Писатель влюбляется единожды

      Протяжное мычание заполняет комнату, отделённую в светлых тонах. Антон, хоть и пессимист, а комнату, по просьбе Димы и мамы, оставил в белом цвете, что означает чистоту, процветание и ум, и лишь постельное бельё цвета чёрного моря, на котором Шастун не был давно. Парень очень хотел заказать себе одеяло с Молнией Маквином и эксклюзив с Вуди из любимого мультфильма детства «История Игрушек», но между экзаменами, зачётами и тестами, времени на это совсем не осталось.       Боль вчерашней ночи напоминала о себе сдавливая виски и осушая полость рта. Второкурсник и подавно не помнил о преподавателе, что впервые мирно спал на антоновском диване, но спустя первые секунды после пробуждения Антон закрыл рот рукой, в надежде приглушить звуки кряхтения. Перед глазами всё плыло, вот он и побывал на морях. Найдя мутным взглядом стакан воды, Шастун мигом опустошает сосуд.       Проверив социальные сети, студент не удостаивает себя честью принять к сведению приближающуюся сессию и, заблокировав гаджет, начинает рассчитывать самую тихую траекторию, чтобы не разбудить Арсения, вспоминая какие половицы в квартире скрепят меньше, чем остальные.       Мозговая деятельность даётся сложно, но когда Антон замечает сумерки за окном, сознание возвращается, сигнализируя ярким цветом о новой проблеме. Студент не позаботился о выполнении домашнего задания, которого, по словам Дмитрия на вчерашнем культурном застолье, было внушительное количество, если выражаться цивилизованным языком. Шальная мысль очередного прогула сладко затягивает в свой омут, но Антон таит надежду, что домашку на одной из завтрашних четырёх пар не потребуют, ведь преподаватель того самого предмета сейчас у него в квартире. Возможно, Арсений Сергеевич сможет договориться и с Павлом Алексеевичем, а физкультура лишь единицам играет роль в зачётке. Таким образом оставалась лишь одна пара, внеклассная работа которой будет благополучно позаимствована у лучшего друга. Кивнув своему успешному плану, Антон слабо улыбается, вспоминая ночные события. Но ноющая мигрень игнорирует назойливых насекомых в животе и продолжает ударять молотком по внутренней коре головного мозга.       Пренебрегая болью в спине, Шастун еле держал равновесие, наступая на самые тихие участки пола, но согласитесь, это был бы совершенно другой Антон, если бы всё прошло гладко. Наш долговязый студент рухнул на землю в середине пути, точно возле дивана, больно ударяясь коленями и выставив руки в спасательном жесте.       — Надеюсь ты не ушибся, — в голосе Арсения слышалась долька раздражения.       — Надеюсь я вас не разбудил, — смущённо произнёс студент, заливаясь краской.       Преподаватель лежал лицом в подушку и очень кстати не видел лицо Антона, что походило на помидор. Доцент проснулся не так давно, но очень жалел, что не успел насладиться запахом постельного белья антоновского дома.       — Который час? — поинтересовался брюнет, когда Антон полностью поднялся с пола и зашлёпал босыми ногами по направлению к кухне.       — Который час, который час, — тихо передразнивал того русоволосый, гремя посудой и столовыми приборами.       — Ты всегда такой громкий? — озвучивая следующий вопрос, Арсений облокотился бёдрами на кухонный гарнитур и рассматривал предметы мебели.       — «А ты всегда такой красивый?» — лихо пролетело у младшего в голове. Ночной отпечаток не оставил и следа. Антону ещё следовало познакомиться с девятилетним стажем алкоголика, куда ему с его годом и пару месяцами.       Не ответив не на один вопрос из тех, что задал Попов, Антон только и делал, что пил воду с горла кувшина.       — Арсений Сергеевич, Арс, ты можешь остаться ещё на пару дней, если захочешь, — пытаясь разрядить обстановку, предложил зеленоглазый.       — Нет, спасибо, мне уже давно пора домой, — похолодев, отрезал старший.       Математик заходился по квартире, собирая свои вещи, складывал постельное бельё, что Антон и сам мог сделать, переодевался, хотя вполне мог оставить шастуновскую футболку себе, Антон глупо прятал глаза в дорогой линолеум, еле сдерживаясь, чтобы не обратить внимание на звёздную спину Арсения.       — Разве вы, ты, — бегая глазами, в растерянности попытался сказать Антон, — мог бы задержаться, мы бы поели, а потом.       — Спасибо, у меня дома есть еда, — не было у него никакой еды дома. Арсений не привык, эти чувства были чужды. Зря нагрубив младшему, он хлопнул входной дверью, оставляя второкурсника одного.       Выплёскивая сердитость на кухонные полки, русоволосый пил вторую таблетку, агрессивно считая, что она поможет не только с головной, но и с душевной ломотой.

