Пламя страсти, которое зарождалось в пучине льда: сборник по Соукоку

Альфа! Дазай Осаму/Омега! Чуя Накахара

Акцент на запахи.

***

Здание заполняют вражеские люди, быстро захватывая. Персонал, работающий здесь, быстро разбегается по углам и прячется. Дазай-кай никогда не заходил так далеко, никогда не покушался на территорию Накахара-кай. Но он, видимо, решил поменять свои предпочтения. В парадный вход зашел высокий статный альфа в сопровождении своих охранников. Вид его отпугивает и заставляет дрожать, а любителей пожёстче — слегка подтекать. Он без слов проходит к дверям лифта, не обращая внимания на лежащие у ног тела охраны. Нужный этаж встречает толпой пушечного мяса, которое быстро раскидали работники Дазай-кая. Сам Дазай спокойно проходит к двери своей цели, открывая ту с ноги. Первые вбегают молодчики, заваливая всех потенциальных соперников и врагов. Зайдя, карим глазам предстаёт жмущийся глава Накахара-кая и брыкающийся рыжий паренёк, который надолго цепляет чужой взгляд. — Забирай всё, что хочешь! Только не убивай меня! — заорал рыжий альфа. Шатен сразу переводит ехидный взгляд на второго рыжего. Тот невысокий и хрупкий, сразу видно, что омега. — Даже если я заберу вашего сына? — Забирай что хочешь, только не убивай! — Отец?! Осаму машет рукой своим подчинённым, которые, поняв этот жест, уводят шокированного омегу. Мальчик начинает брыкаться и кричать, требуя чтобы его отпустили. Когда за ними захлопнулась дверь, альфа переводит взгляд на другого и наставляет на него дуло пистолета. — Человек, продавший всё, включая собственного ребёнка, когда тот является таким очаровательным омегой, ради того, чтобы жить, не достоин жизни, — стреляет и чуть позже уходит.

***

— Отпустите! Отпустите меня! — омега всё брыкается и дёргается, громко вереща. Такая обида вдруг накатила, что от неё на глаза наворачиваются слёзы. Но он не может плакать, он последний наследник Накахара-кая, да и тем более альфа. Накахаре стоит огромных усилий, чтобы не заплакать, ведь никто не знает, что он на самом деле не альфа, а жалкий омега. Слезами он может показать свою мягкую душу в компании бугаев-альф. Да и удивить бывших работников. Из здания выходит тот, кто разрушил мир Чуи. Он подходит ближе и парень замечает кровь. Сейчас в нем играют противоречивые чувства, вроде «Ух, ублюдок, убил моего отца, я тебя по стенке размажу» и «Блять, спасибо за то, что отомстил за меня». — Ну что ты, солнце, — он резко останавливается и шокировано смотрит в голубые глаза. — Ты альфа? Наследник усмехается и вздёргивает подбородок. — А ты думал, что жалкий омега? — от своих слов даже больно становится. — Я не думал, а был уверен, но так даже интересней...

***

Этот парень… Иногда он так бесит, что хочется открутить ему голову. Но одновременно его хочется защитить, и похуй что тот альфа, ведь он такой маленький и хрупкий, хотя его кулаки говорят об обратном. До сих пор в голове не укладывается, что этот метр с кепкой, с почти женской талией, с круглым, но одновременно острым личиком и милыми рыжими кудряшками является представителем сильного пола! — Эх, Чуя, что ты делаешь со мной? — выдыхает глава Дазай-кая, разбирая бумаги. Всё же кровь наследника — это не просто водичка — Чуя быстро показал, что с ним, как с пушечным мясом, лучше не обращаться. Правда напрягают его периодические недельные выходные. Сначала перед ними Накахара много работает и всегда раздражён, после доволен жизнью, хоть и не ласковый, как кошка в течку. — В течку… Стоп. В голове что-то щёлкнуло и Дазай стал рыться в интернете, ища информацию про омег с альфа-запахом. «Бывают омеги, над которыми в буквальном смысле посмеялась судьба. Они имеют запах альф и поэтому им трудно найти свою пару. Обычно такие омеги пользуются случаем и выдают себя за альф, хотя их внешность говорит об обратном. Они всё так же хрупки и нежны, и всё так же слегка похожи на женщин, если это парни-омеги…» — Ого. А в этом есть смысл… Осаму резко подрывается с места, подходя к двери. Ну, примерно он знает, где сейчас находится Чуя.

***

Ладно, окей, в зале его не оказалось, тогда где ж… — Блять, — Дазай ударяет себя по лбу. Накахаре пришлось выделить кабинет, потому что «Ты работай, а я загинайся, ёбаный ты сутенёр. И мне вообще до пизды, что это не моя организация, ты можешь меня посадить хоть за дела по доставке оружия». И он оказался весьма ценным работником. Альфа без стука врывается в чужой кабинет, потому что он глава, он может себе позволить. Чуя непонимающе смотрит на ворвавшегося, замечая расширенные зрачки, и тяжело сглатывает, этот жест не остаётся незамеченным. — Дорогуша, если гон начался, не к тому обратился, — ехидничает рыжий. Шатен усмехается и подходит ближе. — Знаешь, а мне тут птичка нашептала про омег с запахом альф… — от взгляда не ускользают сжавшиеся кулаки. — Ты, я смотрю, совсем головой поехал, раз с птичками разговариваешь. Дазай усмехается и уже вплотную у стола. Накахара весь напрягся, готовясь обороняться и убивать, хотя его после тоже убьют. — Слы... — парень втягивает воздух, ощущая феромоны альфы. Вот сученыш, решил прогнуть. — Ха, вот ты и попался. Осаму хватает омегу, в этом он только что убедился, за воротник рубашки и тянет на себя, впиваясь поцелуем в чужие губы. Чуя брыкается и бьет в плечи, кусая чужие губы до крови. Дазай хватает его за загривок и подчинённый очень неожиданно замирает, хватая ртом воздух. — Вау… Альфе ничего не стоит обойти стол и положить туда омегу, нетерпеливо раздевая того. — Слышь ты. — Тише, детка, — альфа касается губами шеи примерно там, откуда должен исходить запах. Чуя открывает рот в немом стоне, прогибая спину.

***

В него резко толкаются, от чего тот прогибается, еле слышно поскуливая. Блять, как много бинтованного ублюдка. Он полностью заполняет его, мешая дышать. Сначала Дазай без стука врывается в его жизнь, а теперь принудительно в него самого, заставляя хрипеть от размашистых толчков. Мстит ли он ему за то, что оказался не первым у Чуи, остается загадкой. Если да, то Накахара готов потерпеть это ради своего удовольствия. Ведь член альфы такой большой и так идеально заполняет его, что омега течёт ещё сильнее. Но стоило этим замечательным членом попасть по простате, так рыжего сразу выгнуло. Он кончил, прохрипев. Омега не хотел кончить с ненавистным именем на губах и у него это получилось. Дазай двигается ещё пару раз и кончает, предварительно помассировав вход узлом и напугав этим, выходя и изливаясь омеге на живот. — Ты заставлял меня думать о тебе тогда, когда я был уверен в том, что ты альфа, а сейчас я знаю, что ты омега. Думаю, ты знаешь, что из этого выйдет…