Глава 14
7 марта 2020 г., 11:17
В комнату ворвались Варон и Фербус. Альфа в прямом смысле слова вытащил омегу из постели, не объясняя ничего, повел к Грогару. Его любовник, забившись в кресле, тихо плакал.
Альфа лежал на широкой постели совершенно бледный. Казалось будто умер он во сне. Фербус тут же кинулся к нему, ощупывая шею и запястья.
— Мне нужна помощь, — проговорил лекарь Варону.
Мужчина кивнул и приказал:
— Оставьте нас. И позовите в зал совета Хеберта и Лукара.
Слуги, поднявшие шум, выпроводили возлюбленного Грорага, и в спальне остались только покойник, Варон и Фербус.
— Влей в него силы, — отдал распоряжение омега, снимая перчатки и вставая в изножье постели.
Альфа, не задавая ни слова, выполнил его наказ. Подойдя к постели, положил руки на грудь мужчины, позволяя своей силе проявиться. Фербус тем временем прикрыл глаза и зашептал слова на незнакомом королю языке. Свет свечей и камина тут же погас, комната погрузилась в тьму на несколько секунд. Но вот голос молодого человека стал громче, и все окрасилось в голубовато-зеленый цвет.
— Покажи мне нить, — приказал Фербус, открывая глаза и глядя на свои руки с растопыренными пальцами. К их кончикам крепилось по несколько нитей красного цвета. Видел их только омега, либо владелец такой же силы, как и он. Отдав приказ, Фербус спустя секунду увидел, как одна из нитей дрогнула. Выглядела она потрепанной, держалась едва-едва, на одном тонком волоске.
— Еще есть шанс, — проговорил Фербус Варону, и мужчина увеличил поток своей силы. Она проходила через тело Грогара в никуда, проходя через него.
Варон кивнул хорошей новости, стараясь отогнать мысли о том, что делал сейчас молодой лекарь.
Фербус же одной рукой схватил тонкую нить Грорага, подтягивая к себе, чтобы последний волосок не лопнул. Это оказалось не так-то просто. Нить едва поддавалась, хотя подобное при лечении естественных болезней не проявлялось. А это означало, что мужчину специально пытались убить. Вот только убийца не знал, что в королевском замке есть Кукловод.
Напрягшись всем телом, Фербус притянул к себе как можно ближе нить мужчины. Вышло хорошо и ему удалось подцепить ее зубами, удерживая одной рукой, омега принялся завязывать узел с помощью рта, что было не просто, все же второй рукой он не мог воспользоваться, чтобы нить не лопнула окончательно.
— Фербус? — осознавая, что времени уходит слишком много, прошипел Варон. Они уже проходили через подобную ситуацию, но в том случае все прошло гораздо быстрее и легче. Мужчина ощущал всем телом, что омега на пределе сил. Воздух в зеленоватом свете буквально дрожал от напряжения.
— Ах, — послышалось сбоку и Варон стремительно обернулся. Фербус рухнул на колени, едва успев подставить руки, чтобы не упасть плашмя. Он тяжело дышал, пол под ним стремительно становился темнее от пота и слез.
Но кинуться ему на помощь мужчина не мог и продолжал вливать силы в тело Грогара. Тот же, о боги, начал принимать его силу. Спустя всего мгновение его рот раскрылся, делая глубокий вдох. В камине вновь разгорелся огонь, свечи так же зажглись сами собой.
— Наконец-то! — ругнулся Варон и отступил, едва стоя на ногах. Слишком много сил потрачено впустую. — Фербус?! — подойдя к омеге, Варон подхватил его и отнес в кресло. Лекарь выглядел плохо, бледный с мокрым от пота и слез лицом, губы посинели.
— Как ты? — взволновано спросил альфа.
Омега был в силах только кивнуть, что жив и выкарабкается. Он редко пользовался своими способностями и, хотя регулярно тренировался, на полную работать еще не приходилось.
— Отдохни, скоро я отнесу тебя в твою комнату, — с облегчением кивнул Варон и подошел к постели.
Грогар уже открыл глаза и с удивлением оглядывался, не понимая, что в его спальне забыли король и какой-то парень.
— Что случилось? — спросил он и поразился своему голосу, словно мертвому.
— Это мы вместе и узнаем, — рыкнул Варон, притянув руку, накрыл ею лоб альфы, проверяя все ли в порядке, каждый ли орган возвращается в нормальное рабочее состояние. — Сейчас просто скажи, что ты помнишь, возможно, что-то показалось тебе подозрительным?
— Я умер? — потрясенно воскликнул Грогар, пытаясь сесть. — Но ты спас меня?
Варон кинул взгляд на Фербуса, зная, кто именно спас его, но все же согласно кивнул. Фербус почему-то вообще запретил кому-либо рассказывать о том, кто он и что может. Впрочем, зная немного его историю, Варон был согласен, что так лучше.
