Двое в лодке, не считая кофейного алкаша

Диас так и не смог заснуть. Пролежав в кровати час, и не получив результата, парень с ужасом осознал, что теряет материальность и проваливается вниз, поэтому быстро сгруппировался и принял вертикальное положение. Ругнувшись, он испарил кровать прочь, и просочился в комнату Йорген. Девушка спала, и выглядела она препаршиво. А, ну да, он всё-таки умудрился потратить всю её энергию на себя... Мда уж, придётся становиться материальным изредка. Пока что её силёнок не хватает на то, чтобы поддерживать его человеческую форму дольше часа. Ладно... Ночь же Йорген прошла тяжко. Сны сменялись один образ за другим: лица, силуэты, какие-то разговоры, которые как бы ни пыталась понять девушка, утекали словно сквозь слух. Не получалось выловить никакой конкретики, кроме той, что что-то идет не так. Кто-то был рядом, что-то искал, и она всеми силами пыталась ухватиться за него и остановить. Кто он? Чего он хочет? Глаза темные и мрачные, словно на нее смотрел ворон. И при этом это единственное, что могла видеть на его лице Йорген, и они проскользнули мимо, как-то повлияв на нее. Она не могла пошевелиться, и со спины настигало чувство опасности, да такое сильное, что девушка забилась в собственном сознании, даже не зная, что делать. А потом вдруг вспомнила, что это сон. Нужно проснуться. И она не могла. Что-то держало ее здесь, в страхе, не позволяя выбраться. Словно в ее тело поселился еще кто-то, кто занял ее место. И она пыталась кричать, шевелить руками, чтобы рассеять неприятные ощущения, и постепенно тьма отступила, поддаваясь немому крику. Девушка лежала в постели, дрожа и глотая воздух. Ощущения пришли не сразу, но зато когда она сделала выдох, ударили ее со всей силы. Ее затошнило так, что сквозь сильнейшую слабость и судороги чуть ли не по всему телу она добралась до ванной комнаты и проблевалась. От холодной проточной воды легче не стало, и она сползла на пол, просто не в силах сделать иного. И молча расплакалась, сквозь спазмы в легких глотая воздух, подавляя шум и всхлипы. В голове мелькнула мысль "отец будет беспокоиться, нужно вернуться", но она даже не пошевелилась. Что-то определенно шло не так. Пока силы Йор восстанавливались (а на это ушла вся ночь), Диас бродил по дому и изучал его содержимое. Когда он наконец-то осмотрел все интересовавшие его вещи и выглянул в окно, уже светало... Сверху раздались звуки выворота наизнанку, и чародей поспешил к девушке — если ему плохо (а его прошибло дикой головной болью), значит, ей и подавно, ведь теперь они связаны. Обнаружил девушку он возле стены, в паскудном состоянии. Что делать в такой ситуации, Диас не знал — ещё бы, у него никогда не было друзей, и он понятия не имел, как себя вести, когда кто-то, кто тебе небезразличен, чувствует себя плохо. Не то чтобы Йорген была ему прям небезразлична, но... Некоторое время, секунд пять, он просто стоял в замешательстве, и наконец всё-таки выдал: — Ты там вообще живая? Йор вздрогнула всем телом, сперва подумав, что отец все-таки тут и она снова заставила его поволноваться. Но подняв глаза она чуть не закричала: здесь стоял посторонний. Ну, на первый взгляд. И то ли его потерянный вид, то ли что-то еще всколыхнуло память и очертило грань между вчерашним днем и сном. Диас. Случайно с ней связан. Препод ее матери. Потерявший двадцать лет жизни. — А ты? — Поинтересовалась она хрипящим голосом. Она заметила, что дышать стало легче, но слабость все еще гадко расходилась по рукам и ногам, от чего она была уверена, что в ближайшее время вряд ли поднимется. Потому она даже ее пыталась. — В норме, — Холодно ответил парень. — А теперь расслабься и постарайся не вырубиться. Диас присел рядом с Йорген, слегка