***
День у Васи не задался с самого утра. На подобную мысль её натолкнули три вещи: чужие дырявые трусы, которыми она завязала волосы, голубь, клюнувший девушку в глаз, и одиннадцать пропущенных звонков от брата. Последний факт слегка терялся на фоне первых двух. Особенно неловко вышло с птичкой.
Из клуба она уходила помятая и сонная, кое-как втиснулась в адские ебеня, которые здесь тактично называли
подземкой и устремилась домой. Правда, их временное пристанище сложно было назвать таковым. Будь её брат чуточку умнее и на пару
тысяч пунктов скромнее, они бы не вляпались в подобную странь*.
Свернув на знакомую дорожку, усеянную флоксами, девушка почувствовала неладное. Слишком много тонированных внедорожников собралось в радиусе километра от дома. А если Василису чему-то и научил просмотр детективных сериалов, так это тому, что не стоит доверять садовникам, дворецким и огромным чёрным машинам, нарезающим круги по спальному району в час дня.
Зашла она, не нарушив традиций последних недель, с чёрного входа. Вася хотела незаметно проскользнуть к лестнице, чтобы, наконец, принять душ и привести себя в порядок (а заодно помолиться всем Богам и Богиням за то, что осталась жива после вчерашнего), когда услышала незнакомые голоса в гостиной.
Первый определенно принадлежал американцу, второй же, более тихий и оттого ещё более устрашающий, — британцу.
— Мы вас поняли, старина. Упакуем всё в лучшем виде, не сомневайтесь.
Вася даже думать не хотела о том, кто и что
(или кого) собирается упаковывать.
Наверху она первым же делом отправилась в ванную. Терпеть гремучую смесь грязи, блесток и текилы было выше её сил. Именно поэтому девушка с разбегу влетела в душевую Лёши, до своей она бы не доползла. Клубы пара убаюкивали и дарили ощущение покоя, словно кто-то заботливо укрыл её пуховым одеялом. Так обычно делала бабушка перед тем, как ещё раз поцеловать внучку на ночь. Василиса не часто позволяла себе подобные сантименты, ведь они оставляли после себя горькое и морозное послевкусие, от которого было сложно избавиться.
От стен эхом отскакивала ритмичная музыка, настроение постепенно возвращалось в привычную колею умиротворения, а недавно оставленное очередной пассией брата цитрусово-вербеновое молочко для тела бодрило куда эффективнее кофе. Жизнь снова была прекрасна и удивительна.
Пританцовывая в такт популярному мотиву, она завернула за угол, где располагалась стойка с полотенцами, которую на данный момент закрывала собой высокая мужская фигура. Вася успела заметить тщательно уложенные светлые волосы и клетчатую жилетку от Бёрберри, прежде чем на неё наставили ствол пистолета. Ей-Богу, уж лучше бы это был другой
ствол.
Незнакомец оказался типичным британцем: голубые глаза, чёткие скулы под аккуратно подстриженной бородкой, старомодный наряд и фамильная печатка на мизинце. Просто ёбанный джентльмен.
— Прошу прощения за беспокойство, мисс, — у него был чертовски мягкий голос для того, кто может застрелить голого человека в собственной ванной. — Дверь была не заперта, поэтому я не ожидал встретить здесь...компанию.
— Ты охуел? — гневно прошипела Василиса (от шока она немного охрипла). — Забирай свои извинения и вали отсюда нахер.
По приподнявшимся бровям мужчины она догадалась, что перешла на русский.
— Может, я могу Вам чем-то помочь?
— Да, ты можешь выйти, — уже спокойнее сказала Василиса, глядя ему прямо в глаза. По крайней мере, девушка попыталась это сделать, но получалось у неё, мягко говоря, посредственно. Наплодили тут, понимаешь ли, великанов.
В попытке хоть как-то прикрыть интимные части тела, она наступила на скользкий участок пола (вздернуть бы за это горе-дизайнера), поскользнулась и обязательно расхерачила бы себе многострадальный нос, если бы не крепкие мужские руки.
Отличное начало дня, ничего не скажешь.
Британец усиленно заморгал, будто желая убедиться в реальности происходящего, а после медленно опустил голову, чтобы встретиться с ней взглядом. Да, таким, наверное, и пытают месяцами в Гуантанамо. От этого взгляда (а вовсе не от близости его рук к её заднице) кожа покрывалась мурашками. Чужое обжигающее дыхание, гладкий хлопок рубашки, твёрдые мышцы под её пальцами, — всё вместе вгоняло Васю в медитативный транс, от которого нужно было избавиться.
— Может уберёшь руки и скажешь, наконец, кто ты вообще такой?
— Боюсь, что, если я отпущу Вас, мисс, Вы рассечёте себе лоб и испачкаете кровью эту прекрасную мозаику, — тоном музейного экскурсовода продолжил незнакомец, всё ещё удерживая Василису в вертикальном положении. — А ведь она была выпущена в ограниченной коллекции, потом у перекупщиков в три дорога брать. Нам ведь не нужны подобные проблемы, не так ли?
