Однажды я назвала себя Сири

– И ты тоже, – Тэхён одарил меня ничего не выражающим взглядом, стоило Юрико покинуть кабинет, – сгинь. Парень взмахнул рукой и поднялся, прошёл к столику, на котором стоял графин с водой. Радостно выдохнула, теперь можно было спуститься вниз, найти Виэль с Иреми и плотно позавтракать во второй раз. Ближайшие полчаса господин будет занят. Открыла дверь, шагнула в сторону свободы. В коридоре уже дожидался следующий помощник, секретарь по тёмным делишкам, как я его прозвала. Потому что каждый раз, когда он появлялся в кабинете, меня немедленно выгоняли. Определённо, «дела», которые обсуждались с этим человеком, были секретные, не предназначенные для ушей красивой бесполезной статуи, роль которой я исполняла подле Такеши. – Хотя нет. Подожди. Закатила глаза и беззлобно выдохнула: – Вы хотели что-то ещё? Ким уже сидел на диване и держал в руках стакан с водой. Он откинулся на спинку, запрокинул ногу на ногу и вперился в меня изучающим взглядом. – Почему ты никогда не смеёшься? Не улыбаешься? Я тебе противен? – уголки губ господина приподнялись в язвительной усмешке. В замешательстве смотрела на наследника благословенного рода. Что он от меня хотел? Безмолвие затянулось, пока парень с прищуренным взглядом взирал на меня. Отзеркалила его улыбку без всякой эмоции. – Что молчишь словно цикада зимой? Пожала плечами и неуверенно произнесла: – Я люблю молчать? Внутренне поморщилась. Мой ответ скорее прозвучал как вопрос, а не утверждение. – Мне не нравится, что ты всё время увиливаешь от ответа, – нахмурился Такеши. «Вот ведь, прицепился…» – Такова моя натура, – вновь натянуто улыбнулась я, совсем ничего при этом внутри не ощущая. Мне хмыкнули в ответ. Господин осушил бокал, поднялся с дивана и подошёл ко мне. Обойдя меня по кругу, он остановился и посмотрел в мои глаза так загадочно и многообещающе – как пить дать, замыслил недоброе. – Подержи, – мне протянули стеклянный стакан. С недоумением я следила за Тэхёном, который присел на корточки и копался в нижнем ящике шкафа, в котором хранились различные алкогольные напитки. – Нашёл, – радостно ухмыльнулся теневой император и с угрожающим видом приблизился ко мне. В его руке блестела на свету бутылочка с тёмно-синим, словно чернила ручки, содержимым. Вылив в бокал почти полбутылки, он отошёл и скрестил руки на груди. – Выпей, – приказали мне безапелляционно. – Что это? – Грасс. Пальцы, которыми я держала стакан, незаметно дрогнули. Грасс… зелье правды, напиток правды. Почти безвредное для человека средство, которое часто использовалось на судебных заседаниях, экзаменах и открытых слушаниях. Даже политики не прочь были им воспользоваться в своих целях во время предвыборной гонки, на глазах у всего народа показательно принимали его, когда выступали на дебатах. Совсем безобидное питьё, вот только у некоторых людей проявлялись побочные эффекты после принятия. Однажды у моей одноклассницы украли дорогой браслет с драгоценным камнями – бабушкину реликвию. Богатый отец этой девочки поднял всю школу на ноги, учеников заставили выпить этот грасс. Потом, конечно, выяснилось, что браслет потерялся на прогулке, этот чудесный артефакт в итоге нашли, но действие напитка правды я никогда не забуду. Я сделала только несколько глотков, но за целый урок наговорила своему учителю по математике столько ужасных и ненавистных слов, что он год на меня дулся, полностью игнорировал мои хорошие ответы на контрольных и итоговом экзамене. Тогда впервые во мне проснулся сарказм – побочное действие, принёсшее мне столько проблем в будущем. – Почему не пьёшь? – Тэхён терял терпение. Подняла голову и предостерегающе посмотрела в глаза Такеши. – Боюсь, что когда выпью, вы встретитесь с настоящей страшной мной. На миг брови хозяина Стигмы взметнулись в удивлении. – Пей. Я тебя не боюсь. Пожала плечами и залпом выпила синюю чернильную жидкость. За то, что расскажу тайну, я не переживала. Ещё в штаб-квартире Вэйко я подписала особый магический