***
На рассвете в зале совета расположились Хеберт, Лукар, Илиот, Фербус, Грогар и сам Варон, да его отец Осейдай. Комната совета представляла собой небольшое помещение на самых низких уровнях замка. Круглый стол посреди комнаты в окружении десяти кресел, часть из которых сейчас пустовала. Ни окон, ни камина в помещении не имелось. — И так обсудим произошедшее, — проговорил Варон, окинув всех взглядом. — Грогар, расскажи, что помнишь. — Точнее как я умер? — усмехнулся альфа, но под взглядом Варона принял серьезное выражение лица и начал. — Вечер был вполне обычным. Мы вернулись с пира, легли спать. Я выпил еще вина, и все. Даже уснуть успел, как вдруг почувствовал, что что-то не так. Сердце будто сдавили тиски, дыхание перехватило. Почти сразу же я потерял сознание. — А точнее умер, — встал Фербус и поднялся из кресла. Сегодня он уже лучше себя чувствовал. — Фербус не перебивай, — попросил Варон, видя, что бледность с лица еще не полностью сошла, и волнуясь о нем. Омега пожал плечами и уселся обратно. Хеберт фыркнул, но промолчал. — Кому могло прийти в голову убивать его величество Грогара? — спросил Лукар, скептически относясь ко всей ситуации. — Наши люди в принципе не особо осведомлены, кто вы и откуда. Так зачем нам убивать вас, да еще и на нашей земле. Это же сразу политический конфликт. — Верно, — согласился Хеберт, пристально разглядывая Фербуса. Кроме него больше никто не обладал силой, способной убить без видимых причин. Однако он знал, что без приказа парень не сделал бы ничего. Оставался вопрос: кто, кроме Варона, мог отдать приказ? Ведь сам король не пошел бы на убийство ни в своем доме, ни своего союзника. — Разве что кто-то из ваших? Возможно, здесь сейчас находиться представительно страны, у которой на вас зуб? Грогар лишь развел руками, он не знал, кому помешал. — Полагаю все и без того понимают с какой стороны был удар, — вздохнул Илиот, плотнее кутаясь в шаль. Он устал за ночь и хотел спокойствия. Как бы то ни было, он испугался, когда ему сообщили о смерти Грогара. Хорошо, что спасти успели. — Расчермен?! — высказал Лукар. — Но для чего? И успел бы он узнать о сговоре? Сомневаюсь. — А если шпион среди моих людей? — предложил Илиот. — Тогда все сходиться. Если предатель за моей спиной, то он знал обо всех обстоятельствах. В замке второй раз подряд проводят празднество, ничто не мешает шнырять по коридорам незамеченным. — Я тоже не уверен, — кивнул Осейдай. — Слишком быстро все произошло. Не успел бы шпион получить приказ. — Возможно, его отдали ранее, — пожал плечами Илиот. — Не будем отбрасывать этот вариант, — согласился Варон. — Но следует найти шпиона и убийцу. Лукар, займись расследованием, срочно. — Да, ваша милость, — кивнул мужчина и поспешил покинуть зал совета. — Хеберт, помимо поисков убийцы нам следует смотреть дальше. Возможно снова произойдет что-то подобное, — советник согласно кивнул королю. — Нужно все продумать и не допустить убийства. Кто знает, кто следующий. — Если за всем стоит Темное дитя, — перебил его Илиот. — То следует уничтожить каждого, кто остался на стороне Расчермена. — И как мы узнаем сколько их? — скривился Осейдай, согласный, что скорее всего без них не обошлось. Варон вздохнул и обратился к Фербусу: — Есть ли способ узнать твоего собрата? Фербус вздрогнул, не хотел он, чтобы кто-то еще знал, о том кто он. — Если бы он был здесь, я бы узнал, — тем не менее, отозвался он, заметив заинтересованный взгляд Илиота. — Сколько их осталось в живых после нападения? — глядя прямо на него, задал вопрос молодой человек. — Восемь, — отвернувшись, ответил Фербус. Глупо было надеяться, что супруг короля станет ему другом. Кому он, Фербус, нужен такой. — Можешь чувствовать их на расстоянии? — Могу, но сейчас они слишком далеко. — Тогда, у тебя есть нить твоих братьев? — спросил Илиот, зная ответ. — Нет, в монастыре мы не имели права вообще снимать перчатки, так же как и обмениваться. Есть разница между обменом нитью с обычным человеком и между Кукловодами, — Фербус отлично помнил ощущения, что испытал при том единственном обмене нитью со своим наставником. Повторения он не желал. — Значит, уничтожить придется в ручную, — вздохнул Илиот. — Может отправить к ним шпиона? Пусть разберется с Кукловодами? — Хорошая идея, — кивнул Варон. — Но кого мы можем отправить на верную смерть? Ты ведь знаешь, что просто так убить себя они не дадут. Взгляды супругов столкнулись и собравшиеся остро ощутили напряжение между ними. Илиот первым отвернулся. Он не желал, чтобы его брак рухнул. Но что делать не представлял. — Я подготовлю список тех, кто мог бы сделать это, — встав, проговорил Хеберт, кивнув Фербусу, предложил