Пламя страсти, которое зарождалось в пучине льда: сборник по Соукоку

Чуе семнадцать, прошло два года после того как он узнал о себе всю правду. Некоторые моменты были особенно тяжелыми, что отпечатались в памяти, кажется, навсегда. Чуе до сих пор снятся кошмары из тех событий, например, как на его глазах отключили провода от цилиндра, где находился мальчик лет шести-семи, который является его точной копией или же наоборот, Накахара является его копией, но не в этом суть. Его до сих пор пробирает от вида как малыш мучался перед своей окончательной кончиной и как растворился вместе с жидкостью, которая обеспечивала ему жизнь многие года, а в голове и будто бы рядом с ухом слышится насмешливый голос Поля Верлена «ты чудовище, чудовище, чудовище, такой же, как и я». Такие кошмары нехило выматывают нервы, но рядом всегда был Дазай, даже в те моменты два года назад. И Накахара, признать честно, очень ему за это благодарен. Благодарен за то, что бинтованный всегда твердит, что ему не важно как Чуя появился: естественным путем или из пробирки. Главное, что Чуя это Чуя, такой же мальчик с поломанной судьбой и устрашающей способностью. Рыжему легче от этих слов, хоть кто-то не считает его чудовищем или машиной для убийств. Жить становится легче, когда каждый день тебе внушают о твоей человечности, но потом вспоминается тот мальчик, у которого было светлое будущее, без мафии и прочей грязи. На своей внешности он мог рубить миллионы, но он родился не в той семье. От этого становится паршиво. Если в тот период времени он был готов умереть, то сейчас Чуя слишком любит и ценит свою жизнь. Ему дали возможность прожить ее, и Накахара ее проживет. Он будет проживать жизнь за себя и того мальчика, но не собирается строить из себя другую личность. Он это он, а рыжий у себя единственный. Как бы эгоистично это не звучало, но Чуя с малышом не был знаком, чтобы знать его повадки и привычки. Чую воспитали улицы и мафия, он просто не может быть другим. Возможно из-за одного гена он тоже мог быть вспыльчивым и эмоционально открытым, а мог быть наоборот, более сдерживающим эмоции и прячущим переживания внутри, как Дазай. Чуя проживет эту жизнь какой бы тяжелой она не была. Будет хранить в себе свой маленький секрет, который знает ограниченное количество людей. Будет жить, зная, что в нем находится частичка мальчика, который не сумел прожил свою, и рыжий будет стараться для них обоих. Чуе восемнадцать и Дазая больше нет рядом. Нет, он вовсе не умер, Осаму ушел из мафии, оставив Накахару наедине со своими переживаниями и внутренним чудовищем. Рыжий долго мусолил в голове этот период своей жизни, анализируя. Со временем Чуя понимает зачем Дазай взорвал его машину, но не стали понятны причины ухода. Подсознание, любящее во всем винить себя, говорит что это Накахара был хреновым напарником, раз не смог удержать шатена рядом, что он был слишком сопливым и порой слишком эмоциональным. Чуть позже он узнает, что Ода Сакуноске, друг Дазая, умирает при сражении с мимиком, но рыжий все равно продолжает винить себя. При первой встрече спустя четыре года Чуя хочет сломать Дазаю лицо из-за затмившей детской обиды за то, что бросили. Пусть Накахара все прекрасно понимает и принимает, но внутренние переживания, конфликты, страх и банальная обида заставляют сделать резкий выпад, сконцентрировать всю силу в кулаке и ударить в солнечное сплетение. Обида не прошла, зато стало легче от того, что шатен жив, значит и Порчу смогут остановить при случае чего. Поднимаясь вверх из подвала Чуя позволяет себе слабую улыбку и облегченный вздох. При следующей встрече Чуя врет от том, что радовался уходу Осаму, лишь бы не показаться слабым и зависимым, что Накахара смог перебороть свои страхи и переживания. Удивительно то, что даже спустя года шатен все так же бережно касается рыжего, аннулируя Порчу. Чуя начинает искать подтекст, скрытый смысл всего этого, но находит лишь свои чувства, которые решили подать признаки жизни в совершенно неожиданном ключе. Вдруг резко детская обида из-за ухода открывает новую причину, от которой было… больно. А что если Дазай не чувствует того же? Это огорчает. Но что же мешает скрывать это? Наверное то, что Осаму читает его, как открытую книгу. Хотя кто сказал, что им предстоит встретиться вновь? Именно, что никто. При следующей встрече, которая произошла неожиданно, (но свое предназначение Чуя понимает быстро) они оказываются в пикантной позе. Накахара хотел было отстраниться, но Дазай останавливает его, отмазываясь, что не хочет спасать и его от своей способности. Потом они оказываются в одной постели, где Чуя между вдохов и стонов слышит «люблю».