Краткий курс спортивной жизни

POV Пабло Клубная жизнь определенно не для меня. Спустя час-другой, громкая музыка начинает давить на уши, а количество человек на один квадратный метр вызывает только одно желание — желание поскорее оказаться дома. Но главная причина моего уныния в том, что мне просто здесь скучно. Да, надо признать, мне не хватает Марисы. И пусть, будь она сейчас здесь, Спирито обязательно потащила бы меня на танцпол, но возможность быть с ней так близко, исключает все возможные минусы от наших совместных танцев. На самом деле, мне казалось, что вчера вечером в бассейне между нами было что-то, чего я никогда не смогу выразить простыми словами. Что-то в воздухе, что-то во взгляде. Тоже странное чувство я испытал и во время нашей с Марисой тренировки. Возможно, это связано с моей глубокой симпатией в ее сторону. То есть, я просто принимаю желаемое за действительное, но то что раньше казалось мне просто дружескими объятиями, сейчас воспринимается чем-то большим. Некоторое время до закрытия клуба меня развлекает Сол. Она весьма недурна собой и не заметить ее заинтересованность в мою сторону не мог бы, разве что слепой. Сол уже десять лет играет в большой теннис на профессиональном уровне, а ещё она недавно побывала в Париже, и должен сказать, это исчерпывающая информация о ней, что я сумел запомнить из всего того, что она рассказала о себе. Сегодня я открыт к общению, но это скорее жалкая попытка не думать о том, чем сейчас занята Мариса. И если бы не мое обещание Мии составить ей компанию на воскресенье, моя задница уже давно бы торчала в кинотеатре на последнем сеансе, а рядом со мной в кресле сидела бы Мариса, с очаровательной улыбкой и попкорном в руках. — Пабло… Пабло… — Мия выглядит весьма взвинченной, когда возвращается обратно в зал. В голову сразу лезут дурные мысли о том, не обидел ли ее кто. — Мы можем поехать домой? — запыхавшись, произносит она и осторожно оглядывается по сторонам. — Что-то случилось? — Нет, — подруга явно что-то скрывает, но на самом деле я и сам не прочь вернуться домой, несмотря на то, что ещё достаточно рано для сна. — Нет, — Мия берет себя в руки, беззаботно улыбаясь, — просто вспомнила, что завтра у нас очень ранняя тренировка, а я сегодня как-то очень устала. — Подожди, я только расплачусь по счету. — Я с вами, — Сол явно восприняла мое хорошее к ней отношение за что-то иного характера. — Ты же сможешь подбросить меня до дома? Родители терпеть не могут, когда я возвращаюсь на такси, — Риваролло настоящая лиса, и пусть внешне она совершенно в моем вкусе, хотя будем честны, она во вкусе каждого парня здесь, что-то в этой девчонке не внушает мне доверия. Слишком мила, слишком обходительна, а теперь вдобавок ко всему прочему слишком навязчива. Эта приставка «слишком» после ряда лестных прилагательных в ее сторону, делают образ Риваролло для меня отталкивающим. Сначала я хочу возразить, ведь Сол должна была сама подумать о том, как ей придется добираться до дома, но при этом, если я подброшу девушку, от меня же не убудет? Я тут же соглашаюсь: — Без проблем, я все равно за рулём. Мы прощаемся с теми, кто ещё готов продолжить веселье и на всеобщее удивление, Гвидо в это число не входит. Всю дорогу до его дома он достает Мию совершенно дурацкими вопросами, хотя ее поведение красноречиво говорит о том, что она не настроена вести светские беседы. Как только я развожу всех своих пассажиров, мы с Мией оказываемся дома ещё до одиннадцати. Отец ещё не спит, и после того как мы перекидываемся несколькими общими фразами о том, как провели время, Мия под предлогом усталости отправляется спать в одну из гостевых комнат. Я обязательно дожен выяснить что у нее случилось в клубе, но позже. — Я говорил с твоим тренером сегодня… — Серхио