выйти вместе. Омега вздохнул, предчувствуя очередную пакость от альфы, но последовал за ним. — Я поговорю с отставными генералами, может что посоветуют, — Осейдай так же поднялся из-за стола и направился к выходу. — Проводишь меня в спальню, устал очень, — Илиот склонил голову на бок и нежно улыбнулся своему альфе. Он не хотел ссориться. После неудавшейся смерти Грогара первая метка спала и теперь омега в полной мере ощущал, кому принадлежит. Хотелось отдать все на свете своему мужчине, сделать его счастливым. — Верно, ночь выдалась напряженной, — принимая его правила игры, мягко отозвался Варон. Встав, протянул руку и, когда Илиот вложил свою, прижал к груди, позволив себе на минуту погрузиться в сладострастный поцелуй.***
В полном молчании Хеберт довел Фербуса до его комнаты и когда тот вошел, последовал за ним, захлопнув с силой дверь. — Зачем ты остался? — устало спросил омега, предполагая, что альфа просто не в состоянии уйти от него пока не втопчет в грязь в очередной раз. — Я устал. Поэтому, пожалуйста, оставь свои оскорбления на потом. Не глядя на него, Фербус прошел в глубь своих комнат, на ходу расстегивая тряпичные пуговицы длинного халата. Его спальня представляла из себя небольшой лабиринт из нескольких комнат. Это было сделано, чтобы облегчить его работу. Первая комната служила приемным пунктом. Вторая палатой для больных, а вот четвертая уже полностью принадлежала ему. Войдя в нее, молодой человек принялся раздеваться. Надеясь, что альфа наконец устыдиться и уйдет, но Хеберт следовал за ним по пятам. Оставшись в тонкой сорочке и взлохматив волосы, Фербус обернулся к Хеберту и спросил: — Ну? Говори уже и катись отсюда. Хеберт в ответ скрипел зубами. Поговорить он был намерен изначально, но в коридоре не мог подобрать слова, сейчас же вид омеги отвлекал и мысли разбегались. Как можно было думать о чем-то, видя соблазнительного омегу с растрепанными волосами, в сорочке выше колен. Да один вид его коленок возбуждал. — Хеберт? — понимая, что альфа явно мыслями не с ним, позвал Фербус и по привычке облизал губы. Разве мог альфа сдерживаться дальше? Окинув взглядом столь манившие его губы, тонкую шею с нежной кожей и, пусть ее большую часть скрывал кожаный ремешок, коснуться в поцелуе все равно хотелось до боли. Стремительно приблизившись, Хеберт толкнул Фербуса к стене, прижимая рукой чуть ниже его шеи. Омега испугано воззрился на него, и что-то говорил, только альфа не слышал. Но вот Фербус поднял руку и влепил ему пощечину. — Что с тобой? — ворвался в сознание голос омеги. — Совсем с катушек слетел? Хеберт отступил на шаг и уставился на обтянутую перчаткой руку лекаря. — Это твоя вина, — прошептал он. — Что? — Это твоя вина, — громко прорычал он. Один вид перчатки, как напоминание о силе лекаря, о его проклятии. — Ты пытался убить Грогара, зная, что союз с ним поможет нам победить Покона?! — Из ума выжил?! — опешил Фербус. — Твоя паранойя прогрессирует, я погляжу. — Больше не кому, да и не зачем. Ты же Темное дитя, Кукловод, ты один из тех кого спас Покон. Разве ты не обязан ему жизнью? И не готов на все ради него? Альфа уже кричал на Фербуса, не скрывая ни злости, ни презрения. Молодой человек не выдержал и вновь влепил ему пощечину, тогда мужчина схватил его за волосы сзади и, прижав к стене спиной, вынудил высоко задрать голову. — Признай, скажи наконец, и покончим с этим, — рычал Хеберт, постепенно успокаиваясь, ощущая аромат молодого человека. Против кого он собственно пытался выступить? Что хотел доказать, зная, что один запах омеги сводит его с ума. Что уж говорить о его силе. Фербус молчал, он устал доказывать свою правоту. Почему, почему Варон был единственным, кто верил, что десять лет назад избитый парнишка едва добрел до их охотничьего угодья, надеясь получить защиту. Почему Хеберт постоянно обвинял его в заговорах, отлично зная, в каком тогда состоянии он был, сколько времени прошло с тех пор чтобы стать таким, как сейчас?! Возможно, мужчина и относился бы к нему иначе, если бы не винил Фербуса в случайной смерти своего младшего брата. Да, если бы тогда Фербус больше приложил усилий и смог бы связать рвущуюся нить мальчишки, не пришлось бы терпеть ненависть и страх Хеберта. Но его страх вызван лишь одной вещью... — Твоя нить уже у меня, так что успокойся, — прошептал Фербус так тихо и неуверенно. Он просто хотел, чтобы альфа понял, нет смысла его боятся. Но этого оказалось достаточно, чтобы Хеберт услышал его и потерял контроль. Именно этого он боялся все последние годы. Только осознание, что нить в руках Кукловода становится оружием отталкивала его. — Ты. За. Это. Заплатишь!
Примечания:
Ждем-с потрахушки...
