Однажды я назвала себя Сири

– Невероятно. Твоя манера игры поражает, – усмехнулся Такеши, смотря на поле боя. С самым потерянным видом взирала на свой бедный чёрный камушек, у которого оставалось одно дыхание, его окружили белые враги. – Это атари? – неуверенно спросила я. Мне величаво кивнули. Тэхён выверенным движением вынул из чаши очередной гладкий белоснежный камень и с изящностью аристократа в сотом поколении поставил его на доску. – Неплохо, – после очередного моего хода хозяин Стигмы изогнул губы в улыбке. – Ты никогда не думаешь, что случится завтра, никогда не строишь планы, не предугадываешь? Это видно по твоей манере играть. Твои действия сложно предсказать. Но он лукавил, хваля меня. – Вы мне льстите. Уж кто совершенно точно непредсказуемо играл в го, так это наследник благословенного рода. Он обожал ставить камни в самые уязвимые места и затем пытался их спасти, выкрутиться и расширить свою территорию. Я с беспомощностью пятилетнего ребёнка следила за тем, как исчезает моя линия обороны. Белые наводнили правый нижний угол, не давая и шанса отыграться. – Зачем вы так ходите? Издеваетесь только… – надулась я, когда Такеши поставил светлый камешек перед моей границей. Если я начну защищаться, меня съедят и даже не подавятся, если оставлю всё как есть, это белое пятно в моей обороне в конце может аукнуться. – Играть просто – слишком скучно. Когда жизнь находится в опасности, это приносит особый шарм игре, – улыбнувшись, качнул головой теневой император. Бирюзовая капля в его серьге блеснула на мягком свету от торшерной лампы. – Но ты делаешь успехи, – парень занёс над гобаном ладонь, уже почти коснулся камнем поля, но в мгновение передумал и поставил его в совершенно невыгодную позицию. – Ходи всегда так, как никто никогда не будет ожидать от тебя. Чем чаще ты тренируешь свой мозг выкручиваться из опасных ситуаций, тем острее будет твой ум и быстрее скорость реакции. Усмехнулась горько. Тэхён в качестве учителя сегодня как никогда великодушничал, решил не устраивать затяжной бой, а провести блицкриг одним стремительным сражением – ещё пара ходов и игра закончилась. – И каким же ваше желание будет на этот раз? Вздохнула и встала, давя нарастающую панику. Мне было страшно проигрывать Такеши. Обладая незаурядной богатой фантазией, он придумывал изощрённые штрафные задания. Будь то веление перемыть все кастрюли на кухне, приготовить лягушиный пирог для уточек или помочь в написании фанфика для Виэль про кролика Роро. Я даже не осталась подсчитывать очки. Сложно победить Тэхёна. Шахматы, шашки, го и другие тактические игры всегда тяжело мне давались. – Пока не придумал, – собирая камни с доски, проронил господин. – Я требую реванш. – Тогда ещё партию? – Вы же прекрасно знаете, что в го я вас не одолею. Стянула с книжной полки шкатулку, в которой лежала карточная колода и, не спрашивая разрешения, раздала по семь карт. Выложила сразу бубновую шестёрку. – С козырей пошла? – усмехнулся Такеши и отпил из бокала своё любимое красное вино. Ленивым взглядом пробежавшись по своим картам, теневой император выложил валет. Подкинула ещё двух вальтов, трефы и пики. – Я понял, какую награду хочу получить за выигрыш. Ответь на вопрос, – выдал хозяин башни, прежде чем покрыть мои карты тузами. – Какой? – взяла из колоды три козыря. Семёрка, дама и король. Что ж, удача, похоже, сегодня мне благоволит. – Расскажи про кольцо, что ты носишь на левой руке. Сглотнула и сильнее сжала свой карточный веер, чтобы не выдать волнение. Но как Ким догадался? Вэйко же нацепили на украшение ворох