всегда заводит эти разговоры о моих успехах на поле совершенно случайным образом. Да и что означает эта фраза, «я говорил с твоим тренером», Блас что наш сосед? Вряд ли они могли пересечься где-нибудь в загородном клубе, в котором состоит мой отец. На самом деле, я знаю откуда ветер дует. Серхио знает, что все его вмешательства в мою футбольную жизнь, ужасно меня злят. И в первую очередь, это связано с тем, как другие люди реагируют на тот факт, что я сын мэра. Естественно посторонние считают, что мне все достается на блюдечке с голубой каёмочкой, хотя на деле все обстоит совсем не так. Я пашу как проклятый, часами зависаю в спортзале и бассейне и все, чтобы кто-то со стороны не решил, что я занимаю место в Академии просто благодаря своему высокому статусу. — Блас сказал, что вчера ты хорошо отработал на поле… — Я забил один единственный гол за последние пять матчей, навряд ли этот результат говорит сам за себя. Мне ещё далеко до своей идеальной формы, — я делаю глоток воды, искренне желая поскорее закончить этот показной разговор неравнодушного отца и его нерадивого сына. — И к тому же, это не гарантия того, что в следующий раз я выйду в основном составе. — Я бы мог надавить на Дуноффа… — Мне и так хватает того, что говорят за моей спиной, когда узнают кто я. — Паблооо, — умоляюще тянет Серхио, — использовать свое положение себе во благо не такая уж плохая затея. — И все же я обойдусь. Все, я спать, — пытаюсь уйти, но попытка не засчитывается. — Подожди, — Серхио явно что-то замышляет, — мне показалось, или Мия была чем-то расстроена? Вы поссорились? — Нет, — я устало выдыхаю. С каких пор моя личная жизнь стала интересовать отца. — У нас все хорошо. — Хорошо, да? — вопрос и улыбка Серхио звучат и выглядят довольно двусмысленно. — Мы просто друзья, пап, — я произношу этот аргумент как смертельный приговор. — Да, но согласись, на девушку вроде Мии сложно не обратить внимание. — Это весьма просто, если вы друзья детства. Что-то я не слышал от тебя подобных разговоров касательно Марисы, мы ведь тоже общаемся достаточно близко. — Мариса, — усмехается Серхио, — сложно представить вас вместе. Да и вообще, с ее то характером… Отец закатывает глаза. Этот жест меня злит, и я едва сдерживаюсь, чтобы не сорваться. — А что не так с ее характером? — я спрашиваю не из простого любопытства и вовсе не из-за того, что меня действительно интересует мнение отца, на самом деле, я так часто слышу о характере Марисы, словно это какое-то проклятье или восьмое чудо света. — Скажем так, Мариса создаёт много проблем. Связаться с ней было бы очень опрометчивым поступком. Она слишком категорична и слишком полагается на свое мнение, что для серьезных отношений не вполне приемлемо. — Иными словами, Мариса неудобна. — А что ты так ее защищаешь?! Тебе она нравится? — Мариса моя подруга и с моей стороны защищать ее не больше, чем проявление дружбы. И с каких это пор тебя интересует моя дружба с девушками? — Я твой отец, я должен знать о тебе все. — А я устал и должен идти спать, — на этих словах я заканчиваю наш бесполезный разговор с отцом. *** Стараясь заснуть, я долго ворочаюсь в своей постели. Слова Серхио о Марисе все ещё не выходят у меня из головы. Мама обожала Марису с самого детства, всегда отмечая ее открытость и непосредственность, тогда как отцу Мия нравилась гораздо больше, и он неоднократно пытался навязать мне свое субъективное мнение на ее счет. Я пролистываю соц сети, желая поскорее отвлечься от разговора с Серхио. Натыкаясь на последнюю публикацию Марисы в Инстаграме, уголки губ непроизвольно приподнимаются. На фото она стоит в моей футболке на фоне водоема в парке. Надпись под постом с селфи гласит: «Ещё один хороший денек в копилку» и хештеги #радабытьдома и #домтамгдесердце. Публикация сделана всего несколько минут назад, что даёт мне маленькую надежду на то, что Мариса ещё не спит. Провожу в сомнениях некоторое время после того, как взвесив все за и против, все же несмело набираю ее номер. Я все ещё не уверен в том, что поступаю правильно, но мне просто хочется услышать ее голос, а ещё лучше послушать о том, как она провела сегодняшний день. — Коллучи все-таки тебя доконала, да? — говорит она вместо своего приветствия. Слышу ее голос в трубке и усмехаюсь. Разборки Мии и Мариса до ужаса напоминают мне детские склоки в песочнице. — Я тебя не разбудил? — Нееет, ты же знаешь, я раньше двенадцати не ложусь. Как прошел твой день? — Ни за что не поверишь, — делаю паузу, предвкушая себе реакцию Марисы на мое времяпрепровождение, — я танцевал. — Что? Нет! Скажи, что шутишь? — К сожалению нет. Мия потащила меня в клуб, и вдобавок ко всему, заставила танцевать. — Да уж… Коллучи коварная! — А чем ты занималась весь день? — Ну… — Мариса словно размышляет, — моя программа ограничились ужином в компании Сони и захватывающих историй о ее модельной карьере. Я рада, что ты мне позвонил… — Я тоже… — почему-то становится неловко. Я отвлекаюсь на минутную стрелку часов, что висят на стене прямо перед моей кроватью. — Ладно, просто хотел знать, все ли у тебя хорошо. Увидимся завтра в Академии! — мысленно бью себя мобильником по лбу. Какой идиот! — Ещё бы! — Эмм… Мариса?! — в нерешительности я прикрываю глаза. Меня одолевает такое смятение чувств, что я еле могу удержать на кровати. — Да… — робко переспрашивает она. — Сладких снов, Веснушка. Я слышу ее улыбку в динамике, если такое в принципе возможно, после чего она ласково произносит: — И тебе, Пабло. *** POV Мариса Если бы не сегодняшний отбор на предстоящие соревнования, все мои мысли занимал бы Пабло и только он. Его вчерашний звонок оставил мне надежду на наше счастливое совместное будущее, и это не считая улыбки до ушей, с которой я так и проснулась утром. На удивление в спортивный зал я пришла одной из первых. Несколько девчонок из моей команды уже бинтовали наиболее уязвимые для травм части тела, что не помешало им оторваться от своих увлекательных занятий и наградить меня ненавидящим взглядом. — И вам доброго утра, девочки! — понимая, что мне все равно не приходится рассчитывать на их благосклонность, я сосредоточилась на подготовке к основным упражнениям. Когда в зал входит Мия, трущиеся друг о друга дверцы создают много шума в полупустом помещении. Это привлекает внимание. Странно, но от прежней уверенности во взгляде Коллучи не остаётся и следа. Она как-будто чего-то или скорее кого-то боится. Я продолжаю следить за ней, даже когда Мия подходит Вико, для того чтобы поздороваться и поделиться мнениями о вчерашнем вечере. — Что? — слова Мии и ее раздраженная интонация определенно обращены ко мне. Да уж, видимо принцесса тоже на взводе перед смотром тренеров. Не успеваю ей ничего парировать, да и не больно хотелось, ведь в зал входит Мануэль. В его руках планшетка и ручка за ухом. — Построились, девочки, — хлопнув в ладоши, командует Агирре, для того чтобы привлечь наше внимание. — Впереди нас ждут серьезные соревнования, поэтому отнеситесь ко всему, что мы сегодня будем делать достаточно серьезно. — Ты новенькая, кажется? — Мануэль подходит ко мне вплотную. — Да, как впрочем и вы. Я криво улыбаюсь. — Наслышан о твоём вздорном характере. Мариса Спирито! Ты могла бы стать настоящей звездой, если бы не та история с допингом… Мне с трудом удается сдержать себя в руках, потому что до смерти надоело слышать со всех сторон о моем провале. Да еще и эти злые ухмылки на лицах девушек. Незнакомые люди судят меня, не зная что и как было на самом деле. Плевать! Мне не в первой быть