Любовный замес

Лера несколько секунд смотрела на опустевшую сцену, а потом рванулась в сторону неприметных ступенек и поднялась на край сцены. Быстро, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, она пробежала вдоль стенки до неприметной дверки в закулисье и, не давая себе задуматься и осознать, как глупо поступает, побежала к черному выходу. Она чувствовала, что Леша вышел через нее, и оказалась права. Он был на улице. Сидел на кособокой лавочке, которая прилипла к стене корпуса, и смотрел прямо перед собой. Он слышал, как скрипнула дверь, как Лера приближается к нему, но не двигался. А она смотрела на его профиль, такой родной и чужой одновременно, и чувствовала, что ее подташнивает. — Привет, Лер. — Привет, — она остановилась рядом с ним, раздумывая, сесть ей или остаться стоять. Вспомнились лекции по психологии, на которых рассказывали, что если твой собеседник сидит, а ты стоишь, то ты занимаешь доминирующую позицию. И она осталась стоять, для надежности уперев руки в бока. Леша кинул на нее беглый взгляд, хмыкнул, и снова уставился вперед. Она нисколько не изменилась за два года. Ни на грамм. Все те же смешные косички, капризный рот и упрямый взгляд. — Ты что-то хотела? — Ты… — Лера запнулась, а потом набрала в легкие побольше воздуха, но заговорила все равно слишком тихо. — Из-за твоих выходок, девочка из моего отряда упала и разбила коленку. — Наташка-то? — усмехнулся парень. — Я тут не при чем. Она просто набухалась и все. С кем не бывает? — Откуда ты знаешь, что она выпивала? — нахмурилась Лера, делая шаг, чтобы оказаться перед ним. Ей не нравилось, что он на нее не смотрит. Это было очень неприятно. — Я знаю свою сестру достаточно хорошо, чтобы сразу понять, выпивала она или нет. — Сестру? — Ага. — И тебя не волнует, что она в таком состоянии? — Волнует, конечно, но ты и сама понимаешь, что все в пределах нормы. Ей семнадцать: алкоголь, мальчики и все такое. Подростки, одним словом, — весело сказал он, запрокинув голову и глядя на Леру снизу вверх. Лера понимала. Она помнила, что ни одни посиделки у костра не обходились без вина, а то и чего покрепче, помнила поцелуи в темноте леса, помнила отчаянные подростковые признания, которые ничего не стоили. Слишком хорошо помнила то, чего помнить совсем не хотелось. — Я не знала, что она твоя сестра. Вы совсем не похожи, — сказала она, наконец. — Знаю. Забавная штука генетика, да? — снова усмешка. Лера поежилась, хотя ей совсем не было холодно. Было странно смотреть на Лешу, чувствовать, как внутри все сжимается в комок, и делать вид, что они не знакомы. Он притворялся, она притворялась — все это было дешево и пошло. И она все-таки не выдержала. — Почему ты делаешь вид, что мы друг друга не знаем? — Как минимум, потому что мы не виделись два года, а люди, знаешь ли, меняются. — Я не изменилась, — резче, чем хотела, ответила Лера. — Очень жаль, — Леша встал с лавочки и посмотрел на нее уже сверху вниз. Все такая же коротышка, на голову ниже его. — Лер, надо расти, понимаешь? — он не сдержался и тихо рассмеялся. — Очень смешно, — девушка дернула головой и ее косички смешно подпрыгнули. — Спасибо, что оценила, — пропустил мимо ушей ее сарказм Леша. — Короче, давай не будем предаваться трогательным воспоминаниям и просто будем работать вместе, окей? От того, каким издевательским тоном это было сказано, Леру передернуло. — Трогательным воспоминаниям?! Ты кинул меня, наплел что-то про то, что обстоятельства изменились, и слился! — Был такой косяк, — цокнул парень. — Но это было давно. А сейчас… — А, сейчас вместо того, чтобы объясниться или извиниться, ты ведешь себя как мудак! — взорвалась Лера. — А ты думала, я извиняться буду? — вскинул брови Леша. Это был удар ниже пояса, потому что именно этого Лера и ждала. Она надеялась, что он объяснит ей, найдет какие-то слова, чтобы, вспоминая то лето, она испытывала хоть что-то кроме жгучего разочарования. А он смотрел на нее, словно не понимая, как