гер, — подыгрывая другу, прошептал прародитель. — Мне так интересно просмотреть, что будет с Финицией… я не изменю своего ответа, главы. — Неужели вы убьете меня?! — всхлипнул Герберт. — Я только начал жить по-настоящему! — За многочисленные преступления Герберт Деспо приговаривается к смерти, — поняв, что с чудовищем спорить нет смысла, вынес приговор Гутлеиф. Пятый, получив разрешение, не медля ни секунды прошептал нужное заклинание. Сфера в его руке вспыхнула, и Герберт безжизненно повис в руках главы. Положив парня на пол, мужчина поднял глаза на магов, ожидая дальнейших указаний. — Ну, и что дальше? — повернулся обратно к главам Шио. — Какими будут ваши дальнейшие действия? — Ну… — замялись маги. — Ваш шантаж не удался, в Финиции все еще остается моя магия. Ваши идеи уже закончились? — изображая печаль, мурлыкал тортур. — Я ждал от вас большего, главы. — Мы… — попыталась найти отговорку вторая, но прародитель не дал ей договорить. — Вставай, min mørke, — вновь расплылся в довольной улыбке Шио. — Представление окончено. Герберт, как ни в чем не бывало, сел на полу, и поправив растрепавшиеся волосы, закрыл рукой рану на шее. На его лице сияла злая ухмылка, а в глазах горел азарт. — Ч-что? К-как? Почему он жив?! — растерялись люди. — Даже не знаю, — в один прыжок тортур оказался рядом с прародителем. — Может, потому что вы глупы? Неужели вы думали, что Ши придет к вам в компании с обычным человеком? — Тридцать восемь дней прошло с момента, как min mørke утратил человечность, — Шио подходил все ближе к главам. — Неожиданная новость, да? — И вы зовете себя второй властью, хотя не смогли догадаться до этого… — вздохнул Герберт. — И как страна еще жива? — Мы… готовы выслушать ваши условия, — не дала продолжить тортурам Финиция. — Мы проиграли… так что ты хочешь от нас, Ши? — Финни… — нахмурился четвертый глава. — Она права, — вздохнул Гутлеиф. — Эту войну можно уже заканчивать. У нас больше нет способов противостоять вам, тортуры. Я признаю поражение. — А вы что скажете? — обратился Шио к остальным главам. — Истина за Финицией и первым, — перекинувшись с магами взглядами, прикусил губу Фолквэр. — Мы слушаем ваши требования. Люди опустили головы, они понимали, что это конец не только войны, но и человечества в целом. Даже Финиция, в которой поселился лучик надежды, после услышанного в башне, не ждала ничего утешающего. Признав свое поражение, они подписали смертный приговор всем магам и обрели тысячи людей на вечные пытки. У магов больше не было ни сил, ни возможности противостоять чудовищам. В сердцах глав погасли огни надежды на победу, пропало желание пробовать снова. Исход был предрешен в момент, когда стало ясно, что сильнейший маг бессилен перед тортурами. Теперь главам оставалось лишь отдать свои жизни, умоляя чудовищ смягчить участь народа. Такой печальный и глупый конец… — Перемирие! — хлопнул в ладоши прародитель. — А?! — маги не поверили своим ушам. — Пе-ре-ми-рие, — повторил Шио. — Я нашел эту ситуацию интересной. Не вижу смысла вас убивать, пока вы помогаете мне убивать скуку. — Что именно интересно? — осторожно спросила Финиция. — Ты! — подлетел вплотную к девушке парень. — Интересно, что ты такое. Тортуры должны быть хладнокровными пыточниками, поэтому из нас убирают всю человечность, заставляя проходить через ад. Но ты другая. Интересно, что из тебя выйдет. Мы не будем трогать вас, люди, а вы не будете обращать на нас внимания. Все просто. — И как долго продлится это перемирие? — нахмурился Гутлеиф. — До тех пор, пока мне не станет жутко скучно, — пожал плечами Шио. — Я новый прародитель. Все тортуры будут под моим контролем. Никто из них не посмеет нарушить мои правила. — То есть… от нас требуется просто игнорировать вас? — спросила вторая. — Не совсем, — качнул головой Шио. — Сотрудничество. Вот чего я хочу. Мы с Гером можем помочь вам с ночными зверушками, которые в последнее время все чаще нападают на поселения. И многое другое… дайте нам поиграть в богов, а мы будем благосклонны к вам. — Хорошо, — после недолгого молчания согласился Гутлеиф. — Клянусь именем прародителя сдержать данное обещания, — положил руку на стол глав Шио, вокруг нее возникло слабое золотистое свечение. — Скрепите печать, первый глава, подпишите мирный договор. — Клянусь, — уверенно положил рядом с рукой тортура свою руку мужчина. Свечение усилилось, но вскоре вновь потускнело и исчезло совсем. Шио и Гутлеиф убрали руки. А на их месте остались два ярких отпечатка, окаймленные золотыми узорами. — Спасибо… — по щекам Финиции текли слезы. — Спасибо, Шио.