сильной, наперекор общественному мнению. — Не терпится увидеть тебя в деле. — А мне показать себя на снарядах, — я имею дурацкую привычку всегда оставлять последнее слово за собой. — Очень хорошо, — Мануэль проносится глазами по всем остальным, чеканя свой шаг вдоль нашего ровного ряда. Он останавливается возле одной из гимнасток, рядом с Мией, имя которой я не запомнила. — Нейл, поправь волосы. Коллучи, — Агирре награждает девушку серьезным взглядом, от чего та вздрагивает, — на брусья, ты будешь первой! Мия покорно идёт к чану с магнезией и тщательно натирает руки мелом. Мануэль страхует ее в воздухе, когда она цепляется руками за перекладину. Шоу начинается. Коллучи легко удается сделать несколько не слишком сложных комбинаций, пока она не доходит до маха вперед-двойное сальто назад в группировке с поворотом на 720 градусов и совершает ошибку. — Чем ты занималась все выходные, — они смотрят друг на друга в упор, пока тренер Агирре вновь не подсаживает Мию на перкладину в воздухе. — Соберись, если хочешь попасть на соревнования! Мариса, — Мануэль обращается ко мне, указывая на другой снаряд, — готовься в опорному прыжку. Пока Коллучи делает несколько упражнений в воздухе, отлетая на несколько десятков сантиметров от перекладины, Агирре больше не произносит не слова. Но как только Мия готовится к соскоку, он сопровождает каждое ее действие командой: — Сконцентрируйся на приземлении! Помни о прямых ногах! — практически рычит он. То ли со страху, то ли от того, что сегодня такой день, когда все валится из рук, Мия допускает ещё одну ошибку, когда ее ноги касаются матов. — Ты точно Коллучи, потому что мне говорили что ты лучшая здесь? — Мануэль отрицательно качает головой, записывая что- то в свой блокнот. Он явно не впечатлен ее успехами. — Если так, то нам просто нечего делать на этих соревнованиях. Нижняя губа Коллучи трясется от зарождающихся слез, а ее глаза начинают блестеть. Впервые со дня нашей ссоры мне ее жаль. Простому обывателю и не снилось какие адские нагрузки падают на наши плечи. Им неизвестно по сколько часов в день мы торчим в спортивном зале, чтобы сделать одно лишь маленькое движение более точнее и четче. А эти кровавые мозоли на руках? Разве так должны выглядеть руки восемнадцатилетней молодой девушки? Мы прозябаем жизнь здесь, задыхаясь от нехватки свежего воздуха и заливаясь потом, и подобные нелестные комментарии от тренера — последнее что ты хочешь услышать, осознавая что посвятила последние пятнадцать лет своей жизни делу, которое оказалось неблагодарным. От обиды, Мия швыряет свое полотенце на пол и бежит прочь из спортзала. Ее хочет остановить Вико, но Мануэль держит свое резкое слово. — Пасс! Ты следующая. Виктория на правах лучшей подруги разрывается между тем, чтобы побежать следом за Мией или же приступить к упражнению. В этот момент я втайне радуюсь за то, что Коллучи окружила себя настоящими друзьями. Вико готовится к упражнению. Я вижу в ее глазах острое желание утереть нос этому недомерку Агирре. И хотя все мы здесь соперницы, я мысленно мечтаю о том, что у нее все получится. Следующие два часа в зале мы пашем как проклятые, меняя снаряды одним за одним. Слабые ноги — поздравляю, ты провалилась на опорном прыжке. Согнула ноги в коленях — минус бал. Музыка закончилась раньше, чем ты закончила вольные упражнения — прощай, неудачница! — Итааак, — тянет Мануэль с дерзкой улыбочкой на своих губах, когда ад наконец-таки закончился, — поздравляю дамы, ваши мучения подошли к концу. О результатах мы с тренером Лулу сообщим немного позже. — Еще не все выступили! — мы одновременно поворачиваем головы и смотрим в сторону распахнутых дверей, в которых зависла Мия с высоко вздернутым подбородком. — Я уже поставил тебе прочерки, Коллучи. Ты