скрывающих заклинаний. – Ты думала, я не замечу такой сильный сгусток магии? Огненной причём, – произнёс Такеши, видя моё изумление. – Это подарок. Один человек подарил мне его как безделушку, сувенир на память, – почти недрогнувшим голосом ответила я. Господин прикрыл веки на мгновение. – Он хороший? Тот человек, – наследник положил передо мной две девятки. Забрала карты. Не хотелось тратить козыри. – Наверное. Да, хороший. У него есть все качества, чтобы стать хорошим человеком. Такеши выпил ещё полбокала, перед тем как выкинуть очередные две карты, на этот раз пару шестёрок. – Человека совсем не определяют заложенные в нём качества. Единственное, что определяет – его поступки, – Тэхён поднял голову и взглянул на меня. В серебристо-васильковых глазах светилось непонятная мне эмоция. Любопытство? Интерес? Или заинтригованность? – Он хорошо поступал? Я вспомнила всё, что делал Чонгук. Его попытки вернуться в Виртул, попытки ужиться со мной, его искренняя любовь к отцу, молчаливая забота обо мне. Его смех и слёзы, ярость, когда он защищал поместье Ли, беспокойство о близких. Он не стремился нести в мир добро, но и зла тоже не привносил. Он старался жить своей жизнью полноценно и без сожалений. Не то, что я. Сердце защемило, стоило в памяти всплыть образу черноволосого юноши, который с усердием надувал воздушные шары вместе с Канджуном, готовя для меня сюрприз на дне рождения президента. – Он был добр ко мне, хотя иногда и вредничал. Вот я, наверное, поступала плохо, – отпила вишнёвую колу из жестяной банки, холодная газированная жидкость обожгла горло. – Скажите, я плохой человек по вашему? Такеши не думал и секунды. – Да, очень. Ты не хочешь со мной пить. Улыбнулась печально. Мы продолжили играть. На этот раз мне удалось отбить. Кинула на стол пиковую даму. – Ты любила его? – спросил Тэхён, подушечкой указательного пальца проводя по острым краям карт, раздумывая, какой сходить. – Не знаю. Возможно. Мне с ним было уютно… но я разбила ему сердце, – совсем невесело усмехнулась я, отбиваясь козырной семёркой. – Ты вообще кого-нибудь любишь? – Нет. Теневой император вновь медленно опустил ресницы и улыбнулся. – Даже себя? – Даже себя. – Понятно, – многозначительно проронил наследник, выкладывая трефовую восьмёрку. – Что вам понятно? – Трудно любить кого-то ещё, когда даже себя не любишь, не любишь свою жизнь. Поджала губы. В его словах прослеживалась частичка истинности. Не думаю, что после смерти мамы по-настоящему кого-то любила. С её уходом мой яркий и красивый мир детства померк, оставив вместо цветов мёртвый пепел, а вместо маминых объятий холод пустоты и одиночества. Словно не я уже жила все те годы, а бездушное существо, которое продиралось сквозь серость и унылость школьных будней, разговоры друзей и взгляды чужих людей. И только Виртул вернул мне дыхание жизни, заставил на короткое время ощутить себя настоящей, самой собой, той, которая заслуживает быть любимой, той, которая способна на любовь. Жаль, что всё так закончилось. Один указ президента – и мой мир разрушился, вернулось бесцветное ничто. Пришлось снова похоронить свои чувства, оплакивать воспоминания, что приносили раньше радость. К сожалению, даже Чонгук не смог до конца вернуть меня к жизни. Один человек не способен заменить собой целую вселенную. Когда погибает наш любимый человек, мир ещё способен дать нам поводы для счастья, смысл идти дальше. Но когда гибнет целый мир, рушится вселенная, разве способен один человек своей любовью исцелить настолько глубокую рану? Выдохнула, давя болезненный стон. В районе