коснувшись своими нематериальными кончиками пальцев её висков. По телу девушки прошла тёплая волна, подавляющая дрожь и вызывающая лёгкое головокружение, словно проваливаешься в бездонную яму. Слабость постепенно начала уходить на второй план, а вскоре и вовсе пропала. Йор хотела отшатнуться, не желая, чтобы ее кто-либо трогал, но тело не послушалось и... Удивительно, но она была этому благодарна. Находиться в сознании было тяжело, и она прикрыла глаза, чтобы хотя бы не видеть едущую вкривь и вкось картинку перед глазами. Боль и слабость отступали, и девушка какое-то время даже дышать не решалась, чтобы не спугнуть это чувство облегчения. Несмотря на все тепло в теле, она чувствовала, какими ледяными были ее виски. И почему-то на ощупь руки чародея всегда были такие. Но почему? Убрав руки от головы Йорген, чародей вновь поднялся на ноги: — Тебе воды принести? Холод ушел. — Я... Сама. Спасибо. Йор нерешительно поднялась сначала на колени, а потом уже на ноги, стараясь не шевелиться слишком резко. Вроде бы, все хорошо. Она вышла из ванной и спешным шагом, почти на цыпочках, прошла в кухню, где налила себе стакан воды. Диас не последовал за девушкой. Сама так сама, боже. Самостоятельная, блин. Жидкость показалась сладкой и освежающей, чего Йор раньше особо и не замечала. Она подняла голову. Люстра висела как всегда, поблескивая на лучах восхода алыми вспышками. Красиво. Тень воспоминания со вчерашнего вечера очертила круг - траекторию, по которой проходил Диас вчера вечером. Стул, кукла, рамка. Картинка случайно складывалась, запоздало, но заставив Йорген удивиться. Он знал историю предметов, и, может быть, ощущал следы хозяев? Иначе как так вышло, что он так быстро находил ее уязвимые места? Надо быть осторожнее. — Диас. — Тихонько позвала она. — Чего тебе? — Ответил тот из комнаты, поправляя свитер. — Как ты узнал о своих возможностях и почему так уверен в них? — Девушка заправила за уши мешающую челку, которая мешала ей вглядываться в предметы. Йор почему-то решила попробовать сама увидеть хоть что-то необычное, почувствовать энергию помимо своей, чтобы создать представление и копнуть чуть глубже. Из всего этого она добилась только выглядывания микротрещин в стакане который был в ее руке. Йорген как-то даже не замечала, что у нее настолько хорошее зрение. — Если ты о магии, то я таким родился. — Чародей зашёл в комнату. — В подробностях излагать не буду, но мои родители почти сразу же избавились от меня. Моя магия — это всё, что у меня есть. Мне больше не в ком и не в чем быть уверенным, кроме как в себе. С чего вдруг такие вопросы? Йор вдохнула. — Ты видишь все насквозь. Ну, образно. Не знаю, как это происходит, но ты манипулируешь всем так, словно это часть тебя. А чтобы как-то дойти до этого, нужно осознать, что ты правда это можешь. — Девушка поставила стакан в раковину и подошла вплотную к чародею, глядя тому в глаза. — Разве нет? В сиреневой мягкой радужке периодически стреляли белым свечением искры. Это выглядело волшебно и просто невероятно красиво, и Йор уставилась в глаза парня, словно завороженная. — Не все на это способны, лягушка. — Диас сел в воздухе. Йор нагло вторглась в его пространство, отчего парень ухмыльнулся. — Понимаешь ли, мои умения достаточно редкие. Мне достаточно было просто захотеть, чтобы конвертировать свою энергию в простейшую магию, и чем больше я хотел, тем больше я мог. Это потом я поступил в академию и понял механики, чтобы не тратить свои силы на то, для чего можно применить энергию окружения. В отличие от многих, я могу создать что-угодно из фактически ничего... — Внезапно парень слегка щёлкнул Йорген по носу, находившемуся в опасной близости к его собственному. — Вот только