отказалась от участия в отборе. — Разве кто-нибудь слышал от меня подобные заявления? Наверное, в силу некоторых обстоятельств и нанесенной ранее обиды, я должна была выступить против Мии, но если честно, я придерживаюсь правил бороться и побеждать лучших из лучших. — Тогда я, пожалуй, начну! — проходя мимо Мануэля, Коллучи победно улыбается, а ее боевой дух определенно настроен на высший результат. Когда Мия успешно проходит снаряд за снарядом, я испытываю противоречивые эмоции. С одной стороны, все мы гимнастки за одно, ведь это наш спорт, и тот факт, что она сумела утереть нос тренеру меня радует, но другой стороны, мест на соревнованиях всего четыре, а результаты, я думаю, будут достаточно плотными. — Все вы отлично сегодня поработали. Но расслабляться пока рано. Окончательный вердикт будет вывешен на доске информации ближе к вечеру, — уходя, Мануэль косо смотрит в сторону Мии. Она делает вид, что не замечает этот его взгляд, но как-только Агирре поворачивается к ней спиной, Коллучи с опаской провожает его глазами прямо до двери. На этот счет я коротко задумываюсь. Что происходит между этими двумя? POV Пабло После дневной тренировки мои ноги просто отваливаются, но это совсем не мешает мне принять душ и отправиться в комнату Марисы. Мы договаривались поужинать вместе, и я уже полон предвкушения перед нашей встречей. В основном крыле Академии, там в основном находятся кабинеты руководства и учительская, я замечаю Марису. Она очень возбуждена, о чем свидетельствует ее активная жестикуляция. Каждый раз, когда Спирито отрывает рот, чтобы что-то сказать, она возмущенно вскидывает руки. Когда я подхожу ближе, могу уже отчетливо различить ее крики. — Меня нет в заявке, серьезно? Лулу, та что отвечает за спортивную гимнастику в Академии пытается как-то оправдаться, но она и двух слов вставить не может, потому что Мариса все время ее перебивает. — Когда отец отдавал мои документы в этот чертов колледж, вы говорили, что я обязательно войду в чемпионский состав! — Я сказала «возможно». — Мы платили не за возможно! — не уступает ей Мариса. Черт, за такое агрессивное поведение ее запросто могут исключить из Академии. — Мы с сеньором Агирре решили, что твоя форма пока не идеальна и психологическое состояние тоже. Тебе пока рано выходить на крупные соревнования. — Какая брехня! Просто скажите, что тупо боитесь брать меня в команду из-за моего прошлого. Но знаешь, Лулу, пошли вы вместе с сеньором Агирре со своей гимнастикой, — Мариса показывает преподавательнице средний палец, и срываясь с места, летит прямо в мою сторону. — Тебе придется извиниться за свое поведение, Спирито! — кричит Лулу ей в след. — Только когда ад замерзнет! Ускоряя шаг, Мариса утыкается в меня, и только после этого немного приходит в себя. Она поднимает свои бешеные глаза и тут же опускает их в пол. — В чем дело? — я пытаюсь проявить свое участие, в жалкой попытке заставить ее встретиться со мной взглядом. Спирито сбрасывает мои руки с ее плеч и говоря, не сейчас, Пабло, уходит прочь. Я провожаю глазами ее ускользающую в коридоре хрупкую фигуру. Нужно как-то ей помочь! Решение покинуть Академию на пару с Марисой созрело в моей голове абсолютно спонтанно. Обычно я не совершаю таких опрометчивых поступков, но видно общение с моей давней подругой, и меня сделало немного рискованным. Я подговорил одну из ее соседок по комнате, сказать Спирито, что якобы внизу ее ожидает посыльный. Разумеется, у меня было не слишком много шансов на то, что Мариса спустится, но кажется сегодня мой счастливый день. Как только я вижу ее, выходящей из главного входа на улицу, дергаю рычаг коробки передач на своем автомобиле и оказываюсь прямиком у основание лестницы, по которой ей необходимо спуститься. — Залезай! — я киваю