солнечного сплетения неприятно кольнуло. «Никаких эмоций, Союн. Помнишь?» Опустила взгляд, возвращаясь к игре. Моя очередь. Что ж, пришла пора избавиться от балласта – пиковой шестёрки. – А вы любите себя? Такеши кивнул. – Тогда надеюсь, вы не влюбитесь в меня, – в шутку бросила я и неловко засмеялась, коря себя за необдуманные слова. Тэхён подался чуть вперёд, поставил локоть на прямоугольный столик, пальцами прикоснулся к своему подбородку и с весёлой усмешкой вымолвил: – Почему мне кажется, что тогда ты тоже разобьёшь мне сердце, м? – в довесок он приподнял правую бровь. К моим щекам прилил жар. От неземной красоты теневого императора можно было ослепнуть, поэтому отвела взор, стараясь как можно быстрее забыть эти соблазнительно растрёпанные пепельно-русые волосы, мягкий изгиб губ, сияющую и раскрасневшуюся от вина гладкую кожу. Потянулась к банке с колой, залпом выдула оставшийся напиток – всё, лишь бы не встречаться с уничтожающим взглядом серебристо-васильковых глаз. – Когда я тебя покупал, меня заверили, что всем заключённым стёрли память. Странно. Ты так всё хорошо помнишь? Сердце моё покрылось ледяной корочкой. Ну вот как Такеши одной фразой удавалось то окунуть меня в пламя, то в зимний колодец? – Не всё. Только некоторые отрывки. А ещё помню, что магия на мне всегда делала осечки. – Аномалия, – улыбнулся господин. – Мне нравится. Значит, если будешь проходить наказание на сорок третьем этаже, страдать будешь по полной. Поёжилась. Теневой император же как ни в чём не бывало открыл новую бутылку и наполнил свой бокал. – Мне не нравятся ваши наказания. – А что тебе во мне нравится? – усмехнулись ехидно мне. – Играть с вами в карты. Веер в моих руках поредел ещё на одну даму. Такеши не смог отбиться. – К сожалению, мы все играем теми картами, которые раздала нам судьба, и других карт у нас нет… – грустно проговорил хозяин Стигмы, смотря с унынием на расклад на столе. – Да вы мудрец, как я погляжу, – в отличие от Тэхёна у меня с каждым ударом сердца поднималось настроение. – Ещё какой, – парень отсалютовал мне бокалом и отпил из него. – Ведь мудрость – это когда смотришь, что происходит вокруг… и наслаждаешься. Похоже, уровень алкоголя в организме господина достиг максимума, снова пошли философские фразочки о жизни. Я смотрела на две последние карты. Дама и Король. Козырной марьяж. Не зря я их берегла. Валет уже был. Даже если у Такеши остался козырной туз, ему не победить. Кажется, впервые удача улыбнулась мне. С Чонгуком я всегда оставалась в дураках. Я уже раздумывала, что выбрать в качестве приза. Чтобы мне хотя бы раз в жизни дали выспаться и не будили с рассветом? Или получить разрешение обращаться к господину менее формально, не на «вы»? Меня уже коробило постоянно разговаривать со своим сверстником в возвышенной манере речи. – Мои вы не сможете отбить, – ухмыльнулась счастливо. Такеши выдохнул обречённо, раскрыл свои карты. Крестовая шестёрка и козырной туз. Захлопала в ладоши. Что бы попросить? Озарение пришло мгновенно, и вместо того, что я планировала, я лишь выпалила с улыбкой: – Вы согласитесь на первую идею Эль, которая придёт ей завтра в голову, когда она захочет поиграть. – Необычное пожелание победителя, – уже чувствуя подвох, осторожно проговорил теневой император. Ничего не сказала в ответ, мысленно танцуя радостный танец всех лузеров мира, в кои-то веки сподобившихся взять вверх. Я уже знала, какую игру придумала Виэль. – Гонки на стаканчиках? – непонимающе переспросил Такеши? – Ага, – широко улыбнувшись, девочка показала молочные зубы, верхний