договор, который не позволял мне говорить о деле. В голове с помощью нескольких сильных магов теперь стоял блок, который невозможно было сломать. Но вот от всего остального цензура с моего сознания спала. То, что я так долго подавляла своим молчанием, могло вырваться и разукрасить мир одного наследника в цвета иронии и ехидных насмешек. Целых три минуты господин Такеши нависал над моей душой, ожидая, что вот-вот я сейчас что-нибудь скажу, но зелье, похоже, оказалось замедленного действия. – Ладно, иди, – разочарованно выдохнул Ким. Кивнула и стремглав вылетела из кабинета, пробежала до лестницы и уселась на первую ступеньку. Рот наполнился слюной, внутренняя сторона ладоней зачесалась, мне до жути хотелось подшутить над кем-нибудь, съязвить или просто посмеяться. М-да, этот день обещал быть долгим. Мы часто ездили в город по делам. В такие дни я должна была держать защитный зонт-артефакт над головой Такеши. В мыслях я уже давно прозвала себя «почётным зонтиконосом» – просто работа мечты. В этот раз Ким Тэхён не взял Виэль с Юрико, потому что наш путь лежал за город, на огромную стройку завода. Над непонятным мне проектом работало множество рабочих, архитекторов и инженеров. Даже мне, простому обывателю, было ясно, что денег в это строение было вбухано немерено. Высокое тёмно-коричневое кирпичное здание в виде трёхступенчатой пирамиды возвышалось над нашими головами, и чем ближе мы подходили, тем больше захватывало дух от грандиозности. На собрании, проходящем в конференц-зале, присутствовало множество мужчин и женщин в официальных костюмах. Такеши сидел во главе стола, слушая доклады от руководителей строительной организации. Я же устроилась чуть сбоку, у стенки, и старалась – изо всех сил старалась молчать и не вставлять свои пять копеек в разговоры взрослых и умных людей. Пару раз в речи выступающих проскальзывали слова «отходы, мусор, сырьё», но мозги были слишком слабы, чтобы связать все эти ниточки в одну цельную картину. – А где тот старый план, который вы показывали в прошлый раз? – брови наследника благословенного рода чуть дрогнули, нахмурившись, он откинул папку с фотографиями и графиками. – Вы не про эти даты говорили. Зал погрузился в дрожащую тишину. Все присутствующие стыдливо опустили головы, боясь встретиться с устрашающим взглядом серебристо-васильковых глаз, в которых с лёгкостью читалось: «Или вы мне сейчас всё сразу быстро рассказываете и потом умираете быстрой безболезненной смертью или… знаете, я буду только рад, если согласитесь на второй вариант…» Лицо управляющего побледнело: – После вашего прошлого визита мы вновь пересмотрели план и пришли к выводу, что окончание работ как минимум смещается ещё на два месяца. Другие закивали, поддерживая храбреца. – Да, и с поставкой проблема. – Поезд с магическими кристаллами с юга задержали на границе… – Как минимум? – переспросил ровно Тэхён Такеши, сложив пальцы домиком. Даже у меня под ложечкой от такого ледяного тона похолодело. Что уж говорить про пытающихся оправдаться подчинённых. – Просто казнь самоубийц, – гробовую тишину зала разрезал весёлый смешок. Прислонила ладонь ко рту. Всеобщее внимание обратилось на меня. Господин повернулся в мою сторону, камешки-капельки в его серьге заискрили на свету. – Тебе скучно? Замотала головой, пытаясь сдержаться и не выпалить что-нибудь ещё. – Подойди. С тяжёлым сердцем встала и под взорами нескольких десятков человек подошла к креслу Такеши. Тэхён развернул ко мне папку с документами, к которым были прикреплены эскизы и фотографии с конечным макетом завода. – Нравится? – спросил наследник благословенного рода, указывая на рисунки здания. Мельком взглянула на хозяина Стигмы. Высоко уложенные волосы, которые оказались в лёгком, но таком соблазнительном беспорядке, светлые раскосые глаза, скрытые пушистыми ресницами, прямой нос и бескровные губы, что мягко улыбались, обнажая ряд белых зубов. Прекрасен. Вселенски прекрасен – да, я прекрасно понимала женщин в форме, во все глаза