головой на пассажирское сидение рядом со мной. Мариса коротко пытается понять что происходит. Ее лицо одновременно выглядит и серьезным и заинтересованным, но как только до нее доходит мой план целиком, Спирито уже с воодушевленной улыбкой прыгает в мой автомобиль. — Что происходит? — спрашивает она, пристегиваясь по ходу того, как я выворачиваю руль в сторону главного проспекта. — Заявляю официально, ты похищена. Наши взгляды цепляют друг друга на один крошечный момент, но даже его достаточно на то, чтобы понять, что этой ночью мы оба готовы к безудержным приключениям. *** — Надеюсь, ты не готовишь меня к ритуалу жертвоприношения, потому что спешу тебе напомнить, я больше не девственница. До того места, в которое я намеренно увез Марису осталось ехать не больше пятисот метров, но Спирито неутомимо продолжает ворчать всю дорогу. Светонепроницаемая повязка на ее лице заставляет ее чувствовать себя неуверенно, Мариса не может держать ситуацию под контролем, и именно поэтому злится. — Потерпи еще немного, — я глушу двигатель и поворачиваю голову в сторону подруги. Она то и дело вертится, пытаясь понять, что происходит. Ее метания вызывают во мне только улыбку, а тем временем мое молчание заставляет Марису еще больше нервничать. Особенно, когда хлопает моя водительская дверь и она остается в салоне совершенно одна. — Эй, Пабло, ты тут? Почему лягушки квакают? Где мы? — Успокойся, — я беру ее ладонь в свою руку, пытаясь показать ей, что я рядом. — Сейчас я сниму с тебя повязку. — Да, поторопись, потому что мне в ней даже дышать трудно. Ты мне, между прочим нос закр… — Мариса прерывается от своих причитаний, только когда ее глазам ничего больше не мешает. Она немного щурится, оборачиваясь по сторонам и привыкая к свету. — Что это? Неужели… — она по-дружески хлопает меня по плечу, а затем от своего восторга, прикрывает рот одной рукой. Затем она исследует местность, пытаясь вспомнить, когда последний раз мы были здесь все вместе. — Неужели это то самое место, Пабло? — Мариса поворачивается ко мне лицом, долго исследуя меня горящим взглядом. Ее глаза прямо светятся в темноте. — Я рад, что ты его не забыла! — Ты шутишь? Как можно забыть место, где был абсолютно счастлив? Боже, — Спирито закатывает глаза, и подходит ближе, чтобы меня обнять. — Я люблю тебя. Спасибо, — когда ее губы касаются моей щеки, а тело оказывается плотно прижатым к моему, мое лицо краснеет от мысли в голове о том, чем может закончиться эта сцена, если Мариса мне только позволит… К счастью, на улице так темно, что ей ни за что не разглядеть такой моей реакции на ее близость. — Идем, — я разрываю наши объятия, и на весу цепляю ее руку. Мы вдвоем ногами пробираемся по высокой траве, заведомо зная куда держим этот непростой путь. Единственный дуб среди остальных немногочисленных деревьев здесь выглядит мощно и внушительно. А может, мы просто выросли и теперь все кажется немного больше, чем есть на самом деле. — Смотри, это здесь. Мариса следит за моей рукой, которая гладит шершавую кору, на которой вырезаны наши имена. «Мия, Пабло и Мариса — дружба навсегда» Спирито улыбается, когда следом за мной несмело проводит пальцем по своему имени. — Как давно все это было. Сколько же лет назад? — Дай-ка вспомнить, нам было по девять, кажется. — Да… — соглашается она, — девять. В тот день Мия разбила коленку, упав с этого самого дерева, и мы пытались вылечить ее подорожником. Я тоже предаюсь коротким воспоминаниям из прошлого. — А хорошо ведь было, да? — Очень хорошо, — сразу же отвечает мне Мариса, но я вижу как она осознанно блокирует те воспоминания и переключает свой взгляд на воду. — Смотри, — она вытягивает руки и указывает пальцем на речную гладь — а пруд стал намного меньше. — Да нет, это мы выросли, — я