Дарование жизни

      Небольшая, но довольно просторная комната осветилась маленьким пляшущим огоньком на кончике фитиля глиняной масляной лампы. Почти всё пространство у стен занимали большие шкафы из грубо отёсанной древесины, на глубоких полках которых можно было найти всё: от странных рассыпающихся от старости книг до чудно изогнутого оружия. И лишь в промежутке между ними расположилось изголовье кровати, которая наполовину пересекала комнату. К ней можно было подойти с обеих сторон, в определённые моменты времени это весьма облегчало работу её владельцу. Признаться, редко она служила по своему прямому назначению. Гораздо чаще на ней мостились мертвецы или другие подопытные для экспериментов хозяина сего спрятанного от остального мира помещения. Сейчас же на ней, на раздобытых в кратчайшие сроки относительно чистых простынях, под тонким покрывалом метался парень; бисеринки пота, выступившего на его коже, поблёскивали, отражая тусклый свет от огня. При каждом его движении позвякивали цепи кандалов, что были надёжно прикреплены к каменной стене над изголовьем кровати. Ещё одно напоминание об истинном применении сего места. Конечно, имелись и ремни непосредственно на самой постели, но сейчас в них не было необходимости. У ног лежащего, вплотную к кровати, стоял стол, сколоченный из того же дерева, что и остальная мебель. Вся его поверхность была усеяна невыводимыми тёмными пятнами и царапинами разной глубины. На неё и опустилась лампа. Огонь ощутимо качнулся, но тут же продолжил свой энергичный танец, вытягиваясь вверх над фитилём. Рядом приземлился таз с водой и несколькими тряпицами, висящими на бортике. Принёсший его, смочил и слегка отжал один из кусочков ткани, а после опустил его на лоб лежащего. Другим же он принялся обтирать пот, склонившись над своим подопечным. Парень на койке морщился, пытался отвернуться, избежать прикосновений, а его губы то и дело складывались в беззвучный зов.       — Снова зовёшь своего ненаглядного? Вы словно дышать друг без друга не можете, — с сарказмом сорвалось с губ склонившегося.       Сюэ Ян продолжил наблюдение, легко опустившись на стул, стоящий рядом. Вэй Ин, лежащий перед ним, ещё не приходил в себя. Его глаза под веками двигались, словно видя что-то, недоступное всем остальным.       — Интересно, — фыркнул наблюдатель. — Что же тебе привиделось?       Он потянулся вперёд и словил в свой захват лицо Усяня, держа за подбородок. Тот недовольно промычал и попытался освободиться, морщась, словно ему под нос подсунули что-то ужасное. Сюэ Ян грубо, но не сильно оттолкнул его, улыбаясь. Подняв руку к своему лицу, он принюхался. Улыбка стала шире, а в глазах заплясали дьявольские огоньки. Или, может, это был лишь отблеск лампы.       — Вэй Ин, Вэй Ин… — озорная усмешка, увы, не достигла своего адресата, но это было неважно. — Мы оба знаем, что давно привыкли к этому. На наших руках и кровь, и смерть. Так зачем противиться? Если можно пойти куда дальше.       Старейшина не слышал его слов, пылающий и плавящийся в жаре разум был полностью захвачен неведомыми образами.       — Никогда бы не подумал, что увижу тебя в бреду, — хихикнул Сюэ Ян.       Он отбросил покрывало и сменил защитный талисман на животе парня. Затем, как и прежде, передал лекарство изо рта в рот. Сел и продолжил обтирать пот, трепетно следя за состоянием пациента. Опасность уже почти миновала, но болезнь легко могла изгнать из тела зарождающуюся жизнь. А Сюэ Яну совершенно не хотелось ждать следующего цикла. Время играет против него. Как бы он не заметал следы, а ищейки всё равно найдут зацепки. Он не был столь глуп и слепо самонадеян, чтобы не понимать, как ценны каждый день и месяц.       Неожиданно комнату озарило ярким светом. Впрочем, он почти сразу потух. Сюэ Ян отвлёкся от мечущегося тела и посмотрел в сторону. Там узенькой красной полосочкой дотлевал сигнальный талисман. Посерьёзнев лицом, убийца хлопнул по плечу лежащего и тихо сообщил:       — А вот и рыщущие псы.       Мужчина не притронулся к масляной лампе. Он хорошо знает свои владения и в кромешной тьме легко найдёт дорогу куда угодно. Оказавшись за пределами нового места заключения пленника, он тут же направился в главную залу по вырубленному в скале коридору.       Перед ним склонились юноши в чёрных одеждах, вежливо приветствуя своего предводителя. Жестом приказав подняться, Сюэ Ян коротко спросил:       — Где?       