I'll come for you

Шаг за шагом не виден след, По лесам да по тропам сокрытым Заслоняя собой свет Ночь идет по теням размытым. То не ворон крылом машет, То не филин вздохнул в чаще, То не бес среди звезд пляшет, Только сердце бьется все чаще. Серп луны молодой в небе, А под небом дорог реки, А по ним все идут все на север Тени тех, кто ушел навеки Ден Назгул — Чёрный Менестрель

«Мой дом. Мои правила. Мой кофе.» «Эх, если бы это было так просто…» — Марта с тоской глядела вслед постепенно исчезающим в тумане машинам и никак не могла осознать, что всё наконец-то закончилось. Что все наконец уехали и не будут приставать к ней каждую свободную минуту, желая урвать от неё как можно больше. И, если девушка будет честной сама с собой, то на 50%… Нет, даже на 80% она желала отдать всё, что завещал ей Харлан. Но оставшиеся 20 не давали. Он ведь этого не хотел. Значит она поступает правильно, и пусть от этого на душе легче не становится. Марта поёжилась от короткого дуновения прохладного ветра и попыталась, насколько это было возможно одной рукой, завернуться в плед. Затем она сделала маленький глоток кофе с молоком и посмотрела на подъездную дорожку, где осталась всего одна машина. Её машина. Уже, у её дома. «Так странно. Мой дом…» — бросив последний взгляд на дорогу, словно прощаясь со всеми Тромби, полицейскими и мистером Бланком, Марта вернулась в гостиную, пройдя мимо портрета Харлана, нарисованного на заказ одной австрийской художницей, и спустилась на первый этаж, — «Мой новый дом… но какой ценой! И что мне придётся ещё отдать? Даже думать об этом не хочется…» Марта закрыла дверь с внутренней стороны на ключ. Вот и всё. Конец истории. Девушка вздохнула и опустила взгляд на уже пустую кружку. Она сейчас ощущала себя такой же пустой внутри. Весь кофе был выпит из неё за прошедшую неделю и заеден пончиком. — Боже, мне еще с адвокатом поговорить нужно. И, желательно, чем раньше, тем лучше, — пробормотала Марта направляясь на кухню, — Я хочу ещё кого-нибудь нанять, потому что сама я с этим всем не справлюсь. Боже… А ещё решить, что же со всем наследством-то делать, а оно-то мне даже и не нужно было! Лучше бы Харлан жив остался. Ведь, по сути, если задуматься, я его косвенно убила… — она присела около одной из тумбочек, чтобы достать турку для кофе. Поставив её на плиту, девушка потянулась к настенному шкафчику, когда заметила сквозь стеклянное окошко двери, что внутри, рядом с упаковками кофе и различных чаёв лежит сложенный лист бумаги. Марта, слегка нервным движением руки, открыла дверцу и взяла искомое. Это оказался обычный белый конверт с каллиграфической надписью на нём: «Марте Кабрере». Брюнетка тяжело сглотнула. Так как подобное в последнее время ничем хорошим не заканчивалось, она с опаской раскрыла конверт. К её облегчению, там лежало самое обыкновенное письмо. Так как страх и паника отменялись, девушка положила письмо обратно в конверт и, в этот раз, взяла кофе. Письмо может и подождать, а кофе, к сожалению, нет. Когда кофе наконец сварился, Марта взяла кружку и направилась к креслам у камина. Хоть огня сейчас и не было, она чувствовала себя там уютнее всего. Фактор комфорта. Сев в мягкое кресло, девушка отпила немного горячего кофе с молоком и отставила кружку в сторону. Ей, как и любому другому человеку, было до ужаса интересно узнать, что же там, в конверте. «Может, побыть немного Ватсоном и попробовать проанализировать и понять, от кого и зачем?» — она улыбнулась уголками губ, со светлой тоской вспоминая просьбу детектива быть его помощников в расследовании. Марта повертела конверт в руках. Бумага была явно не самая дешёвая, приятная. Подписано обычными чернилами, а не золотыми. Она фыркнула, — «Гениально, Ватсон. Что ещё?» — Да ничего, ну, не лизать же бумагу, — брюнетка аккуратно вскрыла конверт. Внутри лежал сложенный в несколько раз лист бумаги. С каким-то непонятным предвкушением, девушка отложила кружку в сторону, достала и развернула исписанный красивым почерком лист. «Мисс Кабрера, Хочу сразу извиниться, за то, что нам не удалось нормально попрощаться, но, надеюсь, что, когда-нибудь, в ближайшем будущем, нам с Вами удастся ещё раз увидеться и, смею надеяться, что в более спокойной и мирной обстановке, чем в той, которая была вокруг Вас последние дни. Не поймите меня неправильно, я не говорю, что Вы проблемный человек, совсем наоборот. Вы очень добрая и отзывчивая девушка, и я был рад, что нам довелось познакомиться, пусть даже при таких печальных обстоятельствах. Хочу извиниться, что не остался, чтобы поддержать Вас, я понимаю, что Вы в этом нуждаетесь, особенно после, слава