Беззвёздное небо

У Андромеды руки мёртвой хваткой сжимают пистолеты, а губы лишь усилием не разъезжаются в угрожающем оскале каждый раз, когда мимо проходит кто-то из Савад. Но если старшего, пожалуй, терпеть ещё можно (не смотря на попытки этого сучонка повлиять на её и без того набекрень стоящие мозги), то младший... Младший (и, блять, в нём бесит даже его девчачье имя) заставляет напряжённо следить за ним (Эта мразь холёная лишь безэмоционально улыбается одними губами каждый раз, когда замечает это) и постоянно перепроверять состояние оружия.

Потому что от Комаэды даже не пахнет - несёт смертью.

Шиасси недовольно шипит на ухо хозяйке, провожая немигающим взглядом Саваду. В глубине змеиных глаз прячется опаска и... Приязнь? Блэк искренне не понимает, чем её питомице мог понравится этот труп ходячий. Но приглядеться решает - Шис хозяйку ещё ни разу не подводила.

Безумие в уголке рассудка Андромеды довольно урчит от принятого решения, ритмично покачивая чёрными лисьими хвостами.

Комаэда Савада - грёбаный идеал: красивый, загадочный, отсранённый, сильный, спортсмен, чемпион и много чего ещё. Даже репутация задиры, хулигана, прогульщика и зла воплоти не портит его, лишь заставляет держаться подальше, издали любоваться. А ещё он - такой же поломанный ублюдок, как и Рома. От друзей вечерами сбегает, чтобы оставить на собственной коже новый след - синяк, укус, ожог от сигареты, нужное вписать кровью по пергаментно-тонкой коже. Брата ненавидит (и Блэк его вполне понимает - тот ещё ублюдок, не смотря на демонстрируемое дружелюбие и всепрощение), но защищает, пусть об этом никто, кроме тени синеглазой, и не знает. В подпольных боях участвует, лицо за маской - мордой тигра - спрятав (Придурок Савада действительно сильный - Рома раны, нанесённые им во время боя, с довольной усмешкой бинтует). Курит взахлёб - лёгкие давно не выкашливает, опытный. Пьёт дешёвую выпивку - и даже вусмерть пьяный настоящим аристократом выглядит. Уж это Анди-Рома-Меда отличить может/могут (Анди - дочь благородного рода - из детства уроки помнит, Меда - во всех мирах вольный маг - часто общалась с высшей, настоящей знатью, а Рома просто воспринимает Комаэду возможным командиром).

Эти четверо двое слишком похожи, прямо до детских воспоминаний о блевотных сказках об истинных - партнёрах, любимых или Хозяевах (выбирай осторожнее, детка, тебе от последствий уже не отвертеться).

- Совсем крышей поехал, umrun?! Голос брюнетки рычащий, злобный, взволнованный да безумия. Руки сильные, держат Комаэду за запястья крепко, не дают нож в дело пустить. Дрожат. А глаза цвета мутного, грязного бутылочного стекла у пацана пустые, равнодушные, словно у куклы пластмассовой. И голос под стать - хриплый, омерзительно звонкий, безэмоциональный: - А тебе есть дело? Для идеального мальчика, которого поймали за суицидом (а такой ли он идеальный, этот мальчик с глазами-стекляшками?) Савада ненормально спокоен. Андромеда, не менее ненормально быстро (пара месяцев беспристрастного наблюдения не в счёт) привязавшаяся к шатену, срывается, почти переходя на крик: - Да, идиот! Я не знаю, как так получилось, что, блять, сдвинулось в этом ёбаном мире! Но - Мне. Есть. До. Тебя. Дело! В мутном взгляде вспыхивают, танцуя, янтарно-яркие огоньки, и переливается такое живое удивление. На бледных губах появляется робкая, неуверенная (но, помоги им Лёля, какая же красивая) улыбка. Голос ровный, лишь капельку, самую капельку дрожит: - П-правда? Рома, отпустив Комаэду и отступая на пару шагов сторону, прячет руки в карманы и шипит, сверкая из-под кудрявой чёлки разъярённой (и совсем немного - смущённой) синевой глаз: - С первого раза не расслышал, тупица? - им обоим сейчас слишком странно. Неожиданно - руки трясутся. Внезапно - снимает серьги-кресты, без которых его уже никто не может представить. И словно обухом по голове - шрамы-шрамы-шрамы. И детс девичье личико с огромными янтарными глазами (драконьим глазищами с до боли знакомой бездной в глубине зрачков). Голос мягче, нежнее, напевнее - словно ангел лепечет: - Меня зовут Комаэда - можно просто Маэда - Савада, наследница Вонголы и младшая сестра Тсунаёши Савады.

Тёмный маг (и любимица собственных демонов, но разве это важно?) Андромеда Блэк осознаёт, что защищать её тощую девчонку с личиком ангела и глазами сгнившего трупа - стало жаждой, желанием, на грани по-ме-ша-тель-ства.