Пламя страсти, которое зарождалось в пучине льда: сборник по Соукоку

Альфа! Осаму Дазай/Омега! Чуя Накахара.

***

Каждый хочет найти своего истинного, но не у каждого это получается. У некоторых истинный ещё не родился, у других уже давно мёртв или живёт в другой стране. Некоторым, конечно, везёт, а некоторые и вовсе не хотят найти свою пару. Чаще всего это альфы, которые понимают, что их истинный будет для их врагов лёгкой мишенью и проблемой в жизни, потому что отказать в чём-либо они не смогут. Знак истинного может находится на любой части тела в виде имени. Если человек мёртв, то его имя у другой половинки белое, как шрам, если не родился, то его вообще нет. Имя само по себе чёрное и оно меняет цвет при встрече с истинным. Дазай Осаму не старается найти свою пару, ему как-то даже всё равно. У его напарника, по совместительству омеги, пара мертва и он не настолько верный своей «половинке», он ни разу с ней и не встречался, так что он легко и непринуждённо принял поползновения Дазая. Из этого вытекло, что они теперь являются любовниками. И оба далеко не против такого расклада. Все говорят, что не будет так хорошо ни с кем, кроме своей предназначенной пары. Но Дазай может спокойно оспорить это, ведь с Чуей легко: ему не обязательно ставить метку, он спокойно реагирует на чужой запах на Осаму, пусть даже после этого не подпускает к себе ближе, чем два метра. Да и пусть с ним надо проводить течку, но это приятная неприятность для обеих сторон. А ещё альфа не ставит метку на Накахару, потому что уверен в его верности, так как омега выбрал своим партнёром именно его.

***

Дазай утыкается носом в одну из ягодиц, посасывая её, на что Чуя недовольно вильнул задницей. Осаму утыкается губами прямо в истекающую естественной смазкой дырочку, и, прикрыв глаза, начинает посасывать и лизать. Омега под ним чертовски вкусный, он понимает это, когда суёт язык внутрь, вырывая стон из партнера. Он легонько целует припухший вход, приближаясь к поджавшимся яичкам омеги, начиная лизать и посасывать одно из них. Альфа вставляет два своих длинных пальца и начинает массировать парня изнутри. Он целует копчик и поднимается вверх по позвонку, наслаждаясь горячими и тяжёлыми вздохами. Добравший до шеи, Дазай хватает зубами загривок, чувствуя в миг напрягшегося партнёра. — Мне поставить её? — томно выдыхает он в розовое ухо, попадая своими по-блядски длинными пальцами по простате, этим действием заставляя омегу непроизвольно дернуться. — Как хочешь. — Пил противозачаточные? — спрашивает он, вытаскивая пальцы и заменяя их своим членом. — Естественно. Дазай резко двигает бёдрами, оказываясь внутри и приостанавливаясь, давая время ошеломлённому Чуе привыкнуть. Он нагибается и целует шею, слегка посасывая чувствительное место под ухом, наслаждаясь сладким стоном, вырвавшимся из чужого горла. Альфа сжимает омежьи руки, ревниво смотря на чужое имя, оставшееся шрамом на нежной коже. Когда Чуя вильнул задницей, насаживаясь больше, Осаму толкнулся на встречу так, что была задета простата, и Накахару красиво выгнуло. Альфа ещё пару раз задел её, прежде чем омега кончил, хрипя и изгибаясь, что демонстрировала безупречную растяжку. Дазай всё ещё двигался, продлевая чужой оргазм и доводя себя до разрядки. Он цепляется зубами за загривок, прокусывая кожу и слыша сдавленный писк, и вгоняет узел, изливаясь в омегу и заполняя того. От ощущений узла, Чуя повторно кончает. Если Дазай всё же встретит своего избранного омегу, то он не сможет быть с ним, потому что только что пометил своего миниатюрного любовника.