смотрящих на теневого императора. Сосредоточилась вновь на макете. «Молчи, Союн, прошу тебя, только молчи…» – На какашку похоже. Кажется, у большинства людей в этом зале стало резко не хватать воздуха. Половина из них закашлялась, пытаясь скрыть то ли смех, то ли негодование, вызванное моими словами. Вторая половина просто забыла, как закрывать рот. Такеши же смял листы, которые держал, прислонил их к лицу и захохотал. И мне хотелось бы рассмеяться вслед за ним или просто разрыдаться от бессилия и неловкой ситуации, но приходилось сдерживаться. Сжала дрожащие пальцы в кулаки и вышла из зала заседаний, сгорая от желания облить одного потешающегося надо мной человека волной сарказма. – И что, даже прощения не попросишь? – встретил меня вопросом Тэхён, стоило ему сесть в машину. – За что? За то, что сказала правду? – отвернулась к окну, за которым проносились осенние деревья, светящиеся под дневными лучами холодного светила. – Хм, возможно, ты права. У первого архитектора совсем нет воображения, иначе бы он не утвердил такое здание, – задумчиво проговорил господин. – Сейчас мне тоже кажется, что экстерьер не очень удачный. – А у второго архитектора нет ни знаний, ни компетенций, – бросила вдогонку я, всё ещё пребывая под действием грасса. Меня внутри разрывало от потребности нести миру истину и ясность. – Тогда что бы ты выбрала? Воображение или знания? – Хм… первое. Воображение сильнее знаний. В знаниях вы ограничены, в воображении – нет. Такеши кивнул, размышляя над моим ответом. Автомобили из кортежа теневого императора остановились на парковке рядом со сквером в центре города. – Но знания усиливают воображение. Вскинула брови. – Вы же сказали: только что-то одно. – Я сказал слово «только»? – ухмыльнулся господин, открывая дверь машины. Выдавила самую кислую улыбку, на которую была способна, и со вздохом потянулась к чёрному зонтику. Меня почти не утомляла работа быть «хвостиком», но порой хотелось побыть в одиночестве. Среди тенистых деревьев прятался круглый фонтан с четырьмя бронзовыми львами. Жёлтые и красные кленовые листья устилали дорожку под ногами, с едва слышным шорохом опадали на головы прохожих, тонули в водной ряби. Поспешила за Такеши, который оторвался от меня на приличное расстояние. Тэхён поднял с земли фантик и бросил его в урну, прежде чем сесть на скамью. Раскрыла зонт, позволяя магии артефакта окутать нас едва заметным сиянием, и опустилась рядом. Ветерок шелестел кронами, ласкал кожу прохладой. Прикрыла глаза и вдохнула полной грудью свежий воздух, пахнущий осенью, сырой землёй и шуршащей листвой, распаренной солнцем. На удивление, теперь меня не напрягало присутствие господина под боком. Словно весь мой страх и предубеждение к нему растаяли под искренностью и невинностью, что сияли на его лице. От него не исходило опасности или зла, я не ощущала давящей магии, которая бы могла уничтожить мир или привести род человеческий к катастрофе. Может быть, предсказатели семьи Вэйко ошиблись? История давно уже показала, что не стоит слепо верить пророчествам. Возможно, маги Вэйко искали свою выгоду в убийстве наследника благословенного рода? И если это так, то что делать мне? – В детстве я часто приходил сюда с отцом. Мы покупали мороженое и бросали монетки, загадывали желание, – прервал мои думы Тэхён. Взглянула на радугу, что танцевала среди брызг фонтана. – И какое же у вас было желание? – Их было много, – Такеши задумчиво смотрел на красную нить-оберег, что венчала его левое запястье. – Например? – Хотел побывать во многих местах. Знаешь поговорку «хорошо там, где нас нет»? Хотел узнать, правда ли там так хорошо… Хмыкнула, беря ручку зонтика в другую руку. – Мне всегда казалось, что фраза «хорошо там, где нас нет» описывала немного другое. – И что же? – с любопытством господин склонил в голову вправо, глядя на меня – Что без нас мир будет лучше? Хозяин Стигмы засмеялся. Вот. Снова. Он меня в качестве персонального комика держит? Сколько раз за день он уже смеялся