Один, что стоял на шаг впереди от остальных, незамедлительно ответил:       — Они начали обыскивать деревни. ***       По небу пронеслись две вспышки, едва заметные с земли. Одна, фиолетовая, опережала вторую, но не вырывалась вперёд слишком сильно. За ней, ничуть не отставая, а лишь выдерживая почтительное расстояние, следовала голубая. Стремительно прорезая небосвод, они спешили, уносясь всё дальше, пока внизу, на земле, наконец не показалось крохотное, ничем не примечательное поселение. Единственное, что выделяло его среди сотен тысяч других: отсутствие на улочках жителей, которые обычно высыпали из домов и, громко перекрикиваясь, с разинутыми ртами таращились на летающих на мечах заклинателей, тыча пальцами в небо. Сейчас на его узких проулках виднелась только маленькая группка адептов двух великих орденов в ярких фиолетовых и белоснежных одеждах.       Вспышки практически упали с небес на землю, в центр этого селения.       За метр до столкновения два заклинателя спрыгнули со своих мечей, мягко приземляясь на твёрдую почву и отправляя верные клинки в ножны. Заклинатели вокруг сразу же низко склонились, приветствуя прибывших.       — Глава ордена! Ханьгуан-цзюнь!       Адепты в белых одеждах кучкой собрались вокруг Лань Ванцзи.       Цзян Чэн же, уже находясь не в самом лучшем расположении духа, скрестил руки на груди, хмурясь.       — Нашли?       Пара адептов в фиолетовых ханьфу вышли вперёд, потупив глаза в землю, и из поклона сообщили:       — Никого, Глава.       — Есть записи, следы? Куда они могли деться?! — распалялся сильнее Ваньинь. Он уже предвидел, что получит в ответ.       — Ничего, Глава.       Ванцзи оглядел адептов своего клана, и те подтвердили сказанное. Глава Цзян раздраженно погладил Цзыдянь, и от него разлетелись несколько фиолетовых зарядов. Каждый вокруг понимал, что одно неосторожное слово может обрушить всю нетерпеливую злость на любого оказавшегося поблизости. Чтобы избежать этой судьбы, им нужно было показать результат. Продвинуться в поисках. Найти хоть что-то, хоть зацепку.       — Опять ничего? — озвучил своё негодование Цзян Чэн, сжимая кулаки. — Уже месяц прошёл! Мы обыскиваем деревни отступников одну за другой, и что в итоге? Ничего?! — он сжал зубы. — Чёрт возьми! Кто был назначен следить за этим местом?!       Один из двоих ранее отвечающих сделал шаг вперёд, не осмеливаясь разогнуть спины. Его трясло, словно приговорённого.       — Куда. Они. Пропали? — выплёвывая сквозь зубы каждое слово, потребовал ответа Цзян Чэн.       — Н-не…з-знаю…– едва слышно, запинаясь выдавил из себя юноша лет двадцати.       Убийственный взгляд Цзян Чэна вспыхнул яростью. Будь он на такое способен, адепт бы свалился без дыхания в следующее же мгновение.       — Кто поручил тебе это задание? — продолжил в той же манере Ваньинь.       — В-вы, Глава, — с трудом ответил побледневший юнец.       Поняв, что этот разговор ни к чему не приведёт, Цзян Чэн цыкнул и взмахнул рукой.       — Уведите его.       Как только бледного адепта подхватили под локти и утащили прочь, чтобы тот пришёл в себя, глава Цзян звучно выдохнул и чуть спокойнее произнёс:       — Хоть кто-то тут что-нибудь знает?       На этот раз к нему вышел более опытный адепт, старше предыдущего. Он склонился и заговорил:       — Глава, я проверял доклады наблюдающего за этим местом. Он должен был проверять деревню и посылать информацию раз в месяц, исправно это выполнял. Но последний раз он был здесь чуть менее, чем за месяц до происшествия. Жители пропали отсюда где-то между его последним докладом и исчезновением стар… Вэй Усяня.       Цзян Чэн окинул его оценивающим взглядом. По итогу опять тот же результат, что и в прошлые разы. Не за что уцепиться и некуда двигаться. Только спешить в следующее селение отступников в надежде на хорошие новости. Хоть какие-то новости. Он бросил взгляд на своего спутника. Ванцзи стоял, выпрямившись, с идеальной осанкой, как и всегда. Но сжатые кулаки, что почти полностью скрывались за рукавами, и потемневший взгляд выдавали его душевное состояние. Картину ничуть не красили тени, что залегли под его глазами. Они оба давно забыли, что такое нормальный сон. И не только они. Резко отвернувшись, глава Цзян закусил губу, едва сдерживая ругательства.       — Вэй Ин, если я тебя найду… Когда мы тебя найдём, заставлю Сичэня посадить тебя под замок и забрать нефритовый жетон, чтобы уж наверняка никуда не подевался, — бурча себе под нос, пообещал Цзян Чэн.       Но его внимание перехватил подозрительный шум с окраины деревни, там, где начинался лес. Неожиданно для него, совсем рядом прозвучал уверенный холодный голос:       — Мертвецы.