***

      Соседи громко цокали языками и качали головой, когда горе-преподаватель прокрутил ключи в замочной скважине. Едкий металлический запах врезался в нос, будоража воспоминания. Арсений рухнул на пол, осознавая, что поступил неправильно. В этот вечер его ждали отчёты и курсовые работы, а могла ждать вкусная еда и приятная компания в лице студента.       Разбросав по столу записные книжки, распечатанные листы студентов и заварив пятую по счёту чашку кофе, Арсений так и не убрал бардак вчерашних событий в ванной комнате. Похмелье лёгким помутнением дезориентировало действия, совсем не мешая выполнению дел. Но ощущение, что кто-то за ним постоянно наблюдает не покидало Попова. Горячие слёзы ручьём сорвались с ледяных глаз, когда Арсений осознал, что его посетила само её величество — муза.       Круша всё на своём пути мужчина пытался вспомнить куда по пьяни спрятал свой блокнот, где хранились все бредовые идеи и мысли, и потратив лишних полчаса — психанул, открыв какую-то тетрадь, найденную среди тысячи таких же. Сжимая ручку синими от нажатия пальцами, Арсений швырнул её в пустоту комнаты, с ужасом поглядывая на свои трясущиеся руки. В моменты вдохновения Пегасида питалась, как и хозяин, алкоголем да ментоловыми биди. А ни того, ни другого сейчас под рукой не было.       Перед глазами появилась картина, как Паша с неделю назад вытаскивал друга из запоя, чуть не узнав о тайнике приятеля, пока чистил всю квартиру. Хозяйка квартиры предлагала избавиться от пустоты под деревянными досками пола, тем самым лишиться скрипа, неровностей и разного уровня комнат, но Арсений обратил этот изъян в свою пользу, не только уменьшив стоимость за снятие жилища, но и сотворив укромное место для всегдашних братьев по несчастью.       Опуская ватные ноги на колени, мужчина трясущимися пальцами аккуратно поднял одну из тысячи деревянных досок, чтобы добраться до тайника без происшествий. Здесь важен был порядок и спокойствие. Открыв пачку сигарет, брюнет громко выругался, обнаружив внутри ни единой спасательной никотиновой палочки. Он грубо смял бумажный коробок и отбросил его в сторону. Чувство, что кто-то за ним продолжает следить возрастало. Арсений неосознанно подумал на Антона, но куда студенту противостоять в схватке с музой.

***

      Второкурсник наконец мог спокойно выкурить одну из двадцати любимых ментоловых сигарет, шумно выдыхая дым в осенний туман и наблюдая за снующими внизу людьми. С одной стороны, останься математик на подольше, у Шастуна далеко не скоро выдалась бы возможность почувствовать терпкий вкус никотина на языке, с другой стороны, Арсений Сергеевич сейчас имел куда большее влияние на парня, чем сроднившаяся с ним с десятого класса зависимость от сигарет.       Студент искренне не понимал, зачем ему — прирождённому гуманитарию, нужна высшая математика, но как и в школе, в университете тоже должны были быть предметы совсем не относящиеся к выбору будущей профессии и не воспитывавшие способность жить. И хоть люди вокруг тебя менялись, события оставались прежними, город приедался, а пары что раньше тянулись непозволительно долго, сейчас пролетали мимо с непозволительной скоростью, заставив резко подняться с нагретого места и поплыть дальше по универу.       Антон стоит на балконе уже второй час, в голове громко играет песня «Big City Life», зеленоглазый забывает про осеннюю стужу, в тонких пальцах рук тлеет четвёртая сигарета, он возвращается в реальность, когда кожу обжигает пламя, что дошло до фильтра. Студент не сильно шипит, тряся рукой, и забегает в кухню, подставляя обожжённые пальцы под холодную воду.       Он блаженно закрывает глаза и снова возвращается на балкон. Беря в руки малахитовую пепельницу, подаренную Серёгой, русоволосый вытряхивает содержимое в мусорное ведро и, завязывая узел, выходит на улицу, бросив чёрный пакет в бак с кучей точно таких же. Возвратившись в тёплое место и оставив куртку в коридоре, Антон падает на мягкий стул у письменного стола и роняет голову в окольцованные пальцы. Горло неприятно саднит от никотина и, разбавив рацион чаем, студент громко открывает книгу по высшей математике, начиная вчитываться в цифры нового параграфа.       Он бы в жизни не притронулся к числам и уравнениям, но желание стать лучше, чтобы Арсению было приятно, закралось в подкорке, не желая покидать тёплый и тёмный уголок. Пройдя пол страницы, второкурсник засыпает, найдя математику смертельно скучной.       На телефон приходят сообщения от рассерженного Димы, что вместо зачёта у них будет экзамен, но что экзамен, что зачёт — одна ерунда, Антон всё равно не будет готовиться, считая, что контрактников не отчисляют. Хлопая огромными, щенячьими глазами, он вымолит себе пару троек, а если занесёт листы формата А4 паре преподов, считайте, четвёрка у него в кармане. Кому хороший коньяк, кому коробка дорогих шоколадных конфет, кому парочку комнатных растений для антуража и вот уже пятёрка на горизонте. В итоге он ехидно растянет смайл от уха до уха, поднимет большой палец вверх и удалится на очередную кислую пирушку во главе с некачественным алкоголем и копеечной травой.