над моими словами? – Ваш смех похож на предсмертные кряки умирающей утки. Ким усмехнулся. Сощурил глаза и скрестил руки на груди. – Мне не нравятся твои замечания. – Хорошо, что мои замечания, да и в общем вся я вам не нравлюсь. Не у всех есть хороший вкус, – я встала со скамьи, злясь на Такеши, на свою реакцию, да и на весь несовершенный мир в целом. – Хватит язвить. Сегодня ты слишком саркастична. – Я не саркастичная. Просто я за пределами вашего понимания, – взяла его ладонь, вложила в неё зонт и направилась обратно к машинам. – И почему ты сегодня такая? Что с тобой случилось? – возмущался Тэхён, пытаясь поспеть за моим быстрым шагом. Резко остановилась. И он ещё спрашивает? Кто влил в меня полбутылки настойки? – Подумайте, это не больно. Один день сарказма. Столько длилось действие грасса. На каждое слово, действие, у меня в мыслях появлялся комментарий, и тут же я под воздействием напитка его озвучивала. Хотелось верить, что Такеши уже тысячу раз пожалел о том, что заставил меня выпить это отвратительное зелье. Уже вечером, после ужина, когда Юрико пошла укладывать Виэль спать, господин позвал меня. – Не хочешь со мной кое-куда прогуляться? – До эшафота прогуляться? Господин наследник даже не обратил внимания на мою ответочку, похоже, за день уже привык. Но то место, куда мы пришли, поразило моё воображение получше любого плаца для казней. Когда я впервые изучала Стигму, смогла исследовать только правую башню, там же, где по моим подсчётам находился вход в левую, ничего не было, гладкая стена. Даже снаружи не виднелось ни лестницы, ни двери. Оказалось, чтобы пройти в неизведанное крыло, нужно было пересечь стеклянный коридор, висящий в воздухе на уровне шестьдесят первого этажа. Созданный из тончайшего магического стекла, переход был почти незаметен с земли. На такой высоте дух захватывало от вида. Город раскрылся как на ладони. Зелено-оранжево-красные, утопающие в садах спальные районы, офисные небоскрёбы в деловом квартале, бесконечный поток машин, речные каналы, блестящими лентами изрезающие мегаполис, мосты, прячущиеся в тени улочек. С дрожью в сердце прошла по прозрачному полу, стараясь не смотреть вниз, в пугающую бездну. Последнее время мне часто снились кошмары о том, как я падаю. Да, мне не впервой, но магия воздуха меня больше не спасёт. – Как красиво… – тихо выдохнула я, ступая вслед за Тэхёном под своды оранжереи. Мы стояли на небольшом балкончике, с которого в обе стороны вели лестницы в зимний густой сад. Дорожка, посыпанная белым гравием, петляла среди клумб сиреневых кустов, скрывалась за кронами небольших вечнозелёных деревьев в кадках. Опустилась на колени, заворожённо смотря на маленький уголок живой природы. Под ногами светились лепестки распустившихся сумеречных цветов, а вверху, под сводом стеклянного купола порхали серебристые бабочки, танцуя в свете ночного светила. Небо над столицей стояло ясное, и луна как никогда ярко светила в лицо. Такеши уже откуда-то раздобыл ящик с алкоголем, уселся рядом со мной, облокотившись плечом о колонну, и привычным движением закатал рукава рубашки. Оглянулась с благоговением, похоже, это место редко принимало гостей кроме господина. Теперь я начинала догадываться, куда он пропадал каждую ночь. Такой ценитель красоты, как Тэхён, не мог наслаждаться вином в обыденной обстановке. Теневой император открыл бутылку, налил в бокал тёмно-рубиновый напиток и как истинный аристократ из сказки пил под луной, смотря на плавный танец невесомых тонкокрылых мотыльков. Раскрывшиеся бутоны мерцали в полумраке, их благоухание смешивалось со сладким ароматом вина, привлекая бабочек. Бабочки… они напомнили мне о Рис. Офрис обожала создавать их. Раскрыла ладонь, позволяя магической малютке приземлиться, её ножки защекотали чувствительную кожу. – Удивительно, они тебя приняли, – Тэхён смотрел на меня сияющими глазами. Я прислушалась к внутренним ощущениям. Действие грасса, похоже, сходило на нет. Ладно, теперь можно спокойно поговорить. – Это