центральный утром выпал, на его месте зияла дырка. Если сначала мне затея Эль понравилась, то когда она пришла в исполнение, мне уже было не до смеха. – Нужно сдуть бумажный стаканчик по лестнице до первого этажа. И только не мухлевать! – строго подняла пальчик малышка, смотря на нас с угрозой. – За обман будут штрафные баллы. Мы с Тэхёном переглянулись, вздохнули и опустились на колени, локти поставили на пол и приготовились. – На старт. Внимание. Марш! – махнула рукой девочка и побежала вниз по лестнице, внимательно следя, чтобы мы не нарушали правила. Виэль попеременно подбадривала то меня, то Такеши. Было не понятно в итоге, за кого она болела. Где-то через шестьдесят восемь ступенек моя дыхалка попрощалась со мной. Бежевый бумажный стаканчик никак не хотел переваливаться через край лестничного пролёта. Распласталась прямо на площадке, взвыла, смотря на потолок: «Я больше не могу!» – и всё это под несмолкающие приободрения Эль и безостановочный хохот Тэхёна. – Ну, Союн, ещё хотя бы две лестницы. Ну пожалуйста. Победителю две порции мороженого, – заканючила эта хулиганистая малышка. – Ну раз мороженое… – прикладывая неимоверные усилия, я встала, поползла как краб вниз по лестнице, к своему стаканчику, который успел свалиться на шесть ступенек ближе к финишу. Именно в такой умилительный момент и в такой нелепой позе меня и застала Юрико. Она как раз поднималась в кабинет господина, держа папки с документами у груди. Бумаги выпали из её рук, с шелестом опали на пол. Она с немым удивлением взирала на всю нашу компанию – радостную Эль, меня, вспотевшую и с отдышкой, и на господина, который давился смехом в уголке. Лёгкие у него определённо были больше, потому что он обогнал меня на несколько метров. – Кажется, в моём мозгу произошли технические шоколадки… Закрыла глаза, сдаваясь. Живот уже просто ныл от желания посмеяться или поплакать. «У меня тоже, Юрико. Сейчас самый подходящий момент для внезапного конца света…» В итоге мы так и не определились, кто выиграл. Один стаканчик случайно раздавил Хан, проходивший мимо. Зато мороженое кушали всей большой компанией. Дни незаметно пролетали, всё больше листьев шуршало под ногами, вечера становились длиннее. Но чем больше утекало времени, тем мрачнее становился Такеши, и тем яростнее запивал вином своё скверное настроение. Поэтому я всеми силами старалась избегать его пьяных посиделок. Пряталась со спальником на нижних этажах или вообще уходила спать в спальню Виэль. Ким злился, но ничего не мог поделать с моими побегами. Но я была счастлива жить такой жизнью. По утрам смотреть мультфильмы с Эль и играть в её безумные игры. Днём ездить с Такеши по делам, лицезреть город из окна машины и наблюдать за разными, совершенно не похожими друг на друга людьми. По вечерам забираться в библиотеку и читать исторические романы. А по ночам, когда не удавалось сбежать из-под взора Тэхёна, сидеть в оранжерее и смотреть на серебристых бабочек, порхающих в лунном свете. Мне нравилось кормить мандаринок, ухаживать за ними и давать им имена. Нравилось прогуливаться по опадающему вишнёвому саду, вспоминая ту пору, когда он был полон зелени и спелых плодов. Нравилось слушать музыку, которой наслаждался Такеши. Нравилось слушать смех Виэль, нравилось чаёвничать и кушать вкусняшки вместе с Юрико, нравилась выпечка Иреми, который обожал, на радость секретаря-сладкоежки, создавать кондитерские шедевры. И да, в глубине души я действительно была счастлива, неосознанно, топя во мраке любые свои эмоции, я тихо лелеяла свою жизнь. До того момента, пока меня