Голос Богов

      Тела Витара и Аслауг сожгли на следующий день. Их одели в хорошую одежду, положили рядом с ними все необходимые вещи, которые могли бы понадобиться им в другом мире.        Разбойников же закопали в землю в одном из оврагов, и то лишь потому, чтобы на поживу их трупами не спустились волки. Только Сигберта, который чудом не помер аж до утра, подвесили на дерево и там он уже окончательно сдох.        Сирдик выжил, но еле передвигался из-за сильных побоев. У Хельги сильно болела рука и она с трудом управлялась ею. Однако тот факт, что они живы уже сильно радовал Берси и он постоянно благодарил Богов за это.       Рунгерд никогда его раньше не обнимала. Во всяком случае, Берси не помнил, чтобы такое случалось. Однако вчера она так крепко стиснула его в своих объятиях, что на миг ему показалось, что сестра была готова переломать ему все кости. Впрочем, Берси и сам изо всех сил стискивал свои руки, прижимая сестру к себе. Наверное, ей тоже было немного больно. Мальчик не признался бы в этом и под пытками, но в тот момент он рыдал как самое настоящее дитя. Мысленно он не раз простился с матерью и сестрой, он не думал, что увидит их живыми. Да и сам не чаял встретить рассвет, прекрасно понимая, что разбойники не проявят милосердия. Наверное, именно от этого холодное утро показалось мальчику самым прекрасным на свете. Он дрожал из-за росы, которая холодила ему ноги, от порывов ветра, что заставляли его волосы развеваться и был по-настоящему счастлив в этот момент. Он был жив.       Черноуха он нашёл возле порога дома. Видимо, отважный пёс попытался наброситься на гостей и поплатился за это. Судя по ранам, его закололи копьём. Берси какое-то время сидел над своим любимцем с глазами полными слёз и бездумно гладил его охладевший бок. Это была ещё одна жертва этой страшной ночи. Ещё одна потеря. Именно в этот момент Берси понял, что не зря позволил Снорри умирать в мучениях с копьём в брюхе. Юнец плакал и молил, чтобы его добили и избавили от страданий. Берси же плюнул ему в лицо и поведал ему, что он сгниет в чертогах Хель, что кости его гниют в земле, а имя его позабудут навек, словно его и не было. После этого Снорри не просил пощады, лишь сучил ногами и утробно стонал как тюлень.       Берси сходил к соседу Лейфу и поведал тому о случившемся. Вся его семья буквально оторопела, выслушивая страшные вести от Сигурдссона. Сосед со своими сыновьями и братом, который заскочил к тому в гости, пришли на усадьбу к Сигурду и сами убедились в правдивости слов мальчика.       Пламя на кострах уже затухало, Витара и Аслауг уже не было, от них осталось лишь куча пепла и обожженные деревяшки от погребального кострища. Лейф положил руку на плечо Берси и тихо проговорил:       — Витар сейчас в чертогах Одина, поднимает кубок с пивом и рассказывает о своих подвигах. Ты правильно сделал, что дал ему свободу. Негоже такому мужу умирать будучи трэллом.       Когда Берси рассказал Лейфу о том, что их раб был берсерком и, что именно он спас их жизни, тот сначала даже не поверил ему. Хельга и Рунгерд подтвердили его слова и сосед был так поражён этим фактом, что долгое время просто молчал и бурчал себе что-то под нос.       — Он увидел валькирию перед смертью. Витар сказал, что снова услышал Богов вчера. В последний раз, - тихо проговорил Берси. Он уже устал плакать и его глаза, казалось, уже пересохли и не могло в них больше найтись слёз.       — Значит Боги ему дали второй шанс, чтобы показать себя. Он заслужил почётную смерть и память о нём всегда будет с тобой, Берси. Запомни этот день и никогда не забывай. Если в душе у мужчины горит пламя воинской храбрости, то ничего не способно его потушить. Витар был трэллом и этот огонь в нём лишь тлел, но разгорелся снова, когда в этом была нужда. Не позволяй своему пламени потухнуть, Берси. Никогда.       Рунгерд таскала воду, чтобы начать отмывать дом. Жена Лейфа привела двух своих дочерей и невестку, чтобы помочь им. Хельга тоже было порывалась схватиться за вёдра, но её тут же отогнали. Теперь мать сидела на скамье и с улыбкой смотрела на своего сына.       — Прости меня, мама. Я струсил, - сказал Берси, подойдя к ней и потупив голову. Ему было невыносимо стыдно говорить эти слова и он буквально ненавидел себя за это. Сейчас, когда опасность уже ушла, все его страхи показались ему низкими и презренными, а сам он мнил себя жалким червём.       — Ты не струсил, сын мой. Ты храбро сражался с этими мужчинами, несмотря на то, что в возрасте и умении уступал им десятикратно. Это отважный поступок, - с улыбкой проговорила мать и погладила его по голове здоровой рукой.       — Отец бы не испугался, - пробурчал Берси, представляя себе, как бы Сигурд живенько расправился с этими ублюдками. Даже с Ульфом, пусть тот и был величиной с гору.       — Сигурд храбрый воин, это правда, - кивнула Хельга, продолжая приглаживать волосы своего младшего сына.       Она видела как в том горел стыд и чувство вины за то, что он не смог их как следует защитить. В эту ночь она с замиранием сердца смотрела за тем, как он раз за разом бросал вызов этим разбойникам и буквально холодела сердцем, когда его били. Но вместе со страхом, она чувствовала гордость за своего Берси, за своего младшего сына, который не сдавался несмотря ни на что. Который так стремился защитить их.       — А знаешь в чём именно заключается его храбрость, сынок? - спросила она всё с той же тёплой улыбкой на лице.       — В чём, - Берси вскинул голову и посмотрел ей прямо в глаза. Румянец от стыда ещё не до конца сошёл с его щёк, но в глазах уже горели огоньки. Ему не терпелось узнать заветный секрет, благодаря которому ярл Олаф так ценил его отца в походах.       — В том, что он боится, - ответила Хельга. - Он говорил мне, что боялся всякий раз, когда их драккар сходился в море с другим кораблём. Он боялся всякий раз, когда воины сходились в жестокой сече на поле брани. Он боялся всегда, во всех своих сражениях. Но никогда не отступал и не бежал от ужаса. Он побеждал свой страх, заковывал своё сердце в броню и не позволял малодушию взять над собой верх. В этом и кроется самая настоящая храбрость, сынок.       Берси смотрел на мать с недоумённым взглядом. Его отец казался ему величайшим воином и, казалось, ничто не могло бы его напугать. А вот мать теперь говорит, что Сигурд боялся, да ещё и в каждом сражении.       — Ты жутко перепугался вчера. Но ты же не стал убегать, не стал молить разбойников о пощаде. Что ты сделал вместо этого, Берси? - спросила тем временем мать.       — Ударил одного из них, - с возрастающим чувством гордости ответил Берси.       — Несмотря на свой ужас ты встал на ноги и бросился на врагов, чтобы защитить меня и свою сестру. По мне так это поступок настоящего храброго мужчины.       Берси поджал губы и задумался над словами матери.       — Значит если я победил страх, то получается я храбрец? - спросил он.       Хельга кивнула и обняла его. Насколько хватило её сил, прижала своего сына здоровой рукой. Пройдёт уже совсем немного зим и он так же как его отец и брат отправится в поход. Будет сражаться и рисковать своей головой, такова уж судьба мужчин. Однако пока он был ещё просто мальчиком и женщина крепко прижимала его к себе словно бы, желая как можно дольше продлить эти мгновения.