ранил ее тогда, словно ничего не случилось, и говорил что-то про совместную работу. — Я думала, что у тебя есть совесть, — сказала она наконец. — Нет, к счастью, этим я не страдаю, — подмигнул Леша. — Так что насчет моего предложения двигаться дальше? — Засунь его себе в задницу, — посоветовала Лера. — Если из-за твоей халатности пострадает хотя бы один ребенок из моего отряда, я накатаю на тебя такую жалобу, что даже твой дедуля не поможет. — Ты сейчас серьезно? — Абсолютно. Ты всегда был безответственным, так что твой прокол — это только вопрос времени. Я подожду. — Ты в курсе, что мы вожатые? И мы в одной связке? — Нет никакого мы, — едко сказала Лера, процитировав ему слова, которые он сказал ей когда-то. — И помни, я буду рядом, когда ты оступишься. Леша не сразу нашелся с ответом, и девушка воспользовалась этим, чтобы оставить последнее слово за собой. Хотя бы в этот раз. Она вернулась назад в зал тем же путем и наткнулась на Сережу, который снова был на сцене. В отличие от Леши, он не прыгал и не подпевал, только переключал треки и зорко следил за тем, что происходит в зале. Она подошла к нему и крикнула, что отойдет ненадолго. Он кивнул в ответ, и тогда она едва ли не выбежала из зала в коридор, мечтая поскорее найти тихое и уединенное место. Вспомнилось, что в этом корпусе есть комната отдыха для вожатых, и она направилась туда, решив, что сейчас все должны быть на дискотеке, и она сможет побыть одна. Распахнув дверь вожатской, Лера замерла. На диване рыдала девчонка. — Что случилось? — Лера сразу же забыла про сцену с Лешей. — Ничего, — девушка убрала руки от лица, и Лера узнала Наташу. Желание ее утешить сразу как-то сдулось, но Лера одернула себя: она не должна была переносить негатив на сестру Леши, каким бы говнюком он не был. Тем более она выглядела действительно несчастной, с красными глазами, размазанным макияжем и дрожащими губами. — Нога болит? — участливо спросила Лера, присаживаясь рядом. — Разве Сережа не… — Все нормально! — огрызнулась Наташа. — Я просто хотела побыть одна. — Если что-то случилось… — Я точно не буду обсуждать это с тобой. — Иногда просто нужно, чтобы кто-то был рядом. С этими словами она положила руку на плечо Наташи. Она дернулась от неожиданности и посмотрела на Леру расширившимися от удивления глазами. — Что ты делаешь? — Мне тоже было семнадцать, — тихо сказала Лера. — И я тоже плакала одна, потому что мне казалось, что никто не поймет. И… — Не поймет? Всем на меня наплевать, — горько усмехнулась Наташа. — Но я привыкла, так что не парься. Поставь себе звездочку за то, что ты хорошая вожатая, и оставь меня в покое. — Зачем ты так? — Потому что мне не нужна твоя дешевая забота. Ты не мой психотерапевт, это не входит в твои обязанности. — Я просто хочу помочь… — Я не ты. Мне не нужна помощь. Наташа встала и вышла из комнаты, гордо цокая каблуками. Лера оторопело смотрела на дверь, впервые осознав всю глубину фразы «яблоко от яблоньки недалеко катится». Что брат, что сестра — оба неблагодарные свиньи, которые не понимают сердечного отношения. — Да и пошли вы оба, — выдохнула Лера. Она несколько минут посидела в тишине, переваривая все, что произошло за этот вечер, а потом приняла стратегическое решение держаться подальше от этого семейства. А еще подумала, что стоит рассказать Арине про Лешу, чтобы не было так тошно от всех этих мыслей и потому что ей нужна была ее поддержка. Точнее, Арина знала эту историю, только вот не знала, что это и есть тот самый Леша. — Надеюсь, у нее осталось конфискованное винишко, — подвела черту она. Пора было возвращаться в зал. Лера, не спеша, шла по коридору, размышляя о том, что Наташу все-таки жалко. Хоть она и сказала, что ей не нужна помощь, на самом деле, всем нужен друг, особенно в тяжёлые времена. И Лера не видела ничего постыдного в том, чтобы показать слабость близкому человеку. А у Наташи таких людей, видимо, попросту не было. «Да и кто бы смог долго выносить такую стерву?»