вы их сотворили? Такеши покачал головой. – Один очень добрый и красивый человек. Бабочка вспорхнула на кончик моего безымянного пальца, так трогательно и невесомо задышала крыльями, покрытыми крохотными мерцающими чешуйками. «Ты словно бабочка, смотрю на тебя издалека, боюсь, что если прикоснусь, то потеряю…» «Мне нравится эта песня…» «И чем же?» «Смыслом… о том, что мечта, да и сама жизнь, любые отношения похожи на бабочку. Стоить надавить, и крылья сломаются, пыльца опадёт…» На секунду прикрыла ресницы, прогоняя воспоминание из мыслей. Бархатистая малютка взмыла в воздух, спеша к подругам. Наследник благословенного рода запрокинул голову к небу, уголки его губ слегка приподнялись, тень грусти на миг коснулась прекрасного лица. Я смотрела на Такеши, на его совершенный профиль, на высокий открытый лоб, прямые брови, линию переносицы, зачёсанные назад соломенные волосы, что спутались за день. В серебристо-васильком взоре парня, сидящего рядом, горело столько противоречивых и непонятных мне эмоций: смех и горечь, презрение и равнодушие, печаль и серьёзная радость. Его бескровные губы слегка приоткрылись, словно он желал что-то сказать Вселенной, взирающей на него сверху. О чём он думал, глядя на далёкие холодные звёзды, отражающиеся в его глазах? Я ведь даже не заметила, как Тэхён стал относиться ко мне иначе, теплее. Теперь я не была пустым местом подле него, теперь он даже разговаривал со мной. Вдох за вдохом, удар сердца за ударом, я медленно привязывалась к нему. Задание Сокджина? Почему я всё ещё здесь? Самой себе не признавалась, что прокрастенировала в этом плане. Что не стремилась убить Такеши или узнать его тайну. – Не хочешь… – внезапно произнёс теневой император, повернувшись ко мне и отсалютовав бокалом, – вина? – после чего его улыбка стала ещё шире. – А что там внизу, под этим залом? – сделала вид, что не слышала его вопрос. Такеши разочарованно пожал плечами и открыл вторую бутылку. В полном молчании сделал несколько глотков, смакуя благородный напиток. – Винный погреб, – сказал он, когда я уже не надеялась получить ответ. – Что? – Место, где хранится вино. Во времена моего отца там были лаборатории и прочие исследовательские штуки, ему нравилось заниматься наукой. Но потом я всё убрал, заставив стеллажами с винными бутылками. – Все шестьдесят этажей? – Ну… в общем-то семьдесят. Ещё десять подземных… У меня не было слов. Подумалось, что если когда-нибудь ещё увижу Джина, возьму у него досье на Такеши и напишу огромными буквами на всю страницу: «Безнадёжный алкоголик». – Вы же в век его не выпьете. – Поэтому я и прошу тебя каждый вечер, чтобы ты мне подсобила, – мне искушающе улыбнулись, ехидно стреляя взглядом поверх бокала. Тэхён и правда сейчас походил на героя из волшебной истории. Закатила глаза. В последнее время я часто повторяла этот жест – единственный способ, которым я сбрасывала своё напряжение из-за эмоций. – Ты сегодня целый день закатываешь глаза. Пытаешься найти свои мозги? Я даже икнула от неожиданности. Это что, Тэхён Ким-Такеши так пошутить сейчас попробовал? В полном неловком молчании мы сидели друг напротив друга, слушая мою икоту. – Выпей, полегчает, – мне протянули бутылку с вином. Замотала головой и отвернулась. Выпила уже утром один напиток, до сих пор аукается. Бабочки порхали вокруг, своим танцем даря умиротворение. Закрыла веки и вдохнула полной грудью запах свежих ночных цветов. – Виэль бы здесь понравилось. – Да? – погружённый в свои мысли нехотя отозвался хозяин Стигмы. – Она без ума от бабочек. На следующий день мы пришли сюда уже с малышкой Эль. И да, восторгу её не было предела. – Так много бабочек, – карие глаза девочки светились огнём тысячи радостных солнц. – Я же обещал, что покажу, – Такеши довольно расхаживал среди клумб и статуй. – Их тут двести? Точно? – Не знаю, – пожал плечами парень. – Можешь посчитать. Закашлялась, пытаясь подавить смех. Тут точно было не двести. Вот двести тысяч – возможно.

× × Death’s desire × ×