Всевышнему, неудавшегося покушения на вашу жизнь. Но, я надеюсь, что Вы поймёте, почему я не мог остаться…» Марта закрыла глаза и тяжело вздохнула. Да, она понимала. «Рэнсом». Нужно отвести его в полицейский участок и дать показания, зафиксировать дачу показаний, заехать в больницу за бумагой о заключении смерти Фрей, и много чего ещё… Девушка зябко поёжилась. Отложив письмо в сторону, она сходила во двор за дровами, часть которых она положила в камин, а часть рядом с ним, чтобы потом подбрасывать и не ходить на улицу за новыми. Сходив на кухню за ненужными газетами и спичками, девушка вернулась в гостиную, где, спустя пару минут, уже горел яркий огонь. Погрев немного руки у огня, Марта вернулась к письму. «В любом случае, хотел ещё раз выразить свои соболезнования по поводу прошедших дней. У Вас, по чистой случайности, умер друг, а его семейка оказалась не без изъянов. Вам досталось целиком наследство Харлана Тромби — я, кстати, на вашем месте, по возможности, связался бы с мистером Аланом Стивенсом и решил бы все вопросы с денежными вложениями и компанией. Но, конечно, это только предложение. К сожалению, должен сообщить, что, из-за последнего происшествия, будет назначено заседание суда по делу Рэнсома Драйсдейла, и Вам придётся присутствовать на нём для дачи показаний. Не волнуйтесь, я обязательно там тоже буду. Просто хотел вас заранее предупредить. Сие событие может произойти, как через пару дней, так и через несколько недель». — Боже, когда он успел написать это письмо? — Марта потёрла ноющие виски, ведь вроде все быстро разъехались. Девушка уже догадалась, от кого это письмо, по тому, каким языком оно было написано. Среди её окружения никто не выражался так вежливо и учтиво. И то, что он оставил ей письмо, льстило ей, хотя и вводила в недоумение: «Зачем?». «На этом позвольте раскланяться и добавить, что, до самой последней минуты, мне не хотелось бы, чтобы Вы оказались косвенной убийцей своего друга. Вы не заслуживаете этого. И мне было бы больно признать Вас виновной в убийстве, потому что Вы прекрасный человек. И я рад, что всё-таки это оказалось не так, и мы с Вами нашли настоящего преступника, да, Ватсон? Мы с Вами дошли до конца радуги земного тяготения и мне было приятно, хоть и трудновато, из-за ваших попыток помешать расследованию, с вами работать. До скорой встречи, Б. Бланк.» Девушка подавила непрошенный всхлип. Она сама не знала, почему, но забота детектива, даже сквозь строчки письма, трогала её за душу. Да, хотя бы то, что он написал это в старом стиле, а не в виде СМС. Она тут же начала искать телефон в карманах. Марта чувствовала, что правильно будет ответить. Но она не представляла как. Посмотрев на запись в контактах, «Возможно: Б. Бланк», девушка долго не могла решиться: писать или нет. Спустя минуту она всё-таки решила отправить: «Спасибо. Не стоило.», а затем, отключила телефон. «Господи, что же это такое?!» — Марта закрыла глаза и откинулась на спинку кресла. Тихое потрескивание поленьев в огне успокаивало её, — «Столько всего происходит в последнее время. А хотелось бы тишины и спокойствия… И вернуть всё на круги своя» — она потёрла лицо руками. Затем, открыв глаза, потянулась к кружке кофе. Взяв всё ещё тёплую кружку в обе руки, она немного отпила. Грея руки об неё, девушка перевала взгляд на камин. Огонь успокаивал. Огонь утешал. Огонь создавал тепло. Тепло, которого ей сейчас так не хватало. Телефон, лежащий на тумбочке рядом, подал звук входящего сообщения. Взяв кружку в левую руку, Марта потянулась к телефону. Ответное СМС от детектива: «Стоило, мисс Кабрера». «Боже, ну что он за человек такой?» — устало подумала девушка, — «Ну совсем непонятный. Его поведение, его действия… Так, всё, просто позвоню маме и узнаю, как у них с Алисой дела. Надо будет им сказать, что я на пару дней останусь в особняке, разберусь со всем, а потом они смогут сюда переехать» — Марта улыбнулась. Набрав своей матери, Марта рассказала, как всё разрешилось с Рэнсомом, не упоминая только того, что она чуть не погибла сегодня по чистой случайности. Она сообщила взволнованной матери, что теперь они смогут жить спокойно, так как она постарается в ближайшее время найти и связаться с хорошим адвокатом. Девушка попросила только не переживать, если она будет редко появляться дома, только чтобы переодеться и сказать, что всё в порядке, но нужно разрешить ещё много вопросов. Миссис Кабрера повозмущалась пару минут, а потом, успокоившись, сказала: — Надеюсь, что всё разрешится быстро, если что, обязательно звони, мы тут же приедем. — Спасибо, мам, — девушка улыбнулась, стирая рукавом свитера, набежавшие