Пламя страсти, которое зарождалось в пучине льда: сборник по Соукоку

Альфа! Чуя Накахара/Омега! Осаму Дазай

***

У Дазая Осаму просто ахуенный папочка. Пусть он и ниже его на две головы, зато какие у него тело и член! Просто вах! Эта красивая, накаченная, подтянутая грудь, кубики пресса, широкие плечи, подтянутый зад, который он любит периодически мацать, а спина… Накаченная, с перекатами мышц, с видными костяшками позвонков. Руки — отдельное искусство и фетиш. Член, ммм. Это личное и интимное, и Осаму никогда и никому не расскажет про этого маленького, но не маленького дружка. Иногда Чуя бывает похотливым засранцем и может пристать посреди ночи. По своей альфийской природе тот очень выносливый в плане секса и вообще в повседневной жизни. В то время, пока Накахара только собирается вогнать в него первый узел, Дазай уже пластом лежит на кровати, хрипя и задыхаясь. Хотя чаще альфа говорит просто лежать и получать удовольствие, и за это просто лежать у омеги оплачена учёба и дохуя модного шмотья. Ещё парочку бдсм-костюмов, но об этом никому, тс.

***

Чуя просыпается неожиданно и весьма возбужденным. Блять. Они трахались буквально… четыре часа назад, а у него стоит. Накахара переводит взгляд на мирно спящего омегу. Он подвигается к нему ближе и целует в шею, слегка всасывая. Прижавшись грудью к спине, альфа складывает чужие ноги так, чтобы они лежали друг на друге, после просовывает свой член между тощими ляжками. Это, конечно, не влагалище, но сойдёт. И начинает размеренно двигаться. — Ч-чуя? — хрипло и тихо спрашивает Дазай, проснувшись из-за копошения сзади и скольжения чего-то горячего по внутренней стороне бёдер. Чуя приостанавливается и, перехватывая омегу поперёк груди, прижимает ближе к себе, упираясь лобком в мягкую задницу. — Детка, сожми ляжки посильнее, — просит Накахара и получает сиюминутное повиновение. Альфа выдыхает сквозь сжатые зубы и сильнее толкается в щель. Он размеренно бьётся животом об ягодицы и кусает чужую шею, вырывая тяжёлые вздохи. Накахара борется с желанием войти в мягкое тело и хорошенько втрахнуть его в кровать, но он знает какой сейчас Дазай изнеможденный, и это будет грубо по отношению к омеге, а он так-то был джентельменом. — Сильней. Осаму пришлось сжать даже ягодицы, чтобы угодить своему папочке. Чуя хрипло и низко простонал, сделав пару движений, кончил. Накахара суёт свои три пальца в дырочку омеги, сразу находя простату и массируя. Омега прогнулся и простонал, кончая. — Возбудился только от одного ощущения члена между бедрами, — ехидничает альфа, всё ещё дразня простату. — Чуя, всё, всё, — плачет он и ударяет локтём в рёбра, соскальзывая с пальцев, сразу поворачиваясь лицом к мучителю и закрываясь одеялом по подбородок. — Садист. — Тебе же понравилось, — улыбается альфа. Осаму показывает язык и накрывается с головой.