иду следом за подругой, которая вероятнее всего хочет спуститься к воде. — Сколько раз мы здесь были? — Лучше не спрашивай, родители постоянно привозили нас сюда, чтобы научить плавать. — А Мия так и не научилась… — счастливо напоминает мне Мариса. — Она и сейчас в этом не сильна. — Безнадежный случай, — произносим мы одновременно той самой интонацией, с которой много лет тому назад в отношении своей дочери произносил эту фразу сеньор Коллучи. — Давай поплаваем? — Карие глаза моей подруги загораются опасным блеском. Я любуюсь пляшущим отражением луны на темно-синей глади воды, когда Мариса задает свой вопрос и уже начинает раздеваться. — Что? — в момент очухиваюсь я, — э…э… у тебя даже купальника… нет, — произношу как данность, когда вижу Спирито в одних трусах и кружевном лифчике. — Считай, что есть. Чем тебе не купальный костюм? — она разводит руки в сторону, демонстрируя свое подтянутое тело. Да чтоб я сдох, если бы все купальники выглядели так порочно. Мужчинам на пляже пришлось бы носить гигантские пляжные шорты-парашюты, чтобы не светить всему миру своим стояком. — Ну давай, иди же! — стоя в воде по пояс, подначивает меня Мариса и убирает намокшие пряди со своего лица. Оно и ее улыбка так и светятся в свете звезд и отблесков луны на небе. Эта картина не оставляет мне ни единого шанса и я, больше не раздумывая ни секунду, прыгаю в воду. Порция брызг в результате моего падения отправляется прямиком в лицо моей подруги, и я рад, что сейчас рядом со мной не Мия, потому что будь это она, мне бы прилетело за то, что я испортил ее дневной макияж. — Водичка супер! — Мариса наваливается на меня сзади, сцепляя руки на моей шее. Я часто катал ее вот так на своей спине, когда мы были маленькими. Вокруг нас абсолютная тишина, нарушаемая только лишь сверчками и иногда одиночным кваканьем лягушек. — Я хочу прыгнуть, нырни под воду! — просит она, устав от простого купания. У меня нет шансов, чтобы ей не подчиниться, поэтому набираю как можно больше воздуха в легкие и зажимая нос рукой, ухожу под воду. Чувствую легкое давление на плечи, когда Мариса забирается на них своими ногами и выныриваю, мысленно досчитав до пяти. — Ахха! Здорово! — смеется Спирито, прочищая горло от попавшей в рот воды. — Спасибо, что привез меня сюда, Пабло. Она подплывает ближе, не отрываясь ни на секунду от моих глаз. Я стою по пояс в воде, словно завороженный и не могу произнести ничего больше, чем еле слышное и безликое, не за что. Всего в двух метрах от меня Мариса ныряет под воду, а когда выныривает из-под всей этой толщи, оказывается со мной лицом к лицу. Мы молчим, не отводя друг от друга глаз, и как назло вокруг ни единой души, которая могла бы нас отвлечь от интимности этого момента. Лягушкам вряд ли можно доверять в этом вопросе… хотя сейчас сгодились бы и они… — Мне жаль, что ты не попала на эти соревнования… Эта фраза действует на Марисе не хуже, чем запах чеснока изо рта. Внутрений барьер мгновенно падает на ее лицо. Она тут же выходит из воды, уверенно двигаясь к машине. — Пойду на берег, я замерзла. Когда я выхожу следом, Спирито уже находит в багажнике моего BMW плед и полотенце. Наверное она достала его из моей тренировочной сумки, потому что другого оправдания на то, что я вожу с собой полотенце, думая что смогу отвести потрясающую девушку на пляж, у меня нет. Я присаживаюсь рядом, в надежде, что она снова захочет со мной поговорить. — Пустишь меня? — я подталкиваю Марису плечом, и она тут же приподнимает полотенце, накидывая его и на мои плечи тоже. Мы снова молчим, потому что я не знаю с чего начать. Я вижу как ей сейчас плохо. Никто не выбирает большой спорт ради развлечения. Мы осознанно идем в него ради достижений и побед, и когда тебя лишают даже шанса побороться за