на глаза непрошенные слёзы, — Я обязательно напишу тебе завтра. Пока. После разговора с матерью, последовал разговор с мистером Стивенсом. Раз даже Бланк посоветовал, лучше и вправду решить вопрос наследства как можно скорее. Он сообщил, что им надо будет встретиться на неделе, где она должна подписать получение всех вещей, описанных в завещании, решить все по поводу компании по производству книг и распорядиться денежными средствами или подписать бумагу, чтобы всё осталось как есть. Марта ему сразу сообщила, что пока собирается оставить в ближайшее время всё как есть, даже Уолт пусть пока остаётся руководить фирмой. Она пока не готова была искать кого-то ему на замену, но через месяц, может, и посмотрит. А так Уолт, хотя бы, если что, успеет найти себе другую работу. Алан Стивенс согласился, но сказал, что и этот вопрос тоже придётся позже уточнить. Разговор с адвокатом вымотал её окончательно. Девушка выключила телефон. Встав, она подкинула пару дров в камин, и, взяв кружку с остывшим кофе, отправилась на кухню, где сразу помыла её и убрала в шкаф над раковиной. Когда же Марта направлялась в одну из гостевых комнат, которую она занимала сейчас, её почему-то вдруг очень потянуло зайти в кабинет Харлана. Она не понимала почему. Обойдя комнату по периметру вдоль шкафов, она подошла к столу. Проведя по краешку стола рукой, девушка закрыла глаза, вспоминая, как когда-то беседовала со своим другом здесь, как он рассказывал о своих идеях, мыслях для будущих романов и детективов. Как они редко, но довольно часто, в последнее время, обсуждали его безумную семейку. Он не переставал жаловаться на них, но, в то же время, он любил их. Их всех. И маленького недоделанного нациста Джейкоба, пижона Рэнсома, зазнающуюся Джони… Всех. Он любил их всех, и вот к чему эта любовь и забота привела. Марта открыла глаза, по её щекам текли слёзы. — Простите меня, Харлан… Если бы не я… Если бы вы… Почему всё так сложно? — она тяжело опустилась в его кресло, — Почему я сегодня всё время плачу? — Вытерев слёзы, Марта задумалась, какие вопросы надо решить в первую очередь. — Надо наконец-то решить, как поступить с Тромби и Драйсдейлами. Мег я точно продолжу выплачивать за обучение и все её курсы. Линде с Ричардом, если подумать, помощь, вроде, никакая и не требуется, так что им я ничем помочь не смогу. С Рэнсомом мы явно увидимся в ближайшем будущем, если верить мистеру Бланку, и, надеюсь, он получит по заслугам. С Уолтом и его семейкой, мы с мистером Стивенсоном пока разобрались. Ну, а у Джони есть её компания, если я, в будущем, не буду что-либо оплачивать для Мег, она сможет, ведь не зря Харлан собирался перестать оплачивать обучение внучки. Он был уверен, что Джони и сама справится. Что все его дети и внуки справятся. Рэнсом тоже должен был. Но не смог. — она постучала пальцем по губам, — Что ж, один вопрос решён. Вложенные деньги, пусть таковыми и остаются, обязательно пожертвую часть на благотворительность. Может, в фонд иммигрантов «Unshackled Ventures». Ладно, с этим вопросом тоже на сейчас разобрались. Лучше решить всё сразу, чем потом мучаться несколько дней. Девушка вновь погрузилась в свои мысли: у неё вылетел из головы какой-то важный вопрос, о котором она всё не могла вспомнить. Она понимала, что это связано с Рэнсомом, но чем именно это было? Вроде, не жизненно необходимым, поэтому она отложила решение этой проблемы на потом, а в данный момент занялась вопросом прислуги. — Одна я этот дом не потяну. Бедная Фрей… Рэнсом заплатит за содеянное. Но нужно нанять кого-то ей на замену. Нужен просто кто-то для уборки, готовить я смогу и сама, а потом мама единолично оккупирует кухню, — Марта улыбнулась. Её мама была хоть и не первоклассным поваром, но очень любила готовить и экспериментировать. — Что ж, похоже, пока со всеми неотложными делами я немного разобралась… Надеюсь, мне не придётся так делать каждый день, хотя, если придётся уволить Уолта… Нет. Пусть он пока остаётся, но ничего не меняет. Всё. Я всё решила. А теперь спать. И только спать. Надеюсь, что получится уснуть после всего произошедшего. Пройдясь по всему дому, заперев все двери и закрыв окна, девушка потушила камин, выключила лишнее освещение и прошла в свою комнату на втором этаже. Уснуть ей удалось, конечно, не сразу. Она заново прокручивала события последних дней у себя в голове. — И всё-таки, как мне вся эта ситуация напоминает истории и приключения из книг Харлана. Может, мне тоже потом попробовать написать одну? Деньги ведь не резиновые, — сонно пробормотала брюнетка, всё глубже погружаясь в объятия Морфея. За окном уже давно светила луна.