***

Наташа лежала на расстеленном на песке полотенце и, спрятавшись за черными очками в пол-лица и широкими полями шляпы, наблюдала за Сережей, который о чем-то трепался с ее вожатыми. Она никак не могла определиться, которая ее бесит сильнее, дредастая Арина или доставучая Лера. В данный момент они обе раздражали ее одинаково сильно, потому что могли запросто трепаться с Сережей, а ей оставалось только незаметно следить за ним и сходить с ума. Вчера она проплакалась и решила, что выкинет его из головы, но проснувшись утром она решила, что так легко не отступит. Слишком давно и слишком сильно она была в него влюблена. С тринадцати лет она мечтала, что вырастет и будет встречаться с ним, и никакая там другая девушка в ее планы не входила. Все занятие по актёрскому мастерству она строила планы по завоеванию Сережи. Она не знала, кто ее соперница, но представляла ее безумно красивой, интеллектуальной, почти неземной, потому что только такая могла бы понравиться Сереже. Никак не меньше. Конкурировать с такой будет трудно, но у Наты было преимущество: как минимум одна смена рядом с предметом обожания. Надо было грамотно использовать его и показать ему, что она не просто Лешина сестра, а девушка, в которую тоже можно влюбиться. Нужно, чтобы он перестал считать ее глупой малолеткой и посмотрел на нее новым взглядом. И тут ее план заходил в тупик, потому что ей было стыдно показываться ему на глаза после вчерашнего. И хотя она решила не сдаваться, заставить себя действовать было непросто. Он уже отказывал ей дважды, и третьего раза ей совсем не хотелось. — Наташ, пойдем играть в волейбол? Ната лениво посмотрела на Петю, парня из отряда, в котором Сережа был вожатым, c которым была сегодня в паре на актёрском мастерстве. Абсолютно бездарный парень, который только и мог, что отпускать плоские шутки, над которыми хихикали глупые девчонки из ее отряда. Она уже хотела было отказаться, как вдруг заметила, что вожатые старших отрядов, в том числе и Сережа, идут к натянутой над песком сетке. Если он будет играть, то ей тоже надо. — Хм… пойдем. Она сняла очки, скинула шляпу, собрала волосы в высокий хвост и натянула шортики. Все это время взгляд Пети, как таракан ползал по ее груди, так что она решила надеть еще и майку. После этого Петя слегка приуныл, но все-таки сопроводил ее к игровой площадке. — Играем девочки против мальчиков? — задорно выкрикнул Сережа, подкидывая мяч. — Тогда, считай, они уже проиграли, — фыркнул Леша. — Вы хоть правила то знаете? — Мне не нужны правила, чтобы надрать тебе задницу! — с вызовом крикнула Арина, собирая свои дреды в пучок. — Арина, не выражайся при детях! — возмутилась Лера, которую Наташа тут же записала еще и в праведницы. — Дети, вы когда-нибудь слышали слово задница? — поинтересовалась Арина у окружающих ее подопечных. Кто-то засмеялся, кто закивал, а Арина посмотрела на Леру торжествующим взглядом. — Смотри, они знают, что такое задница, — весело сказала она подруге. — Дети, официально заявляю, вы готовы к этой жизни. Ну, детка, разыгрывай! — крикнула она Сереже, вскидывая руки наверх. — Разыгрывают в футболе, — процедила Ната, недовольная тем, как Арина фамильярничает с Сережей. — О, ты знаешь правила, — не обратила внимания на недовольный тон подопечной Арина. — Будешь капитаном команды. А кто с вашей стороны? — спросила она у парней. Ребята начали спорить, а потом кто-то вытолкнул вперед Сережу, который застенчиво обнаружил, что его избрали капитаном. Потом увидел Нату, отвел глаза в сторону, а потом снова посмотрел на нее и робко улыбнулся. Сердце девушки выдало кульбит от этой улыбки, но она не успела улыбнуться в ответ, потому что Арина стала отталкивать ее назад. — Давай, ты высокая, так что будешь прыгать. А мы с Лерой у сетки, — скомандовала она. — Ну, погнали?! Первая же Сережина подача полетела в Нату. Она ловко подпрыгнула и отправила мяч назад, там его сразу принял Леха и запустил обратно. Лера с Ариной заметались у сетки, и едва не упустили мяч, но потом Лера все-таки выполнила невероятный кульбит и отбила его локтем, отправив Ане, высокой девчонке, которая бегала рядом с Натой. Игра проходила весело, но Ната куда больше внимания уделяла Сереже, который много смеялся, командовал и без конца бегал. Она тоже старалась выкладываться по полной, чтобы он заметил, как хорошо она играет. В какой-то момент она увидела, что он смотрит на нее с одобрением, и почти забыла, что они играют не