нее, на душе становится хреново. И это не просто слова, я знаю о чем говорю. — Иногда мне кажется, что я не знаю чего хочу, — произносит Мариса, выписывая что-то непонятное небольшой веточкой по песку. Я слежу за каждым движением ее руки, пока не обращаю свой взгляд на ее расстроенное лицо. — Тебе восемнадцать — это нормально. Ты не можешь знать, чего хочешь. Ты узнаешь это, когда тебе будет лет пятьдесят, но тогда ты уже будешь уже слишком старой, чтобы это получить. Поэтому я работаю сейчас, чтобы потом в будущем не проклинать себя за то, что когда-то даже не попробовал кем-то стать. Слегка улыбаясь, Мариса поднимает глаза и награждает меня пристальным взглядом своих карих глаз. Прищуривая их, словно пытаясь меня разгадать, она произносит: — Ненавижу, когда ты прав. В ответ я только усмехаюсь. — Почему ты всегда рядом, когда мне плохо? — Мариса задает вопрос, который не требует ответа. Вернее, я не могу ответить на него честно, ведь так она узнает правду, и я возможно навсегда потеряю лучшую подругу. — Потому что в такие моменты ты стараешься не высовываться, и проводишь время в одиночестве. А я ведь тоже не люблю сборищ, помнишь? — Да, точно. Несмотря на то, что я предпочел отшутиться, нежели ответить ей честно, Мариса выглядит искренне благодарной мне за этот ответ. — Давай любоваться звездами вместе… — Спирито падает спиной назад, не боясь даже испачкать свои волосы в песке и тогда, подкладывая руки под голову, я устраиваюсь рядом. Прислушиваясь к тишине вокруг нас, мы опять молчим. По тому, как Мариса ерзает на пледе, стараясь выбрать более удобную для себя позу, внутренне чувствую как ее беспокоит что-то еще, но она не знает как начать этот непростой разговор. — Я намеренно тогда приняла допинг, — эта фраза звучит как приговор. Немой взгляд что, читаемый в моих глазах, устремляется на Спирито, но она даже не пытается взглянуть на меня, по прежнему исследуя звездное небо над своей головой. — Да, вот так! Все от меня чего-то хотели, — продолжает говорить она, и я замечаю крохотные слезы в ее грустных глазах. — Папа все время твердил, Мариса, ты станешь чемпионкой,— у нее плохо получается изобразить интонацию отца, — а Соня уже готовилась к автограф сессиям и подписывала за меня контракты со спонсорами. Тренер неустанно говорил, что только я могу победить, ведь он так много в меня вложил. Девочки по команде жужжали, что я помогу им вступить на золотую ступеньку пьедестала и уже заранее благодарили меня за эту победу. А я… я была так растеряна в тот момент, — голос Марисы в момент сорвался и охрип. — Я была маленькой девочкой, которая просто не выдержала всего этого давления и сломалась. Я осознанно приняла милдронат прямо перед сдачей допинг проб. Вот так! — она еще никогда не была настолько разочарована собой. — Я просто не могла их всех подвести, Пабло… — глаза Марисы наконец нашли мои, — я не могла лишить их надежды, понимаешь? Теперь ты наверное, считаешь меня самой большой дурой на этом свете? — Нет, — отвечаю я совершенно искренне, — мне жаль, что тогда я был рядом и не замечал всего этого дерьма. После этих слов наши губы сами устремляются навстречу друг к другу пока… пока мой телефон в машине не разрывается от громкой трели. Мы прерываем этот невидимый путь. Мне понадобилось долгих восемь лет для того, чтобы исполнить свою мечту и поцеловать другую свою мечту, и всего один звонок все это перечеркнул. Я закатываю глаза от понимая того, что такого момента откровения с Марисой, мне может больше не представиться никогда… но тем не менее, встаю с пледа и направляюсь к своей машине. — Прости, мне нужно ответить… — Конечно, — разочарованно произносит Мариса, а я уже мысленно готов растерзать того, кто лишил меня самого долгожданного поцелуя в этой жизни.