Если у кого-то тут и были проблемы, то явно у него. С психикой. Кто, блять, носит костюмы-тройки в двадцать первом веке?
Мужчина тем временем успел завернуть её в огромное пушистое полотенце.
— В следующий раз потрудитесь закрыть замок. В городе сейчас не безопасно.
Не успела Вася придумать реплику по-остроумнее, как британец скрылся за дверью.
Кое-как высушив волосы и переодевшись в любимые укороченные джинсы, девушка решила наведаться к холодильнику. И заодно поговорить с братом о переезде. Не самое удачное время, но когда-то нужно было взрослеть. Ей ведь уже не семнадцать, да и дела в кофейне шли в гору. Это было её детище или, как выразился бы один небезызвестный герой, её прелесть. Они устраивали там встречи с писателями, литературные и кино-вечера, а уж как ей нравилось стоять за баром и неторопливо текстурировать молоко для идеального флэта.
Алексея она застала по дороге на кухню. И он явно был чем-то обеспокоен.
— Привет, а я как раз тебя искал, Премудрая.
— Удивительное совпадение — я тебя тоже, Попович, — парировала она, вспомнив его детское прозвище.
— Только обещай выслушать до конца и не делать поспешных выводов, окей?
— Не томи уже, Лёш!
Брат оперативно поставил чайник и принялся сооружать ей угрожающего вида бутер. Чего там только не было: салями, два вида сыра, зелень, салат, помидорки черри, огурчик, перец, буженина и Бог знает, что ещё.
— М-м, помнишь дело, над которым я работал последние несколько недель? Я ещё просил тебя проследить за женой посла в прошлый вторник.
— Допустим, — не к добру эти вопросы, ох, не к добру.
— В общем, это была услуга для одного влиятельно джентльмена. Микки Пирсона. Он полгорода держит за яица, понимаешь?
— Только, блять, не говори, что у этого Микки на тебя зуб и нам надо срочно валить на Аляску.
Пожалуйста, пусть это будет не так.
— Нет-нет, — замахал руками её чокнутый и склонный к авантюрам родственник, пододвигая к ней тарелку с надкусанным сэндвичем, — ему-то я и оказал услугу. Да всё отлично, мы с ним в ладах, и он обязательно станет нашим торговым партнёром. Осталось только решить маленькую проблемку.
— Я прям чувствую в твоих словах огромное
"но", — пробурчала Вася, утрамбовывая в себя завтрак.
— Те люди, которые насолили Пирсону, они, ну, довольно агрессивные. Поэтому пока всё не уляжется, за тобой присмотрит доверенный Микки. Его лучший человек. Это всего на пару дней, Вась, я обещаю.
Приехали. Они что, Кеннеди? Ей не нужна ни сиделка, ни телохранитель.
— Пару дней, значит? — оставаться спокойной больше не получалось. — Как те пару дней, когда мы три месяца не вылезали из квартиры в Будапеште, потому что тебе приспичило обнародовать фотки двух ебущих друг друга наркоторговцев, да? Или другие пару дней в Манисе? Я же неделями там читала "Большие надежды" и писала в бутылку. Хочешь сказать, что в этот раз будет иначе?
— Да, будет, — с нажимом проговорил Лёша. Он больше не улыбался и смотрел холодно, отстранёно. Значит, уже всё решил. Копия отец. — Собирайся, через час за тобой заедет Рэймонд.
Имя как у какого-то ворчливого деда из дома престарелых.
— Лёша, я так больше не могу. Серьёзно, завязывай, а, — Василиса вплотную подошла к брату. — Ты же знаешь, чем ей пришлось пожертвовать ради нас. Ради лучшей жизни. Я просто...
— Я тебя понял, Лис. Хватит нотаций, — он шутливо ущипнул её за щёки, заставив улыбнуться, а затем долго кружил по комнате, пока она не начала задыхаться от хохота. — Совсем скоро Майкл поможет мне получить патент, и тогда мы оформим легальный бизнес. А ты можешь и дальше заниматься своим борделем для хипстеров. И всё будет в шоколаде. Ещё чуть-чуть и прямо в рай, верно, сестрёнка?
— Мне пока и здесь неплохо.
— Не будь занудой, старушка моя.
Вася отвесила надоедливому братцу крепкий подзатыльник и поспешила ретироваться с поля битвы. Опять она уступила. Хотя, кто знает, возможно Рэймонд окажется веселым, компанейским парнем, и их ждёт улётная неделька. Они будут ходить на марафоны Властелина колец, объедаться мороженным и пугать жирных уток в Риджентс-парке. Кажется, её ждёт охуенный мини-отпуск.
____________________________________________________________________________
Нет, здесь нет ошибки, данное выражение было позаимствовано у замечательной студии озвучки Кураж-Бомбей.