одни. Для нее все сузилось только до Сережи и его искрящихся весельем зеленых глаз. — Ната, а ты жжешь! — похвалила ее Арина. — Давай, еще чуть-чуть и мы их сделаем. — Решающий раунд! Девчонки ведут! — радостно прокричала Лера. Наташе было плевать, выиграют они или нет, наоборот, она хотела, чтобы игра подольше не кончалась. Она надеялась, что Сережа увидит ее в новой среде и пересмотрит свое отношение. Сердце ее колотилось, как сумасшедшее, но не из-за бега и прыжков, а из-за него. Она так зазевалась, что едва не схлопотала в лицо мячом — очередная жесткая подача от Леши, который играл так грубо, как будто хотел их этим самым мячом убить. И с каждым разом он отбивал его все яростнее, с каким-то непонятным остервенением. Ната подумала, что после игры выскажет ему, потому что так нельзя, даже если очень хочется победить, как вдруг услышала тихий вскрик. Очередная жёсткая подача Леши прилетела в Леру, которая попыталась ее отбить, неловко извернув кисть. Мяч упал на песок, а Лера прижала руку к груди. — Ты придурок! — тут же начала кричать Арина. — Эй, это игра, такое бывает! Ната перестала слушать их ругань в тот самый момент, как Сережа кинулся к Лере, поднырнув под сеткой. Он подбежал к ней вплотную и что-то заговорил, а потом обхватил за талию и куда-то повел. — Мы в медпункт! — крикнул он Арине, которая что-то буркнула ему в ответ и снова принялась орать на Леху. Все поняли, что игра закончилась и стали расходиться и только Наташа осталась тупо стоять посреди площадки, провожая взглядом Сережу и Леру. Вдруг стало до боли обидно за себя, за то, как вчера он высмеивал ее царапину, а сегодня едва ли не на руках понес доставучую Леру в медпункт. Чтобы не расплакаться, она начала злиться: на Леру, на Сережу, на Лешу, который играл, как придурок, но больше всего на себя. «Если хочу добиться его внимания, нужно действовать более решительно!» Она вернулась на свое полотенце и стала размышлять. Светлых идей не было: она не могла попасть в его отряд, потому что их разделили на мальчиков и девочек, а Сережа и Леха были вожатыми у парней. И даже если она будет доставать деда, вряд ли он согласится сделать для нее исключение. Навязывать свое общество тоже не хотелось, значит оставалось только одно: отказаться от уроков актерского мастерства в пользу танцев, потому что так она сможет больше времени проводить с Сережей. Она знала, что он преподает танцы, и у нее уже была мысль перевестись, пока смена только началась, но она занималась танцами по настоянию деда с детского сада и до самого окончания десятого класса. И только месяц назад, когда ей исполнилось семнадцать, он разрешил ей уйти из танцев. — Чтобы теперь снова вернуться? — простонала Ната, разваливаясь на полотенце. — С другой стороны, говорят, любовь требует жертв. Или это было про красоту? Да, какая разница, надо что-то делать. И срочно. А может, все-таки сдаться и не делать ничего? Если ему правда кто-то нравится, то разве, не глупо лезть к нему со своими чувствами? — Ты что-то сказала? — Леха плюхнулся на песок рядом с сестрой. — Что ты идиот. Ты мог играть нежнее? — она злилась на него, потому что именно из-за его подачи, Сережа сейчас был не с ней на поле, а в медпункте с Лерой. — А я думал, девчонки сейчас любят пожестче. Ну, знаешь, анкл Сэм подарил нам бдсм и все такое? — Почему мой брат такой придурок? — простонала Ната, снимая майку и натягивая на себя шляпу. — Майку надень, — вдруг скомандовал брат. — На тебя половина моего отряда пялится. — Пусть пялятся, мне не жалко. Я загораю. — Вот в майке и загорай. Или найди себе купальник поприличнее. Давай, прикройся, — заявил Леха, кинув в нее майкой. — Так, полиция нравов, вас не вызывали, — девушка кинула в брата песком. — Сгинь и не загораживай мне солнце. — Нат, я серьезно. Не хочу, чтобы озабоченные малолетки дрочили на мою сестру. — Блять, ну что ты за человек-то? — возмутилась Ната, все-таки натягивая майку. — Меня сейчас стошнит. — Умничка, — Леша, явно издеваясь, погладил ее по голове и сбежал до того, как она швырнула в него новой пригоршней песка. Наташа проклинала свое богатое воображение, решив, что больше никаких мини бикини, а потом вдруг ее озарило. «А может, мне пофлиртовать с каким-нибудь придурком из отряда, чтобы Сережа заревновал? Хотя, можно ли ревновать кого-то, если он тебе не нравится? А вообще, с чего это я решила, что я ему не нравлюсь? Может он вообще соврал про девушку, чтобы отделаться от меня?»