***

Марта резко села на постель, хватаясь за футболку в районе шеи, которая в данный момент казалась такой удушающей. Ей снова приснилось самоубийство друга, только теперь этот сон переходил в её же убийство Рэнсомом, который в этот раз вонзил ей в сердце настоящий кинжал. Боли она не почувствовала. Только страх и панику, которые она ощущала до сих пор, и это чувство не хотело её отпускать. Ей казалось, что сейчас Драйсдейл выпрыгнет откуда-то на неё с тем самым ножом. Повернувшись к тумбочке, брюнетка зажгла прикроватную лампу. Стало немного спокойнее. Она порадовалась, что, по старой привычке, взяла с собой стакан воды, из которого выпила за раз половину, из-за чего закашлялась, но хотя бы немного успокоилась. Девушка поставила стакан на место и включила телефон: 2:43. — Спать… — пробормотала она и, снова выключив свет, легла под одеяло и закрыла глаза. Но вновь возникшее ощущение страха и паники не позволили ей этого сделать. Включив свет обратно, она села и обняла колени руками. — Наверное, просто страшно из-за того, что ничего хорошего в этом доме в последнее время не происходило, — Марта положила подбородок на колени, — Может, попробовать уснуть с включённым светом? Этот вариант тоже не сработал. Что же не так? Таблеток от бессонницы у неё сейчас с собой нет, всё находилось дома. Почему она не поехала и не осталась там? Она не знала ответ на этот вопрос. Встав и походив по комнате, девушка остановилась у окна: сегодня на небе светила растущая в третьей четверти луна, небо было чистым и были видны яркие и не очень, звёзды. Так красиво и так жутко, если опустить взгляд на тёмный лес вокруг поместья. «Удивительно, как никто не сошёл с ума живя здесь, зато понятно, откуда Харлан черпал вдохновение. Он просто ночью смотрел из окна» — Марта улыбнулась, — «Интересно, как это выглядело с его стороны?» — накинув плед на плечи и обувшись в домашние тапочки, коих оказалось в этом доме в достаточном количестве, взяв телефон, она вышла из комнаты. Путь её лежал на чердак. Но, даже при включённом в коридоре свете, её не покидало лёгкое чувство паники, вроде всё хорошо, светло, но… Девушка не знала, что следует за «но». — Это, всё-таки, была не лучшая идея. Жить в таком месте одной — прямая дорога в сумасшедший дом. Она зашла на чердак, который уже не был опечатан, так как полиция закрыла дело. Диван, где лежал Харлан Тромби, пока так и не вернули, и сама Марта, если честно, не знала, хочет ли она получить его обратно. Подойдя к окну, из которого они с Бланком наблюдали за приехавшим Рэнсомом, она почти ничего, кроме тускло освещённой области вокруг дома, не увидела. Свет со второго этажа помогал разглядеть лишь очертания уходящей дороги. Всё остальное лежало в тени. И в этот миг ей показалось, что эти тени двигались. Медленно. Быстро. Хаотично. — Точно вдохновлялся по ночам, — она от страха чуть не перекрестилась, хотя никогда не была особо верующей, — Но, скорее всего, просто деревья шевелятся из-за ветра, — Марта приоткрыла окно. Ветер и вправду был неслабый. Девушка выдохнула. — Откуда у меня только такое богатое воображение? — она тяжело вздохнула и, перед тем, как пойти обратно в свою комнату, захватила один из поздних детективов Харлана, которые ещё не успела прочесть, поскольку никогда не была истинной фанаткой этого жанра, но ей, скорее всего, придётся ею стать. Ну, или, хотя бы научиться в нём разбираться. Она заснула, так и не дочитав до конца первой главы. И снился ей извечный детектив Шерлок Холмс, который разгадывал загадку о загадочной дырке в сахарном пончике.