Просто любить тебя

Олеся лежала на кровати, и просто смотрела в потолок. Хорошее настроение улетучилось, как только увидела Бизона. Она все еще любила его, да и не смогла бы разлюбить. Из глаз бежали слезы, хотелось реветь. Выбравшись из казармы, Олеся вышла на улицу, следом за ней вышла и Дана.  — Лесь, ну ты чего? Слышишь, не надо.  — Не могу больше, не могу так.  — За свою любовь бороться надо, а не плакать по ночам.  — Как? Унижаться, умолять вернуться, или пойти и убить эту Катю. Или манипулировать дочерью? Как я могу заставить его любить себя?  — Ну и Пашке не дурачь голову. Любишь Тарасова, борись за него.  — Вик, иди ложись спать! Ума еще долго стояла на улице и думала над словами Даны. Она и сама понимала, что нужно бороться, но как? Олеся смахнула слезинку и вернулась в казарму. Одно она знала точно, Паше она все объяснит. Уснуть не получилось, и проворочавшись до утра, Ума встала раньше всех. Кружка кофе немного взбодрила.  — Не спишь уже? — спросил Тарасов, подойдя к девушке.  — Нет… Борь, что я сделала не так? Я не верю, что можно взять и разлюбить. Ты меня вообще любил? Молчишь? Ты всегда молчишь, когда не знаешь, что ответить. А знаешь, я почти уверена, что ты по прежнему любишь меня. — Леся подошла к нему в плотную и посмотрела в глаза. — Тарасов не молчи, скажи, что больше не любишь меня!  — Доброе утро! — сказал Ионов, подойдя к коллегам.  — Доброе. — подхватил Тарасов и переключился на разговор с Котом. Олеся посмотрела на Бизона и ушла. Девушка злилась на Кота, он помешал их разговору, она все же надеялась получить ответ на свой вопрос. До конца командировки оставалось несколько дней, последнее задание и они вернуться домой. Уманова вернулась в казарму и подошла к Савельеву.  — Паш, ты прости меня, но у нас ничего не выйдет, я любила, люблю и буду любить Борю.  — Я не понимаю, ты молодая, красивая девушка, собираешься сидеть и ждать, когда Тарасов вернется к тебе?  — Паш прости, но обманывать я ни тебя, ни себя не хочу. ***  — Группа на выезд. — скомандавал Тарасов и все поспешили к машине, они должны были захватить террористов, которые подозревались во взрыве группы спецназа. Бизон, как всегда, сел за руль, Кот рядом, Олеся изредка смотрела на Бизона, стараясь отвлечься от переживаний и сосредоточиться на задании. Добравшись до заброшенного завода, группа рассредоточилась по территории, разбившись на пары: Ума, Опер; Кот, Дана; Бизон, Тигр. Савельев собирался поговорить с Тарасовым, нужно было подходящее время.  — Бизон, нам надо поговорить. — сказал капитан, пока они сидели в засаде.  — Давай не сейчас.  — Нет, сейчас, без свидетелей. Уму оставь в покое, ну если не нужна она тебе, не ломай ей жизнь.  — Да, что ж, вы все лезете в наши с Умой отношения?!  — Я люблю ее. И не хочу чтобы она страдала.  — Послушай Тигр, я не могу Уму заставить полюбить тебя. А я в ее жизни буду все равно, у нас дочь. Все, разговор окончен.  — А я все понял, она будет запасным вариантом, а вдруг с этой не сложиться.  — Я же сказал, разговор окончен. Группа работаем. — передал по связи Тарасов и спецы начали спецоперацию. Со всех сторон, свистели пули, все один за одним, отчитывались об уничтоженных террористах.  — Бизон, Ума ранена. — передал Никитин. — Она теряет сознание. Вертолет уже в пути.  — Сейчас буду. Тигр ты куда? Работаем! В первую очередь ты боец и ты должен выполнить поставленную задачу. Никитин тащил Уманову в безопасное место, девушка была уже без сознания. Савельев ослушался приказа и уже спешил к Оперу.  — Игорь, как она? — спросил капитан, добравшись до Опера.  — Без сознания.  — Опер сзади! — крикнул он и выстрелил в террориста, который мог убить Никитина.  — Бизон, все уничтожены, одного взяли живым. — доложила Дана. — Тигр, как Ума?  — Плохо. Багира, где вертолет?  — Уже на подлете. Уму забрал вертолет, группа собиралась около машины. Бизон, подлетел к Савельеву, готовый его убить.  — Ты нарушил приказ! Ты офицер и если ты не можешь управлять чувствами, тебе не место в группе. Из — за тебя могла погибнуть группа!  — Бизон, ты чего? — встряла Дана.  — Вы чего, сюда в игрушки пришли играть! — продолжал кричать командир группы. — Думаешь любой из нас не хотел поступить так, как сделал ты? Приедем на базу, рапорт мне на стол!