сейчас мой запас сил ограничен твоим. Словно почуяв потенциальную опасность, Йор сделала шаг назад, и щелчок по носу был уже не так ощутим. Она вздохнула и глянула осуждающе. — И что должно произойти, чтобы твоих сил вдруг не хватило? — То, что, как видишь, уже произошло, — Огрызнулся Диас. — Я могу держать материальную форму около полутора часа в сутки, потому что приходится пользоваться твоим резервом магии. А он ничтожно, ничтожно мал. Полтора часа, и твои силы иссякают, а я теряю тело. — А если ты сам меня убьешь, то сможешь забрать свои силы? Она и сама не поняла, как выпалила этот вопрос. Не сказать, что Йор готова была расстаться с жизнью, но расстаться со спутником ей хотелось. И он, судя по всему, хотел быть полноценным человеком. Что ж, тогда и правда придется над этим работать... — Нет, дурочка. — Диас встал на ноги. — Во-первых, если я тебя убью, я с вероятностью 99% так и останусь в этой форме, только тогда меня уже точно никто не освободит. Во-вторых, убить я тебя не могу, даже если бы хотел. В-третьих, я этого не хочу. Будем откровенны, ни мне, ни тебе — никому из нас эта ситуация не доставляет удовольствия. Даже при том, что ты та ещё стерва, я не считаю, что имею право лишить тебя жизни. Чародеи защищают человеческий мир, а не устраивают в нём геноцид. — Разумно, — Протянула она, хотя, на самом деле, особо разумным это не считала. От чего нужно защищать мир, она вообще не понимала. Уж сколько войн было за последние пару тысяч лет — люди все равно убивали друг друга, расчищая путь к власти. И, кажется, мир магии не особо встревает в этот сыр-бор, иначе бы хоть краем уха шла бы молва о странных... Хммм, людях. Хотя, нет. Есть же различные "экстрасенсы", которые предсказывают будущее, но часто ошибаются. Они, выходит, тоже чародеи? — Очень мило, что ты это продумал. — Йорген вздохнула и лениво направилась по коридору в сторону лестницы. Оттуда уже спускался отец, и она доброжелательно махнула ему рукой. — Доброе утро, пап. Отец Йорген, мужчина под метр девяносто, по имени Тедеас Руд, взявший в своё время фамилию жены (Хаденс), дружелюбно поприветствовал дочь. Он как-то странно улыбался, и в серых глазах его плясали задорные огоньки. Сколько девушка себя помнила, он вставал рано и тяжело: синяки под глазами были ужасные, и зачастую от него шел странный едкий запах, который Йор никак не распознавался. Но ко "второму завтраку" все проходило, и мужчина был как огурчик — весел, активен и исчезал на работе до самого вечера. Девушке бы тоже не помешало ее найти. На постоянной основе... Диас, услышав чужие шаги, отплыл в сторону. Он был уверен, что мужик его не видит. Вот только звуки бы его выдали, поэтому парень заткнулся, дожидаясь, пока отец Йор выйдет из дверного прохода, и подплыл по воздуху к девушке. — Самое время ворваться в чужой монастырь, — Тихонько напомнил чародей своей новой подруге. — Нас ждёт увлекательный мир влажных фантазий твоей мамаши. В этот же момент где-то в кухне, насыпая в миску хлопья, громко чихнул (или хрюкнул) Тедеас. Кровь внезапно прилила к щекам Йор, выдавая смущение, которое ей необходимо было сейчас стойко пережить. Частью мыслей она думала: а не слишком ли много она говорит? Звукоизоляция в доме, конечно, хорошая, но мало ли, что мог услышать ее отец, пока спускался сюда. А слух у Йор, если быть честным, не из лучших. Диас заметил, как лицо девушки на пару мгновений сменило цвет. Парень оскалился — как легко она смущается при своём папаше. Наверное, боится, что он услышит, как она говорит с ничем - по его расчётам, Диас был невидимым для всех, кроме Йор, пока сам не хотел, чтобы его видели. Она просеменила вверх по лестнице, проскользнув в приоткрытую дверь библиотеки. Сотни