резко не вернули в реальность. Я сидела на скамье в саду и редактировала писанину Такеши. После первой неудачной попытки окунуться в мир фанфиков Тэхён не оставил надежды изучить сей жанр народного творчества. В последние дни он зачитывался драбблами про кролика Роро и даже написал несколько, спорил с комментаторами и другими авторами по вопросам канона и этики (предварительно досмотрев мультсериал до дыр со мной заодно). Выдохнула и запрокинула голову к пасмурному небу. Глаза рябило от напряжения. Продираться сквозь дебри завитков и чёрточек – то ещё удовольствие. Украдкой бросила взгляд на экран в надежде, что хоть что-то на нём прояснится, но тут же застонала – это не буквы, это инопланетные символы какие-то. Отбросила планшет, подтянула колени к себе и обхватила их руками. После такой редактуры мне нужен был личный психолог и литры вишнёвой колы. Теперь я знала, кто написал правила Стигмы – Ким Тэхён. Если говорил он кратко и по делу, то когда его мысли касались бумаги – ожидай словарного потопа, цунами, которое снесёт всякий смысл и логику из предложения. Не знаю, кто учил Такеши писать, но определённо, этот человек был гений. Никто и никогда не сможет расшифровать почерк наследника благословенного рода и понять идею его письма. – И почему меня, плохо говорящую и понимающую имперский, выбрали на роль редактора сего творения? – спросила я у дождевой лужи под ногами. – Союн. Вздрогнула и подняла взгляд на девушку рядом. Она приблизилась совершенно беззвучно, я даже её присутствия до этого момента не ощущала. Присмотрелась внимательнее. Именно она дала мне яд, который был способен убить Такеши. Те же самые короткие волосы, наряд прислуги. Шпионка из Вэйко. Девушка смотрела на меня совершенно ничего не выражающим взглядом, в серых глазах не было и намёка на эмоции. И она таким же ровным бесцветным голосом продолжила: – Прошло уже больше месяца. Сокджин ждёт ответ. Поторопись со своим заданием. В первые секунды на меня нахлынула вина. Я беззаботно проводила дни и даже думать забыла о миссии. Но тут же мысли омрачились всплывшим из тёмных глубин памяти воспоминанием. «На роду Такеши проклятье... Из достопочтенной семьи Такеши каждые несколько поколений рождается безумный тиран, маг-разрушитель уровня Ан Канхо и Кай Канджуна. Пятое поколение как раз пало на господина Тэхёна… Наследник должен умереть…» Тогда Джин был слишком убедителен, и я верила в своё предназначение. – Хорошо, – произнесла тихо, но мне никто не ответил. Оглянулась, девушки уже не было. «Что бы ты предпочла? Одну жизнь или множество? Спасти одного и пожертвовать многими?» Сердце застучало громче, болью отдаваясь в солнечном сплетении. В тот момент, когда я подписалась на эту миссию… в тот момент, когда я согласилась убить наследника из благословенного рода, я ничего не знала о Тэхёне Ким-Такеши. Я совсем его не знала. Прикоснулась дрожащими похолодевшими пальцами к огненному кольцу, ища успокоения. Джин, что мне делать? Этот последний месяц, что я в Стигме, это задание… мои чувства. Я совсем запуталась. Взглянула на зеркальную башню, невозмутимо возвышавшуюся надо мной. Только в одном я теперь была уверена. Я больше не хотела смерти Тэхёна Такеши. Не хотела становиться врагом Хану и Юрико, не хотела расстраивать Виэль. Не хотела, чтобы редкая, полная искренности и детского задора улыбка навсегда исчезла с лица наследника благословенного и в то же время проклятого рода. Я не хотела, чтобы из моей жизни пропадали эти люди. Но раз так… то что мне теперь было делать?

× × Death’s desire × ×

ჯ Что мне делать? ჯ