***

      Арсений, к своему великому удивлению, пишет стихотворение, рука плавно движется по прямой тетрадной линии, выводя аккуратные буквы. Запах спирта смешивается с осенним сквозняком, что свистит в углах и забирается под одежду, но математику душно, он стягивает футболку, оставаясь в одних штанах. Арсения бросает в жар, пока клетки крови разносят алкоголь по телу, проникая в голову и заставляя кусать губы. К колючему привкусу виски добавляется сласть крови от постоянного терзания нижней губы и, расплываясь по дивану, Попов ставит фирменный автограф, рухнув головой на подушку, тут же задремав.       Дробь будильника ровно в восемь часов утра напоминает преподавателю о работе. Жалобно хватаясь за голову брюнет рад, что ему ко второй. Помято сгребая тетради в портфель, доцент совершенно не помнит события вечера, лишь грустная физиономия Шастуна, затуманенный взгляд, постоянное заострение внимания на губах студента, бутылка виски и темнота. Рассердившись на провалы в памяти, Арсений Сергеевич надеется, что они вернутся вместе с теми, что стали пропадать примерно лет пять назад, или шесть, брюнет этого тоже не помнит.       Оставив жуткий беспорядок на домового, мужчина пытается привести себя в порядок, чтобы выглядеть не хуже студентов, чья жизнь — сущий ад. Арсению хоть бы денёчек той студенческой жизни. Он выпил крепкого зелёного чая, растворяя в нем шипящую таблетку от похмелья, и закусил горьким шоколадом. Приняв освежающий душ и облившись парфюмом, математик выходит из квартиры, не забыв положить две жвачки на язык и натянуть фальшивую улыбку. Мужчина заглядывает в расписание по дороге и улыбка пропадает, как и желание жить, увидев группу Антона.       Гордый не там где надо, доцент не собирается оправдываться перед второкурсником, поэтому безразлично раздаёт контрольные работы и просит проработать ошибки, пока сам переносит результаты в таблицу. Брюнет не следит за временем, поэтому звонок застаёт его врасплох и, быстро дав домашнее задание, мужчина выбегает из кабинета, желая поскорее найти чёрный кофе.       Антон хочет узнать о состоянии дел преподавателя, но так и остаётся сидеть на месте, пока студенты чужой группы рассаживаются по местам. Накаченный парень, на вид четверокурсник, нагло вышвыривает Антона из-за парты, громко садясь на стул рядом и оставив свои вещи без присмотра уже приглашая одногруппницу на свидание.       Рассеянный Шастун сбегает в туалет, закрывая дверь кабинки на щеколду. Большая перемена проходит в мужском туалете совсем не по явной человеческой потребности. Капли пота бегут по спине и вискам русоволосого, пока он мечется от слова к слову, что сплетаются в рифмы. Внезапный кашель очень похож на Арсеньевский и Антон зажмуривает глаза, сжимая тонкими пальцами тетрадь. Обладатель туберкулёза исчезает через минуту, оставив студента одного.       Второкурсник давно пропустил начало третьей пары, в сотый раз перечитывая строки стихотворения. Он проводит подушечками пальцев по такой красивой росписи, мигом смахнув слезу с щеки, считая, что в кабинке он не один. Инициалы Арсения Сергеевича больно бьют в грудную клетку и, выйдя из туалета, Шастун чувствует себя словно после драки. Побывавший на ринге в качестве проигравшего боксёра, юноша возвращается домой, так и не вернувшись на пары.       Пребывая в шоке, Антон разрешает себе прочитать произведение вслух, здесь точно никто не увидит его приступа паники и горячих слёз. Стихотворение Арсения, оставленное вчера по пьяни, оказывается именно в тетради Шастуна. Счастливая случайность или чья-то глупая выходка открывает преподавателя для Антона с другой стороны и, пропитав свою тетрадь солёными каплями, испуганный парень боится, что влюбился в такого Арсения, в того человека, чьи строки он выучит наизусть уже сегодня, зная, что тот лучший на всём белом свете менестрель. Я так влюблён в стихи, театр, крыши, Я так влюблён в дорогу, дождь и чай, Я с каждым днём иду быстрей и выше, И с каждым днём переступаю край. Я так люблю, когда прохладный ветер Меня со свистом защекочет вновь, И горизонт всегда горяч и светел, Когда с восторгом закипает кровь. Я так влюблён в прогулки на рассвете, Когда огнём подёрнутая даль, Сверкает красивей всего на свете, А чистый воздух гладкий, как хрусталь. Подумать только, сколько в этом мире Чего так многим видеть не пришлось, Как скучно умирать в своей квартире, Когда пожить ещё совсем не довелось…