книг были усыпаны на полках, толком не сортированные (исключая языки) и абсолютно разные. Йор даже не помнила, какие книги принадлежали маме. И копаться во всем этом ей ой как не хотелось Чародей последовал за девушкой. На пороге комнаты-библиотеки он ощутил ауры нескольких артефактов внутри — как защитных, так и атакующих. Надо бы их обезвредить... Или, по меньшей мере, настроить на себя. Пройти сквозь дверь не удалось, ведь она была зачарована, поэтому Диас вновь принял материальную форму, чтобы иметь возможность хотя бы просто находиться в этой комнате. Парень прошёл мимо стеллажей с наваленными на них книгами, блокнотами и тетрадями, и в глубине углового, у стены, заметил знакомые очертания. Поддавшись любопытству, он взял тетрадь в руки — выглядела она так же, как та, в которой Эльсика в своё время писала лекции, только была чёрно-белой. Ясно... Чары. Сначала Йор лениво бродила от одной полки к другой, вычитывая названия с корешков. Потом стала вытаскивать по одному томику самых ей непонятных. Один такой оказался фотоальбомом, и она даже понятия не имела, кто здесь изображен. Просто что-то подсказывало, что это может быть интересным и стоило просмотра. Мановением руки парень поднял над тетрадью формулу — простейший шифр. Выбив из светящейся строки несколько символов, он увидел, как серая тетрадь приобретает знакомые оттенки — золотая обложка с розовыми сердечками. Сгорая от интереса, Герц открыл её и уставился в аккуратный текст... Через пару минут Йор отчётливо услышала истерический смех из того угла, где он стоял. Девушка понятия не имела, как умирают киты, но сейчас она была уверена, что киты умирают именно так. С повизгиванием и похрюкиванием, заливисто и немного... Жутко. — Эй, с тобой все в в порядке? — Она нашла Диаса взглядом сквозь полки с книгами, и только потом уже выглянула полностью. Господи, это был всего лишь смех. С какой-то сомнительного вида книжки, которую он расслабленно держал в руках. — Это... Что? Любовь к сердечками и девчачьим штучкам Йор не питала никогда, и вид этого дневника вызвал у нее почти что рвотный рефлекс. Ловким движением девушка поддела дневник, вцепившись в него пальцами и взглядом. Почерк был слишком аккуратен, тонким и чертовски каллиграфичным, что глаза запинались о все возможные завитушки. — Ох, срань господня... — Только и произнесла она, — Как ты вообще тут что-то разобрал. — Она сунула дневник обратно в его руки. Диас был красного цвета от распирающей его истерики. Он всё ещё задыхался и давился от смеха, когда дневник Эльсики у него выхватила Йорген. Впрочем, так же быстро она вернула тетрадку назад. Стукнув себя пару раз по груди, Диас откашлялся, выдохнул и открыл дневник на той странице, которая вызвала у него приступ смеха, и начал читать вслух мерзким голосом: — "Дорогой дневник, сегодня пятнадцатое октября. Наш преподаватель рунной магии сегодня снова устроил нам практику. Если бы он не был таким холодным и недоступным, я бы пригласила его на школьный бал... Почему ты так холоден, Диас? За что ты так с моим сердцем? Я ведь всего лишь хочу дарить тебе свою любовь и тепло...". — На этой ноте Герц был уже не красным, он был синим от того, что героически сдерживал приступы истерики, пока читал. Коснувшись своей шеи и замедляя ускорившийся пульс, Диас согнулся пополам, постепенно пытаясь отдышаться. — Это было явно не то, что я ожидал здесь увидеть... — Фу.. — Запнувшись, только и смогла выдавить из себя девушка. Она не понимала, чего смешного нашел здесь Диас, который был теперь похож на рыбу, которой не хватало воздуха. Лично Йор подобные чтива напоминали копание в грязном белье, а если еще и учесть то, что он по сути высмеивал чувства ее матери... Он мудак. Точно.